Кружку чучело не доносит до моей головы. Посылаю псионический сигнал, и байкер отпускает ручку на самом пике замаха. Стеклянная посудина падает на пол и катится к барной стойке.

— Нехорошо бить сидящих, — хмыкаю.

Впрочем я и не встаю. Лишь резко выпрямляю ногу, и бородач падает с переломанным коленом. Он хрипит и стонет, а его товарищ застывает в ошеломленном состоянии.

— Даня, позволь разобраться с этим, — Катя вскакивает пружинисто и плавно, словно кошка.

Я пожимаю одним плечом. Скучно вышло. Бородач оказался слабаком, даже не заметил моего удара. Да и его друган, наверное, такой же.

Брюнетка бросается к байкеру. Тот пытается ее ударить, но она легко уклоняется. Если Катя видит даже мои удары на стадии намерения, то этого увальня просекла и подавно. Какое-то время брюнетка играется с мужиком. Быстрая, как пуля, избегает его размашистых взмахов. Тот уже запыхается, пивное брюхо явно мешает. Под ноги ему попадается стонущий товарищ, и второй байкер спотыкается. Тут девушка и наносит сокрушительный прямой удар ногой. Один-единственный. А больше и не требуется, потому что девушка выбирает целью промежность байкера. Чертовски негуманно, зато эффективно. Издав полный боли ор, противник сдувается как шарик и падает на друга.

Я невольно сочувствую бедняге. Типичная мужская солидарность. А вне арены Ухова очень опасна. Потому что здесь она не чурается ударов ниже пояса в буквальном смысле слова.

— Что ж, дамы, пойдемте, — я бросаю на стол банкноту за всех троих и салютую рукой бармену. Тот, невозмутимо протирая барную стойку, кивает в ответ. А на что реагировать? Южный Парк как-никак, здесь и не такое происходит. — Напитками мы угостились, кости размяли, пора и уединиться, — подмигиваю обрадовавшейся Лере.

Перешагнув байкеров, покидаем заведение. Через пар минут мы на желтой молнии уносимся обратно в центр. Катя высаживает нас с Лерой у гостиницы Москва.

— Спасибо, Катюш! — счастливо улыбается рыжая фифа, прижимаясь грудью к моей руке. — Не скучай там.

— Постараюсь, Лерчик, — с натянутой улыбкой произносит брюнетка. Она бросает грустный взгляд на меня, отворачивается и выжимает газ. Японский седан размазывается в желтую молнию. Надеюсь, Гриша скоро найдет время на свою первую женщину. А то слишком уж пылкие взгляды Катя на меня бросает. Она, конечно, симпатичная особа, но драчливые женщины не в моем вкусе. Конечно, это замечательно, когда девушка может постоять за себя, я сам подарил своей Лене ножи для этого, но когда она сама лезет в драку — это уже большой перебор.

— Завидует, — вздыхает Лера, смотря вслед выхлопным газам Сакуры. — Гриша-то занят.

— Как только он освободится, думаю, он позвонит Кате. Я его знаю.

— Это здорово! — красотка улыбается и тянет меня за руку в сторону гостиницы. — Ну пойдем уже в номер греться.

— Ага, — я следую за девушкой.

Чувствую, снова не будем зашторивать окна. Лера такая проказница.

* * *

— Лена, ты все равно узнаешь, — после неожиданного звонка говорит Света. — Хочу чтобы ты подготовилась, поэтому говорю. Вся школа видела, как Даня уехал с двумя девушками.

— Понятно, — спокойно произносит Лена, вытирая лоб от муки. Только что они с мамой закончили лепить пельмени.

— Ты вообще не ревнуешь что ли⁈ — поражается Света. — Между нами девочками ведь можно правду сказать.

Лена думает, сказать или нет. Всё же говорит:

— Мы недавно спали, и он еще хотел.

— А ты? — с горячим интересом спрашивает блондинка. Она-то еще невинна, а тут друзья-простолюдины вовсю прелюбодействуют.

— А я уже не могла, — честно признается Лена.

— Как не могла?

— Просто не могла. Я была размята и очень устала после первых раз, — вздыхает девушка и с грустью выдает то, что давно лежит на душе. — Свет, думаю, меня одной не хватит Дане. Просто физически я не смогу.

— ОГО!!! — у Светы просто не нашлось другого слова.

— Поэтому я не против если он будет с кем-то еще, — поджимает губы Лена. — Я не хочу, чтобы Даня мучался.

— Это очень…благородно, — Света сказала то, что действительно думала. — Леночка, думаю ты молодец.

— Спасибо, — на глазах девушки наворачиваются слезы. Ей сейчас одновременно и тяжело, и радостно. Счастливая печаль. Есть ли такой понятие? Для Лены оказалось, что есть.

* * *

Утром я просыпаюсь в постели с Лерой. Нагая девушка обхватила меня руками и ногами и сопит мне в подмышку. Сладко зевнув, беру с тумбочки телефон. Время уже почти семь. Надо собираться и ехать на базу охотников. Сегодня суббота, а значит, нас с ребятами ждет очередная спецподготовка: рукопашка с Гризли, стрельба со Степаном, еще Картежник что-то про зверей расскажет.

Только откладываю мобильник, как звонит Камила. Кхм, не рано ли для дружеского звонка в выходной день? Барышня, да вы никак не хотите меня отпускать.

— Слуша-аю? — случайно в голос прорывается зевок.

— Разбудила? — виновато спрашивает одноклассница. — Прости, но тут случилась радостная новость. И я не смогла удержаться и не позвонить тебе, Даня.

— Что за новость? — живо интересуюсь.

— Зверь, Даня! Представляешь⁈ — вдруг радостно восклицает Камила, и я с трудом узнаю в этом чистом искреннем смехе сдержанную и хитровывернутую лисицу. — Отряд брата смог поймать копытыса! Его уже везут в Будовск!

— Это хорошая новость. — Копытос-копытос… Хоть убей, не помню, насколько этот вид подвержен дрессировке. Но раз везут, значит, с ним можно работать. Енеревы в курсе о моих требованиях.

— Хорошая? Это замечательная новость! — чуть ли не визжит Камила. Ее следующие слова разрешают мои сомнения: — Это очень сильный зверь и в то же время он ментально уязвим! Ты сможешь его приручить, Даня!

Действительно радостная новость. Я и не надеялся на первую партию так скоро. Видимо, Аномалии нынче прямо кипят, раз сильные звери нападают столь часто. Я читал в хрониках, что раньше больше частью из Аномалий валили слабые звери, но толпами и стаями. Подобные бигусам рвались на Землю. Постепенно же ситуация меняется, и с каждым годом увеличивается процент опасных зверей оранжевого и красного уровня. С чем это связано? Есть предположение, что с повышением магического фона. Ведь не зря же и сильных магов также стало рожаться больше, чем, скажем, лет двадцать назад.

— Когда его привезут?

— Завтра! — Камила чуть успокаивается и спрашивает. — Когда у тебя появится время, чтобы принять и посмотреть зверя? Или ты все выходные проводишь со своими друзьями?

Вот и вернулась прежняя Камила. Уже намеком дала понять, что в курсе, что я променял домашку с ней на гулянку с Казанцевой. Конечно, в курсе. Многие из школы видели, как мы уезжаем, а потом какая-нибудь девчонка обязательно доложила Камиле.

— Давай завтра в полдень? Уже будет доставлен?

— Да.

— Тогда везите на базу царских охотников. Я сразу приступлю к делу.

— Ура! Ты лучший, Даня! — Снова в Камилу вселилась веселая простодушная девочка. — Когда всё получится, я обязательно испеку тебе своих ватрушек! Пускай я не знаю рецепт твоей мамы, но я буду стараться!

— Ловлю на слове, — усмехаюсь. — Жду копытоса и…ватрушек.

Кладу трубку и натыкаюсь взглядом на глаза разбуженной Леры. Ее головка лежит на моем плече, а нога с рукой закинуты на меня сверху.

— Я слышала женский голос. Красивый голос, — улыбается рыжая. — Твоя девушка?

— Нет, всего лишь одна барышня, — качаю головой.

— Барышня? — хлопает Лера глазами. — В семь утра в выходной? Смотрю, Даня, ты уже и знатных дамочек себе завел, — хихикает она и тянется к моим губам.

Отвечаю на поцелуй. Чувствую, как чьи-то шаловливые, но умелые ручки уже работают над моим инструментом, поднимая его в бой. А он только и рад. Что ж, почему бы не размяться перед завтраком.

Всё же мое либидо в последнее время сильно выросло. Похоже, повлияло поглощение двух физиков. А то я заметил, как Лене тяжело приходится. Бедняжка едва выдерживает меня. Ну вот ради нее и разгружаюсь сейчас с Лерой.

После бурного утреннего кувыркания я на такси отправляюсь на базу. Чуть опаздываю на рукопашку, за что Гризли заставляет меня пробежать вокруг базы. Послушно выполняю.

После рукопашки тренируемся в тире. Стреляем по мишеням из автоматов и пистолетов. Потом уже сидим за партами и слушаем Картежника. Умный мужик, он знает повадки сотен видов. Нас же он заставляет выучить всего лишь полсотни самых известных.

Когда «уроки» заканчиваются и день клонится к концу, я провожаю ребят на парковке. Первым отчаливает Гришка. Он уже садится в свою «Чайку», и тут вспоминаю:

— Звякни Кате, кстати. Если сам хочешь, конечно, — говорю казаху.

Придержав дверь открыто, он морщит лоб, потом смотрит внимательно мне в глаза.

— Знаешь, Дань, а вот не хочется.

Я удивился. Не ожидал от Грихи такого равнодушия к девушке, которую он одно время хотел сделать своей постоянной женщиной. Ну с другой стороны, всё логично. Гормоны успокоились и включились оценочные суждения. А Гриша из тех парней, кто думает прежде чем делать. Уверен, он проанализировал образ жизни Кати и пришел к выводу, что ему не по пути с обожающей бои зажигалкой. Здесь я с ним, пожалуй, соглашусь. Экстремальная Ухова совсем не пара для насквозь патриархального казаха.

— Значит, не звони, — просто говорю.

— Ага, — Гриша кивает, принимая мою поддержку.

Он захлопывает дверь, и «Чайка» трогается.

— Что за Катя? — тут же накидывается Света. И как до сих пор блондинка смогла удержаться от расспросов.

— Спросишь Гришу, — пожимаю плечами.

Она капризно надувает губки, но решает, что игра не стоит свеч.

— Да я и так уже поняла, что одна из ваших клубных подружек, — отмахивается. — Слушай, через две недели мы едем с папой и мамой на горячие источники на Урале на один день. Род Соколовых официально приглашает тебя, Даня.

— Благодарю… — опешил я.

Они что, серьезно? Каким вообще местом здесь я? Это же семейный отдых, а мы со Светой даже не обручены. Что подумают люди? И что я скажу Грише? Прости, бро, но я еду с твоей любовной мечтой купаться на источник, хоть сам на нее не претендую?

— Сколько у меня времени на ответ? — собираюсь с мыслями. — Просто не знаю, какие будет планы через две недели.

Света хмурится.

— Ну завтра-послезавтра скажи, пожалуйста.

Как раз подъезжает ее машина, и блондинка уходит.

А на следующий день на базу прибывают Енеревы — Эльдар и сама Камила. Вместе с их лимузином заезжает седельный тягач, загруженный железным контейнером.

Мы со Степаном и еще пятью царскими охотниками встречаем кортеж.

— Даня! — радостно приветствует меня Камила, чуть ли не подбежав ко мне. — Он в контейнере!

— Зверь усыплен снотворным, — сообщает подошедший Эльдар, на его лице блуждает вечная лисья ухмылка. — Но через час его действие должно спасть. Нужно либо снова усыпить копытаса, либо перенести в хорошую камеру.

— Перенесем, — Степан кивает Гризли и остальным. Царские охотники принимаются за разгрузку контейнера.

Эльдар же деловито спрашивает:

— Данила, а когда ты сможешь начать дрессировку…

Его резко прерывает яростное ржание и звуки железных ударов — словно грянул железный гром. Люди Енеревых уже отперли двери, и охотники застыли в напряженных позах. Грохот раздается из контейнера. Там, куда попали удары, на стальных листах образовались выпуклости.

— Похоже, сейчас, — я бросаюсь к тягачу. Одновременно включаю телепатическое сканирование. Зверь проснулся и он в бешенстве. Бьется об стены контейнера, пытаясь выскочить наружу.

— Даня, справишься? — окликает меня Степан, уже покрывшись огненным доспехом.

— Да, только пусть все отойдут.

— Гризли, Кот, Картежник, Кедр, Гроб — пять шагов назад! Держать вход на прицеле.

Царские охотники отступают, я подхожу к распахнутой двери контейнера. Внутри буянит огромный серебряный жеребец. Больше любой лошади. Настоящий тяжеловес. Но статный и до неприличия красивый. А на лбу торчит винтообразный рог. Настоящий единорог из сказок!

Копытос бьется рогом, телом и копытами о бедный контейнер, который скоро разлетится на обломки, несмотря на толщу железа.

Я проникаю ментальным щупом в голову зверя. Приказываю:

«Спи. Ты хочешь спать».

Зверь водит головой, потом сонно моргает глазами. Я усиливаю нажим приказа, и жеребец неожиданно ложится на пол. Сгибает колени, опускает голову и засыпает. Громкий храп раздается из железного ящика.

Удивительно. Думал, зверь будет спать стоя, как обычно делают лошади. Сейчас порылся в его воспоминаниях. Копытосы обычно тоже отдыхают на ногах, строение коленных суставов позволяет. Ложатся же копытосы только тогда, когда чувствуют себя в безопасности. То, что этот зверь лег, показывает, что он принял мою команду как само собой разумеющееся, а не вторжение извне. Такого зверя, правда, будет просто дрессировать. Всё же Картежник прав — знание повадок зверей помогает понять, чего от них ждать.

— Можете расслабиться, — оборачиваюсь к застывшим царским охотникам и благородным гостям. — Зверь проспит столько, сколько нужно. Он отлично поддается дрессировке.

— Даня, можно на него взглянуть? — растеряв всю свою «модельность», Камила поднимает сжатые кулаки к лицу и смотрит на меня, как маленькая девочка на Деда Мороза.

— Да.

— Данила, это точно безопасно? — волнуется за сестру Эльдар.

— Я контролирую зверя, — киваю

Степан гасит доспех и подходит вместе с Енеревыми.

— Типичный копытос, — майор совсем не вдохновляется поразительной красотой зверя. — Видел раньше парочку. Только те были алыми.

— Какой потрясающий! — выдыхает Камила, глаза брюнетки восхищенно блестят. — Я так рада за брата! Будет ездить на белом единороге, словно в сказке! А потом, когда наступит моя срочная служба, настанет моя очередь на нем кататься! — заявляет нетерпящим возражения тоном.

— Да красавец знатный, — Эльдар возвращает прежнюю ухмылку. Бросает взгляд на вмятины в стене. — И, главное, сильный. Он сделает хорошую рекламу нашему предприятию. Данила, ты уже оценил задачу? Сколько потребуется время на дрессировку, можешь сказать?

— За месяц управлюсь, — размышляю. — Как сказал, судя по первому впечатлению, копытос хорошо поддается дрессировке, но нужно наблюдать за ним, вдруг вскроются какие-то нюансы.

— Конечно, лучше перестраховаться, — соглашается сын главы рода. — Нам точно не нужно, чтобы эта серебряная махина растоптала моего брата.

И косится на меня. Намек понят. Или предостережение, как посмотреть.

— А как мы его назовем⁈ — азартно спрашивает Камила и заявляет безапеляционно. — Такой красивый зверь не может быть без имени.

Эльдар чешет подбородок.

— Может, Призрак?

— Какой же он призрак? — не соглашается Камила. — Он чудесен, а не призрачен!

— Зефир? — зевает Степан, которому эти разговоры до лампочки.

— Он слишком величественен для такого имени, — уперлась брюнетка.

— Орхидея? — подключается и Гризли.

— Это же мальчик! — возмущается Камила, указывая на копытоса. — Вы что не видите?

И, действительно, причиндалы у зверя внушительные, сложно не заметить.

— Камил, давай отложим именование, — предлагает Эльдар, разведя руками. — А то мы так можем до вечера простоять.

— Пегас, — вставляю я слово, что первым приходит в голову.

Радостная Камила оборачивается ко мне.

— Даня, ты гений! Очень хорошее имя! Пускай он будет Пегасом! — не будь здесь свидетелей, кажется, она бы меня и обняла бы на радостях. Вот что бывает, когда с детства мечтаешь о единороге, а он возьми и явись.

— Вот и славно, что определились, — довольно улыбается Эльдар. — Ладно, Камила нам пора ехать. Не будем мешать Данилу знакомиться с Пегасом. Ему над ним еще работать и работать.

— Ну ладно, — девушка прямо не хочет уходить. Глаза ее прикипели к спящему копытосу.

— Камила, на неделе можешь заехать к Пегасу, — предлагаю. — Уверен, к этому времени я уже поставлю основные закладки, — бросаю взгляд на заволновавшегося Эльдара. — И твоей безопасности от этого зверя уже ничто не будет угрожать.

— На таких условия это допустимо, — соглашается наследник рода Енеревых.

— Спасибо, Даня! — сообщает обрадованная Камила и, больше никого не стесняясь, подходит ко мне и целует в щеку. — Спасибо!

Я аж прифигел. И не только я. Степан крякнул, Гризли уронил нижнюю челюсть, остальные охотники заморгали. Один Эльдар лишь заулыбался шире, хитровывернутый лис.

— Всё, Камила, пора.

Когда Енеревы уезжают, я снова возвращаюсь к контейнеру и бросаю полный предвкушения взгляд на мощную спину спящего Пегаса.

Сам жду-недождуусь, когда покатаюсь на этом «волшебном единороге».