Она даже не смотрит на меня, всё её внимание приковано к Д'Арно.

— Опять стервятничаешь, да?

(Здесь имеются в виду те юристы, страховщики и другие специалисты, которые обманными путями узнают о случившихся инцидентах и прибывают на место, рассчитывая навязать свои услуги, пока люди ещё не оправились от случившегося, — прим)

— Ниша, Ниша. Я выше таких вещей. Это гораздо важнее, чем твои обычные посетители. Ты будешь рада, что сегодня вечером оказалась на дежурстве, — обещает он.

— Сомневаюсь в этом, — говорит она. — Я пропускаю свадьбу своего брата.

Лицо Д'Арно искажается.

— О. Мне жаль это слышать. Вы, должно быть, очень близки.

— Не будь смешным. Этот мужчина — идиот. Но еда — вот что нельзя пропустить, — она поворачивается к О'Ши. — Девлин О'Ши? Это ты создал то дурацкое улучшающее заклинание, не так ли? — она не ждёт его ответа и просто переводит взгляд на меня. — И Бо Блэкмен. Единственная персона в истории, которая избежала добровольного рабства новоиспечённых вампиров.

— Эффектный фокус, — говорю я. — Или вы наблюдали за нами по камерам слежения, когда мы шли сюда?

Она позволяет себе слегка улыбнуться.

— Нет, я читала о вас обоих. У меня эйдетическая память. В большинстве случаев это полезно. Если только ты не пытаешься притвориться, будто не узнаешь своего бывшего парня, который бросил тебя ради школьной потаскушки, когда вам было по пятнадцать.

Я стараюсь не рассмеяться, решив, что Ниша Патель мне очень нравится. Она сообразительная, остроумная и очень хорошенькая. Неудивительно, что у неё отвратительная репутация.

— Итак, — продолжает она, — полагаю, вам лучше зайти.

Кабинет уютный, с большими юридическими книгами в кожаных переплётах по одну сторону и поцарапанным письменным столом красного дерева посередине. В нём есть что-то уютное; я восхищаюсь яркой картиной на одной из стен. Это похоже на дорогое современное искусство. Ниша перехватывает мой взгляд и ухмыляется.

— Это работа моего пятилетнего племянника.

— Правда?

Её улыбка становится шире.

— Думаю, вы никогда не узнаете.

Мы занимаем свои места, и Ниша наклоняется вперёд, переплетая пальцы.

— Итак, я предполагаю, мистер О'Ши, что вы здесь для того, чтобы передать себя под нашу опеку.

Он сглатывает.

— Не совсем.

Д'Арно шикает на него.

— Позволь говорить мне. У Девлина есть кое-что, на что ты захочешь взглянуть. Это относится к Тобиасу Ренфрю, — он беззаботно закидывает ногу на ногу и ждёт реакции Ниши. Если он ожидает фейерверка, то, к сожалению, его ждёт разочарование.

— Правда? — скептически бормочет она. — Ты же понимаешь, что у нас такое бывает раз в месяц? Даже сейчас, — она качает головой. — Когда дело доходит до денег, некоторые люди готовы на всё. На самом деле, я слышала про вас подобное, мистер О'Ши.

— Мне не нужны деньги, — заявляет он. — С меня достаточно людей, которые пытались меня убить. Я наткнулся на это всего пару дней назад и…

— Подождите, — Ниша хмурится, поднимая ладонь вверх. — Мисс Блэкмен была с вами, когда вы нашли этот предмет?

О'Ши озадачен.

— Нет.

— Так почему она здесь?

— Моральная поддержка, — перебиваю я.

— Вы вампир, — говорит она.

— И что?

— Кровохлёбы, по моему опыту, не особо оказывают поддержку, когда дело касается деймонов. Всё, что мне здесь рассказывают, должно оставаться конфиденциальным. Если только вы за последнюю неделю не получили юридическое образование, мисс Блэкмен, и не представляете интересы мистера О'Ши вместе с Гарри, тогда вам лучше уйти.

О'Ши начинает протестовать, но я качаю головой. Ему не нужны лишние хлопоты.

— Она права. Я подожду снаружи.

Ниша одобрительно кивает. Я выхожу, оставляя их наедине.

Так как стула, на который можно было бы присесть, здесь нет, я прислоняюсь к стене и достаю телефон. Пришло время хоть как-то загладить свою вину. Я звоню три раза, ожидая, пока Rogu3 возьмёт трубку. Когда он наконец делает это, его голос непривычно угрюмый.

— В чём дело, Бо?

— Тебе не следовало так убегать, — говорю я. У меня почти нет опыта общения с подростками, находящимися под влиянием гормонов, поэтому я решаю обращаться с ним как со взрослым.

— Ты всегда просишь меня о чём-то. Но стоило мне прийти к тебе… — его обычное самообладание полностью исчезло.

— Rogu3, ты же знаешь, я бы помогла тебе, если бы могла. Я не уверена, что ложь — это правильный путь. Ты же не хочешь начинать отношения подобным образом.

Он фыркает.

— Никаких отношений нет. Неужели ты не понимаешь, Бо? Ты думаешь, что это просто какое-то глупое увлечение. Это не так. Это нечто большее.

— И раз это нечто большее, — мягко говорю я, — относись к ней с бОльшим уважением и не затевай какую-то замысловатую ролевую игру, чтобы заставить её думать, будто ты крутой убийца вампиров.

Воцаряется минутное молчание.

— Ты же знаешь, что я бы тебя не убил, верно? — наконец произносит он.

Я не смеюсь.

— Я знаю, Rogu3, — я сжимаю телефон в руке и пытаюсь вспомнить, каково это — быть таким юным. — Знаешь, что действительно произведёт на неё впечатление?

— Что?

— Уверенность. Тебе не обязательно быть самым красивым парнем в классе. Тебе не обязательно быть самым умным, хотя, скорее всего, ты и так самый умный. Послушай, я ведь невысокого роста, верно?

— Ты карлик.

Я изо всех сил стараюсь не обижаться.

— Но разве из-за моего низкого роста я кажусь менее значимой?

— Думаю, что нет.

— Вот именно, — удовлетворённо отвечаю я. — Притворяйся, пока у тебя не получится. Подумай о своей осанке. Расправь плечи, подними подбородок и смотри людям в глаза. Не только ей — как, напомни, её зовут?

— Наташа.

— Окей, не веди себя так только с Наташей. Делай это постоянно, когда идёшь по улице, сидишь в классе, где угодно. Улыбайся как можно чаще. Знаешь, ты весьма милый, когда улыбаешься. И не проводи слишком много времени в собственных мыслях. Ты иногда чрезмерно анализируешь всё, — я думаю о нашей с Майклом грандиозной ссоре. Мне действительно стоит научиться прислушиваться к собственным советам. — Не жди подходящего момента. Создай подходящий момент.

— Наверное, — Rogu3 говорит неохотно, но, кажется, я наконец-то до него достучалась.

— Почему бы тебе не зайти завтра снова? Мы могли бы попрактиковаться.

— Правда? — в его голосе звучит надежда, от которой разрывается сердце.

— Конечно. Приходи около пяти, как раз перед сумерками.

— Спасибо, Бо Пип, — он немного выжидает, а затем добавляет: — Прости.

— Не стоит, — я чуть было не добавляю, что помню, каково это — быть в его возрасте, даже если это нелегко. Но потом понимаю, что это прозвучало бы покровительственно.

— От файлов, которые я тебе дал, была какая-то польза? — спрашивает он.

— Это было именно то, что мне было нужно, — по крайней мере, они подтверждают род занятий Коринн и дают понять, что в её биографии мало что указывает на то, что это было целенаправленное нападение. Однако я сомневаюсь, что на неё произвело бы впечатление, если бы я сказала, что она превзошла статистику, не зная своего насильника. Я считаю, что ей просто очень не повезло.

— Могу я ещё чем-нибудь помочь?

Я прикусываю губу. Я собиралась передать Нише сделанную мной фотографию номерного знака бандитов Агатосов, но если машина угнана, у Rogu3 будет больше шансов найти информацию о ней, чем у суда или полиции. Но я не хочу, чтобы он думал, что это единственная причина, по которой я ему звоню. Это не так.

— Только если у тебя будет время, — говорю я наконец. — Я могу передать это кому-нибудь другому.

— Что? — визжит он. Я вздрагиваю и убираю телефон подальше от уха. — Ты не можешь обратиться к кому-нибудь другому! У тебя есть другой хакер? Так, что ли?

Я улыбаюсь. Профессиональная гордость.

— Нет. Но я сейчас в суде Агатосов. Я могу передать это кому-нибудь здесь.

— Они абсолютно некомпетентны, бл*ть. Не утруждайся.

— Не матерись.

Он смеётся.

— Да, да. В чём дело?

— У меня есть фотография машины, которая около получаса назад пыталась переехать меня. Вероятно, за рулем была пара деймонов Агатосов. Всё, что ты сможешь выяснить…

— Пришли мне это немедленно, — перебивает он. — Я за пять минут сделаю больше, чем эти идиоты смогли бы за пять часов.

Наверное, он прав. Я прощаюсь и вешаю трубку, чтобы переслать фотографию. Она со свистом улетает, когда я чувствую, как волосы на пресловутом загривке встают дыбом. Кто-то наблюдает за мной. Я поднимаю взгляд и тут же встречаюсь взглядом с чёрными глазами Икса. Он стоит в своём обаятельном человеческом обличье на другой стороне коридора. Я замираю, когда он поднимает руку в дружеском приветствии. Моё сердце учащённо бьётся. Он неторопливо направляется ко мне. Я знаю, что не смогу убежать. Даже если бы я была способна убежать от деймона Какоса, мои ноги приросли к месту от ужаса.

— Мисс Блэкмен, — растягивает он слова. — Какое удовольствие.

Я сглатываю, оценивая его внешность. Его татуировки скрыты, но в глазах по-прежнему присутствует угрожающий блеск, которого я ожидаю от представителя его вида. На его коже нет ни единого пятнышка, и он выглядит как будто отретушированным. Он наклоняется ко мне.

— Я пользуюсь скрабом.

Я снова сглатываю.

— Что вы здесь делаете? — спрашиваю я, поздравляя себя с тем, что мне удалось не заикаться.

Уголок его рта приподнимается.

— «Улицы Пламени» только что получили контракт на управление всеми компьютерными системами суда Агатосов. Я расписывался на пунктирной линии.

Боже милостивый. Он только что проник во всю судебную систему и получает за это деньги.

— Они тоже деймоны, — шепчу я. — Как они могут не знать, кто вы такой?

Он элегантно пожимает плечами.

— Люди думают, что мы похожи на ведьм. Две стороны одной медали. На самом деле всё гораздо сложнее. И вы тоже кажетесь не менее сложной. Скажите, почему вы до сих пор не приняли кровь? Я исполнил ваше заветное желание, но вы тянете время. Было бы разочаровывающе думать, что образ жизни вампира понравился вам больше, чем вы ожидали.

Мои глаза сужаются.

— Отвали, — как только эти слова слетают с моих губ, я осознаю, что сказала. К счастью, он не обижается. — Приём лекарства повлияет не только на меня.

— А, понятно, — задумчиво кивает он. — Вы беспокоитесь, что если мир узнает о наличии лекарства от вампиризма, то все будут за ним охотиться, — он усмехается. — Моя кровь не будет храниться вечно, и это разовая сделка. Вы больше ничего не получите. Вам нужно как можно скорее принять решение. Будете ли вы эгоистичной или самоотверженной? Я буду ждать, затаив дыхание, чтобы увидеть результат, — он широко улыбается. Я могу только смотреть на него. — Ну что ж, чао, — добродушно говорит он. — Вам стоит взглянуть на Стену, когда будете уходить. Никогда не знаете, что там можно найти, — его глаза блестят. — Ещё увидимся, мисс Блэкмен.

Он разворачивается на пятках и направляется обратно тем же путём, каким пришёл, как раз в тот момент, когда О'Ши и Д'Арно выходят из кабинета Ниши.

О'Ши хмурится.

— Кто это был?

Я кашляю.

— Никто.

Он смотрит на меня с любопытством, но, к счастью, не продолжает.

— Хорошая новость в том, что она не собирается меня сажать меня в тюрьму.

— Возможно, в камере тебе будет безопаснее.

— Я рискну.

— Не будь слишком самоуверенным, — предупреждает Д'Арно. — Ты не останешься безнаказанным.

Учитывая, что за те несколько месяцев, что я его знаю, это уже третий случай, когда кто-то хочет убить О'Ши, я согласна.

— А как насчёт уха? — спрашиваю я. — И Ренфрю?

— Ниша отправляет его в лабораторию. Они получат результаты анализа ДНК через день или два. Пока они ничего не узнают, они ничего не предпримут. Она собирается написать об этом в несколько отделов по электронной почте. Новость просочится в течение часа.

Хорошо. Единственный способ обезопасить О'Ши от дальнейших нападений — это если больше не будет причин убивать его. Я бодро киваю и иду по коридору.

— К чему такая спешка? — окликает Д'Арно.

— Я хочу увидеть Стену.

— Зачем?

На мой телефон приходит смс-сообщение, избавляя меня от необходимости отвечать. Я достаю его. Это Rogu3, он сработал быстро. Видимо, он действительно полон решимости доказать, что он лучше всего, что может предложить суд Агатосов.

«Машина угнана 2 дня назад. Просмотрю камеры в обратном порядке и скину новости на почту».

Я закатываю глаза при виде смайлика. Для парня с обширным словарным запасом это кажется ненужным дополнением. Однако я в первую очередь рада, что это улыбка.

***

Хотя меня раздражает, что я следую предложению Икса, как будто я не более чем дрессированный тюлень, я не могу упустить потенциальную подсказку. Суд вот-вот закроется, и скоро нас всех выгонят, поэтому я двигаюсь быстро, а О'Ши и Д'Арно семенят за мной.

Я знаю, где находится Стена, она тянется вдоль всего здания. Я часто осматривала её, когда работала в «Крайних Мерах». Как следует из названия, это стена. Она увешана плакатами с именами пропавших без вести, фотографиями разыскиваемых лиц и просьбами о помощи. Если вы частный детектив, то это золотая жила. Если вы кто-то другой, то это печальный комментарий об опасностях жизни в современном обществе.

У меня нет времени внимательно всё изучать, поэтому я просматриваю плакаты как можно быстрее.

— Что ты ищешь? — спрашивает О'Ши.

— Понятия не имею. У меня просто, гм, такое чувство, что здесь может быть что-то полезное.

— Насчёт Ренфрю?

Я поджимаю губы. Наверное. Что ещё это может быть? Я продолжаю читать. Одно дело, если бы Стена предназначалась для жестоких преступников, но это нечто большее. Я прохожу мимо целой секции шириной не менее трёх метров, заполненной просьбами супругов — обычно это деймоны женского пола, хотя и не исключительно — которые ищут своих заблудших партнёров, задолжавших алименты. Также слишком много родителей отчаянно ищут своих сбежавших детей. Я останавливаюсь на одном из них, проводя пальцем по нежным щечкам Элис Голдман, чьё нераскрытое исчезновение привело к моей первой встрече с Rogu3. У меня сжимается грудь. Может, я и чёртов вампир, но всё равно чувствую, что душа у меня человеческая.