По дороге я перекусываю захваченными Студнем шоколадками с газировкой. Вроде бы и незачем, накопитель-то полный. Но привык после боя употреблять сладкое, теперь фиг отучишься. Да и зачем? Вкусно же!

Затем переодеваюсь в запасную экипировку Мастеров с вышитым на всю грудь гербом Хореновых: то ли репой, то редисом, а может даже и хреном.

— Подъезжаем, — напряженно произносит водитель.

Я быстренько набираю склад по многоканальной рации Мастеров:

— Чертог, это Утес, — старательно парадирую мертвого Каменщика. — Нужна дозаправка. Открывайте ворота.

— Утес, полный бак не дадим, — предупреждают со склада. — Подвоза не было, самим мало горючего. И вообще у нас тебе не бензоколонка.

— Сколько дадите, — отмахиваюсь. — Нам лишь бы до базы дотянуть.

Чертог соглашается. А по-другому и быть не может. Гвардейской машине на задании нельзя светиться на обычной АЗС, а если графский бойцы встанут на дороге из-за того, что склад отказал в заправке, потом могут полететь головы. Это всё я узнал из памяти Каменщика.

Мы приближаемся к высокому забору посреди леска. Автоматические ворота распахиваются, и фургон въезжает на территорию. На КПП нас никто не останавливает — номерные знаки числятся в списке дежурного, к тому же всё только что обсудили по рации.

— В ангар заворачивай, — приказываю я водителю, указывая на распахнувшиеся ворота склада.

Внутри просторного помещения встречает семь человек с автоматами. Окна у фургона тонированные, и нас они не видят. Зато мы их прекрасно. А еще я сразу просканировал встречающих: один маг и шестеро неодаренных. Двух легионеров, пожалуй, хватит. Я «включаю» Жору и Воронова.

— С этими я разберусь, — сообщаю Студню и, натянув балаклаву на лицо, выпрыгиваю в немного приоткрывшуюся дверь.

— Ты чего в маске? — спрашивает один из бойцов снаружи.

А я стремительно подхожу к магу и хватаю его за глотку. В ту же секунду опустошаю накопитель бедняги, и он мгновенно превращается в хрипящий овощ.

— Эй! Отпусти его! — за моей спиной остальные бойцы вскидывают автоматы.

Глупцы. Надо было сразу стрелять, ну а теперь поздно. Не оборачиваясь, я врубаю Голод Тьмы. В ту же секунду за спиной раздаются крики боли, хруст пережеванных костей и журчание фонтанов крови. Тьма приступила к кушанью. Техника эффективная, но очень затратная. Полученная энергия ушла полностью, да еще пришлось отдать часть своей, но не беда. Раздобудем еще. Да и пластырей много.

Пока Тьма пиршествует шестью автоматчиками, я командую Студню выходить и производить зачистку всего периметра. А то засиделись они что-то. Не всю же работу мне опять делать. Тем более что на весь склад осталось не больше пятерых бойцов — то, что нужно для отработки командных навыков. Мои гвардейцы, правда, немного взбледнули от последствий Голода, но пора привыкать. Чай, не институтки, а матерые ветераны.

Зачистка корпусов проходит быстро. Мне всё же приходится помочь гвардейцам. Один из графских людей забаррикадировался в комнате с пулеметом, ну я его быстро вырубил пси-болтами, благо у него щиты говно.

Итог — местный гарнизон быстро выбыл на тот свет. Боевого сопротивления даже толком не было. Я специально выбрал целью этот склад. Он не только близко расположен, к тому же незаконный. Официально он не входит в собственность Хоренова, а потому больших частей здесь нет, иначе это могло вызвать вопросы у госорганов.

Зато куш очень даже ценный: мясо «африканских» зверей, а еще чемоданчик с звериными анаболиками. Таблетки называются «зверобой», другое название — «красноглаз» из-за лопающихся после употребления глазных капилляров. Всё это опять же я узнал из памяти Каменщика-Мастера.

Таблетки я сразу решаю сжечь концентрированном огнешаром. Спокойнее спать буду. А то контрабанда «зверобоем» жестокго карается законом. Дело в том, что это опасные для жизни стероиды. Они не только забивают энергией накопитель под завязку, но могут неплохо так подпортить организм и вызвать ментальную зависимость. Так что пускай это дерьмо горит и точка. Вещие не торгуют смертью.

Также велю гвардейцам подчистить следы Голода. А то разорванные тела — это улика против меня, спорная, но всё же. Облить бензином да поджечь, и больше нечего обсуждать.

Вскоре приезжают рефрижераторы Морозовых. Их люди на пару с моими гвардейцами шустро набивают кузовы до предела так, что даже пружины подвески чуть проседают. Погрузка занимает полчаса, затем мы с грузовиками разъезжаемся в разные стороны.

Я довольно откидываюсь в кресле приобретенного фургона. Настроение у меня отличное. Но вот гвардейцы что-то усталые и невеселые совсем.

— Всем премия за сегодня — по семь тысяч деревянных, — объявляю бойцам, и они тут же улыбаются довольно.

Ну и славно. Люблю, когда мои люди разделяют мои радости. С меня не убудет. Тем более, что мой личный навар сегодня просто шикарный.

Во-первых, в деньгах неплохо поднялся. Мясо точно набрали на сотню миллионов. Сюда же добавим этот бронефургон за два лимона где-то. Во-вторых, память Мастеров. Теперь можно выстроить программу развития Легиона. В-третьих, Жора, конечно же. Самый страшный зверь — жаба, которая задушила больше половины населения земного шара во время траты денег, хе. Ну а если без шуток, в бою у меня теперь меньше шансов остаться «обесточенным». Схватил врага за шкирку — и снова полный.

А еще — моральное удовлетворение. Жалко, я не увижу лица Хоренова, когда он узнает, сколько сегодня потерял. Вообще же, большое спасибо графу за подарки. Надеюсь, ему сегодня хорошо будет спаться.

* * *

Той же ночью граф Хоренов в бешенстве кричит на главу гвардии и едва не рвет волосы на голове. Граф уже разнес в хлам свой кабинет, затем перебрался в винный погреб и вовсю отыгрался на дорогих бутылках за сегодняшний провал. Сначала он хотел напиться, но потом понял, что терять самообладание сейчас никак нельзя, иначе малолетний враг разовьет инициативу. Поэтому в итоге Хоренов разбил всю свою коллекцию красного сухого на осколки и вернулся снова поорать на главу гвардии.

— Пять! Пять Мастеров! — надрывается граф. — Как…как они умудрились погибнуть⁈

— Вещий умудрился заманить их в имение Филиновых, — в который раз спокойно поясняет глава гвардии. — Как телепат, он легче переносит Астрал. Видимо, в имении была ловушка. Мы смогли зафиксировать тела — они все еще лежат там, но забрать их сложно.

— Найдите! Найдите этого щенка и схватите! — не унимается граф. — Притащите мне его!

— Мы установили слежку за его домом, — докладывает глава. — Сканеры обнаружили зверя внутри периметра. Возможно, именно прирученный питомец подкидывал вам фотографии.

— Да какая разница⁈ — рычит граф.

— Учитывая наши потери, я бы не рискнул снова необдуманно кидаться на Вещего. Людей может погибнуть еще больше, а, напомню, каждый Мастер — это очень ценная единица.

— Черт! Отставить нападение! — идет на попятную Хоренов, вспомнив о своих врагах в дворянских кругах. Эти стервятники только и ждут его ослабления, чтобы накинуться всем скопом. — Конечно, всё дело в звере. Щенок сам ни за что бы такое не провернул!

— Тогда мы продолжаем наблюдение? — спрашивает гвардеец.

— Да, и как только зверь исчезнет — сразу штурмуйте дом, — кивает Хоренов. — А еще следите за щенком — если он снова окажется один загородом, не провороньте его и хватайте!

— Будем ждать, сколько потребуется, — кивает гвардеец.

Отдав распоряжения, граф решает спуститься обратно в разнесенный погреб. Может быть, там осталась хоть одна ценная бутылка? Выпить всё же надо.

* * *

— Дима, — князь Паскевич смотрит на своего сына. — Почему мне Морозов пишет о еще одной дуэли? Ты что, опять вызвал Вещего?

— Вызвал, да, — кивает Дмитрий.

Князь с трудом сдерживается. В итоге он тяжко выдыхает и переводит взгляд на окно — там цветет прекрасный зеленый сад. Благодаря виду цветочных клумб ему удается успокоиться. Совсем немного.

— Сын, ты совсем дебил? — тихо спрашивает князь.

— Пап, я…

— Это риторический вопрос, — прерывает его отец. — Зачем ты это сделал? Чтобы он еще раз навалял тебе?

— Пап, ему просто повезло! — горячо заявляет Дмитрий. — Я бы никогда не проиграл какому-то телепату!

— Какому-то? — качает головой князь Степан. Он встает и начинает расхаживать широкими шагами по комнате. — Обладателя нескольких видов боевой псионики — ты называешь «каким-то телепатом»… Похоже, это естественный отбор, сын.

— Отец! — яростно сжимает челюсти Дмитрий. — Завтра я поломаю Вещего пополам, и ты перестанешь так со мной разговаривать!

— Скажи мне на милость, почему ты решил биться сразу, едва встал с больничной койки? — спрашивает Степан, остановившись. — Не разумней ли было уделить несколько месяцев тренировкам, и только тогда снова попытать шанс? Я ведь трачу деньги за твои поражения, а сам ты приобретаешь лишь неуважение света.

— Я…

— Не распыляйся. Уже поздно что-то менять, — обрывает князь Паскевич. — Морозов, Меньшиков и Лопухин уже знают о завтрашнем бое. Вещий зря времени не терял и позвал гостей. Советую тебе поучиться у бывшего простолюдина и с умом использовать оставшийся день, например, провести в его тренировках.

Постояв и поиграв желваками, Дмитрий всё же уходит. Видеть отца в гневе он точно не хочет, потом сложно будет отойти от икоты.

Сам же князь уже жалеет о всей этой затее с поединками. Но деваться некуда. По-тихому убрать Вещего сейчас тоже нельзя. Морозов горы перевернет, но вскроет личность заказчика, и тогда одним заводом не отделаешься.

* * *

— Мда, — выдает Владислав Львов, выслушав оперативный доклад агента Охранки. — Не ожидал. Перехитрить пятерку Мастеров и одного телепата, да еще с летальным для них исходом… А тела вытащили из имения?

— Да, — кивает гвардеец. — Телепаты смогли достать. Причина смерти — массированное воздействие Астрала. Никаких других повреждений нет ни у кого, кроме телепата. Ему расплющили голову.

— А что камеры? Недавно в имении установили сеть видеонаблюдения.

— Большая часть происходящего засвечена, — отвечает агент. — И мы видим, как отряд Хоренова упал замертво, а рядом ходит Вещий.

— Понятно, он всё же перехитрил этих тупиц, — Владислав стучит пальцем по столу. — Что дальше делал Вещий?

— Он ушел немного вглубь имения, потом сел у дерева и провел там некоторое время. Затем покинул имение.

— Любопытно, что ему хватило сил находиться там так долго, — замечает Владислав. — Либо же он совсем не тратил энергии?

— Наши аналитики приходят к выводу, что для него это совсем не энергозатратно. На выходе из имения он был испуган и будто бы слаб, но скулы не заострены, лицо не бледное, также не видно и других признаков энергетического голодания.

— Хорошо, продолжайте слежку.

Агент уходит, а царский брат глубоко задумывается. То, что Вещий это бастард Филиновых, почти подтвердилось. Но ситуация выходит за рамки желаемого. Сегодня Вещий, словно бешеная шельма, носился по северному пригороду столицы, сначала угробив мощный отряд Хоренова, а затем разграбив его незаконный склад. Обогатился парень знатно.

Владислав же рассчитывал на совсем другой исход. Во-первых, он хотел вынудить парня использовать Рой, но пока что засечь это не удалось. Во-вторых, подразумевалось, что молодой парень испугается нападков графа и с радостью примет покровительство Владислава, стоит только один раз предложить. Это сделало бы перспективного телепата зависимым от царского рода, а еще очень ему благодарным.

Но Вещий удивил так удивил. Теперь он стал еще богаче и вряд ли боится Хоренова.

Владислав берет телефонную трубку и велит секретарю:

— Назначьте на завтра встречу с Вещим Данилой. А когда там есть окно? С утра пойдет. Отлично. Кто там следующий? Его на час перенесите. А того совсем уберите, не нужен он мне здесь, пускай на поле работает.

Утвердив расписание, Начальник Охранки кладет трубку.

Сейчас нужно поспешить с этим юным дарованием. Вещему, конечно, не одолеть Хоренова. Граф даже близко не его уровень. Но юношеству свойственен максимализм. И чем больше времени парню удастся больно кусать графа, тем сильнее будет крепнуть его уверенность в своей ложной непобедимости. А это чревато роковой ошибкой.

Владислав же не намерен терять талантливого телепата. Ибо Царству нужны сильные маги.

* * *

Утром мне позвонили из Охранки. Сказали, чтоб был на Лубянке через час. Пришлось ехать. Надеюсь успеть до дуэли в два часа, а то некрасиво получится перед гостями. Маша уже подтвердила, что придет с подругами. Да и Борзов тоже должен явиться.

Теперь со мной в «Майбахе» ездит Змейка. И вообще пока что надо брать хищницу везде. Хоренов, наученный подсунутыми снимками, должен остерегаться четырехрукую. Я уверен, именно поэтому на наш дом не напали ночью. Всё же на это я и рассчитывал изначально, да и других причин не вижу.

Для выхода в город наряжаю хищницу в никаб — черное покрывало скрывает ее голову и выразительную фигуру сверху до низу, оставляя открытыми только глаза, но и их прикрываем прозрачной сеточкой.

Пока едем, я достаю змееволосой газировку из мини-бара. Любит она сладкие напитки, сразу мурлычет и становится доброй. А сидеть в лимзуине со злой Горгоной, знаете, и врагу не пожелаешь.

Час дороги спустя я сижу в кабинете Красного Влада, на моем лице дежурная улыбка, а в голове нешуточное волнение. Да и как не волноваться рядом с главным тайным полицейским Царства?

— Данила, не буду ходить вокруг да около, — начинает Владислав доброжелательным голосом. — Я в курсе о твоей проблеме с графом Хореновым. Ты молодой дворянин, и терять тебя государству незачем. Так что говори смело, если хочешь, чтобы я тебе помог.

— Помогли? — искренне удивляюсь я. — Простите, Ваше Высочество, но у меня нет никаких проблем с Его Сиятельством Хореновым.

— Да? — прищуривается Владислав. — А как же то, что он послал за тобой опергруппу, и то, что ты бегал по его складам.

Ну надо же. Всё обо мне уже знают и даже не скрывают.

— У нас было небольшое недоразумение, — пожимаю плечами. — Но я надеюсь, граф всё понял и больше не держит на меня зла.

Владислав фыркает, дескать после того, как ты его обчистил, конечно, не держит зла, да и с чего бы?

— Ну как хочешь, — не настаивает Красный Влад и протягивает мне какую-то бумажку. — Это повестка на сдачу ранга. У тебя второй Дар физика не зарегистрирован. Это непорядок. Исправься.

— Понял, — принимаю документ и осторожно уточняю: — А по телепатии не надо пересдавать?

— Пока не надо, — отмахивается Владислав и, резко потеряв ко мне интерес, утыкается в свои бумаги. — Свободен, Данила.

Я спешно покидаю «Лубянку» и сразу еду в спортклуб «Стезя». В этот раз Змейку беру с собой. В вестибюле нас встречают улыбающиеся Алиса с Василисой. Красотки с интересом поглядывают на Змейку в никабе, пока провожают нас в зал.

— Ваш противник уже прибыл, Данила Степанович, — докладывает Алиса. — Он в раздевалке. Гости тоже все уже расселись. Как и медперсонал «Медси».

— Хорошо, — киваю.

Первым делом поприветствую гостей, а потом пойду переодеваться.

За накрытыми столами уже собираются наши благородные зрители. Здесь и Борзов, и Маша Морозова с подругами, и даже сам князь с Морозов с графом Шереметьевым. Ну дела! Я приветствую знатных мужей поклонами, а девушкам целую протянутые руки. В свою очередь барышни с горячим любопытством поглядывают на Змейку в никабе, особенно на ее проступающие сквозь покрывало выпуклости. Но хищницу я им не представляю — пускай считают моей слугой.

— Ну что, Данила, готов задать трепку Паскевичу-младшему? — спрашивает князь Морозов, хитро улыбаясь.

— Ваше Сиятельство, я готов выложиться на все сто, — отвечаю, — чтобы не обидеть княжича неуважением.

Старики Морозов с Шереметьевым довольно смеются. Еще потрепавшись, я ухожу в раздевалку.

* * *

После того, как Данила уходит, Мария Морозова решается сходить в раздевалку к Диме Паскевичу. Всё это время княжна радовалась победе Данилы, но в то же время ей было стыдно за свои прошлые отношения с Паскевичем. Ведь именно из-за них Дима и возненавидел Данилу и теперь не дает ему спокойно жить.

Хватит! Пора прекратить это безумие! Мария хочет сказать княжичу, чтобы он перестал злиться на Данилу, ведь у обычного дворянина с княжной в принципе не может быть никакой связи, кроме дружбы, и вся злость Паскевича не стоит выеденного яйца. Пускай сегодня будет последний поединок, а уже завтра пути Димы и Данила навсегда разойдутся в разные направления.

Мария проходит по коридору, заворачивает за угол и, открыв дверь, застывает. На ее глазах Дима Паскевич бросает в рот зеленую пилюлю.

— Маша? — замечает ее княжич. — Что ты здесь делаешь?

Лицо Дмитрия меняется прямо на глазах. Зрачки расширяются, сосуды в глазах лопаются так, что белки становятся полностью красными, как у какого-то демона, а на лбу и шее вздувается сетка вен.

Мария, оторопев, смотрит на изменившегося княжича. Дмитрий подходит к ней ближе и оскаливается.

— Неужели ты пришла поддержать меня…А-а-а-й!!!

Резко Мария наносит Дмитрию пощечину, и он с воплем отшатывается. Теперь лицо княжича обезображено еще больше — отпечатком руки Морозовой.

Не произнеся ни слова, Мария отворачивается и уходит. С Паскевичем говорить бесполезно. Человек, который решился на «зверобой», последний на свете мерзавец и подлец.

Сейчас нужно срочно бежать к Даниле и предупредить его, чтобы он отказался от поединка. Это жизненно важно. Иначе Паскевич убьет его на арене.