Даже звёзды гаснут. Вот только у звёзд нет выбора. А у человека он есть. Книга Основ. Раздел «Истины»

– Не помню, чтобы тут кто-то стрелял.

Эбер указывал на дверной проём, ведущий из ангара в другую часть комплекса. На двери были чётко видны вмятины и пятна от попаданий.

– Да, я тоже, – произнёс капитан без особого интереса. – Отряди людей для проверки генератора, может, его ещё получится запустить.

– Мы тут надолго?

– Выступаем завтра на рассвете, а вообще – кто знает?

С этими словами главарь корсаров развернулся и зашагал обратно вглубь ангара. Его люди разгружали «Коршуны» от провизии и боеприпасов, которые нельзя было взять с собой к конечной точке.

– Сэндэл!

Корсар не обернулся. Он понимал, что это выглядит по-детски, но общаться с Григорием ему не особо хотелось.

– Сэндэл, что это было? – просвещённый подошёл вплотную и стоял за спиной капитана, ожидая реакции.

– Вы что-то пропустили? – Сэндэл развернулся, выразительно глядя на Григория. В очередной раз их перепалка начала привлекать излишнее внимание.

– Зачем вы убили всех этих людей?

– Я? Это эрайши. Вы вообще следили за происходящим?

Просвещённый готов был взорваться. За его спиной появился Шинджи и другие офицеры.

«Почему не сейчас?» – подумал капитан.

– Пора и вам нам кое-что рассказать.

Григорий недоверчиво покосился:

– О чём?

– Ну, например, что нас ждёт там?

Воин-законник в багровом резко сменил гнев на подозрительность.

– Пойдёмте и увидите.

Главарь корсаров смерил просвещённого холодным взглядом, а затем перевёл его на легата и капитана гвардейцев. Такэда, не моргая, встретил этот взгляд, ожидая, что будет дальше. Нээман был всё так же бесстрастен, но в его глазах читался интерес.

– Вы пробудили портал.

Слова прозвучали, как гром среди ясного неба.

Деятельность резко прекратилась, корсары в нерешительности смотрели на своего командира. На лице Нээмана всё-таки дрогнул мускул.

– Что? – но не успел сказать что-то ещё, как его прервал Шинджи.

– Канцлер так и знал, – усмехнулся он.

– Он-то всё знает, а ваша разведка куда смотрела? – взорвался Вальдер.

– Это проект Багрового ордена. Мы имеем все полномочия в секретности, – ответил за командующего Григорий. – Канцлер знал только то, что мы ему позволили.

– Потом скажете ему это в лицо, – огрызнулся Такэда.

– Вы солгали, – констатировал Сэндэл.

– Напротив, – пошёл в наступление просвещённый. – Это и есть источник энергии, и вы даже себе представить не можете, какой мощи!

– Да только толку от него нет, если мы тут, – парировал Эбер.

– Я всё ещё не понимаю, – задал разумный вопрос легат, – почему вы сразу не сказали, как на самом деле обстоят дела?

Все обратили своё внимание на просвещённого.

– Меня могли счесть еретиком. Я решил, что раскрою карты, только когда добьюсь успеха.

– Вы, возможно, обрекли нас на новую войну с химерами…

– Тогда мы должны решить эту проблему как можно раньше.

Внезапно в ангаре стало гнетуще тихо.

– Итак? Едем? – вопрошал Григорий.

– Завтра, – отрезал капитан.

* * *

Спустя пару часов всё было готово к предстоящей операции. Солдатам велели отдыхать, но офицерский состав корсаров бодрствовал.

Вальдер и Эбер, соорудив из ящиков импровизированные стол и стулья, играли в тафл, древнюю настольную игру, ещё предшествующую шахматам. Умение играть в последние, в свою очередь, являлось обязательным при прохождении офицерской школы.

Младший лейтенант прикурил уже третью сигарету и терпеливо ждал, пока его товарищ сделает следующий ход. Но лоб Эбера хмурился, казалось, с каждой минутой всё больше, и Вальдер начал подозревать, что это никак не связано с игрой.

– Слушай, я хотел вздремнуть ещё немного перед работой, – наконец не выдержал корсар, но его товарищ так и остался молча сидеть. – Ты когда думаешь, у тебя мышцы лица напрягаются и кажется, что татуировки начали уползать, – через несколько секунд добавил Вальдер, полный решимости докурить и пойти спать.

– Нам опять придётся биться с химерами, – тихо, насколько это возможно с его голосом, произнёс старший лейтенант.

– Боишься? – нарочно серьёзным тоном спросил Вальдер.

Эбер перевёл многозначительный и жёсткий взгляд на своего друга, но, заметив в глазах того весёлый огонёк, лишь ухмыльнулся в ответ.

– Просто это не самые приятные враги.

– Ага, и мы не молодеем. Ты так точно.

– Да хорош ты, – буркнул дюжий корсар. – Тебя это вообще не напрягает? Никто не брал порталы силами одной роты.

– Вот и мы не возьмём, – безучастно ответил лейтенант, пуская кольца из дыма в потолок. – Но вот на то, как просвещённый будет добывать энергию из портала, я бы посмотрел. – Он опустил голову и снова взглянул на брата по оружию.

– Вообще не уверен, что это возможно. Работающий портал не несёт ничего кроме смерти, а разрушенный – лишь камни и пыль. И дай мне уже папиросу, – добавил в конце рыжебородый корсар.

Вальдер протянул ему сигарету и помог подкурить.

– Эхх. Значит, всё зря. Умрём ни за что, – драматичным тоном заключил лейтенант.

– Ай, да иди ты! – Эбер подскочил, опрокинув доску для тафла, и отошёл к ближайшей колонне. – Шутник хренов. Я, наверное, никогда не привыкну к тому, что тебе на всё насрать.

– И ты зря волнуешься по этому поводу… – ответил Вальдер, специально повесив паузу. Наконец, старший лейтенант повёлся и обернулся в его сторону. – Потому что недолго привыкать-то осталось, – закончил корсар и засмеялся.

Его друг лишь помотал головой, но всё-таки улыбнулся.

Небо было необычно звёздным, а ночной воздух невероятно свеж для такого типа местности. Внезапно главаря корсаров осенило. Он начал оглядываться, ища взглядом то, чего ему бы не хотелось. И всё же нашёл – пулевое отверстие в рубке связи. Это было единственное помещение, в котором имелось стекло, скорее для личного удобства дежурных, чем для практических нужд. Оно было пробито. Оглядевшись получше с помощью фонаря, так как полноценно включить генератор всё-таки не удалось, Сэндэл заметил и другие признаки боя: «Кто же сюда наведывался?»

Внезапно панель загорелась, и механический голос произнёс:

– Входящий сигнал.

Координаты на панели указывали точку в противоположной стороне от портала.

– Принять сигнал, – дал команду системе капитан.

Тишина.

– Принять сигнал, – более настойчиво произнёс корсар.

Тишина.

– Частота подобрана?

– Так точно, – ответил мёртвый голос.

Сэндэл сдвинул брови, силясь понять, в чём дело. Ровно через минуту сигнал пропал.

– Настроиться на сигнал!

– Никак нет. Сигнал отсутствует.

– Что? Только что был там! Определить источник!

– Никак нет. Источник отсутствует.

Сэндэл раздражённо рыкнул.

– Определить координаты точки, откуда поступал сигнал, и перевести на мой шлем.

– Так точно.

Спустя несколько минут капитан заводил двигатели «Гиены».

Не было никаких сомнений, что ехать в одиночку на какой-то мистический сигнал – это далеко не лучшая идея, но у главаря корсаров не было желания кого-то будить перед предстоящей работой, да и вообще ему хотелось побыть со своими мыслями наедине.

– Командир? – рядом с машиной внезапно очутился Эбер. В очередной раз капитан подивился умению своего друга незаметно появляться. Мускулы на его лице выдавали явное напряжение. – Я что-то пропустил?

– Выезжаю на сафари. Скоро буду. Остаёшься за главного.

– Подождите! Возьмите с собой кого-нибудь!

– Нет нужды. – С этими словами Сэндэл закрыл входной люк и направил «Гиену» наружу.

Находясь в пути уже около двадцати минут и видя вокруг только высушенную пустыню настолько, насколько позволяли прожекторы, корсар раздумывал, как ему удалось до сих пор выжить, имея такой вспыльчивый и безрассудный характер. Впрочем, на данный момент он мог с уверенностью сказать, что находится в заднице и туда же завёл всех своих людей.

Тем временем точка, откуда ранее поступал сигнал на базу, всё так же мигала в углу дисплея, но уже в рубке водителя, и даже не думала приближаться.

Спустя ещё примерно пятнадцать минут капитан начал сомневаться в исправности приборов. И, как ни странно, никто не пытался с ним связаться.

По ощущениям он был в пути уже час, и точно в тот момент, когда корсар собирался повернуть обратно, точка с невероятной скоростью двинулась ему навстречу.

Судя по масштабу карты, цель преодолела десяток километров за две секунды, и в момент, когда она соединилась на дисплее с координатами «Гиены», двигатели заглохли, а свет погас.

– Твою мать…

Взявшись за Кракен, Сэндэл стал вглядываться в непроглядную тьму. Естественно, не видно было вообще ни хрена.

Встав с места водителя и прихватив Губитель, капитан двинулся к выходу, попутно надевая шлем. При обесточивании дверь переключалась на механику, а потому её можно было открыть.

Выйдя наружу с оружием наизготовку, он сразу понял, что находится здесь не один.

Внезапно двигатель «Гиены» снова включился, а прожекторы озарили площадь в округе.

Оцепенение от увиденного прошло так же быстро, как и возникло. Как и положено старому вояке.

Стреляя на ходу из Кракена, Сэндэл пошёл на сближение к эрайши.

* * *

– Ты видел это? – завопил Эбер.

– Готовьте корабль, живо! – кричал уже на бегу Вальдер.

Офицеры спешно покидали рубку связи, на радарах которой только что пропал маячок капитанской «Гиены».

* * *

– Остановитесь. – Голос не был бестелесный, но и какой-либо определённой интонации в нём не было. Зато чего точно было не слышно, так это усталости.

Сэндэл тщетно пытался пробить оборону гуманоида. Не имея возможности перезарядить Кракен, капитан отбросил его.

– Я пришёл с миром, – повторил эрайши.

Сэндэл не ответил. Ему уже доводилось убивать этих уродов, но этот был чересчур крут.

Высокие, с алебастрово-белой кожей, они были покрыты разными органическими наростами, заменявшими им, видимо, одежду. Таких ранее видел и убивал капитан и его корсары. Этот же носил скорее кожистый плащ, закрывавший всё его тело.

Одно оставалось неизменно – нарост в виде маски на лице. А может, такое у них и было лицо? Никакого желания узнать это у главаря корсаров не было. Сама голова, имевшая в целом такую же форму, как у людей, держалась на вдвое длиннее шее.

Гуманоид орудовал длинным посохом, как ни странно, казавшимся также органическим. Только лишь на одном его конце было что-то вроде черного камня, ярко пульсирующего внутренним светом каждый раз, когда посох соприкасался с клинком капитана.

В какой-то момент, когда Сэндэл наносил удар сверху вниз, эрайши ответил блоком, держа своё оружие по диагонали, и, в ту же секунду отпустив одну лапу с посоха, схватил ею Губитель с незаточенной стороны. Да так крепко, что корсар не смог его даже вырвать.

– Остановитесь, Сэндэл, – повторил голос более настойчиво, но так, как будто до этого велась непринуждённая беседа. И пока капитан переваривал услышанное, эрайши продолжил: – Если бы мне пришла в голову хитрая идея отнять вашу жизнь, я бы не стал устраивать эту безвкусную засаду.

Под шлемом корсар непроизвольно вздёрнул одну бровь от удивления.

– Было бы удобно и достаточно стереть вашу базу в порошок с орбиты.

Сэндэл ослабил хватку. Почувствовав это, эрайши отпустил меч и отошёл сам.

– Зачем я здесь? – задал вопрос корсар, параллельно убирая Губитель в магнитные ножны на спине.

– Это великолепный вопрос. Я пришёл сюда, чтобы спросить у вас то же самое.

– Откуда вы знаете моё имя?

На какое-то время гуманоид замолчал. Отойдя, он опёрся на свой посох, как сгорбленный старик, и Сэндэл моментально понял, что вряд ли это от усталости и, что самое главное, этот жест он позаимствовал.

– Вы не ответили на свой вопрос. Почему только один корабль? Самонадеянно с вашей стороны, – парировал белый пришелец.

– Сначала вы, – проигнорировал вопрос капитан.

– Это неэтично, – оскорбился эрайши.

«Где-то в космосе летает томик с поэтами Серебряного века?» – подумал капитан, а вслух сказал:

– Да, возможно. Но эта информация слишком важна, чтобы откладывать её на потом.

– Вы и сами прекрасно знаете ответ. Одновременно это и есть причина, по которой вы и ваши люди до сих пор дышат. А теперь отвечайте вы, – довольно резко, как показалось Сэндэлу, закончил фразу эрайши.

– Мы пришли к порталу химер, чтобы уничтожить его, – одновременно сказал правду и солгал корсар, нисколько не сомневаясь, что гуманоид поймёт, о чём конкретно идёт речь.

Эрайши молчал. Сэндэл вглядывался в его маску, похожую чем-то на морду лисы с Земли. Единственное отличие – отсутствие прорезей для глаз.

– Вы долго с этим тянули. Всё летали тут, но почему-то так и не решились уничтожить его из космоса. Ваше оружие слишком слабо для этого?

– Когда велись боевые действия, мы его не заметили, – с какой-то каплей стыда ответил капитан.

– Боевые действия? Вы продолжаете воевать на планете? С кем? Это же прямое нарушение наших договорённостей, – возмущение слышалось в голосе гуманоида, но главаря корсаров напрягло не это.

– Малые суда не способны вести бомбардировки планеты.

Повисла пауза.

– Мы вас явно недооцениваем, если судно, подобное вашему, считается малым.

Самые невероятные опасения Сэндэла начинали сбываться.

– А как давно здесь появлялось судно, похожее на моё?

– Я не знаю, как у вас обозначается этот временной отрезок. Могу лишь предположить, что у вас это сто пятьдесят суток.

– Четыре месяца, – еле слышно прошептал корсар скорее для себя.

– Как-как вы говорите? – внезапно переспросил гуманоид.

Осенённый капитан пропустил вопрос мимо ушей.

– Мы уничтожим портал и улетим отсюда. Я вам гарантирую! – торжественно поклялся Сэндэл, ни секунды не сомневаясь в своих словах.

Эрайши издал звук, похожий будто на досаду.

– Впечатляет то, как представители вашей расы способны жертвовать собой ради достижения наивысших результатов. Ну, что же. Тогда я желаю вам удачи. Но впредь… – он выдержал паузу. – Если вы нарушите договор о разделении владений, мы разорвём ваши корабли, хоть малые, хоть большие, на мелкие кусочки.

– Я запомнил, – отрезал Сэндэл.

* * *

Капитан отбился от расспросов подчинённых, сказав, что это может подождать до конца операции. Через несколько часов рота солдат на четырёх «Гиенах» неслась к финальной точке своего путешествия.

– Взъезжаем в каньон, командир. Через семь минут будем у портала, – отрапортовал пилот ведущей «Гиены».

– Принято.

Надев шлем, Сэндэл связался по закрытому каналу с Шинджи.

– Такэда, приём.

– Капитан, – нотки раздражения и удивления звучали в голосе легата.

– Вы сейчас, скорее всего, начнёте говорить про секретность или про то, что я больше не принадлежу легиону, но всё же. Последние полгода в этой системе появлялись корабли класса «Гладиус» или выше?

Видимо, обдумывая, стоит ли делиться такой информацией или нет, Такэда ответил не сразу.

– Кроме вашего, никто не прилетал сюда со времён заключительной фазы войны с химерами. Для доставки… того, что нужно на Октус V. – Капитан понял, что коммандер даже не в курсе того, чем пользовался Григорий в своих исследованиях портала. – …Просвещённый реквизировал «Грифоны».

– Спасибо, легат, – коротко поблагодарил командир корсаров.

– Сэндэл, зачем вам эта информация?

Капитан раздумывал, стоит ли делиться чем-либо с Шинджи, но в итоге решил ответить:

– Вы доверяете Григорию?

– Нисколько, – на удивление быстро ответил легат.

– Мне кажется, он в курсе, что случилось с пропавшим «Гладиусом».

– Откуда такие догадки? – задал резонный вопрос Такэда.

– Пока не могу точно сказать. Конец связи, – с досадой произнёс Сэндэл, но с благодарностью отметив, что Шинджи не продолжил расспрашивать.

За минуту до цели корсары и их спутники увидели портал, который был «мёртв».

– Стоп. Высаживаемся! – скомандовал командир корсаров.

Остановившись, «Гиена» начала опустошать свои отсеки. Воины занимали позиции перед порталом.

В этот момент Сэндэл и остальные корсары наконец увидели, каким новым оружием обладают легионеры. Нээман дал команду: «Активировать терцию». Как один, у каждого гвардейца из какого-то странного контейнера, крепившегося выше кисти на левой руке, выросла металлическая сетка прямоугольной формы высотой не менее полутора метров и шириной ещё метр. А дальше произошло самое невероятное – она покрылась «листом» из чистой энергии, мерцающим ярким синим цветом. А из перекладин на шестах, которые ранее наблюдал Сэндэл, прилетев на Вечный, выросло такое же энергоостриё высотой полметра.

Далее без команды Гвардия ночи встала в идеальную фалангу и направила копья на портал. Это был не лучший момент, чтобы отвлекаться, но капитан сам с трудом мог перевести взгляд.

– Так. А как же старый добрый автомат? – спросил Эбер.

Безликий дал команду одному из своих бойцов, и в ту же секунду остриё сорвалось со своего места и, улетев со скоростью явно меньшей, чем скорость пули, но всё равно довольно высокой, попало в стену каньона, оставив солидную дыру.

– И на сколько хватит вашей батарейки за спиной? – не унимался старший лейтенант.

– На эту операцию хватит, – быстро ответил Шинджи, явно не желавший, чтобы капитан гвардейцев раскрыл какую-то информацию касательно этого оружия.

Сам он был одет в доспех класса «Легат». Лучший легионерский доспех для высших офицерских чинов. Внешне он был не массивнее обычных, но сплавы, использовавшиеся при его изготовлении, обеспечивали непревзойдённую прочность, а собственный аккумулятор был на порядок мощнее, давая возможность делать дополнительные боевые конфигурации. В случае с Такэдой, – дополнительная мощность уходила на поддержание личного узла связи, способного связываться с кораблями на орбите, находясь при этом глубоко под землёй. Пробить его было крайне трудно обычным оружием, и всё же мускульной силы химер могло хватить, чтоб помять доспех, как скорлупу.

Внешне в доспехе, как и самом начале «Эры экспансии», преобладал минимализм. На правой груди была выгравирована эмблема нового государства, которому он теперь служил – изумрудное древо внутри серебряной шестерни, а на правой – крупная тёмно-пурпурная восьмиконечная звезда, говорившая о его звании.

Вместе со своими солдатами, чьи доспехи имели такую же малахитово-зелёную патину, как то древо, стоявшее в центре пирамиды на Терра-Нова, Гвардия ночи и легат походили на бронзовые статуи, выплавленные в древние времена и ожившие сегодня на погибель живым.

Но, как и у многих офицеров, у Шинджи были свои особые знаки отличия. На его правом плече, так же как у Сэндэла, был череп в огне факела, а на левом – планета, пронзённая мечом, – награда для офицеров, разработавших и удачно реализующих план по вторжению на планеты.

Ну и, конечно, знаменитая виониевая катана, но сильно увеличенная в размерах по сравнению с классической, блестела таким же тускло-золотым светом, как и Губитель.

– Хорошо. Эбер – левый фланг, Григорий, вы с ним. Вальдер – правый, я с вами. Нээман – в центре с легатом. Инженеры идут сзади.

Перестроившись за несколько секунд, группы пришли в движение.

Громада портала гнетуще нависала. Сделанная из мутно-чёрного вперемешку с серыми оттенками камня или чего-то, что его напоминало, она являла собой постамент со ступенями, которые были необязательны, если у тебя есть столько конечностей, сколько у химер. А само место, откуда обычно неистово вырывалась эта мерзость, была в виде старинной буквы П. Никаких стыков видно не было, никаких швов или замазочных материалов. Всё выглядело так, будто портал вырезали из цельного куска. Сэндэл обратил внимание на просвещённого. Тот непринуждённо шёл к порталу, будто находясь на прогулке. Когда они подошли вплотную к ступеням, заговорил командир гвардейцев:

– Где ваше оборудование, Григорий?

– У самых врат, конечно же. – С этими словами, не дожидаясь команды, багровый воин начал подъём.

Сэндэл переключился на частоту своих офицеров.

– Готовьте взрывчатку. Особо не светитесь. – Далее, переключившись на общий канал, произнёс: – Поднимаемся.

Оказавшись наверху, капитан тут же обратил внимание на оборудование, о котором говорил просвещённый. Буровые комбайны и разные инструменты для выемки пород были расположены вокруг каждой из колонн врат. Вот только никаких признаков нападения не было. Оборудование просто стояло там, где его оставили.

Григорий подошёл вплотную к одной колонне и заговорил:

– Капитан, вам никогда не было интересно, что по ту сторону портала?

* * *

– Тревога. Код красный. Тревога. Код красный, – монотонно повторял голос корабля.

– В чём дело? – вопрошал командор на бегу, направляясь на мостик.

– Корабль в зоне поражения! Возник из ниоткуда! – отвечал Сол, первый помощник. – Это «Амадеус»!

– Связаться пытались?

– Молчит. Они навели на нас орудия.

– Я иду…

– Дали залп!

В этот момент корабль содрогнулся, и Идриса толкнуло в стену.

– «Нептус», всем на боевые посты! – дал команду, поднимаясь, по общей связи командор. – Почему наши орудия молчат?!

– Система наведения перестала работать, и несколько артиллерийских палуб обесточены, – моментально отреагировал Сол.

Забегая на мостик, Борнаэль грубо выругался, размышляя о причинах сбоя, но зато сразу понял, чего хочет противник.

– Они пойдут на абордаж. Всем подготовиться!

– А мы пойдём? – зазвучал измученный голос в линке командора.

– Гриер? Лежи, отдыхай. Мы справимся сами.

– Вот уж дудки! Я не пропущу абордаж.

– Мешаться только будешь в таком состоянии. Лежи, иначе я прикажу Зэмбе тебя приковать к кровати. И ответь уже им огнём, чтоб вас! – переключился командор на команду.

– Идрис… – пытался настоять лейтенант.

– Послушай, если станет совсем жарко, я тебя позову.

– Ладно, держи в курсе.

– Орудия готов… – начал Сол.

– Огонь!

«Нептус» тряхануло, когда он начал извергать торпеды и лазеры из бортовых орудий. Из меньшей их части.

– Наши повреждения?

– Они били точно по рубке связи. Пока щиты держатся, но с планетой мы всё равно не можем связаться.

– Пытайтесь ещё.

– Снова открыли огонь! – заголосил один из младших офицеров.

На сей раз толчок был куда сильнее, и Идрис чуть не перевалился через ограждение на мостике. Кому-то из команды повезло меньше – несколько человек полетели через помещение. Кто-то так и остался лежать в неестественных позах, остальные же поспешили снова занять свои боевые посты.

– Пробиты три отсека на нижнем уровне.

– Они пытаются отрезать нас от арсенала. Цельтесь в их абордажные камеры!

– Поздно… Они уже выпустили капсулы, – мрачно заметил первый помощник.

* * *

Сэндэл наблюдал за Григорием, интуитивно направив на него Кракен. Тот молча ожидал ответа.

– Да, мне было интересно, что там. Лишь для того, чтобы знать, как лучше справиться с этой мерзкой заразой.

Просвещённый шумно рассмеялся, но то был невесёлый смех. Скорее он вгонял в тоску и одновременно напряжение.

– Что же, возможно, я покажу вам другой мир… Если вы выживете, – сказав это, Григорий снял латную перчатку и коснулся врат.

И портал ожил… Сначала чёрный дым окружил весь портал, отгородив людей от транспорта, а затем ввысь от него устремился широкий чёрный поток, и небо тут же заволокло тем самым непробиваемым штормом. И, наконец, угольная пелена протянулась снизу до самого верха врат, и в ту же секунду оттуда вырвались химеры.

– Огонь! – закричал Сэндэл, попутно отрубая шлем Григория от общего канала связи. – Эбер, Вальдер, колонны!

Мясорубка началась моментально. Гвардейцы одновременно дали залп, и первые ряды монстров разорвались на мелкие кусочки. Они успели дать ещё один, прежде чем враг заставил их вступить врукопашную. С флангов волну гуманоидов обильно окучивали снарядами корсары, но и до них химеры уже стали добираться. С десяток человек из обоих взводов устремились к колоннам, стремясь как можно скорее установить взрывчатку.

Отрубив ноги химере и добив прямым ударом в грудь, Сэндэл начал прорываться к Григорию в ослепительной жажде отомстить. В первые секунды он не мог поверить в то, что увидел. Как? Как случилось, что тот, кто должен был быть лучшим из людей, объединился с врагами человечества? Невероятная по своим масштабам катастрофа. По-хорошему, надо было выяснить у предателя, как же так вышло, но капитану было наплевать. Лишь месть имела значение.

* * *

Не меньшее удивление ждало людей на «Нептусе», когда из абордажных капсул, вгрызшихся в корпус корабля, начали выбегать часовые Багрового ордена.

– Вот ублюдки! – крикнул механик из машинного отделения, стреляя из дробовика по проходу. – Они пытаются прорваться к двигателю! Почему отсеки не заблокированы?

– Спокойно. Мы уже идём к вам. – Лоркан, как всегда, был невозмутим внешне. В душе же, напротив, он сгорал от нетерпения встретиться в битве с часовыми. – Продержитесь ещё пару минут.

– Да нас разорвут через одну!

– У вас нет выбора.

Команда корабля не имела легионерских доспехов, только лёгкую броню класса «Велит», которая с трудом выдерживала попадание из армейского оружия. Не говоря уже о том, что команда не была так же хорошо обучена, как легионеры. Естественно, тренировки проводились, но им было выделено куда меньше времени, чем всему остальному.

Тем временем командор пытался удержать собственный мостик.

– Все, кто может, бегите на мостик! Большая концентрация противника, – говоря это, Идрис не прекращал стрелять в один из проходов. Ему удалось отстрелить руку одному из врагов, и тот выронил автомат, но плотность обстрела не уменьшилась.

Было видно мастерство часовых. Бой шёл уже около десяти минут, но большая часть оборудования не пострадала: они пытались оставить мостик целым, чтобы быстро угнать корабль.

Ульве брёл по кораблю, надеясь, что правильно выбрал направление к командору. Его всего трясло. Половина лица, куда был установлен имплант, горела. Но благо хоть глаз не барахлил. Постоянно выводил какие-то данные: протяжённость коридора, состояние людей вокруг, температуру воздуха и другую информацию, на которую паренёк не обращал никакого внимания. Держа в одной руке подобранный на одном из мест сражения автомат, а другой опираясь о стену, он неуклонно шёл вперёд.

Лоркан наконец добрался до рубки машинного отделения, обнаружив, что все из команды мертвы, а где-то дюжина часовых проводит какие-то манипуляции с системой управления двигателем.

С ним было семеро корсаров, и, не говоря ни слова, он ринулся в бой, а они за ним.

Запустив на ходу тесак в того, кто стоял над пультом управления, сержант привлёк к себе внимание. Ближайший противник начал оборачиваться, но Лоркан, проскользив на коленях до него буквально метр, выбивая фонтан искр, воткнул керамбит ему в мошонку. Не теряя скорость, сержант на ходу подсёк следующего, и на падающего часового тут же накинулся один из корсаров. Но не успел Лоркан встать, как ему зарядили коленом в нос, от чего стекло шлема слегка треснуло.

«Неплохо», – мелькнула мысль.

* * *

Григорий рубил людей капитана у правой колонны, не давая заложить заряд. Сэндэл на бегу и почти в упор высадил последние снаряды из Кракена в просвещённого, отчего тот чуть не опрокинулся на землю, но вовремя воспользовался своим лабрисом как опорой и тут же развернулся навстречу новой опасности. Главарь корсаров слегка опешил от того, что Григорий сражался без шлема. Атмосфера на Октус V была непригодна для дыхания. И всё же ренегат сражался, не испытывая трудностей. Некогда было отвечать ещё и на этот вопрос. Сэндэл в прыжке пытался нанести колющий удар в голову, но просвещённый легко отразил его. И сразу же махнул своим грозным оружием по ногам капитану, тесня того назад.

– Закладывайте заряд! – крикнул главарь корсаров, не имея возможности посмотреть, живы ли те, кто пришёл к этой колонне. Он даже не знал, что творится за его спиной. Возможно, всех людей вот-вот сомнут, и в его спину вопьётся конечность одной из химер. Но, судя по звукам, битва ещё продолжалась. Григорий неистово наступал, орудуя топором, словно тот весил не больше пяти килограммов. Он ударил сверху вниз, и виониевое лезвие глубоко вошло в постамент портала. Воспользовавшись благоприятным моментом, но не имея возможности быстро воспользоваться Губителем, Сэндэл с размаху двинул кулаком точно в висок просвещённого. Тот лишь слегка отклонил голову. В этот момент корсар окончательно понял, что всё происходившее на ринге на корабле было сплошным цирком. Цирк одного актёра… Или двух? Что сейчас делает Ульве? Впервые за всё время схватки Сэндэл замешкался, и тут уже Григорий не упустил свой шанс. Вырвав из камня лабрис вместе с куском постамента, он сразу направил лезвие в ногу капитана, одновременно подсекая его и оставив глубокий порез в голени.

Сэндэл, пронизываемый дикой болью, рухнул на спину.

* * *

Ульве вовремя добрался до мостика. Часовые уже прорвались из прилежащих коридоров и были в шаге от того, чтобы перебить всю команду, укрывшуюся за парапетами возле обзорного окна.

Он сомневался ещё секунду, стоит ли стрелять в своих братьев по ордену. Затем устало поднял автомат на ближайшего противника. Далее произошло нечто. Новый глаз моментально сконцентрировался на затылке врага, и Ульве сам не понял, как нажал на курок. Дуло автомата перемещалось от одной головы часового к другой. Тратя одну пулю на одного человека, бывший ученик просвещённого зачистил мостик за десять секунд и тринадцать миллисекунд, убив двадцать три врага.

А затем лишь темнота.

Очнувшись, он обнаружил, что сильно обблевался. Голова жутко кружилась, и его стошнило ещё раз на пол. На столе перед ним лежал автомат и четыре обоймы к нему.

– Прости, большим не располагаем.

Подняв голову, Ульве увидел перед собой командора.

– Ты перебросил инициативу на нашу сторону и тем самым, возможно, спас корабль. Ходить ты, судя по всему, не можешь, поэтому сиди здесь и оберегай мостик. С тобой останется первый помощник и пара человек. Остальных я возьму на зачистку.

До Ульве туго доходило, но он смог выдать:

– Так точно, командир.

Идрис улыбнулся, затем, дав команду своим людям, направился в один из коридоров. На ходу он связался с Лорканом.

– Какие новости?

– Двое пленных в хозблоке. У нас есть ещё часа два-три, пока они не отбросят концы.

– Успеем?

– Будем очень стараться.

Борнаэль услышал жажду крови в словах сержанта. Командор сам был готов её утолить сполна.

* * *

Сэндэл понимал, что всё скоро кончится. В какой-то момент химеры перестали лезть из портала, и это было бы подарком судьбы, если бы сейчас их не находилось тут в два раза больше, чем людей. Разгром был неминуем. Трупов было столько, что нельзя было разглядеть постамента, на котором они лежат. Кровь заливала всё. Мёртвые, изрубленные или подстреленные химеры были всё так же огромны, поэтому иной раз не было даже видно, что происходит вокруг.

Капитан провёл сотни кампаний против этих монстров, но в таком положении оказался впервые. Линк разрывался от криков солдат. Сэндэл почти сразу отключил функцию вывода информации о состоянии подчинённых. Отметки о жизненных показателях меняли цвет с зелёного на красный по несколько штук в секунду.

В момент, когда просвещённый уже собирался разрубить надвое капитана, откуда-то прилетела граната и разорвалась позади багрового ренегата. Но сил подняться у Сэндэла не было. Рана на ноге была куда серьёзнее, чем показалось сначала. Он начинал сомневаться, что её вообще ещё можно зашить. Хотя зачем ему это уже? На глазах корсара просвещённый медленно поднялся. Из его спины торчала шрапнель. Да таких размеров, что любой человек, скорее всего, уже бы помер. Но Григорий лишь морщился, пытаясь достать её рукой и, видимо, желая вырвать.

Капитан не выдержал:

– Да кто ты такой вообще? Или кем ты стал, когда примкнул к этой нечисти?

Просвещённый лишь раздражённо покосился. Затем, поняв, что ничего у него не выходит, перехватил лабрис в другую руку и направился к Сэндэлу. В момент, когда враг в очередной раз заносил над ним своё оружие, его линк ожил.

– Капитан, эрайши! Наступают из-за портала! – голос принадлежал Эберу.

В ту же секунду просвещённый развернулся в ту сторону и со всех ног побежал.

– Все, кто поблизости, найдите меня по маячку, живо!

Через минуту появились два гвардейца. Один из них взял копьё в левую руку, а второй выключил щит. Оба они подхватили Сэндэла.

– К порталу, – уставшим голосом и почти теряя сознание от потери крови, скомандовал капитан. На ходу Сэндэл мельком оглядел свою ногу. Ниже колена она безвольно волочилась, и корсар начинал думать, что в какой-то момент часть просто отвалится. По неизвестной причине системы жизнеобеспечения работали не полностью, и раненую ногу не стягивали жгуты, встроенные в доспехи. Поэтому даже если эта битва останется за людьми и эрайши, главарь корсаров, скорее всего, останется без ноги.

Наконец они вышли из-за очередной горы трупов, чтобы увидеть ещё более кровавое рубилово, чем было. Битва была на равных. Химер и Григория зажали в центре, но их было всё ещё большинство. Со стороны портала на них наступали эрайши. А со стороны каньона – люди. Просвещённый яростно размахивал лабрисом, каким-то чудом не задевая монстров, каждым выпадом он отнимал чью-то жизнь. Но вот в какой-то момент он застыл и поднял голову к небу, будто к чему-то прислушиваясь.

Сэндэл, которого аккуратно уложили на спину поверженной химере, моментально понял, что сейчас в космосе что-то происходит, а если конкретно – на его корабле.

– Взрывайте портал! – закричал он в шлеме.

– Командир, сейчас нельзя.

– Немедленно, я сказал!

Группа корсаров во главе с Вальдером двинулась к колонне. А Григорий тем временем перестал всматриваться в небеса и начал прорубать себе путь к порталу.

– Вальдер, быстрее! Просвещённый хочет уйти!

– Да чтоб его… Марс, веди людей к колонне, – дал команду своему сержанту лейтенант, а сам направился наперерез Григорию. – Я остановлю его.

– Нет! Отставить! Не приближайся!

– Разберусь.

Лейтенант увидел просвещённого, когда тот разрубал эрайши словно тростинки. Они пытались попасть в упор из своих ядовитых ружей, приращённых к их рукам, но он каждый раз уворачивался, пользуясь преимуществом в росте.

Прицелившись, Вальдер начал стрелять из своего двуствольного револьвера. Григорий оказался непростой целью: он двигался и маневрировал, уклоняясь от гуманоидов. Сложности добавляло то, что Вальдеру мешали долговязые союзники. Но в какой-то момент лейтенант всё-таки попал, когда просвещённый, пробившись через эрайши, побежал к порталу. Пуля угодила точно в левую щёку, и Григорий рухнул. Рухнул, а затем снова начал подниматься. Вальдер не мог поверить своим глазам. До просвещённого было метров тридцать, и ему пришлось приблизить обзор на визоре шлема. Разорванная челюсть Григория начала срастаться на его глазах. Злорадно улыбнувшись в сторону офицера корсаров практически новым ртом, просвещённый как ни в чём не бывало продолжил своё движение к вратам.

Тут наконец прогремел взрыв, и чёрная пелена замерцала и начала пропадать, но было поздно. Григорий скрылся за её пределами раньше. Колонна начала осыпаться, и корсары спешно направились в другую сторону.

Спустя двадцать минут выжившие собрались возле «Гиен» и зализывали раны. Из почти роты их осталось пятьдесят шесть человек. Всех инженеров перебили. Кто-то тихо о чём-то разговаривал, кто-то просто глядел в пустоту. Вальдер очень импульсивно что-то рассказывал Нээману и Шинджи. Эбер обрабатывал рану капитану.

– Надо срочно на корабль. Почему вы не сообщили, что ранены? – с серьёзным видом спрашивал дюжий воин.

– Вам и так не до меня было. Своё сражение я проиграл, – без тени преувеличения ответил Сэндэл.

– Да бросьте. Кто же мог подумать… – Лейтенант замешкался, подбирая слова. – В общем, это не ваша вина. Мы бы всей толпой его вряд ли одолели.

– Ладно, уже неважно, – поспешил сменить тему капитан. – Дай команду, у кого есть силы, собрать образцы тканей химер. – Эбер бросил на своего командира удивлённый взгляд, и тот решил пояснить: – Лоркан очень просил для своих экспериментов. Куда, кстати, подевались наши спасители?

– Свалили на своих двоих сразу же, как рухнула последняя тварь.

– Тогда их «запчасти» тоже соберите! – резко добавил главарь корсаров. – Вы вызвали «Коршун»?

– Связь не работает, и…

Внезапно раздался крик:

– К оружию! У лестницы.

Все обернулись и заняли боевые позиции. Эбер начал оттаскивать своего командира.

– Отставить! Отставить, я сказал! Опустите оружие.

Воины начали неохотно подчиняться. К машинам неспешно двигался эрайши, с которым беседовал Сэндэл ночью. Он шёл, опираясь на свой посох, как будто бы не мог без него и шагу ступить. Остановившись возле главаря корсаров, гуманоид заговорил:

– Вас предали.

– Я знаю, – тяжело вздохнув, согласился капитан.

– Ещё долго не будет мира среди звёзд, пока брат стреляет в спину брату.

– Возможно, никогда.

– Возможно. – Эрайши замолчал на какое-то время, оглядывая людей вокруг себя, а потом произнёс: – Вы у меня в долгу. Надеюсь, для человеческой расы это что-то значит. – С этими словами он развернулся и зашагал, откуда пришёл.

* * *

Добравшись сначала до базы на планете, а затем и до «Нептуса», корсары и оставшиеся гвардейцы наконец узнали, что произошло. «Амадеус» ушёл сразу же, как стало очевидно, что часовым не победить.

Благодаря ювелирным обстрелам «Нептус» не получил серьёзных повреждений, но человеческие потери были громадны. Все корсары и гвардейцы, кто мог стоять, заняли посты команды корабля, дабы тот мог функционировать хотя бы на тридцать процентов. Лазареты были переполнены. Зэмба и один из оставшихся в живых медбратьев трудились не покладая рук. Им помогали корсары, которые не могли помочь в ремонте корабля.

Досадно, но зачистка корабля длилась больше четырёх часов, а потому связанные часовые подохли. Остальные же делали всё, чтобы не попасть в плен. К концу бойни среди узких палуб и коридоров команда корабля измельчала больше чем вдвое, а взвод Гриера сократился почти на две трети. Поводов для радости не было и близко, но Сэндэл, как и другие корсары, горячо поблагодарил Ульве, который отразил ещё две атаки на мостик, за фактическое спасение «Нептуса». Хотя до этого главарь корсаров ожидал, что будет пытать мальца.

Пилот Олаф, бывший, как казалось корсарам, часовой, бесследно исчез.

Через сутки «Нептус» висел на орбите Октус I, а гвардейцы грузились на «Коршуны». В углу ангара беседовали трое.

– Заберёте парнишку с собой? – спросил Сэндэл Шинджи.

– Заберём. Канцлер захочет его послушать. Но вы так спрашиваете, будто сами хотите, чтобы он улетел.

– Нет, его можно считать частью команды, но, я думаю, Гахарит найдёт лучшее применение его знаниям, чем мы. Сейчас важнее всего найти Григория, или, по крайней мере, «Амадеус». У нас же слишком большие потери, чтобы продолжать поиски.

– Меня больше беспокоят несколько сотен просвещённых и неизвестное количество часовых, раскиданных по нашим мирам. Их образ как последователей Пращуров уж очень быстро укореняется в умах людей, – со всей серьёзностью ответил Такэда.

– Да, это клинок у самого горла. Хочется верить, что Ульве действительно окажется полезен, и мы успеем подготовиться к грядущей бойне, – добавил Нээман, и каждый несколько секунд обдумывал тяжесть внезапно наступивших времён.

– А что Архитектор? – прервал молчание Безликий.

– Уверен, ему не будет никакого дела до этого. Куда внимательнее он будет слушать о том, как эрайши вышли с нами на контакт. Шинджи, – обратился главарь корсаров снова к легату, – дадите слово, что с Ульве ничего не случится?

– Ты же знаешь, что нет. Не мне спорить с канцлером. Но, как ты уже сказал, малец слишком важен. А новый глаз делает его ещё более ценным.

– Думаешь, он станет на вас работать? – не сдерживая улыбки, поинтересовался капитан.

– А разве у него есть выбор? – сказав это, коммандер развернулся и пошёл к «Коршуну».

Когда он достаточно далеко отошёл, командир Гвардии ночи приблизился вплотную к Сэндэлу и положил руку ему на плечо.

– Мы его найдём, а я буду держать тебя в курсе.

Сэндэл кивнул и протянул руку.

– Пусть разум и воля да не оставят тебя. Слава легиону!

Нээман протянул руку в ответ.

– Слава корсарам!