Бал продолжается. Почему бы и нет? Ну, подумаешь, медведь выбросился в окно – в конце концов, это не повод прекращать веселье. Я успеваю насладиться парой бутербродов с икрой, чувствуя, как насыщенный вкус слегка смягчает напряжение. А оборотень? Тот ещё жив и благополучно передан в руки Охранки. Всё благодаря моим псионическим клинкам, которые, пробив ему спину, лишь парализовали, не причинив серьёзных повреждений. Эффективно.

Однако перекус оказывается недолгим. Уже через несколько минут ко мне подходит курьер с сообщением от Царя. Совещание. Срочное. В отдельном кабинете.

Когда я вхожу в помещение, лаконичность интерьера бросается в глаза: минимум декора, только массивный круглый стол и стулья с мягкой обивкой. Владислав Владимирович, всегда спокойный и уверенный, сидит напротив Майкра Блумба.

– Джасмена уже схватили, – объявляет бургомистр, дождавшись, когда я устроюсь.

– Быстро сработали, – замечаю я, усаживаясь на своё место. – Как удалось?

– Мои люди держали его под наблюдением, – Блумб вздыхает. – Я знал, что он сливает информацию соседям. Через него мы и вышли на шпионов. Но то, что он позвал всех шпионов на вечер, за рамками допустимого. Теперь его ждет повешение.

Хорошо. Это одна проблема меньше. Я позволил Охранке схватить некромантку, ситха-темника и оборотня-церковника, но при этом вовсе не собирался оставаться без трофеев. Ещё до задержания я успел залезть в память ситха и вытащить кое-что ценное: местоположение их шпионской ячейки.

Я уже передал инфу Ледзору. Теперь Одиннадцатипалый вместе со Змейкой займутся пополнением моего Легиона темниками. И легат Воронов наконец перестанет жаловаться на нехватку легионеров в когорте «Тьма».

Как там «в одной далекой-далекой галактике» говорилось? Темная сторона даст могущество? Сегодня я уж точно получу его, хе.

* * *

Окраина города, Заипис

Ледзор Одиннадцатипалый с ноги выбивает дверь шпионской ячейки. На его глазах – ночной прибор, украшенный светящимися рунами. В руках массивный топор, которым запросто можно перерубить дерево с одного удара.

В комнате несколько темников-ситхов оживлённо обсуждают «расширение Тёмной стороны», склонившись над разложенными на столе картами. Но их разговор обрывается в тот момент, когда Ледзор врывается внутрь, его голос громогласен, как зимняя буря:

– Хо-хо-хо! Ох, хрусть да треск, так вы все в сборе!

Темники замирают на мгновение, осознавая, кто перед ними, а затем, приходя в себя, накрываются Покровом Тьмы. Густой магический мрак заполняет помещение. Но, увы для них, Ледзор подготовился. Спасибо казиду Гумалину и его ночному прибору – руны на нём светятся мягким голубоватым светом, позволяя видеть сквозь любую магическую завесу.

– Прячемся, значит? – ухмыляется Ледзор, сжимая топор. – Ну-ну, посмотрим, как долго продержитесь.

Без промедления он рвётся вперёд. Первый темник, притаившийся у стены, даже не успевает пошевелиться, как топор рассекает воздух. Пять быстрых, мощных ударов – и стихийный доспех летит на куски, превращаясь в кровавую кашу. Но Ледзор знает, что графу Даниле нужны живые пленные. Потому он рубит руки и ноги, но не убивает.

Упавший ситх вопит как резаный.

– Какая же ты нежная пташка, хо-хо – произносит Ледзор, ухмыляясь, глядя на поверженного врага.

Снаружи ждут Целители из группы поддержки. Чуть позже они займутся ранами, не позволив пленнику умереть от кровопотери, и подготовят его для дальнейших «допросов».

Но времени на передышку нет. Остальные темники бросаются на Одиннадцатипалого, словно стая волков. В его сторону летят клинки Тьмы, матово сверкают черные шары. Однако Ледзор остаётся невозмутим. Вращая оружие, он движется, словно танцор. Его кожа физика выдерживает остатки атак, а остальные он с лёгкостью отбивает.

– Хо-хо-хо! Так это всё, на что вы способны? – смеётся он, его голос гремит, как зимняя вьюга.

Один из темников, видя, что бой проигран, бросает своих товарищей и пытается сбежать. Его ноги едва касаются пола, он рвётся к задней двери, надеясь скрыться в лабиринте коридоров. Но из стены внезапно выскальзывает Змейка. Змеевидные волосы шипят, её четыре руки с медными когтями движутся с пугающей скоростью. Темник не успевает даже закричать. Медные когти метко вонзаются в его ноги, разрывая доспех. Он падает на пол, извиваясь от боли. Змейка наклоняется над ним, её змеи шипят, а глаза горят как янтарь.

– Не убеежжишь, мазака сожррет живого, – говорит она, наступая на беглеца. – Фака!

И в этот момент надо видеть его глаза. Кажется, темник понял, что до сих пор еще не видел истинную Тёмную сторону.

* * *

Бал продолжается, всё в том же вихре музыки, света и лоскутных улыбок. Хоть я и не люблю танцы, но деваться некуда. Роль примерного мужа и главы рода требует жертв, в том числе и от моих бедных ног. Сначала был танец с Лакомкой. Потом Светка, чьё стремление показать себя в лучшем свете добавило прыти в мои шаги. Камилла оказалась сдержанной, будто это не бал, а церемония, а вот Лена, напротив, вложила в танец столько энергии, что к концу мне уже хотелось рухнуть в ближайшее кресло. Но не тут-то было: в очередь встала Настя. Как откажешь невесте, когда на тебя смотрят такими глазами?

Вот так и получается: вроде не поклонник всех этих пафосных крутилок, а стою на танцполе, словно ветеран светских мероприятий. Многожёнство – штука непростая, мать его. Весьма редкое явление среди высшей знати русской аристократии, так что мой случай уникален. И тут не просто жёны, а настоящие красавицы. Каждая выделяется: яркая Лакомка, блистательная Светка, элегантная Камилла, жизнерадостная Лена… Мужики вокруг только и делают, что сверлят меня взглядами, полными чёрной зависти. Ну а женщины? Не скрывают интереса. Что ж, приятно осознавать, что являешься объектом зависти и восхищения.

После очередного танца, когда я уже подумываю сбежать за очередным бутербродом, подходит Маша Морозова. Улыбается, как будто знает, что мне деваться некуда. Ну как отказать? Да и заслужила – она ведь здорово помогла в захвате Портакла, фактически стала танкистом. Придётся кружиться. Её руки лёгкие, движения уверенные, а в глазах сияет радость, от чего становится чуточку легче выдерживать эту светскую пытку.

Наконец, соскользнув с танцпола, замечаю в стороне Игоря Стяжкова. Тот стоит, как павлин, грудь колесом, взгляд высокомерный. Подхожу и, усмехнувшись, спрашиваю:

– А ты тут что делаешь, мой лучший друг?

Он выпрямляется:

– Как что? Я представитель графского рода Стяжковых. Конечно, кто-то должен присутствовать от нашего имени, налаживать связи с этим иномирским городом.

Кивает куда-то за мою спину и добавляет:

– А это что за франт? Твоей родич? Все девчонки тащатся от него.

Я оборачиваюсь и… ах да, конечно, кузен Бер. Альв выглядит так, будто сошёл с обложки модного журнала. Вокруг него кружатся девушки, щебечут, смеются, и явно готовы разорвать его на сувениры.

– Да, мой. Моей главной жены, вернее.

А про себя думаю:

«Ну что ж. Может, его в богатой вдове какой-нибудь сдать за хорошие деньги? Избавлюсь от родственника, который вечно попадает в неприятности, да ещё и подзаработаю. Ха-ха».

* * *

Рано утром, когда тишину спальни нарушает глухой грохот, я просыпаюсь. Лакомка, свернувшись в клубок, продолжает безмятежно спать, едва дёрнув ушком на шум. Я аккуратно высвобождаюсь из её объятий, чтобы не разбудить, и выглядываю в окно.

На дворе, среди влажной утренней травы, царит хаос. Ледзор Одиннадцатипалый тащит кузена Бера за шиворот. Тот упирается, но Ледзор, как всегда, громогласен и непреклонен:

– Хо-хо-хо! Мне поручили заняться вашей магической подготовкой, родич графа! – басисто объясняет. – Мне сказали не принимать во внимание ваши возражения! Давайте соточку отожмитесь!

Кузен Бер, растрёпанный и явно не в восторге от внезапной физической активности, начинает возмущаться:

– В этой луже?!

– Это роса, хо-хо.

– Да как вообще связаны отжимания и магическая подготовка?!

– В здоровом теле – здоровая магия! Хо-хо-хо! Две сотни, давайте! Или вас топором замотивировать!

В итоге Ледзор сумел убедить кузена Бера заниматься. Я хмыкаю тихо, чтобы не разбудить Лакомку. Затем плотно закрываю створку окна. Надо завтра сказать Ледзору устраивать утренние тренировки подальше от домика. А в целом морхал молодец. Пусть вытрясает из этого Бера избыток энергии. Может, станет меньше попадать в неприятности.

Досыпать остаток сна решаю в другой спальне. Лакомку лучше оставить в покое – стоит только привстать, и она тут же растянется на всю кровать, словно кошка, которая нашла идеальное тёплое местечко. Её умение оккупировать каждую свободную пядь поражает, да и будить беременную жену – задача неблагодарная. Я ж не изверг.

В соседней комнате посапывает Камилла. Её тёмные волосы разметались по подушке, а стройная ножка выглядывает из-под одеяла. Я осторожно устраиваюсь рядом. Камилла, хоть и любит иногда закидывать ногу, места много не занимает. Пространства хватает, чтобы удобно устроиться.

В последние дни я провожу ночи с жёнами по одной. Просто в доме появилась невеста, а ей пока «нельзя ни-ни». Жёны, проявляя удивительное единство, решили на время отказаться от ночных «групповых мероприятий». Что ж, есть в этом своя прелесть. Например, на кровати стало куда больше свободного места.

* * *

На следующий день я устраиваюсь в непривычно маленьком кабинете. Мы пока еще гостим в Заиписе, как и царская делегация. Но в целом можно расслабиться: основные дела завершены, бал остался позади. Все первостепенные задачи решены, и я даже успел добавить в Легион новых темников-ситхов. Теперь их подготовкой легат Воронов. Как говорится, переходи на Тёмную сторону, у нас есть не только печеньки, но и достойное командование.

Остаются мелочи. Например, проверить, как обстоят дела на бывших землях лорда Бесчлина. Не бедствуют ли крестьяне, не кошмарят их бандиты и тэдэ. На месте я отдаю поручение Деду Дасару: наладить контакт со снежными великанами, живущими в горах. У них невероятные запасы золота – настоящий кладезь для экономики. А у меня, в свою очередь, широкий ассортимент товаров: от «колдовских» телевизоров до «магических» микроволновок. Надо попробовать убедить великанов обменять ресурсы. Последний караван с их золотом был более чем щедрым, и, судя по всему, они не против подобных сделок.

Я усаживаюсь за стол и разворачиваю карты. Взгляд невольно задерживается на Некромантских Островах. Это место уже давно напоминает нарыв: неприятности оттуда начали расползаться слишком активно. Даже на балу заявилась шпионка оттуда. Павлинарх также предупреждал, что на Боевом материке пакостят налетчики с Островов.

Сейчас моё внимание приковано к нехватке магов в Легионе. Конкретно не хватает портальщиков, некромантов и Целителей. Все они – редкие экземпляры.

Портальщики – это вообще отдельная история. Эти маги, как правило, осторожны до паранойи. В замке Портакла, например, большая их часть вообще не воевала, а разбежалась при первом же намёке на опасность. Я не стал их преследовать: безоружных трогать не в моих правилах. Да и Лиан следил, чтобы все они вернулись в Организацию – они ведь ее члены. Но найти новых портальщиков – задача непростая.

С Целителями дела обстоят не лучше. Вся соль в том, что основная их масса – вот сюрприз! – исцеляет. Искать отоморозка среди них – как ловить снежинку летом. Однако без таких специалистов Легион не станет полностью самодостаточной силой. Без военврачей ни одна армия не обходится.

С некромантами чуть проще, но и тут хватает сложностей. Уже есть подходящее место для их ловли – те самые Некромантские Острова. Как оказалось, они склонны устраивать пакости соседним государствам. Теперь вот замахнулись и на Боевой материк. Я, в принципе, не против некромантов как таковых. Пример – Кира, мой гендир и просто милая девушка, несмотря на её любовь к скелетообразным питомцам. Но те, что обосновались на Островах, явно перешли черту. Пора задуматься о том, чтобы «рекрутировать» кого-нибудь с тех мест.

Очень хочется съездить в гости к некромантам. Но сначала Антарктида. Родня важнее. Это приоритет номер один. Острова подождут… хотя и недолго.

А что у нас с развитием и внутренним ростом? Вроде бы всё идёт неплохо. Легион пополняется новыми магами и бойцами, ресурсы есть, внутренние дела постепенно приводятся в порядок. Но вот что я давно понял: иметь армию – это одно, а грамотно её организовать – совершенно другое. Именно поэтому я недавно ввёл строгую иерархию с трибунами и легатами.

Посмотрим, как эта система покажет себя в деле.

Но ведь армия у меня не только в голове. Есть еще и собственный род, за которым тоже нужно следить. Гвардейцы, дружина тавров, телохранители-ящеролюди, да и такие уникальные личности, как Змейка или Ледзор, который обожает действовать в соло. Все они требуют координации, а иногда и просто жёсткого пинка для мотивации.

Мои размышления прерывает звук быстрых шагов. В комнату залетает Светка, её светлые волосы струятся по плечам, взгляд с лёгкой искоркой лукавства.

– Даня, мы с девочками пройдемся по лавкам. Нам нужно выбрать кое-что.

– На здоровье. И почему ты всё время отпрашиваешься? У нас же есть мыслеречь.

Светка подходит ближе. Её тёплые пальцы касаются моего плеча, она наклоняется и, улыбаясь, шепчет:

– А как же я поцелую тебя через мыслеречь?

Она чмокает меня в щёку, а потом, не останавливаясь, целует в губы. Быстро, но с явным удовольствием. Девушки такие девушки.

– Тем более, – добавляет она с озорной улыбкой, – сегодня ты ночевал с Лакомкой. Я соскучилась.

Следом за бывшей Соколовой в комнату заходят Камилла и Лена. Они, не говоря ни слова, подходят ко мне. Камилла обнимает с одной стороны, Лена – с другой. Приходится отвлечься от своих мыслей, чтобы погладить девушек по спинам.

– Вы что, решили устроить обряд? – спрашиваю, приподняв бровь.

Они только смеются в ответ. Вот так и живу. Жёны, как ни посмотри, тоже боевые единицы. Постоянно прокачиваются, растут над собой, а Светка уже не раз давала по шарам самому Ратверу. И что с ними делать? Ещё парочку таких – и я окончательно запутаюсь, где я полководец, а где управляющий собственным гаремом.

Девушки, переговариваясь, выходят из кабинета. В глаза бросается слабое свечение артефакта связи, лежащего на столе. Голос Владислава Владимировича звучит отчётливо и сдержанно, как всегда:

– Данила, нам нужно обсудить важные дела. Когда и где ты свободен?

Я на секунду задумываюсь, прикидывая, где лучше устроить встречу. После короткого раздумья предлагаю:

– Трактир «Морской ёж» под Заиписом.

* * *

Название заведения «Морской ёж» на самом деле не из веселых. В этом мире морские ежи – близкие родственники уисосиков, крайне опасных вонючек. Сам трактир расположен за пределами городской черты, чуть в стороне от защитных стен. Это не просто кабак, а внушительное питейное заведение, разделённое на несколько просторных залов.

Один из таких залов становится местом нашей встречи с Владиславом Владимировичем. Атмосфера здесь явно не для аристократов: под ногами хрустит сено, на тяжёлых дубовых столах стоят деревянные кружки, а вокруг – такие же массивные скамьи, прикрученные к полу. Всё выглядит просто, утилитарно, без лишнего лоска, но зато крепко и надёжно.

– Ну и выбор места, – бормочет Владислав, оглядываясь.

– А, по-моему, душевно, – улыбаюсь.

– Мне скоро понадобится Чернобус и его стая, – заявляет он, отпив из кружки. – Есть задача на Ближнем Востоке. Я уже упоминал об этом. Заранее предупреждаю.

Я киваю.

– Хорошо. Финны как раз подуспокоились, так что Чернобус может отправиться в короткую командировку. А что Царь решил по Антарктиде?

Владислав задерживает кружку у губ, словно обдумывая ответ, затем говорит:

– Пока армаду и флот туда не посылает. Хрен его знает, сколько там врагов. Ты сам говорил: белые медведи, химеры, да ещё кто-то. Царь хочет начать с диверсионных операций.

Я усмехаюсь, догадываясь, к чему он ведёт.

– И кому же Его Величество хочет поручить эти диверсии?

Владислав ставит кружку на стол и смотрит прямо на меня.

– Конечно, группе «Тибет». Данила, ты сам знаешь, что делать. Ты скачал память одного из гомункулов, так что у тебя наверняка есть идеи, где можно пошариться. И у тебя будут сильные подчинённые для этой работы.

– Подчинённые? – переспрашиваю, нахмурившись. – То есть я…

Он кивает, безо всяких сомнений.

– Да, отныне ты командир группы «Тибет».

Я задумчиво чешу подбородок.

– Вот я ненароком и подсидел Фирсова.

Владислав невозмутимо отвечает:

– А прошлому командиру мы это уже объяснили. Он даже обрадовался. Всё надеется, что его на пенсию отпустим.

– Судя по вашему голосу, он этого не дождётся, – подмечаю я.

Владислав усмехается.

– Верно. Ефрем Кузьмич понимает, что ты прирождённый диверсант. По-хорошему, тебе бы в Охранку.

Я выпрямляюсь, мельком бросив взгляд в окно, как будто уже просчитываю путь к возможному отступлению. Он замечает это и поясняет:

– Не на пыточный стул, если ты об этом подумал, а в кресло старшего экспедитора.

– Эх, а так хорошо сидели, Владислав Владимирович.

Он недовольно качает головой.

– Ну-ну. Когда-нибудь ты оценишь моё предложение.

Я хмыкаю, но возражать не собираюсь. Жизнь у телепатов длинная.

– Насчёт командования «Тибетом» – ладно, ок. Мне всё равно нужно спасать родню. Да и трофеи лишними не будут. Особенно всякие геномантские артефакты.

Владислав удовлетворённо кивает и допивает содержимое своей кружки.

– Вот и договорились.

Едва он ставит пустую посудины на стол, наш разговор прерывают. К нашему столу направляется группа матросов, явно захмелевших и, судя по их виду, не обременённых лишним воспитанием. Один из них, немаленький физик, с покрасневшим лицом и тяжёлой походкой, склоняется над нашим столом и начинает беззастенчиво:

– Эй, вы, не местные, случаем? С каких это островов пожаловали? Иноземцы что ли, про которых все талдычат?

Владислав поднимает на него холодный, полный презрения взгляд.

– Ты серьёзно? – произносит он с таким ледяным тоном, что даже не слишком трезвый матрос отшатывается на шаг. – Ты не знаешь, кто мы?

Я, наблюдая за сценой, негромко замечаю:

– Ваше Высочество, всё логично. Этот трактир специально вынесли за городскую стену. Здесь размещаются всякие сомнительные матросы, которые проплывают мимо, но не выгружают товары в Заиписе. Задумка была в том, чтобы порту не устраивать разборки. Кстати, идея Блумба. Ему надоело улаживать ежедневные драки.

Владислав смотрит на меня неодобрительно:

– И тогда зачем ты меня сюда позвал?

– Тут отличный эль! – с улыбкой отпиваю я из кружки.

Тем временем матрос, обиженный невниманием, с красным от злости лицом вмешивается:

– Ну ты и наглый! – бросает он, уже почти переходя на крик.

Владислав мгновенно реагирует: его ладонь описывает быструю дугу, и одна мощная оплеуха отправляет незадачливого матроса в стену. Тот сползает вниз с глухим стоном, не делая попыток подняться. Однако его товарищи, разъярённые этой сценой, тут же бросаются на нас.

Я бросаю пси-клинки, нейтрализуя нескольких противников. Владислав же просто хлопает в ладоши, и зал озаряет яркий свет. В следующий миг пятеро матросов превращаются в обугленные скелеты. Ни защитные артефакты, ни прочная кожа физиков не спасают их от судьбы тлеющих головешек.

В трактире наступает мёртвая тишина. Оставшиеся в живых посетители, потрясённые увиденным, отодвигаются как можно дальше, стараясь не встречаться с Владиславом взглядом. Он оглядывает зал и, будто ничего не произошло, спокойно произносит:

– Успокоились.

Затем он поворачивается ко мне и добавляет, словно подводя итог вечера:

– Скоро к тебе прибудут Фирсов и Шаровой. А Мерзлотник и Веер уже, кажется, обосновались у тебя.

С этими словами Владислав поднимается из-за стола и выходит из трактира, оставляя меня одного.

Я, допивая эль, размышляю. Встреча именно в этом трактире была организована мною не только для обсуждения дел. Мне хотелось увидеть Солнечный Дар в действии. Увидел. И что я могу сказать? Зрелище впечатляющее. Я заметил: это не просто огонь, это концентрированные солнечные лучи, усиленные до такой степени, что способны сжечь дотла. У царского рода Дар действительно необычный. Что в общем-то и неудивительно.

* * *

Следующее утро начинается с того, что я вместе со своими переезжаю в Шпиль Теней, чтобы прозондировать земли, некогда принадлежавшие Бесчлину. Пока я обдумываю планы и пытаюсь вникнуть в местные проблемы, в замок приезжают два бугая – сыновья Гересы. Весь их вид выдаёт нерешительность: переглядываются, мнутся, но всё-таки выдавливают из себя, пусть и громогласно:

– Батя… то есть, лорд Филин, мы тут к тебе наниматься. Последний заказ выполнили!

Я киваю.

– Молодцы. Значит, теперь вы готовы перейти в моё распоряжение?

Братья снова переглядываются. Один мнётся, явно пытаясь найти нужные слова, но всё-таки решается:

– Па… лорд Филин, мы бы хотели ещё кое-что попросить. Это заказ от города. На истребление банды Огневика Жарова.

Я поднимаю бровь, пытаясь понять, откуда такая инициативность.

– Почему вам хочется его выполнить? Ведь им могут заняться другие наемники.

Сыновья моментально закипают от злости, сжав пудовая кулаки. Но злость направлена не на меня.

– Этот подонок в трактире прилюдно оскорбил нашу мать! Такое наговорил, что терпеть невозможно! А теперь он в розыске! Мы бы хотели сами с ним разобраться!

Ах вот оно что. Кто-то оскорбил Гересу и ушел с головой на плечах? Удивительно.

– Сколько у него людей?

– Пятандцать-двадцать, – отвечает один из братьев. – Десять огневики, остальные физики.

Моё первое желание – использовать банду на благо Легиона. Огневики могли бы пригодиться. Но вытащить их живыми из леса будет сложно даже для Ледзора. Лучше взяться за это дело лично.

– Хорошо, – заключаю я, вставая из-за стола. – Но сделаем это быстро. Берём Одиннадцатипалого и идём.

С помощью артефакта удалённой телепатии я легко выискиваю местоположение банды. Оказалось, они затаились в лесу неподалёку. Без лишних разговоров выдвигаемся. Группу беру небольшую: Ледзора, с его неизменным энтузиазмом к любым видам битвы, и сыновей Гересы, кипящих от гнева и желания доказать свою преданность.

Группа действует быстро и без лишнего шума. Перед атакой я даю чёткие и недвусмысленные указания:

– Никого не убивать! Отрубаем руки и ноги, но оставляем их живыми!

Ледзор воспринимает приказ с таким энтузиазмом, будто я только что объявил праздник. С громогласным смехом он бросается в гущу врагов, вращая свой топор, словно дирижёрскую палочку. Сыновья Гересы, кипящие от ярости, действуют не менее эффективно.

Я сам берусь за одного из магов огня, подловив его на попытке сбежать. Мгновение сосредоточения – и огненный шторм накрывает его, лишая сил и воли сопротивляться.

Побеждать магов их же стихией – это всегда особое удовольствие.

Вскоре сражение завершается. Один из огневиков, хоть и обожжённый, ползет куда-то за дерево. Его тут же отправляю в Легион. Остальные – повержены, беспомощны и, мягко говоря, не в лучшем состоянии. Жаров, их предводитель, тоже не стал исключением.

Добавить всех в Легион да и дело с концом.

Затем уже осматриваю Жарова: золотые доспехи, увесистые побрякушки и бриллиантовую серьгу. Всё это выглядит чересчур вычурно для такого грубого типа как лесной бандит.

– Ну что, – обращаюсь я к братьям, оглядывая их с лёгкой усмешкой. – Что из этого хотите подарить матери? Как думаете, какой трофей Гересе бы пришелся по душе?

Братья красноречиво переглядываются, но не спешат с ответом.

– Ну да, всё понятно, – ухмыляюсь я, прикидывая, как лучше распорядиться добычей. – Возьмём всё. И не забудем главное.

* * *

Бордель «Райский угол», Невинск

Гереса сидит в своём борделе, привычно держа в руках чашку с травяным настоем. Перед ней – Маша, молодая девушка с открытым, но слегка упрямым лицом. Обстановка кажется спокойной, но в голосе Гересы звучит характерная строгость бывалой воительницы да и просто опытной женщины.

– Маша, ты здесь уже три года, – начинает она, внимательно глядя на собеседницу. – Я в тебе не сомневаюсь: всё умеешь, клиентов у тебя достаточно, и состоятельные среди них тоже есть. Но вот что я тебе скажу: пора задуматься о будущем. Найди себе мужика. Те, кто готов платить за тебя золото, явно способны стать достойными спутниками. Выбери одного и выходи замуж.

Маша слегка хмурится, в её глазах мелькает обида.

– Вы хотите, чтобы я на пенсию вышла?

Гереса качает головой и улыбается, словно заранее ожидая такого ответа.

– Пока ты красива, используй это. Не упусти момент. Мужа надо выбирать, пока есть из кого.

Девушка остаётся задумчивой, а в этот момент раздаётся уверенный стук в дверь. Через секунду заходит секретарша, немного смущённая, но сдержанная.

– Госпожа Гереса, ваши сыновья прибыли.

С разрешения Гересы двери распахиваются, и в комнату заходят два богатыря, громко топая и привлекая внимание всех, кто мог их слышать. Они несут что-то в мешке, и их лица выражают смесь гордости и смущения.

– Сыночки! – Гереса поднимается, распахивая руки для объятий. Её улыбка сразу смягчает её строгий вид. – Наконец-то явились!

Её взгляд тут же падает на мешок, и она с прищуром оглядывает сыновей.

– Ну, рассказывайте как ваша жизнь удалая. Теперь вы будете помогать мне с заданиями от лорда Данилы. А это что ещё такое?

Сыновья переглядываются, их радость слегка омрачается неловкостью. Один из них решается:

– Это подарок от нашего нового батяни.

Гереса тут же хмурится, взгляд её становится острым.

– Какого ещё батяни? Филин вам не батяня, он лорд!

Другой сын, игнорируя её возмущение, с усмешкой распевает:

– «Лорд-батяня, батяня-лорд, сердце не прятал за спины ребят».

– Лорд – он и есть отец родной для солдат, – подхватывает первый, словно оправдывая их дерзость. – А это тебе от него, лично. В другом мешке еще и доспехи, и остальные украшения.

Гереса вздыхает и качает головой, но всё же тянется к мешку. Всё же это подарок от Данилы! Развязав узел, она достаёт боевой трофей.

Маша вытягивает шею, пытаясь рассмотреть содержимое мешка. Не удержавшись, она вскрикивает, резко бледнея. На мгновение лицо Гересы становится непроницаемым, но затем в её глазах начинают блестеть слёзы.

– Мне ещё никто никогда такого не дарил!

Она держит в руках засушенную голову Жарова. Огневика, который когда-то грязно оскорбил воительницу.