Летят день за днем, неделя за неделей. Я понемногу втягиваюсь в каждодневную рутину и спокойно работаю над собой.

«Хозяева» притихли, Алабмаш восстанавливается, Чертог Фауста строится, «Энергосинтез» приносит прибыль на внедряемых эликсирах. Что еще? Ах, да про себя любимого не сказал. Мое личное развитие тоже не стоит на месте.

Каждый день хотя бы час я тренируюсь с Легионом или пытаюсь урвать время на телепатию. Бехема по-прежнему ворочается в ментальной клетке, неугомонный, но ничего-ничего, скоро я поглощу этого рогатого, и он исчезнет, вернее, сольется со мной. Что же касается слов Лакомки — то женщинам свойственна излишняя мнительность. Конечно, некоторые риски есть, как и везде. Но я здраво оцениваю ситуацию. Если шанс на успех составляет больше шестидесяти процентов, то почему бы и не взяться, раз победа сулит огромную выгоду?

Не стоит забывать, что я — прежде всего телепат. Моя цель постигать Астрал и становиться сильнее. А высшие Демоны в перспективе сильно мешают этому. Особенно бесит их неубиваемость. Если сразить того же Бехему, то через какое-то время этот озлобленный чёрт воскреснет в глубинах Астралах и пойдет мстить мне или моим потомкам. А ведь Бехема не единственный Демон Астрала, зараза! Неизвестно, скольких я еще встречу, поэтому нужно заранее придумать способ расправляться с этой проблемой. Слияние с силой высших — не только отличный способ устранять их, а еще…

Тут мои мыли прерывает недовольный голос Светки:

— Дурацкая химия, — вздыхает блондинка, корпя над тетрадкой с задачами. — Зачем она вообще нужна? У нас в роду нет никаких химкомбинатов! Да и почему тут так жарко!

После школы мы с ребятами засели в манеже Енеревых, чтобы поделать вместе уроки. Правда, немного мешает жара, как-никак уже разгар лета, а кондиционер едва пашет.

— Завтра починят, — расстраивается Камила, приняв вопли Соколовой на свой счет. — Простите, я не знала, что кондиционер сломался.

— Да всё в порядке, Камил, — я успокаиваю брюнетку, всё же намного приятней видеть улыбку на этих пухлых губах, а не как они грустно опускаются. — Светке просто надо выговориться, из нее прет Соколовская натура.

— Какая еще натура, Вещий? — сразу вскидывается блондинка.

— Которая заставляет тебя дымиться, — киваю на серый дымок над ее светлой головой. — А потом жаловаться на жару.

Под смех ребят Светка сразу спохватывается и умеряет свой пыл в прямом смысле слова.

Но с химией, правда, есть сложности, в том числе и у меня немного. Просто в этом мире приняты другие индексы и формулы обозначения химических элементов, вот и приходится сидеть за учебником. Зато заодно и с ребятами вместе потусуюсь. Они ведь мои камрады и подчиненные, а значит, надо поддерживать нашу сплоченность.

Но какая совместная домашка без сплетен? Поэтому уже вскоре девчонки щебечут, как воробьи.

— А вы заметили, что Антонина Павловна сегодня вся цветет и сверкает, как бриллиант? — улыбается Лена.

— Да, и с чего бы это? — Камила украдкой смотрит на меня. А я старательно игнорирую намеки, чтобы подразнить одноклассниц.

— Вещий, колись, — Соколова не страдает излишней скромностью, как брюнетка. — Твоя работа? Неужели уже сделал безвенницей нашу любимую классную?

— Ваши подозрения беспочвенны, сударыня, — я перелистываю параграф и пробегаюсь глазами по новым цепочкам формул. — Просто Мария Федоровна уже закончила учебный год и отправилась в летний лагерь на море. У младшеклашек раньше наступают каникулы. Вот Антонина Павловна и радуется свободному времени, только и всего.

— Эх, море, море, — загорается Камила. — А ведь я тоже скоро поеду в нашу прибрежную виллу. Ребят, а вы не хотите с нами? Даня?

— Как уже говорил, я не смогу, Камил, — отказываюсь без всякого сожаления. — У меня куча дел с компаниями. Остальных не держу, отпуск — дело святое. Кстати, в свою очередь я приглашаю всех зимой на горячие источники в Алабмаш. К тому времени уже восстановят санаторий.

— О, «Жемчужина Алабмаша»? — сразу загорается брюнетка. — Мне о нем папа рассказал. Он говорил, раньше там отдыхали князья и графы. Так что это очень ценный актив, Даня, не жалей денег на его восстановление. Ну и, конечно, я принимаю приглашение.

Остальные ребята поддерживают брюнетку, ну и мы наконец продолжаем делать уроки, не отвлекаясь. А после манежа я отправляюсь на базу.

Пока еще мы с «Русичами» тщательно готовимся к ловле вождя ракхасов. Конечно, у меня есть память шамана Хруста о местоположении ставки вождя, но проблема сейчас именно в ребятах. Друзья не могут долго находиться по ту сторону «нор». Ага, пресловутый откат. Есть, конечно, у царских охотников специальные артефакты, их я и одолжил у Степана, но с ними еще нужно приучаться работать. Даже сами царские охотники к ним до сих пор толком не привыкли, постоянно ругаются на них. Очень неудобные штуки, замечу. Вот сейчас «Русичи» и приспосабливаются к вылазкам с артефактами. Мы иногда заходим в «норы» и устраиваем тестовую охоту, пару раз даже натыкались на засады ракхасов без шаманов, но на стойбище племени им пока рано идти.

Конечно, я мог бы попытаться и один сходить за вождем, причем, вероятно, что удачно сходить. Но, во-первых, это слишком подозрительно. Охранка, наверняка, заинтересуется, как это одному телепату удалось одолеть ораву ракхасов. Ладно, Жартсерк. Ладно, Демон Алабмаша. Это всё сфера телепатов. Но когда маг одной специальности в одиночку выполняет миссию боевого спецподразделения, могут появиться еще больше вопросов. Поэтому лучше уж иметь мощную поддержку для вида.

Во-вторых, неправильно мне одному пожинать лавры за вождя. Я, конечно, очень жадный, спасибо Жоре, но это как раз тот случай, когда награда для каждого не зависит от количества участников. Наоборот, чем больше народу я задействую, тем больше будет мне благодарных и обязанных. Ну и мы с «Русичами» всё же команда, а не просто формальный доброотряд. Поэтому надо заботиться о развитии товарищей.

Ну и в-третьих, незачем мне нарываться одному на бой с всеми шаманами и вождем племени. В таких миссиях всегда должна быть огневая поддержка магов.

На базе я сразу иду в раздевалку, затем в свой тренажерный зал. Ни за что не догадаетесь для чего. Качаться, хе. Я же не только телепат, но к тому же еще и физик. А самый эффективный способ развивать силу физика — это постоянные нагрузки. Тело привыкает к ним и адаптируется. Вот так всё и работает.

В качалке меня уже ждет София в белой майке и обтягивающих черных лосинах. Фигурка у нее ладная, стройная, с сочностью в нужных местах. Прямо настоящая фитоняшка.

— Шеф, готов? — усмехается Целительница, весело оглядев меня. — Сегодня снова по тяжелой программе?

Один раз мы уже занимались вместе, и София осталась довольной моей отдачей делу.

— Сегодня по сверхтяжелой, — усмехаюсь в ответ, чем всё же удивляю эту курносую озорницу.

Ну и пошло-поехало. Я накидываюсь на снаряды, аки голодный волк на овечье стадо. Выжимаю максимальные веса и даже больше, нещадно травмируя мышцы и суставы. Никаких тренажеров — они для слабаков. Только свободные веса, только хардкор. Техника безопасности? Также к черту!

София округлившимися глазами внимательно наблюдает, как я осиливаю бешеные нагрузки. Как только что-то во мне с хрустом ломается, Целительница тут же залечивает повреждение, и продолжается штурм штанг с гирями.

Конечно, София нужна не только и не столько, чтобы латать травмы. Дело в том, что я включил Целительницу в часть тренировочного процесса. С Софкой мой Дар физика действительно добьется невиданных высот. Выжимая обычно непосильные веса, я разрушаю свои мышечные волокна. София тут же стимулирует синтез разрушенных белковых структур, а организм принимает пережитый стресс и адаптируется к нему. Этот процесс я назвал суперанаболизмом. Если ты — физик, и у тебя есть Целитель, то твой потенциал невообразим. Ну а еще не стоит забывать про стимуляцию моей собственной пси-энергией, она ведь положительно влияет на Дар. Думаю, за полгода можно раскачаться и до второго Мастера, а там уже открывается и подъем до Грандмастера. Существует ли Грандмастер-физик? Не слышал о таком. Но одно я знаю точно — он будет, и очень даже скоро.

— Отлично, — в конце тренировки произношу я, потягиваясь и разминая многострадальные мышцы. Кровь в жилах буквально кипит, так быстро она разогналась от постоянной целительской энергии.

— Шеф, ты настоящий адепт качалки, — пораженно произносит София, протягивая мне полотенце.

— Скорее — упорного труда, — вытираю я взмыленную шею. — Спасибо за уделенное время. Теперь можно расходиться по своим делам.

София бросает взгляд на скамейку для жима лежа и стеснительно спрашивает:

— Шеф, а можно я тоже выжму пару подходов? Не подстрахуешь?

— Конечно, не вопрос, — я киваю и с улыбкой спрашиваю: — А ты разве не устала меня лечить?

Вопрос с подвохом. После каждого исцеления я передавал Софии часть своей энергии, чтобы она не вымоталась, но ни слова об этом не говорил.

Целительница весело усмехается, затем касается указательным пальцем нижней губы и качает головой.

— Ни капельки не устала, даже не знаю почему так, — вдруг она бросает озорной взгляд в мою сторону. Ага, догадалась-таки, лиса. — Даже не представляю-ю-ю, шеф.

Это еще что за номер? Она со мной заигрывает? Хе, скорее, уж просто играется. Много энергии, видимо, получила, теперь некуда девать. Ну сейчас поможем это гиперактивной лекарке сбросить излишек сил.

— Давай уже ложись, — я встаю за гриф на держателях. — И, кстати, напоминаю, что всё, что происходит в роде Вещем, остается в роде Вещем. Даже твои догадки и подозрения.

— Конечно, — девушка сразу становится серьезной. Она ложится на скамейку и подтягивается ближе ко мне. — В моей верности можешь не сомневаться.

— Я и не сомневаюсь, ведь не было поводов, — я смотрю на ее лицо сверху-вниз. — Дело не конкретно в тебе, просто считаю не лишним иногда напоминать… Ну всё, взяла. Раз. Два…

Еще немного позанимавшись, мы расходимся по своим делам. София уезжает на ферму, а я ухожу к себе в кабинет. Всё время до позднего вечера занимают созвоны. Вот парадокс: у меня есть замечательные помощницы Алиса с Василисой, да и управляющие в Алабмаше настоящие профессионалы. Про молодчину Киру вообще молчу. Но всегда возникают вопросы, где без меня ну прямо никак. Например, налаживание риэлторской сети того же «Рабиса», будь он неладен. Или Чертог Фауста — тут я контролирую чуть ли не укладку каждого кирпича, по-другому нельзя.

Когда все переговоры заканчиваются, я решаю заняться медитацией. И уже в процессе глубокого созерцания своей ментальной структуры мне приходит в голову манящая мысль: а неплохо бы домой притащить больше ракхаских артефактов. Команда командой, «Русичи» «Русичами», но ведь надо обезопасить мой «султанский дворец». Недежка ведь затих ненадолго, и лучше чтобы в случае чего Лакомка могла активировать десяток щитов вокруг дома.

Решено. Завтра иду на одиночную разведку в стойбище Красных топоров. Потом будет проще и с «Русичами» прогулять в гости к ракхасам.

Ночью сообщаю о своей идее Лакомке. Так уж повадилось, что альва почти всегда ночует со мной и в постели после бурных кувырканий мы обсуждаем планы на следующий день.

— На Ту Сторону⁈ — сразу садится блондинка в постели. — Мелиндо, а можно мне с тобой? Я так давно не была в мире с двумя солнцами! Там такой чистый чудесный воздух! Дышится просто прекрасно!

— Ну не знаю… — протягиваю задумчиво. Всё же разведка в стан ракхасов это не прогулка-свидание двух голубков.

— Мелиндо, пожалуйста, пожалуйста… — альва соединяет ладони перед грудью в молитвенном жесте, при этом зачем-то покачивая бедрами. Получается больше похоже на эротический танец. Впрочем, я совсем даже не жалуюсь.

Желание Лакомки вполне понятно, и я предлагаю прогуляться как-нибудь потом — не к ракхасам, а просто по лесочку побродить. Всё же тот мир и правда девственно-чистый: нет автомобильных выхлопных газов и промышленных отходов, а к таким вещам альвы очень чувствительны. Поэтому я совсем не против сводить свою остроухую подругу на пикник.

Только Лакомка не сдается и начинает уверять меня, что от нее будет польза и у ракхасов. Ну вообще можно и взять, раз так хочется. Альвы способны притуплять чутье зеленых шаманов, и они не смогут почувствовать ее на расстоянии. В общем, я соглашаюсь. Пускай к ракхасам. Зато сразу двух зайцев убью.

На следующий день, ближе к вечеру, я беру альву с собой на охоту с «Русичами». Рады Лакомке далеко не все.

— Смотрю, у нас пополнение, — хмурится Светка, разглядывая нашу спутницу, когда мы все собираемся на лесной поляне вокруг «норы».

— Я временно, — улыбается ей альва. — Здравствуйте, Светлана.

— Добрый день, Лариса, если это ваше настоящее имя, конечно, — фырчит Соколова, затем поясняет на удивленный взгляд остроухой. — До недавнего времени мы все думали, что вы родственница Данилы, а не его безвенница. Но может быть у вас и имя другое.

— Может быть, но вы всё равно зовите меня Ларисой, — совсем не теряется Лакомка, от чего блондика еще больше хмурится.

Две блондинки еще что-то говорят друг другу, но я не слушаю — анализирую «нору». Энергии полно, значит, открылась недавно, а если еще подпитать, то и до завтрашнего утра не закроется. Можно запускать Зубастика.

— Даня, ну ты молодчина! — шепчет подошедший ко мне Гриша. Казах явно возбужден — вот как глаза горят, прямо искрятся. — Где только такую нашел! Хоть прямо сейчас езжай в твой Алабмаш!

— Ты о ком вообще? — рассеянно бросаю я, занятый телепатическим сканированием через нырнувшего в портал дракончика.

— Да ты глянь сам! — кивает казах мне за спину.

Только обернувшись, понимаю, в чем дело. Уж на что красивы горячая Света и томная Камила, но рядом с Лакомкой первые красавицы школы выглядят обычными девочками. Миловидными, стройными, притягивающими мужской взгляд, но всё же значительно уступающими альве. Наверно, дело не столько во внешности, сколько в грации и изяществе движений.

— Завидую тебе, Дань, — хлопает меня по плечу Гришка.

— Завидуй на здоровье, но потом, — киваю на «нору». — Сейчас останешься за главного.

Казах сразу становится серьезным.

— Ты опять на разведку?

— Ага, — я повышаю голос, чтобы все слышали: — «Русичи»! — девушки оборачиваются. — Контролируйте портал. Если появятся звери или ракхасы — действуйте по протоколу. А мы с Лако…да, с Лакомкой сейчас пойдем разведывать.

— Кто такая Лакомка? — спрашивает Камила, хотя, конечно, поняла, но в стиле брюнетки именно таким способом — очевидными вопросами и намеками — выказывать свое недовольство. Енерева — далеко не прямолинейная Соколова.

— Это позывной Ларисы, — отвечаю.

— А как же откат? — спрашивает Света. — Как она будет держаться?

— Она мутантка, у нее иммунитет, — отмахиваюсь. — Лакомка, пошли.

Мы с альвой шагаем в «нору» и оказываемся на извилистом берегу реку. Местное небо уже начало темнеть, но еще достаточно светло. Засады в этот раз нет. Ракхасы, видно, разочаровались в успешности этой тактики.

Я сразу же подключаюсь к Зубастику над головой и прикидываю где мы находимся.

— Ага, правый берег Кромешной, — так река называется. — Стойбище направо в трех километрах. Можем не торопиться, портал не схлопнется, а по лагерю гулять лучше ночью.

Мы шагом двигаемся в сторону холмов. Уже со склона, обернувшись, я замечаю, как к «норе» бежит стадо хомуйволов. Что ж, будет чем ребятам развлечься.

До стойбища мы добираемся уже в темноте. Гуляем неторопливо. Иногда Лакомка из озорства берет меня под руку, затем смеясь отбегает, словно дразня.

— Какое насыщенное культурными особенностями свидание, мелиндо! — в восхищение произносит Лакомка, когда мы взбираемся на высокий холм.

Это она так радуется безобразным шалашам ракхасов, вздымающимся внизу. Может, вспомнила родной мир, он ведь был похож на этот, и там тоже были ракхасы. Может, альву просто веселит разнообразный ландшафт.

— Время для маскировки,- я окутываю нас Покровом Тьмы и «включаю» василискуса. — А теперь пошли смотреть сокровища аборигенов. Артефакты должны быть на правой стороне лагеря.

Лакомка снова берет меня под локоть, и мы спускаемся к первым шалашам.