За что я уважаю японцев, так это за умение сказать «спасибо». Они ценят своих союзников и всячески им помогают. Мы встали лагерем у портала, и род Кимадзаро предоставил нам всё необходимое: шатры, боеприпасы, сотню слуг, горячую воду, изысканные пайки, в том числе жареную утку «Хоккайдо» специально для Ломтика. А еще Дзиро-сама отдал нам в помощь сорок гвардейцев с огнестрелом и артиллерией. Причем возглавляет отряд несравненная Сая, гроза лягушек. Или это наоборот лягушки — гроза юной японки? В общем, неважно. Я так тогда точно и не понял, что случилось у бамбукового фонтана. Но вот почему-то Сая, заявив, что пойдет вместе со мной на Ту Сторону, вдруг брякнула:

— Ты рад, господин Данила?

Я удивленно посмотрел на японку поверх жареной утиной ноги. Еще пристальнее на Саю глянули мои жены да так, что девушка засмущалась и пробубнила что-то невнятное.

— Мы с «сестрами» рады, — холодно, без улыбки сказала Камила.

— Ага, очень, — подтвердила Лена, тоже без теплоты в голосе. Раньше она так не умела, доброй души была малышка, ну чему только не научит жизнь с искушенными «сестрами». Многоженство — страшная сила. Оно меняет людей до неузнаваемости. Вот взять меня — так зажрался, что на других баб пока даже не смотрю. Не тянет да и всё. Когда бы такое раньше было?

— Спасибо, графини, — между тем пролепетала Сая и поспешила свалить в сумрак.

А я, пожав плечами, продолжаю уминать утку наперегонки с Ломтиком и обдумывать наши дальнейшие действия. Не знаю, сколько еще мы протопчемся у порога иномирья, но одну ночь точно. Надо подготовиться к вылазке, а не тупо лезть на рожон. Да, знаю, странно от меня слышать подобное, но орнитанты по-любому встретят нас жарко, с огоньком. Меня же сейчас ничего не торопит. К порталу подключили энергоартефакт весом с тонну. Даже если пернатые умудрятся как-то оборвать свой канал подачи энергии, мы врубим свой генератор, и червоточина не захлопнется.

Что еще? Золотого Дракона тавры связали нервущимися цепями Гумалина, да утащили зверюгу на временное хранение в ангар Кимадзаро. Убивать животину я не стал, только забрал у нее большую часть энергии, чтобы он мог только пить да жевать. Всё же живой багрового зверь полезнее мертвого. Весь вопрос в том, сумеем ли мы с ним договориться. Именно договориться. Разум Золотого очень хорошо защищен, и перепрограммировать его не вариант. Но этот вопрос позже решим. Сейчас главное — портал.

Поужинав, я решаю прогуляться за пределами лагеря и немного помедитировать. Однако, присутствие незваного гостя, наблюдающего со стороны, мешает достичь полного раскрытия чакр.

— Лиандриль! Ты так и собираешься стоять в десяти метрах, даже не поздоровавшись? — фыркаю я.

— Кхмхм… привет, конунг, — раздается неуверенное. — Смотрю, а ты глазастый.

Остроухий малец подходит ближе. Тоже выдал он номер, конечно. Понадеялся на темноту. Да даже не обладай я зрением темного мага, то обязательно бы его просканир…. Ах вот оно что. Альв умеет скрывать телепатические волны. Впрочем, энергией Высшего Грандмастера малец все равно фонит за километр.

— А сам ты проверяешь мой слух? — усмехаюсь. — Поэтому так громко дышал?

— Я громко дышу? — в голосе мальца звучит наигранное удивление. Ну а вообще я просто увожу его подозрения по ложному пути. Он явно проверял меня и сделал ставку на глаза. Пускай лучше думает, что у меня дельфиний слух, а не филинное зрение.

— Как паровоз, — киваю. — Ты случайно не куришь? Бросай лучше, а то не вырастишь же ни хрена.

— Слушай, заканчивай уже, — с обидой отвечает альв. — Я всё-таки член Организации, самой могущественной организации во всей мировой спирали…

— Организация — самая могущественная организация? Тавтология какая-то получается, — замечаю. — Ну зачем ты прикатил, о могущественный пятиклассник?

— Да слышал, что ты схватился с орнитантами, — бурчит малой альв. — А они, по сути, вассалы ликанов. Ты в шаге от того, чтобы разозлить Ратвера. Я захотел тебя предостеречь, уж не знаю почему.

— Спасибо, конечно, только мне как-то пох… кхм, пофиг на вашего Ратвера, в общем, — поправляюсь. Не при детях же матюгаться, пускай и великовозрастных. — Да и кстати его еще в нашу прошлую встречу подбешивало знатно, хотя и причины не было. Может, у него вши?

— Может, — со вздохом соглашается Лиандриль. — Но тогда он действительно странно себя повел. Даже не попробовал тебя загрызть, что нонсенс.

Вот как? Хотя мне ни капли не интересно, какие вши ползают в голове Блохастого, но запомним этот факт. Вдруг пригодится.

— Ясно-понятно. А теперь тебе пора — меня ждут следующие незваные гости, — не дожидаясь реакции альва, я просто отворачиваюсь от мальца и шагаю навстречу двум безмолвным черным теням. — И, Лиандриль — правда, бросай пыхтеть за гаражами. Это не шутки, — на полном серьезе добавляю.

— Да не курю я! Задолбал! — не сдерживается альва, прежде чем превратиться в золотую молнию и оставить меня наедине с новоприбывшими.

Краем глаза я провожаю Лиандриля. Забавный альв с кучей комплексов. Он сам только рад, чтобы с ним обращались как с ребенком. Видимо, в детстве не хватило родительской любви.

— Ну а вы кто такие? — громко обращаюсь я к теням, а те удивленно переглядываются.

Хе, ну и кретины. Врубили Покров Тьмы и думают, что стали невидимками. Всегда нужно быть готовым, что встретишь мага своей же стихии, и твой режим стелс полетит к чертовой матери. Да и то же телепатическое сканирование их обнаруживает на раз-два.

— Да похер, — по-японски бросает правая тень, создавая в руке клинок Тьмы. — Он всё равно один.

— Один? — я фыркаю. — А вы точно японские ниндзя? Скрываться не умеете, да и вокруг себя ни бельма не видите.

— Блефуешь, телепат, — уверенно заявляет Левый, приближаясь ко мне и немного отдаляясь от Правого. — Как говорят у вас: «перед смертью не надышишься».

— Это уж точно, — киваю.

«Змейка! Нападай!» — посылаю приказ держащейся неподалеку хищнице.

В следующий миг четырехрукая фигура с бешеной скоростью выскакивает из-за валуна и прыгает на спину Правому. На мгновение из-за туч выглядывает луна, и в ее белом свете успевают сверкнуть голубые чешуйки на смертоносных изгибах изящного тела. Всё это время Горгона держалась неподалеку от меня, оберегая своего мазаку.

— Мазака!!! Я — Ма-ать выводка! Фака! — гортанно кричит Змейка, уже повалив на брюхо Правого ниндзя. Медные когти обрушиваются ему на затылок, пробуя на прочность шлем.

Я тоже облачился в доспех Тьмы, что оказалось большим сюрпризом для Левого.

— Рисовые ростки! Да вы издеваетесь! — вопит шиноби, пытаясь атаковать меня объемной техникой.

Встречным камнепадом я отбиваю атаку еще в зародыше. Похоже, это был Голод Тьмы. Ну получай фашист свою же гранату!

Левый исчезает в черном скрежещем облаке. Голод его не убьет, Мастер всё-таки, но задержит. А я тем временем направляюсь на подмогу Змейке. Хищница неплохо изваляла Правого, но его доспех всё еще держится, а объемные темные атаки для Горгоны противопоказаны. Она, конечно, умеет проходить сквозь камни, воду, лед и огонь, но электричество с Тьмой в этот список не входят.

«В сторону, Мать выводка» — командую змееголовой.

— Ммм, хорррошо, — довольно мурчит она, словно получила признание.

Сразу же моя молния сбивает Правого с ног, а здоровенная пси-граната размером с кулак Великогорыча скручивает его мозг в трубочку. Доспех слетает, щиты тоже, но шиноби еще в сознании. И тут он делает очень оригинальный финт — странно выворачивает нижнюю челюсть и ломает один из зубов. Ну, фильмы про ниндзя я смотрел. Понятно, что в полости зуба припрятан яд.

— Варежку открой, — командую. — И выплюнь гадость.

Тело шиноби больше ему не принадлежит. А потому он послушно сплевывает капсулу с ядом.

«А теперь надень доспех» — в этот раз команда беззвучная. Готовится небольшой розыгрыш.

— Гремучий! — из Голода Тьмы наконец вырывается Левый. Он немного покоцан, но в целом еще полон сил. На всех порах шиноби бежит к застывшему напарнику и встает бок о бок с ним, не отрывая напряженного взгляда от нас со Змейкой. — Ну что, брат⁈ Вместе ударим… Кхмгрррхх….

Из его горла навылет выскакивает черный клинок Тьмы.

— Конечно, брат, ударим, — восклицает Правый, нанизав голову напарника на острие. — Я уже. А ты почему отстаешь?

Левый еще не умер, но через несколько секунд умрет от асфиксии. Надо двигаться в темпе. Моя марионетка развеивает свой доспех и подтаскивает умирающего ко мне.

— Красавица, не подержишь меня? — обращаюсь к Змейке, и хищница без слова возражения обхватывает меня всеми четырьмя руками.

Мне даже лень удивляться отсутствию обыденного: «Ррр! Я — Мать выводка! Фака». Видимо, «красавица» тоже входит в разрешенный перечень наименований Змейки. Облокотившись на хищницу, я быстренько погружаюсь с двумя шиноби в Астрал.

Там уже без слов отбрасываю обоих темников в клетку для запчастей. У меня уже есть Воронов, и он со мной надолго. Этого убийцу нельзя отпускать на волю, так что других темников в легионеры мне не надо… Хотя нет, что-то я спешу с выводами. Ведь же можно создать когорту темных магов, а потом еще когорту огневиков, когорту каменщиков и так далее. Легион, настоящий легион, состоит вовсе не из одиночек-воинов, а из боевых подразделений с офицерами. Хм, заманчиво. Но об этом подумаю в другой раз, а пока ниндзя пускай посидят в клетке с другими «донорами». Сейчас же нужно полистать память этих недотеп-шиноби.

Уже через полчаса я заявляюсь в шатер к Сая Кимадзаро. Вернее, топчусь у полога в растерянности. Нет ни колокольчика, ни слуги на скамейке, ни тем более дверного косяка, чтобы постучать.

— Сая-чан! — громко кричу за неимением ничего другого. — Вставайте, солнце! Дело есть!

Внутри шатра раздается шорох и грохот, будто кто-то упал, споткнувшись о что-то в темноте. Затем через полог выглядывает взъерошенная головка японки. За ней видны нагие точеные плечи, на которых едва заметны тонкие бретельки лифчика телесного цвета. А внучка главы Кимадзаро, оказывается, пренебрегает ночнушками.

— Господин Данила⁈ — в шоке восклицает японка. — Почему… почему вы горланите в мою временную опочивальню⁈ Для вызова есть же моя служанка!

— Где «есть»? — демонстративно кручу головой. — Не подскажите?

— Миса! — кричит Сая, правда не находя глазами личную прислугу. — Где тебя носит!

— Сая-сан, простите! — раздается испуганный крик с другого конца лагерной улицы. Упомянутая Миса бежит к нам, наспех застегивая рубашку на груди. За ней из палатки выглядывает Дубный в одних трусах, озадаченно смотря вслед девушке. — Я выходила ненадолго… в уборную!

Я усмехаюсь в лицо Саи. Ага, как же в уборную. Зрение темника не обмануть. Мне было отлично видно, из чьей палатки девушка выбежала. Служанка Саи оказалась падка на красавчика-дроу. А Дубный молодец! Не забывает получать от новой жизни всё.

— Ну раз в уборную, — Сая подозрительно прищуривается, но в темноте она не могла разглядеть, откуда выскочила девушка. Японка снова смотрит на меня, подняв полог до самого горла. Лицо девушки — сама строгость. — Господин Данила, что вы хотели от меня посреди ночи?

— Да ничего особенного, — я пожимаю плечами. — Просто подумал, что вам, возможно, будет интересно узнать, что полчасика назад я допросил и убил шиноби рода Сасаки. Но если вас такие мелочи не волнуют, то извините за беспокойство. Приятных снов, Сая-чан, — я отворачиваюсь и шагаю прочь.

— Что⁈ Сасаки?!. Стойте, пожалуйста! — девушка откидывает полог и выпрыгивает передо мной в одном нижнем белье, загородив мне дорогу. Надо же, какая решительность. Может, она думает, что темнота прячет её прелести? Вот только нефига. — Господин Данила, я прошу прощения! — искренне произносит девушка, приложив руку к правой груди. — Мой тон был непозволителен. Вы вправе приходить в мой шатер в любое время дня и ночи.

Как-то двусмысленно прозвучало, но да ладно, не будем лишний раз вводить девушку в краску. Обычно она и сама прекрасно с этим справляется.

— Спасибо за разрешение вас беспокоить, Сая-чан, но, думаю, стоит позвать главу рода или наследника Кимадзаро, — замечаю. — Повод важный. Сасаки посягнули на жизнь главы рода Вещих-Филиновых, и такое можно смыть только кровью главного виновника.

— Я поняла, — кивает японка. — Тогда сейчас же вызову дядю.

— Ага, буду ждать в своем шатре, — я бросаю быстрый взгляд на девушку. — И Сая-чан, у вас листок прилип к правому бедру.

— А? Спасибо, — девушка рассеянно убирает сор с изящной ножки прямо над коленкой, и вдруг замирает, осознав кое-что. Её лицо моментально краснеет. — Вы… вы меня видите⁈ Всю⁈ — восклицает она с ужасом. — Уи-и-и! — с пронзительным писком она запрыгивает обратно в шатер, её движения быстрые и неловкие. Несколько секунд спустя из-за полога доносится сдавленное и смущенное: — Приятного вечера, господин Данила!

А вечер, правда, проходит приятно. Ожидание наследника Кимадзаро я решаю скрасить в компании своих жен. Тем более что крошка Сая действительно неплохо раззадорила меня. Этому больше всех рада зажигалка Светка. После марафона Лена вслух удивляется моей страстности, а я не скрываю произошедший курьез с японкой. Реакция моих благоверных? Сначала они переглядываются, а затем резко хохочут, схватившись за животы. Светка даже падает на спальник, не в силах остановиться.

— Ох уж эта Сая-чан! — надрывается Камила, утирая слезы с уголков глаз. — Строит из себя бесстрашную воительницу, а сама…

— А сама боится безобидную лягушку, — с улыбкой добавляет Лена, чем вызывает новый взрыв всеобщего смеха.

В это время за мной и заходит посыльный. Наследник главы Кацу Кимадзаро наконец-то прибыл в лагерь и ждет меня в своем шатре. Там уже сидит и красная до ушей Сая, которая при моем появлении вообще превращается в помидорку в юкате. Кацу в недоумении поглядывает на племянницу, видимо, не понимая причины ее смущения, но быстро забывает про нее, как только я в подробностях сообщаю о шиноби.

— Чертовы Сасаки! — сжимает кулак Кацу. — Грязные выродки!

— Ниндзя хотели убрать именно меня, чтобы на земли Кимадзаро продолжались набеги Золотого Дракона, — замечаю. — Правда, они не знали, что опоздали — зверь уже скован.

— И род Кимадзаро в неоплатном долгу перед тобой, господин Данила, — Кацу совершает низкий поклон, за ним молча сгибается и Сая.

— Речь сейчас о Сасаки, — напоминаю. — Я хочу с ними увидеться перед вылазкой к орнитантам. Мне нужно обеспечить себе надежный тыл, в который не посмеет ударить ни один оборзевший род. Устройте нам встречу.

— Боюсь, это займет время, — вздыхает Кацу. — Сейчас многие рода восточной Японии съезжаются на завтрашний бал у дайме Нобунага. Сасаки тоже уехали к ним. Наш род, кстати, также обязан почтить своим присутствием дайме, Сая-чан, — бросает он взгляд на племянницу. — Ты как половозрелая барышня Кимадзаро тоже должна быть там.

— Хорошо, дядя, — серьезно кивает девушка.

— Значит, бал? — подаю я голос. — Что ж, возьмите и меня с собой. Там я как раз пообщаюсь с Сасаки. Это возможно?

— Хм, да, в принципе, — Кацу обдумывает предложение. — У Кимадзаро есть право брать с собой друзей рода.

— Тогда решено.

Вот же жены офигеют. Они ехали на войну, а попадут на бал. Представляю их ошеломленные глаза размером с пятирублевую монету. Ну а как вы хотели, хе. Ваш муж-конунг умеет удивлять.

Ну а я тоже повеселюсь. Пообщаюсь с Сасаки и брошу ему пару костей от скелетов, запертых в его шкафу. Неудачливые шиноби знали немало интересного. Для шантажа целого рода вполне подойдет.