— Ваше Сиятельство, отдел разведки нашел Уткина, — на пороге библиотеки Горланова появляется личный помощник. Граф по привычке уселся вечерком почитать любимую книжку. Но, видимо, не судьба погрузиться в масштабную войну своего любимого героя демоника с коварными демонами. Опять отвлекают, да еще по такому пустяку.

— Ну и нашли и нашли, — равнодушно отвечает граф. — Мне-то зачем докладывать? Просто устройте ему нескучную жизнь. Больше никто не должен давать заказы этому горе-дуэлянту. Пускай сдыхает с голода. Я не хочу, чтобы у него был повод взять в руки свой дуэльный клинок.

— Да, Ваше Сиятельство, — слуга медлит, подбирая слова. — Но, боюсь, господин Уткин и так больше никогда не возьмет в руки клинок. Сейчас он находится в реабилитационном психдиспансере в Перми. Уткин ходит под себя и носит подгузники. Он больше недееспособен.

Горланов с удивлением смотрит на помощника.

— Щенок оказался очень злопамятным, — фыркает граф. — Нет, чтобы просто убить, решил изощренно наказать, — Горланов даже не подумал, что, возможно, Вещий просто дал Уткину второй шанс, а не подверг коварной мести. — Что-то не так с этим пацаном? — задумчиво роняет граф. — Откуда у его невесты, провинциальной дворянки, столь мощный артефакт? Причем и он сам же далеко не слабый телепат, как снова подтвердилось. А ведь официальный ранг — Воин. Выходит, липа? Ну, значит, и с багровым виновата не одна лишь удача…

— Ваше Сиятельство, позвольте также напомнить, — помощник редко позволял себе вмешиваться в рассуждения графа, лишь выступая поддакивающим слушателем, но сейчас осмелился сделать исключение. — Как известно из разведданных, Вещий получил в собственность землю по соседству с поместьем Филиновых.

— Кхм, да, этот момент очень странный, — граф не признается, что сперва даже не обратил на него внимания, хотя именно сейчас, в свете проигрыша Уткина, он заиграл новыми красками. — И то, что Вещий — телепат, вдвойне настораживает. Неужели бастард Филиновых? — хмурится Горланов. — Было бы странно тогда, почему Царь ему благоволит и подкидывает землю рядом с поместьем. Именно Царь же и изничтожил остатки Филиновых. Зачем поощрять отпрыска старого врага?

— Времена меняются, Ваше Сиятельство, — намекающе вздыхает помощник.

— Возможно, — озабоченно протягивает Горланов. Пришедшая на ум идея ему совсем не по нраву. Ведь род Горлановых нынче является одним из владельцев бывших имущественных активов Филиновых. — Тогда у меня еще больше причин избавиться от Вещего.

— Не чревато ли последствиями, Ваше Сиятельство? — спрашивает осмелевший помощник. И к его удовольствию, граф снова задумывается. Похоже, сегодня его звездный час.

— Думаешь, Охранка заступится за щенка? — Горланов качает головой. — Но Красный Влад пока молчит по поводу дуэли. Возможно, щенку как раз и дали землю рядом с поместьем, чтобы главные рода задумались, а не бастард ли это? Ну и убрали его под шумок, с царских глаз долой.

Идея очень сильно приходится по душе графу. Может, правда, Царю захотелось сделать грязную работу чужими руками?

— И всё же лучше поберечься и не привлекать большие силы для устранения Вещего, чтобы лишний раз не привлекать внимание Охранки, — замечает помощник.

Граф морщится.

— И без тебя знаю! — рявкает Горланов, опуская с небес зарвавшегося слуга, и тот понимает, что его «звездный час» закончился, безопаснее снова играть в молчанку.

— Простите за мою наглость, Ваше Сиятельство, — понуро кланяется помощник.

— Щенок вроде бы поступает в Академию, — не слушая его, рассуждает граф. — Значит, в столице и устроим ему теплый прием. Найди мне дуэлянта надежнее предыдущего.

Помощник, снова поклонившись, уходит. А граф, откинувшись в кресле, пытается погрузиться в чтение, но скачущие мысли постоянно мешают любимому занятию. И одни из преобладающих эмоций в этом суматошном ворохе — тревога и опаска за свои богатства.

* * *

— Ну что думаешь насчет покушения на Свету, Слава? — спрашивает Дмитрий Соколов племянника.

Парень лет пятнадцати пожимает плечами.

— Считаю, дядя, что неправильно было слушаться Вещего и передавать ему право разобраться с тем Уткиным в ТРЦ, — досадно говорит Слава. — Вещий со Светой даже официально не помолвлены, и ее безопасность полностью на совести Соколовых. Почему мы отозвали гвардейцев из «Гудвила»? А если бы Вещий проворонил Уткина?

— Хм, — Дмитрий спрашивал совсем другое. — Вещий не просто жених Светы, он также и ее боевой товарищ, не забывай. Они с десяти лет чуть ли не каждый день прикрывают друг другу спины. Поэтому и здесь я положился на нашего союзника.

— Хорошо, — раздражается парень. — Зачем меня вообще спрашивать?

— Потому что род Соколовых на тебя рассчитывает, — строго произносит «главный сокол». — Ты — будущий глава рода. Пускай Виталий и поступил неразумно, но у меня нет в планах лишать его наследника законного права. Тебя с пеленок учили быть главой, Слав, в отличие от моего непутевого сына. Сейчас я лишь хочу сказать, что тебе нужно принять: Вещие — наши ближайшие союзники.

— Вещий, — с нажимом произносит Слава. — Не Вещие. Он один в своем роду.

— Пока да, — соглашается Дмитрий. — Но совсем скоро их станет пятеро, в том числе и наша Света.

— И тогда моя сестра забегает на побегушках у простолюдинки-мутантки, — злится сын Виталия.

— Мы не обсуждаем иерархию других родов, — Дмитрий сурово сдвигает брови, и Слава прикусывает язык. — Ты услышал меня насчет Данилы? И прежде чем его осуждать, вспомни, как он улучшил меч Светы. Без апгрейда Данилы смогла бы она победить в дэли?

— Я понял, — вздыхает Слава, приняв правоту дяди. — У меня нет намерений ссориться с Вещими, но черт, меня бесит что эта безвенница главнее Светочки!

— Что делать, — вздыхает Дмитрий. — Ты подумай вот о чем. Скоро Данила получит титул, и он сможет жениться на баронессах и даже графинях.

— Ну да, — усмехается Слава. — И тогда в подчиненном безвеннице положении окажутся эти высокомерные столичные львицы.

— Ага, и нашей Светке уже будет не так обидно.

— Пожалуй, это верно.

* * *

Мы снова выбрались на Ту Сторону, думаю, уже в последний раз в этом году. Снова выбраться мне удастся только на военных сборах. А потому я развернул полномасштабные учения. Помимо «Русичей» также забрал в ракхасские степи гвардейские отряды. Студень с бойцами уже пробовали заходить сюда, спреи и маски отлично работают. Но сегодня, я надеюсь, получится повоевать со зверями или выбравшимися казидами.

— Мегамозг, Степняк, — раздается по рации голос Гришки. — У нас всё тихо. Прием.

«Русичи» отделились от основного отряда и ушли ближе к казидским горам. Это тоже часть учений. Пускай ребята покажут, что уже большие и одни сдюжат на сборах.

Я подключаюсь к парящему сверху Зубастику и обозреваю округу. «Нора» выкинула нас на юго-восточном краю ракхасских степей. С юга равнину подпирают отроги казидских гор, а вот на восток мы еще не ходили. Теперь я вижу, что там среди луговых поле скучковались деревни гламхотов — маленьких зеленокожих каннибалов, родственников ракхасов. И кажется, на самое близкое поселение сейчас напали звери…Да, точно. Те самые переростки-кроты, выкормыши казидов. Видимо, бородачи до сих пор надеются поймать меня, а потому не загоняют зверей обратно. Но плотоядным кротам ведь надо чем-то питаться, правильно же?

Минуту раздумываю, кого отправить на охоту. «Русичей» или гвардейцев? Ладно, пускай вторые.

— Студень, — гарцуя на шестилапке, я оборачиваюсь к гвардейцам. — Пара километров на восток и вы встретите атакованную деревню. Задача — спасти местных.

— Принял, Мегамозг.

Гвардейцы стройной толпой бросаются в марш-бросок. Шестилапок не хватило на отряд, только на меня и «Русичей», поэтому гвардии приходится передвигаться своим ходом. Впрочем, Гумалин уже наваял ускоряющих артефактов. Белый казид нашил руны прямо на гвардейских берцах. Получились сапоги-скороходы. Два километра в них можно преодолеть за две минуты. Одна беда: через неделю уже руны «выветрятся», и мне надо будет насыщать их энергией. Срочно нужны энергобатарейки, но пока ничего подобного мы не встречали.

Я скачу вровень с гвардейцами. Перед глазами вырастает высокий частокол деревни. Десяток огромных кротов с ревом скачут на вертикальные бревна, пытаясь проломить своим весом и силой. А над острым забором торчат испуганные зеленые лица гламхотов. Коротыши бросают копья и стрелы, но толстая черная шкура зверей даже не царапается.

— Секунду! — вскидываю я руку, и Студень терпит с отдачей приказа начинать атаку.

Мое внимание привлекает то, что кротозвери при броске на частокол резко сбавляют громкость рева, да и в целом выглядят какими-то сонными, но стоит им отойти, как сразу оживают и снова ломятся на «амбразуру». Я замечаю, как пара глмахотов шепчут каки-то слова. Их бормотанье порождает слабые энергетически эманации. Хм, интересная ментальная атака. Оказывается, зеленые коротыши тоже могут чем-то удивить. Правда, против кротов работает так себе.

— Атакуйте, — бросаю.

Гвардейцы активируют громобои. Единым залпом молний они расшвыривают кротов. Звери тут же вскакивают, спаленная шкура на глазах регенерирует. О, чертовски полезное мясо! Добыча, обладавшая регенерацией, лучше действует на кровоток, усиливает восстановительные функции, да и девушкам помогает забеременеть. Об всём этом мне Лакомка рассказала. Альва явно на что-то намекает…

«Только не сожгите их дотла» — я мысленно предупреждаю Студня, волнуясь о цельности добычи.

Гвардеец сразу помрачнел лицом: задача усложнилась. Но ничего, пусть привыкает не расходовать полезное мясо.

Позабыв о частоколе, кроты обращают звериный гнев на гвардейцев, но новый залп громобоев откидывает их прочь. Затем следуют очереди «калашей» и пулеметов. Еще один залп молний — и звери сдают один за другим. Мозги, видно, перегрелись и не справились с восстановлением поврежденных органов.

— Пакуем, — приказывает Студень, и гвардейцы достают из рюкзаков тесаки и упаковочные мешки.

Я же подхожу к калитке в частоколе и громко стучусь.

— Эй, хозяева, всё позади! Звери вам больше не угрожают!

Калитка приоткрывается, и наружу выходят двое гламхотов — широкоплечие относительно своих соплеменников, в костяных доспехах. Они представляются как защитники Мухоморска, благодарят меня за спасение и даже предлагают закатить в мою честь пир, для которого специально пожарят одного из своих рыжих собратьев. Блин, за что они так с рыжими⁈

— Эм, лучше давайте без этого вашего гурманства, — отказываюсь я немедленно. — Нам хватит и мяса зверей. Лучше расскажите, чем вы задерживали кротов у частокола.

— Это магия наших шаманов, о могучий спаситель, — поясняет один из гламхотов. — Мы часто используем ее во свое спасение от опасных хищников. К сожалению, не от всех она помогает.

— Но если что, наш спаситель, мы всегда готовы прийти тебе на выручку в ответ на твою помощь, — важно заключает второй гламхот постарше. Похоже, он не просто воин, но значительная шишка в деревне. Не зря же у него сзади к костяным доспехам приторочен серый плащ.

Что ж, я не зря сходил в «нору». Узнал что-то новенькое. Плюс раздобыли мясо, опять же. Правда, хотелось бы изучить способность гламхотов получше, но не на своих же людях ее тестировать, так что оставим до лучших времен.

Когда мы с гвардейцами и «Русичами» возвращаемся через портал в весенний лес возле Будовска, разведка докладывает о незванных гостях. Отряд экипированных бойцов засел неподалеку, прямо у границы патрулируемого периметра. Явно пасут кого-то, а учитывая, что они остановились возле зоны с нашей «норой», не возникает сомнений, кого именно.

— Ждем приказа, — говорит Студень.

— Мегамозг, пойдем бить гадов? — усмехается Гришка за всех «Русичей». Девушки поддерживают кивками.

Какие все амбициозные и нетерпеливые, надо же.

— Маловато гадов на всех, — вздыхаю я разочарованно. А потом мне приходит в голову идя. — Зато можно изучить, как действует на людей шаманская магия гламхотов.

— Мм, что? Гламхоты? — теряется Гришка.

— Студень, выдели несколько ребят, — решаю. — Сходим за зелеными коротышками. Они как раз обещали помощь, если попросим.

— А кто вообще такие эти гламхоты? — встревает Светка с непонимающим выражение на лице.

— Скоро познакомитесь, Искра.

* * *

Три джипа наемников стоят глубоко в лесу, за шеренгой деревьев. Кузовы прикрыты камуфляжными чехлами и присыпаны срубленными ветвями. Заросли вокруг тоже обеспечивают скрытность. Сами бойцы стоят неподалеку и ожидают, когда так называемые «Русичи» будут возвращаться с «норы» домой.

— Быстрее бы уже, что ли, — вздыхает самый нетерпеливый.

— Они могут до вечера охотиться, — бросает командир. — Так что запасись терпением.

Наемников нанял Бугров после своего позора в Твери. За неделею головорезы уже изучили маршруты «Русичей». Так что командир не сомневался в плане. Сосунки обзавелись мощной группой поддержки, но всегда действовали по одному сценарию: заезжали все вместе к «норе», оцепляли периметр, а потом возвращались, разъединившись на одной развилке. Причем Вещий еще километров пятнадцать ехал до дома лишь в одной машине — в своем огромном «Майбахе», без сопровождения, лишь с водителем. Это и есть идеальная возможность подловить и прикончить щенка.

Командир наемников оглядывает своих парней и довольно щерится. Бугров не пожалел денег на расправу удачливого конкурента. Три мага-огневика, один воздушник, ну и семеро крепких вояк в поддержке. А еще у джипов прикреплены скрытые пулеметы под кузовом. Изрешетим тачку сосунка так, что даже маги не понадобятся.

Время идет.

— Ну что камеры на дороге показывают? — спрашивает командир. — Не появились еще эти хреновы «Русичи»?

Не успевает он это сказать, как семь бойцов резко падают без сознания. Просто взязли и выключились. Будто в голове рубильник дернули! А ведь у них щиты! Маги слегка пошатываются, но тут же облачаются в доспехи. Дурман в голове пропадает.

— Мать! — кричит командир, вскинув огненные руки. — Что это за хрень…! Держать оборону!

Резко из зарослей, как бешеные шельмы, накидываются маги в доспехах: огневик, воздушник, молниевик, девушка в железной броне и… «тёмник»! Новоприбывшие обрушиваются словно ураган. Сверкающие техники разбивают наемников. Командир с ужасом смотрит, как один за другим его бойцы сдают, а потом на него самого налетает черный как деготь «тёмник». Непроницаемый доспех отливает матовым блеск.

Командир пытается отбиться фаерболами, но «тёмник» нивелирует атаку шарами Тьмы, а потом резко сближается. Град твердых как камень ударов кулаками, затем отскок и странный удар голенью в бедро, и командир падает словно подкошенный, а ему в бок прилетает невесть откуда взявшийся пси-клинок.

— А-а-а-а! — вместе с истошным криком сбрасывается доспех, и командир ощущает себя голым на поле боя.

— Значит, Бугров проснулся, — голос «тёмник» будто бы недовольный.

«Как…как он узнал⁈» — в ужасе думает командир, всматриваясь в непроглядную маску черноты.

— А насчет периметра вы сильно лажанулись, — тем временем замечает «тёмник». — Мы ведь еще дополнительно пускаем за периметр патрули из сканеров. Так что сильно сплоховал ты, Порох.

«Мой позывной? Этот тёмник…он…он читает мои мыс…?»

Додумать командир наемников не успевает. В следующее мгновение ему приходит повелительный приказ: «СПАТЬ!», и он, не смея ослушаться, погружается в забвение. Навсегда.