Дом, милый дом. Не устану повторять эту фразу, ведь возвращение домой – один из приятных моментов каждой командировки. Здесь меня ждут улыбающиеся жёны. Здесь родовой бизнес набирает обороты. Да и здесь же можно собраться с мыслями и увидеть, как много я уже достиг. Ну еще здесь меня ждет неплохой кофе из когтистых рук Змейки.

Кстати, и из Ливии мы вернулись не с пустыми руками. После того как преодолели тот сложный каньон, я дал Светке возможность порезвиться. На одной из баз повстанцев она вместе с рептилоидами и Настей разгромила гарнизон. Результат? Весьма приятный: в нашем распоряжении оказались новенькие «Хаски», «Ленд Роверы» и прочая военная техника британского производства, плюс целый арсенал боеприпасов – тоже британских.

Мелочь? Возможно. Но разве не приятно? Особенно порадовали «Хаски» – идеальная сохранность, будто прямо с конвейера. Видимо, англосаксы и их сателлиты щедро снабжали повстанцев в своей нескончаемой игре против России. Ну что ж, теперь это их маленькое вложение будет работать на мой род.

– Мазака! – из стены плавно выскальзывает Змейка, её змеиные волосы шевелятся, а в когтистой руке она держит поднос с кофе.

– О, вот и мой кофе, – принимаю поднос.

Пока с наслаждением пью горячий напиток, в кабинет заглядывает Лена. Её лицо сияет, и она, устроившись на краю стола, начинает рассказывать, какая у меня замечательная сестренка – её тёзка.

– Такая талантливая, такая умная! – взрослая Лена расхваливает маленькую Лену.

А мама ещё гостит в замке. Ну и славно, мне нравится это ощущение уюта и семейного тепла.

Идиллия прерывается телефонным звонком. На связи Владислав Владимирович. Голос у него официальный, даже без оттенка вечной усталости:

– Конунг Данила, я от лица Царской Охранки в частности и от Российского Царства в целом, благодарю вас за вашу помощь в миссии по укреплению позиций России в Африке.

Ого, как всё формально.

– Пустяки, Владислав Владимирович, – отвечаю невозмутимо. – Главное, что теперь мне не придётся месяц, а то и два, мотаться в Москву. Меня это вполне устраивает.

Владислав усмехается, и в голосе появляются нотки дружеской шутки:

– Попробую выбить вам и три месяца покоя, конунг.

– О, это было бы кстати. А то я так никогда и не запущу транспортный портал, – слегка угрожаю напоследок. Нет, ну правда, ему не помешает мотивация не трогать меня, а то я с этими царскими миссиями разве что только в Америке еще не бывал.

Владислав хмыкает что-то вроде «приму к сведению», затем после короткой паузы добавляет серьёзно:

– Данила, только один вопрос. Ты случайно не знаешь, почему полковник Муров стал полностью седым?

Отвечаю так же удивленно:

– Не знаю, Владислав Владимирович. Может, что-то его впечатлило?

Владислав хмыкает:

– Это уж точно.

После разговора я спускаюсь в гостиную. Там Степан с горящими глазами слушает Мерзлотника. А, понятно – речь о «Буранах». Мерзлотник в своём репертуаре, размахивает руками и увлечённо рассказывает про возможности этих машин. Судя по всему, Степан уже успел прокатиться, иначе с чего бы такая вдохновлённая реакция. Я-то знаю отчима: наверняка приехал большей частью ради техники.

Тем временем мама пересекает комнату с задумчивым видом, останавливается напротив меня и неожиданно произносит:

– Даня, я тут слышала о твоём «Мишкаленде». Хочу посмотреть этот новый зоопарк в Невинске. Говорят, там что-то невероятное.

Лена, покачивая в коляске свою маленькую тезку, тут же подхватывает:

– Отличная идея! Я давно хотела показать маме и Стёпе этот зоопарк. Он действительно потрясающий – всё благодаря Дане.

И действительно, зоопарк получился отличный. Особая гордость – белые медведи, настоящие пушистые гиганты, которых мы привезли из Антарктиды. Они уже стали местной сенсацией. Люди съезжаются со всех уголков Царства, чтобы посмотреть на них. Так почему бы не устроить семейную прогулку? Вместе точно будет интереснее

* * *

Отель «Нева», Невинск

Зар спускается с своего номера на этаж ниже. Его шаги гулко отдаются в коридоре, где мягкий свет настенных бра мерцает на отполированных деревянных панелях. Подойдя к двери одного из номеров, лорд-дроу задерживается на мгновение, прислушиваясь, а затем трижды стучит.

В ответ раздаётся глубокий, вибрирующий бас:

– Входите, дверь открыта.

Зар приоткрывает дверь и входит, мгновенно оглядываясь. Комната утопает в мягком свете настенных ламп, приглушённом тяжёлыми шторами. В воздухе витает лёгкий аромат сандала. Из старинного граммофона льётся утончённая музыка. На стенах висят картины с изысканными сценами охоты и природы, выполненные настолько детально, что кажется, будто герои полотен вот-вот оживут.

А в центре комнаты, в большом кресле, сидит гигантский ракхас. Его кожа изумрудного оттенка, клыки мощные, как у тигра, а сама фигура – воплощение грубой силы. Однако на его сплюснутом носу изящно держатся миниатюрные очки для чтения, которые кажутся на нём совершенно нелепыми. В когтистой лапе он держит маленький томик русской поэзии.

Зар недовольно заговорил:

– Лорд Ратхархар, чем обязан вашему визиту в зону влияния Багрового Властелина?

Ракхас медленно поднимает взгляд. Его голос, глубокий и вибрирующий, наполняет комнату:

– Лорд Зар, я хотел взглянуть на Грандмастера телепатии, которому ещё нет девятнадцати.

Зар прищуривается:

– Я сообщал об уровне лорда Данилы только Багровому Властелину. Откуда у вас эта информация?

Ратхархар лениво переворачивает страницу, оскалившись и продемонстрировав кабаньи клыки:

– Птички напели.

Он на мгновение отрывается от книги, взгляд его затуманен, словно он одновременно здесь и где-то далеко.

– Вот, читаю сейчас местную поэзию. – Он делает паузу, перелистывает очередную страницу и, словно разговаривая сам с собой, продолжает: – Честно, стихи этого графа Пушкина удивительные. Какой слог, какой мощный глагол!

Зар хмурится, пристально наблюдая, как ракхас вновь с головой уходит в строки книги, словно вокруг не существует ни времени, ни собеседников. Ратхархар, не отрывая взгляда от страниц, лениво продолжает:

– Знаете, обидно, что приходится полагаться на этот переговорный амулет, чтобы уловить всю глубину стихов. Но ничего, я скоро выучу местный язык. Русский, знаете ли, удивительно музыкален.

Поправив полы своего камзола, Зар строго произносит:

– Делайте что хотите, лорд Ратхархар, но не вмешивайтесь в формирование вассальных отношений Багрового Властелина и лорда Данилы.

Ракхас хмыкает, его клыкастая улыбка придаёт ответу оттенок насмешки:

– Насколько мне известно, лорд Данила формально не закреплён за Багровым Властелином.

Зар резко парирует:

– Это временно. Всё устаканится и воплотится в жизнь. Вы, случайно, не хотите этому помешать?

Ратхархар поднимает когтистую руку, будто отгоняя неуместные мысли, и с мягкой иронией отвечает:

– Упокой Праматерь мою душу, если я лгу. Конечно же, нет. Я всего лишь хочу познакомиться с человеком, который покорил двух багровых зверей, нашумел на Боевом материке и оставил след у наших соседей в Заиписе. Вот и всё. Вы же знаете, по своей природе я исследователь.

Зар задумывается над словами лорда. Затем коротко кивает, поворачивается и выходит из номера, оставляя Ратхархара в его уютной обители, где граммофон продолжает тихо напевать, а страницы поэтического сборника шуршат в когтистых руках ракхаса.

* * *

Зоопарк получился действительно шикарным. Мы гуляем по нему всей семьёй: мои жёны, Настя, Катя, мама, Степан и даже новорождённая малыха Лена, удобно устроившаяся в коляске под присмотром Целительницы. Все вместе – так ведь гораздо веселее.

Главный аттракцион зоопарка – белые медведи из Антарктиды. Но это не просто пушистые миляги. Эти гиганты вдвое больше обычных северных медведей. Разместить их здесь оказалось отличным решением. Эти медведи мгновенно стали сенсацией. Даже «Новостной Лев» выпустил репортаж: показали, как их кормят, как они резвятся и развлекают зрителей.

Теперь люди съезжаются со всего Царства, чтобы полюбоваться на этих впечатляющих косолапых. Ну и, разумеется, пополняют казну моего города.

Зоопарк я даже переименовал в «Мишкаленд». Теперь это не просто место для прогулок, а настоящая визитная карточка города. Белые медведи катают детей, участвуют в аттракционах и, судя по всему, вполне довольны своей жизнью. Помимо медведей здесь есть множество других развлечений и развитая инфраструктура – уютные кафе, игровые зоны и многое другое. По сути, это уже не просто зоопарк, а полноценный развлекательный комплекс. Управление «Мишкалендом» я доверил нескольким своим вассалам-дворянам, которые вполне успешно справляются с этой задачей.

Мама восторженно ахает, наблюдая за мишкиной возней в вольере, Лена тихо смеётся, а Степан стоит чуть в стороне, задумчиво разглядывая этих огромных хищников. Вдруг он выдает с уважением:

– Они же настоящие машины для убийства.

Тут отчим, кстати, прав.

– Да, но у нас за зверями закреплён специальный телепат, – поясняю. – Он регулярно проверяет их ментальные закладки, отслеживает поведение и предотвращает любые возможные риски. Всё под контролем.

Степан хмыкает, его взгляд становится чуть более пристальным:

– Я не о рисках. Я о том, что ты, прямо в центре города, под видом зоопарка устроил настоящую боевую базу.

Я не удерживаюсь от смеха, хлопаю его по плечу и с улыбкой отвечаю:

– Настоящий ветеран, всюду видишь оружие!

Но, откровенно говоря, он не так уж и далёк от истины. Размещение зоопарка здесь – это не только удачный стратегический ход с точки зрения развития города. Если Невинску когда-либо придётся столкнуться с угрозой, например, со стороны Финляндии или других соседей, эти медведи станут ещё одной линией обороны.

Пожалуй, стоит подумать о том, чтобы привезти ещё одну партию из Антарктиды. Такие «солдаты» лишними не будут.

Кстати, мы с жёнами для местных тоже стали своего рода экспонатами. Горожане смотрят на нас с округлившимися глазами, но фотографировать никто не решается – в этом чувствуется смесь уважения и лёгкого страха. Разве что пара смелых девчонок подбежали к Лакомке за автографом, словно она кинозвезда. Ну а что, в чём-то они ведь правы.

Светка указывает куда-то вдаль:

– Смотри, Даня!

Я перевожу взгляд и замечаю гигантскую фигуру. У перил вольера возвышается ракхас. Огромный, зелёный, с внушительными клыками, он сразу привлекает внимание. Но больше всего поражает не его размеры, а детали: на сплюснутом носу сидят аккуратные очки, а на массивной фигуре – идеально сшитый на заказ смокинг. В одной из когтистых лап – портфель. Его лицо, несмотря на грозную внешность, отдаёт какой-то неожиданной интеллигентностью. Этот ракхас как минимум умеет считать до десяти.

Люди вокруг сперва шарахаются от такого впечатляющего создания, но постепенно любопытство берёт верх. Посетители бросают взгляды на ракхаса, который медленно прогуливается вдоль вольера, заложив руки за спину, и пристально наблюдает за белыми медведями.

Проницательная Лакомка передает по мыслеречи, не отрывая взгляда от странного гостя:

– Кажется, это к тебе, мелиндо.

– Идите дальше, я скоро догоню, – спокойно отвечаю.

Ракхасы – раса непростая. Да, интеллектуальными способностями они не блещут. Но их шаманская магия древняя и сложная, а сканировать таких существ – задача сложная. Но мне уже видно, что этот конкретный экземпляр не просто сильный, а, вероятно, одного из самых высоких рангов, чуть ли не Грандмастер.

На самом деле его появление для меня не стало сюрпризом. Разведка уже сообщала, что он поселился в отеле «Нева» – месте, которое постепенно становится пристанищем для фриков всех мастей. Репутация у отеля формируется, мягко говоря, эксцентричная: сначала его облюбовали остроухие дроу, а теперь здесь объявился и клыкастый ракхас в очках и смокинге.

Я неспешно направляюсь к гостю Невы, останавливаюсь на удобном расстоянии и спокойно обращаюсь:

– Уважаемый, как вам наш зоопарк?

Ракхас, задумчиво почесав один из своих клыков, отвечает глубоким, словно вибрирующим, голосом:

– Достаточно претенциозно. Вы сделали из химер средство заработка. Я впечатлён.

Я невольно зависаю, ошарашенно глядя на него. Офигеть, какие слова он знает! Это что, действительно ракхас? Впервые встречаю представителя их расы, который говорит так складно. Он явно выделяется на фоне своих сородичей. Обычно ракхасы, которых я встречал, больше напоминали ходячие горы мышц с минимальным словарным запасом и ещё меньшим терпением. А этот? Смокинг, очки, слова на уровне академика.

Он переводит взгляд на медведей, продолжая:

– Эти существа примечательны. Их создание потребовало огромного количества энергии и ресурсов. Тем более интересно наблюдать, как вы превратили их в выставочные экспонаты для массового зрителя.

Я усмехаюсь, заметив, как он поправляет очки на переносице. Хм, сканирующий артефакт сто пудов.

– Мне их подарили. Так что я не жалею использовать их для развлечения своих подданных. Да и сами мишки, согласитесь, выглядят вполне довольными. Они очень тактильные.

Ракхас замечает мой внимательный взгляд, чуть приподнимает голову, и его клыкастая улыбка приобретает виноватый оттенок.

– Ох, где же мои манеры! – произносит он разведя руки. – Меня зовут лорд Ратхархар, подданный Багрового Властелина. Лорд Данила, вы уже знаете моего коллегу – лорда Зар.

– Я думал, что Багровый Властелин предпочитает дроу в своём окружении.

Ратхархар коротко усмехается, и его клыки блестят в солнечном свете.

– Он собирает всех, кто уникален. В его окружении множество великих магов самых разных рас.

Его пристальный взгляд снова с любопытством устремляется на меня.

– А вы, если не ошибаюсь, тоже великий маг. И в таком юном возрасте! Удивительно! – произносит он с интонацией учёного, сделавшего неожиданное открытие.

– Так вы пришли просто посмотреть на меня? Или, может, хотели пообщаться?

Ратхархар кивает, но тут же добавляет:

– Не только пообщаться.

Он поднимает портфель, который всё это время держал в когтистой лапе:

– Я хочу предложить вам сразиться. Если, конечно, вы не против.

Предвкушающий холодок пробегает по моей спине, но внешне я остаюсь абсолютно спокойным.

– Почему бы и не да? – отвечаю невозмутимо. Если дойдет до драки, надо просто увести его в безлюдное место. Может быть, он даже добровольно пойдет. Мозги у него есть, значит, и на соглашения способен.

Ратхархар хищно улыбается, обнажая клыки.

– Тогда, может быть, партийка в шахматы?

Я невольно приподнимаю бровь, удивлённый таким предложением.

– В шахматы? – Я точно не ослышался ли? Или он прикалывается?

Без лишних слов Ратхархар открывает портфель, и с гордостью достаёт дорогую шахматную доску. Мои перепончатые пальцы! А этот клыкастый тот еще мастер удивлять.

Я пожимаю плечами, усмехнувшись:

– С удовольствием.

Пять минут спустя мы занимаеи один из свободных столиков в парке у зоопарка. Атмосфера вокруг располагает к игре: за соседними столиками в шахматы уже сражаются старики и дети, изредка доносятся приглушённые голоса и смех. Всё кажется непринуждённым и мирным.

Ратхархар, проявляя вежливость, предлагает мне белые фигуры, а сам забирает красные. Мы начинаем расставлять фигуры на доске. Я уже давно знаком с иномирскими шахматами, которые напоминают земные, но со своими специфическими заморочками.

Без ставок, конечно, дело не обходится. Ратхархар вносит интересное предложение: перед началом партии мы пишем свои вопросы на листочках и кладём их на стол. Проигравший будет обязан честно ответить на вопрос, указанный в чужом листке.

Я беру первую фигуру и делаю стартовый ход, как и положено тому, кто играет белыми. Но едва я ставлю её на доску, происходит нечто странное. Шахматные клетки на моей стороне начинают двигаться, словно ожившие. Поле буквально трансформируется у меня на глазах: клетки перемещаются, фигуры сами занимают новые позиции. Кажется, игра обрела собственное сознание.

Ратхархар замечает моё удивление и с невозмутимым видом делает свой ход:

– Ах, забыл упомянуть, лорд Данила. Это магические шахматы.

Я приподнимаю бровь. Обдумываю секунду и делаю очередной ход. Но едва фигура касается клетки, как та внезапно начинает двигаться, ускользая в сторону, словно ожившая. Поле буквально оживает: фигуры самовольно перемещаются, клетки хаотично перекраиваются. На первый взгляд всё выглядит полным беспорядком, но за этим хаосом явно скрывается своя изощрённая логика.

Эти шахматы – не просто игра, а настоящая магическая головоломка, где каждая клетка живёт по своим правилам. И это точно не тривиальный мухлёж – такие свойства доски тщательно продуманы и заложены изначально. Таковы зашитые в игру правила.

Однако Ратхархар не счёл нужным предупредить меня об этом заранее, и теперь ракхас должен быть готов к тому, что я не стану играть по его правилам. О нет, наоборот, я введу свои собственные.

Для начала я осторожно вытягиваю немного магической энергии из доски – ровно треть, чтобы не вызвать подозрений. Теперь движения клеток замедляются, становясь менее хаотичными. Ратхархар, похоже, ничего не замечает: он сосредоточенно делает свои ходы, уверенный, что всё идёт по его сценарию.

Однако его уверенность начинает шататься, когда одна из фигур неожиданно оказывается совсем не там, где он рассчитывал. Косматые брови ракхаса удивлённо поднимаются вверх, но он делает морду кирпичом, пытаясь понять, что пошло не так.

Мой следующий ход. Я решаю, что пора положить конец этой магической вакханалии. С лёгкой усмешкой вытягиваю остатки энергии из доски, заставляя её полностью замереть. Теперь это обычная шахматная партия, где всё зависит только от стратегического мышления.

Делаю резкий и уверенный ход, который ставит Ратхархара в безвыходное положение. Откинувшись назад, спокойно произношу:

– Шах и мат, лорд.

Ратхархар задумчиво проводит когтистой лапой по подбородку, словно пытается осмыслить случившееся. Затем ракхас поднимает шахматную доску, внимательно осматривая её со всех сторон.

Кажется, что он вот-вот понюхает её или даже попробует на зуб, чтобы убедиться, его ли эта доска.

Я напоминаю, чтобы не затягивать:

– У нас ведь были ставки.

Указываю на свой листочек, лежащий на столе:

– Я жду ответа.

Со вздохом Ратхархар берёт листок, внимательно читает написанное и внезапно хмурится. Его голос становится глухим, даже немного напряжённым:

– «Где находится браслет Багрового Властелина?»

Он поднимает взгляд и, сверля меня пристальным взглядом, спрашивает:

– Откуда вы знаете о браслете, лорд Данила?

Я позволяю себе дежурную улыбку:

– Я выиграл не ваш вопрос. Я выиграл ваш ответ, лорд.

Ратхархар тяжело вздыхает. Затем он медленно поднимается, с явным нежеланием расстёгивает пиджак и аккуратно снимает его, словно готовится к важному ритуалу. Следом расправляется с манжетами рубашки: расстёгивает их и закатывает рукав.

На его мощном предплечье проступает сложная татуировка – узор вплетённой руны, которая светится багровым сиянием. Я чуть не присвистываю – татуировка питается за счет накопителя здоровяка. Хитрая штука.

– Я не могу ответить, где находится браслет, лорд Данила, – признается ракхас. – Если я расскажу, эта печать сожжёт меня на месте. Багровый Властелин хорошо умеет прятать свои тайны.

Он замолкает, но спустя мгновение склоняет голову, явно подавленный.

– Лорд Данила, прошу вас, измените условия выигрыша. Выберите любое другое требование.

Вот как, значит. Я обдумываю признание. После него убивать лорда было бы, мягко говоря, некрасиво. Всё-таки он честно раскрыл свою уязвимость. Да и зачем тратить такую редкую возможность впустую, когда можно придумать куда более полезный способ воспользоваться своим правом победителя?

И что же потребовать? О, идея!

– Ну что ж, лорд, если так, тогда вы проведёте весь вечер и ночь в кабаке. И, разумеется, будете угощаться всем, что я предложу.

Лорд Ратхархар удивлённо приподнимает свои косматые брови, явно не ожидая такого поворота:

– Странные требования, но… согласен.

У Ратхархара на лице появляется заметное облегчение, словно он только что избежал неминуемой беды. Вот только бедняга ещё даже не догадывается, во что именно он ввязался.

С этими мыслями я достаю из кармана связь-артефакт и активирую побрякушку:

– Гумалин, твой звёздный час настал. Жду тебя в кабаке на центральной улице через полчаса.

– В кабаке?! – восклицает Хмельной, явно ошеломлённый такой новостью. – Шеф! Да я буду там через десять минут!

Вечер обещает быть незабываемым – особенно для лорда Ратхархара.

* * *

Отель «Нева», Невинск

Утро выдается тяжёлым. Лорд Ратхархар лежит на кровати в своём номере отеля, голова гудит так, будто внутри маршируют целые армии. Вокруг царит хаос: перевёрнутая мебель, разбитая ваза на полу и пара смятых салфеток с подозрительными пятнами. Похмелье, редкое явление для его расы ракхасов, подло взяло своё. Самое обидное, что он даже не любит пить. Но вчерашний вечер… Это был катастрофический шторм из ступора, ужасов и каких-то невообразимых событий, что его давно не настигали.

В дверь стучат. Звук кажется слишком громким для его ушей. Входит Зар, оглядывает его с головы до ног и тут же язвительно заявляет:

– Лорд, вы вчера пришли пьяный. Я случайно увидел вас в фойе. Скажу честно, офигел. Никогда вас таким не видел.

Ратхархар тяжело поднимает голову и пытается что-то сказать, но Зар не останавливается:

– Вы в фойе разбили вазу.

– Разбил? – хрипло уточняет Ратхархар.

– Сначала, правда, вас в неё вырвало.

Ратхархар закрывает глаза, надеясь, что хотя бы это будет концом позора, но Зар добавляет, с трудом сдерживая смех:

– И ещё вы делали интимные предложения консьержке.

Ратхархар громко стонет, хватаясь за голову. Той пышной даме?! Какой позор! Нет, она, конечно, прекрасна – особенно её третий подбородок и внушительная бородавка на щеке, идеально соответствующие эталонам женской красоты по меркам ракхасов. Но приставать к работающей девушке?! Это же вопиющее нарушение приличий, недостойное лорда!

– Минералки… из холодильника… – выдавливает он.

Зар с явным удовольствием достаёт бутылку и подаёт. Пока Ратхархар осторожно прихлёбывает спасительную жидкость, его взгляд падает на журнальный столик. На стеклянной столешнице лежит какая-то бумажка.

Воспоминания начинают возвращаться, хотя он явно бы предпочёл, чтобы этого не происходило. Вечер в кабаке, лорд Данила, этот проклятый карлик-казид, который, вместо того чтобы пить, ел алкоголь в замороженном виде, как мороженое. Гумалин всё время смеялся и подначивал Ратхархара на какие-то глупые споры: то в дартс, то в бильярд, то вообще в литрбол, то ещё в какую-то нелепую забаву. Но спорили они, кажется, на что-то важное… На что? Вот этого он вспомнить не может.

Зар замечает замешательство Ратхархара, неторопливо берёт бумажку со столика и с интересом вглядывается в её содержание.

– Хм, любопытно. Похоже, лорд Данила вчера вас мастерски провёл.

Ратхархар выхватывает листок из его рук и начинает читать. Его густые брови сначала взлетают вверх в явном удивлении, но затем стремительно сходятся к переносице, так резко, что, кажется, готовы встретиться с его острыми клыками.

– Жабий сын!!! – рычит он с возмущением, сминая листок в когтистой лапе. – Как я мог так попасться?!

С раздражением он бросает листок обратно на стол и бормочет:

– У меня две диссертации в магической академии! Я магистр арканологии и почётный профессор магических искусств! Мои труды изучают в трёх мирах, а на лекции собираются лучшие умы нашего времени! И я, лорд-ученый с безупречной репутацией, попал в такую ловушку?!

Зар с нескрываемым интересом поднимает листок, медленно перечитывает его, а затем с лёгкой усмешкой замечает:

– Значит, теперь вы обязаны помогать лорду Даниле советами?

Ратхархар громко стонет и снова хватается за голову, словно пытается сжать её, чтобы вытеснить оттуда нелепую реальность.

– Проклятый алкаш-казид! – рычит он, едва не скрежеща клыками. – Теперь всё становится ясно, зачем лорд Данила его позвал…Казид перепил меня и развел на этот контракт!

В документе чёрным по белому указано: лорд Ратхархар обязуется быть внештатным советником лорда Данилы. Великолепно. Просто идеально.

* * *

Просыпаюсь утром в прекрасном настроении. Мой организм физика, а также заемный Дар геноманта и, чего уж там, помощь Егора-коровника справились с последствиями вчерашнего вечера на ура. Алкоголь давно выведен, ни похмелья, ни усталости – полная боеготовность.

Решаю воспользоваться этим состоянием и отправляюсь на прогулку с Ледзором. Наш путь лежит через магический портал в Восточную Обитель, расположившуюся среди снежных просторов Антарктиды.

Ледяная крепость недавно снова перешла под контроль ханьцев. Они зачистили всех химер, напущенных из других Обителей, и укрепили свои позиции. Однако я был прекрасно осведомлён об их действиях благодаря заранее раскиданным геномантским артефактам – тараканам-наблюдателям. Эти искусственные шпионы передавали всю информацию в специальный кристалл, который позволял мне следить за всем, что происходило в крепости.

Войдя в промёрзшие коридоры, мы с Ледзором почти сразу наталкиваемся на пару караульных. Церемониться с ними никто не собирается: Ледзор, не замедляя шага, мощным ударом прикладывает обоих об стену. Путь открыт.

Продвигаясь дальше, мы оказываемся в комнате с одной необычной деталью: одна из стен оказывается скрытой дверью. Улыбаюсь, предчувствуя интересное развитие событий, и скидываю с себя ментальную невидимость.

Этого оказывается достаточно, чтобы активировать тревогу. Камеры, которые ханьцы успели расставить, тут же фиксируют наше присутствие. Раздаётся вой сирен, и из разных уголков крепости начинают сбегаться их отряды.

Ледзор бросает на меня удивлённый взгляд, ухмылка растягивается по его суровому лицу:

– Хо-хо, граф! Ты что, захотел драки с рисоедами?!

Я усмехаюсь и весело бросаю Ледзору:

– Нет, мы всего лишь приманка. Драться они будут не с нами.

Не теряя времени, активирую геномантский код монахов, скрытый в структуре стены-двери. С лёгким гулом стена разъезжается, открывая то, что монахи так старательно скрывали. Из темноты вырывается целая толпа химер – мощных, агрессивных созданий, сконструированных специально для уничтожения всего, что движется. Монахи не успели их выпустить при жизни… Ну что ж, я любезно исправляю эту досадную оплошность.

Освобожденные химеры бросаются на уже набежавших ханьцев. Те явно не успевают осознать, что происходит: их ряды моментально рассеиваются.

Ледзор, не особо церемонясь, сносит голову одной из химер, которая по глупости посчитала Грандмастера добычей себе по зубам. Затем, стряхнув кровь с топора, ухмыляется:

– Хо-хо-холод! Так что, граф, мы уходим без драки?

Я псионикой сбиваю с ног бросившуюся на меня странную кракозябру – смесь бульдога с носорогом, и это не метафора, а самая буквальная реальность. Фыркнув, пожимаю плечами и оглядываю стремительно разрастающийся хаос вокруг.

– Как видишь, химеры и ханьцы нашли друг друга. Зачем нам мешать их веселью?

Сказано – сделано. Мы спокойно уходим через тот же портал, оставляя Восточную Обитель утопать в беспорядке, грязи и разрухе.

* * *

Кремль, Москва

Царь откидывается в кресле, задумчиво смотря на своего собеседника.

– А с Ливией ты хорошо постарался, – произносит он с лёгкой улыбкой, в которой читается больше наблюдательности, чем похвалы. – Даром что начальник Охранки, а не армейский кризис-командир. Может, тебя куратором африканского фронта назначить?

Влад, поправив манжету пиджака, отвечает царственному брату с раздражением:

– Ваше Царское Величество, я и так из Лубянки не вылезаю. Хватает мне с лихвой Охранки и внутренних проблем Царства. В Ливии я вмешался исключительно потому, что появилась подходящая возможность. Да и откровенно говоря, это Данила с Чернобусом всё сделали. Им и лавры.

Царь качает головой:

– Ладно-ладно, не горячись. Ты к себе излишне строг. Это ведь ты Данилу привлек. Именно ты смекнул, что его птицы помогут в операции. Но ладно, забыли о Ливии. А что насчёт Невинска? Ты говорил, там ошиваются иномирцы.

Влад вздыхает:

– И не абы какие, Борис. В Невинске сейчас обосновались маги чуть ли не уровня Грандмастеров. И все они устроились в отеле «Нева».

Царь поднимает бровь, его голос звучит задумчиво:

– Значит, Багровый Властелин направляет к Даниле столь могущественных магов для переговоров. Это многое говорит о масштабах и возможностях этого иномирянина.

Влад хмыкает, откидываясь на спинку кресла:

– Загадка, да и только. Никто не понимает, что у него на уме.

Царь медленно кивает, словно принимает какое-то внутреннее решение:

– Думаю, стоит отправить к Багровому Властелину посольскую делегацию. И неплохо бы, чтобы Данила вошёл в её состав.