Цель оправдывает средства. Поговорка из древних времён. Заглавие к «Книге Основ»

Несмотря на раннее утро, приготовления шли полным ходом. Люди, живущие в торговом квартале корсаров, заранее вычистили весь парк и расставили столы. Женщины с ночи принялись за готовку блюд, а корсары, выделенные нести дозор во время праздника, оборудовали наблюдательные пункты на близлежащих домах. Им положено выпить, когда всё закончится. Как и тем, которые несут вахту на корабле.

На свадьбу были приглашены все оставшиеся корсары, гвардейцы и небольшое число местных жителей, в основном друзья и родственники невесты.

Сэндэл, стоя перед зеркалом, смотрел, как на нём сидит форменная парадная одежда: чёрный китель с одним рядом из восьми пуговиц, имевший окантовку из серебряных нитей на стоячем воротнике, на котором, в свою очередь, сверкали петлички из того же металла со знаками отличия его легиона – цифры II.

«Надо было давно заменить их на эмблему Небесных корсаров», – мелькнула мысль, но затем, улыбнувшись про себя, капитан пришёл к выводу, что это была бы какая-то детская бравада.

С левой стороны на груди были вышиты три восьмиконечные звезды цвета меди, что соответствовало званию капитана десантных войск. Металлический пояс, имевший магнитные зажимы для оружия, был застёгнут на отполированную до блеска бляху, на которой был изображен факел, в огне которого полыхал череп – награда отличившихся в бою легионеров. Чёрные брюки галифе с лампасами цвета стали и начищенные до блеска сапоги венчали образ заправского офицера вооруженных сил второго легиона. Фуражку капитан выбросил сразу же, как покинул службу. Она ему никогда не нравилась, а уж с новой причёской смотрелась максимально по-идиотски. Удовлетворившись увиденным, главарь корсаров закрепил пистолет и короткий клинок на поясе, а затем направился к выходу. Его Губитель был слишком тяжёл для подобного рода одежды и потому покоился в углу. Буквально через пять минут капитан уже сидел на заднем сиденье личного аэрокара с открытым верхом. Водитель, один из корсаров, медленно вилял по узким улочкам, заполненным людьми. Те учтиво склоняли голову, когда Сэндэл и его спутник проезжали рядом.

Компанию ему в дороге составил просвещённый. Григорий откуда-то достал прекрасно скроенный малиновый костюм, глядя на который, Сэндэл начал подозревать, что у этого человека любовь к подобным цветовым решениям. Обычно любивший поговорить просвещённый в этот раз лишь лаконично поздоровался. Но капитана это не слишком задело, а может, даже и наоборот. Его всё утро мучило какое-то беспокойство. Он не очень любил подобные мероприятия и одновременно отчётливо понимал, что и ему когда-то нужно будет жениться. С другой стороны, что-то совсем другое его глодало. Инстинкт или страх перед будущим? Корсар ещё раз связался с сержантом Лорканом, ответственным за безопасность в этот день. Всё было в норме: часовые расставлены, оружие на случай чего было подготовлено.

Наконец аэрокар подъехал к узкой арке, встроенной в ряд жилых зданий, за которыми находился парк. Он был специально расположен так, чтобы туда нельзя было въехать на транспорте. На крышах двухэтажных зданий курсировали корсары и люди из местной охраны Феликса. Нээман предложил гвардейцев в дозор, аргументировав это тем, что его людям нечего делать на этом празднике. Но Сэндэл, естественно, отказался, не желая подставлять свою спину бывшим сослуживцам, а ныне отборным солдатам канцлера, на случай если что-то пойдёт не так. Интуитивно он не мог понять, враг ли Нээман, но последние события в жизни его роты показывали, что слепая вера во что бы то ни было – это роскошь.

Тем более все эти события с канцлером, пиратами, Григорием подозрительно переплетались.

«А может, у меня уже просто крыша едет?» – думал капитан, проходя через арку.

Кто-то конкретный точно был виноват в смертях его людей и в той кабале, в которую он попал и завлёк остальных. Но правда ли все вокруг были к этому причастны? Главарь корсаров собрался и отбросил все мрачные мысли. Сегодня праздник – надо отдохнуть. И нельзя в такой день быть мрачным – это неуважение к его людям. Тем более что вскоре им, возможно, предстоит тяжёлая работёнка.

Возле небольшого озера был выложен помост, на котором соорудили алтарь, где Сэндэл должен был обвенчать молодых. От помоста шла тропинка, по обеим сторонам от которой выстроились деревянные круглые столы и стулья. Деревья в парке были украшены ленточками и фонариками, и в их тенях кое-где стояли мобильные палатки с выпивкой, а на самой широкой опушке выстроилась полевая кухня, откуда уже доносился такой ароматный запах, что рот моментально наполнялся слюнями.

А гости тем временем были уже в сборе. Многие корсары были со своими жёнами или девушками, и капитан почувствовал лёгкую горечь от того, что рядом нет Катарины. Между столов бегали дети, играя в догонялки.

Главарь корсаров заметил жениха, одиноко стоявшего возле ступеней помоста и суетливо поправлявшего свой китель, который и так идеально сидел.

Сэндэл сразу же последовал к нему, одновременно давая понять собравшимся, что стоит начинать.

– Капитан, – отдал честь корсар, славящийся сверхъестественной точностью, притом что не обладал никакими механическими имплантами на глазах. Это был чернокожий высокий сухопарый мужчина, немногим младше своего командира. Его голова была покрыта маленькими чёрными косичками-дредами.

– Ну как, Виктор, готов?

Тот немного погодя коротко кивнул, а затем спросил:

– Почему убивать кого-то легче, чем жениться?

– Перед мертвецами мы не несём ответственности, – последовал короткий ответ.

К этому моменту все люди уже встали вдоль тропинки. Ближе всего к помосту стояли офицеры и дальше по убыванию важности. В самом конце были приглашённые родственники невесты. Григория поставили даже перед офицерами, отчего местные кидали на него вопросительные взгляды.

В так называемых цивилизованных мирах считалось великой честью, если молодых благословлял и вёл торжество именно просвещённый, хотя это была, конечно, редкость. Здесь же никто понятия не имел, кто он такой, а потому их удивление можно было считать нормальным.

Сэндэл поднялся и встал перед алтарём. Там уже лежала Книга.

Капитан медленно провёл пальцами по корешку, а затем дальше, по переплёту из чёрного металла. Гравировка на обложке гласила: «Книга Основ».

Корсар считал почти любой источник информации важным объектом для исследования, но Книга, написанная Пращурами, была не просто кладезем знаний или законов, – это был фундамент новой человеческой цивилизации.

Она была довольно большой для обычной книги, но что такое печатный текст на тысячи страниц для уклада жизни целой расы?

Вся суть была в том, что многое в этой жизни искусственно усложняется и преувеличивается самими людьми. Но правда лаконична.

«Правда лаконична», – гласила гравировка на корешке книги.

Капитан на секунду в очередной раз задумался о смысле этих слов, но потом его размышления прервали голоса оживших гостей.

Невеста была прекрасна. Алые рукава её платья с понижением тона перетекали сначала в розовый, а затем и в белый цвет ближе к плечам. То же самое было и с подолом платья, только цвет был чёрный.

Такая цветовая гамма символизировала кровь и грязь. Надевая на себя сие свадебное платье, будущая жена целиком и полностью принимала стезю будущего мужа – воинский долг, заключавшийся в кровопролитии и бесконечных походах.

Когда она подошла, Сэндэл узнал в ней ту девушку, что давеча утром принесла ему завтрак. Капитан сделал мысленную пометку по этому поводу. Заранее ему уже сообщили, что её зовут Анит.

Сияющий от чувств Виктор протянул руку. Она приняла её, и они вдвоём, склонив головы, встали перед помостом.

Капитан взял Книгу, весившую по ощущениям не меньше пятнадцати кило, и встал перед ступеньками, держа её на чуть вытянутых руках.

– Посмотрите на меня, и я решу, готовы ли вы, – приказал он. Молодые подняли головы. Капитан поочерёдно посмотрел каждому в глаза. По правде говоря, он не мог точно сказать, как относится к этой части бракосочетания. Считалось, что тот, кому позволено поженить пару, а это мог быть только мудрый и опытный человек, имевший огромные заслуги перед обществом, должен распознать в глазах людей сомнения и не разрешить им жениться, если таковые найдутся. В этих двух парах глаз он видел лишь уверенность.

– Поднимитесь.

Виктор и Анит синхронно встали и начали подниматься по ступенькам. Уже наверху они так же одновременно опустились на одно колено и подняли руки, образуя подобие полукруга.

Сэндэл положил туда Книгу и начал листать.

«Такс-с-с. Закон о семье. Приложение», – проговорил про себя главарь корсаров, а вслух произнёс:

– Виктор и Анит, готовы ли вы хранить верность друг другу и быть честными?

– Да!

– Готовы ли вы беречь генофонд человечества, продолжать род его и плодить достойных и могучих людей?

– Да!

– Готовы ли вы будете отречься друг от друга, если любовь оставит ваши сердца?

– Да, – чуть слышно пришёл последний ответ.

Третий вопрос всегда отличался суровостью, но молодые должны были сознавать всю серьёзность возложенной друг на друга ответственности.

– Встаньте, муж и жена, Виктор и Анит.

Пара поднялась, опуская Книгу перед собой и передавая обратно Сэндэлу.

– Скрепите ваш союз поцелуем.

Молодые улыбнулись, и Виктор страстно притянул и поцеловал Анит.

Гости разразились громкими поздравлениями и аплодисментами.

* * *

Олум уже сбился со счёта, сколько он проверял исправность своего карабина. Он не был уверен ни в чём, что должно произойти сегодня.

Удалившись в дальнее помещение, пират старался успокоиться. В конце концов, люди должны чувствовать уверенность, глядя на своего предводителя. План был дерьмо. Во-первых, то, что намечалось, было известно лишь ему, двум другим главарям и дюжине их самых доверенных лиц. Не было сомнений, что среди пиратских банд должны быть шпионы Феликса и даже претора Архитектора, заправлявшие частью города. Благо, бандиты всегда ходили при оружии и были готовы принять бой в любую минуту. Доверенным людям оставалось только поставить транспорт в нужные места и положить внутрь боеприпасы. А во-вторых! Эти грёбаные корсары! Если всё провалится, лучше будет им всем сдохнуть во время перестрелки. Ну а в-третьих, Олум не был уверен, что их наниматели не воткнут им нож в спину, когда всё кончится. Он уже очень много думал об этом, но выбора всё равно не было.

Главарь банды набрал линк.

– Ну что там?

– Только начали праздновать, но выпивают активно. Думаю, кхм… Через час уже можно будет начинать, – отчитался наблюдатель, но Олум услышал некоторое сомнение в его голосе.

– В чём дело? – раздражённо спросил он.

С другого конца ответили не сразу.

– Да место неудачное. Для нас. Узкие подступы и арки, до многих отходных путей из парка нам просто не добраться без преждевременного привлечения внимания, так что они смогут отступить, и вообще…

– Я и без тебя это всё знаю! Для этого и берём тяжелые стволы.

– Да, но…

– Хватит! Это всё неважно. Нам нужно просто убить как можно больше корсаров. На нашей стороне число бойцов и эффект неожиданности.

Олум услышал, как на другом конце его подручный издал саркастичный звук. Эффект неожиданности мог и сорваться. В конце концов пришлось бы ехать добрых пять-шесть минут до цели. Но всё-таки больше чем три сотни человек должны увеличить их шансы.

«Да… Всё выгорит», – зажглась уверенность в голове бандита, и он начал снова проверять свой карабин.

* * *

Сэндэл потягивал эль в тени деревьев и размышлял о том, что Идрису довольно редко выпадает шанс спуститься сюда, хотя, возможно он и не хочет. Ему, как и любому в его должности, нет ничего милее собственного корабля и холодной пустоты космоса. По мере поступления алкоголя в кровь снижалось и беспокойство капитана. Он поискал взглядом кого-то из друзей-офицеров и заметил, как Эбер кружится в танце с какой-то местной девушкой, которая была ему еле-еле по грудь. Но они мило беседовали и добродушно улыбались друг другу. Искать Гриера не пришлось, он появился из толпы, держа в руках тарелку с мясом вместе с кружкой эля, и сел рядом с командиром.

– А ты чего не танцуешь? – спросил Сэндэл скорее автоматически, чем реально хотел знать ответ.

Не поведя взглядом, лейтенант ответил:

– Я нашёл занятие поинтереснее, – ответил офицер, указав глазами на еду.

– Тоже дело! – с лёгкой издёвкой в голосе согласился капитан.

Затем главарь корсаров заметил, как какой-то парнишка в кожаной безрукавке и армейских штанах, сидящий за ближайшим к ним столом, периодически смотрит в их сторону. Вид у него был взволнованный. Сначала капитан забеспокоился, но потом решил, что всё-таки верх паранойи – подозревать всех и каждого в том, что ему и его людям хотят причинить вред. Он сделал жест рукой, приглашая того подойти. Парень лет тридцати на вид встал и пошёл к ним. Его голова и лицо были чисто выбриты. Он был невысок и неплохо сложен. Но что-то в нем заставило Сэндэла смутиться, и через пару секунд он понял, что именно. Механический протез заменял левую руку по плечо и переходил в лопатку и грудь. Металлическая конечность была туго обтянута чем-то, что напоминало кожу по цвету, но кисть оставалась не закрытой.

Когда молодой человек встал перед корсарами, стали видны многочисленные шрамы, украшавшие его лицо и вторую руку.

Он неловко мялся, хотя выглядел довольно сурово.

– Ну. В чём дело? – начал капитан. – Говори или спрашивай. Не стой как истукан.

Гриер, как будто не замечая парня, уминал здоровый кусок мяса.

– Я хотел… Хотел спросить.

– Да-да.

– Могу я отправиться с вами? – его глаза внезапно расширились от испуга. – Не на «Нептусе», конечно! Я ведь не корсар. А с теми командами, что идут за вами?

И прежде чем капитан смог что-либо ответить, вмешался лейтенант:

– Чей ты и откуда? – жуя, спросил он.

– Меня зовут Кеган. Я из ваших… В смысле из охраны! Мой отец работал смотрящим с самого основания города в этом квартале. Я здесь родился и тоже стал работать с ним. Сейчас возраст и множество травм не позволяют ему работать.

– Возраст? – удивился Гриер. – Сколько же ему?

– Сто семьдесят, – тихо, но при этом с гордостью пришёл ответ.

Лейтенант поперхнулся.

– Как его зовут? – спросил главарь корсаров.

– Аурон Мольт, – с ещё большей, еле скрываемой гордостью ответил парень.

Сэндэл знал это имя. Много кто его знал.

– Механик с левиафана, который забил насмерть трёх своих коллег и ещё трёх человек из службы безопасности корабля, за что был посажен в тюрьму и ждал расстрела, а потом смог вскрыть камеру, сбежать и каким-то образом прятаться на борту корабля, тот самый Мольт?

– Да. – Теперь в глазах парнишки читалось не то смущение, не то страх, что ему могут отказать из-за тёмного прошлого его отца.

Сэндэла мало волновало, что там произошло, ибо здесь, на Гарнафаксе, Аурон верно служил ему и Феликсу. Но ответ был и без того однозначный.

– Нет, ты не летишь.

Кеган резко заморгал и открыл рот. Через пару секунд он смог прийти в себя и спросил.

– Но почему? Из-за отца? – Главарь корсаров отрицательно покачал головой, но тут же Кеган задал новый вопрос: – Из-за руки? – Он начал показывать здоровой рукой на механическую. – Она простая, но хорошо сделана! Я отлично ей управляюсь и…

– Это не обсуждается, и дело тут не в руке и не в твоём отце, – резко прервал его корсар, не желая объяснять причину. Но молодой человек не унимался.

– Капитан, я больше не могу торчать в этой дыре! – выпалил он, затем осёкся. – Я имел в виду, что работать на вас, конечно, лучше, чем где-либо ещё в этом городе, но… Так не может продолжаться вечно. В «Книге Основ» сказано, что мы должны двигаться к совершенству каждый день, а здесь я прозябаю!

– Почему не уйдёшь с пиратами? – спросил Гриер.

Кеган помедлил, явно обдумывая слова.

– Я раньше так и хотел, но потом убедился, что там меня тоже ждёт сплошная деградация. Эти мрази занимаются только тем, что грабят тех, кто не может себя защитить, а потом просаживают все деньги на какую-то дрянь. Вот весь род их деятельности.

Внезапно послышался громоподобный смех. Это оказался незаметно подошедший Эбер. Как с его размерами ему это удалось, осталось загадкой.

– Друг мой, если ты думаешь, что мы занимаемся чем-то другим, то спешу тебя разочаровать, – заговорил Гриер, а старший лейтенант, вытирающий глаза от слёз, подхватил:

– Да, ты знаешь, мы и рады летать по планетам и дарить детям сладости, но это приносит мало денег.

Кеган был уже весь красный, он судорожно пытался найти какие-то аргументы.

– Да, но вы другое… Тем более отец говорит, что вы занимаетесь более честными делами.

Эбер снова загоготал, но парень продолжил, хоть и сильно погрустнев:

– Я хотел когда-нибудь стать корсаром и улететь отсюда.

Сэндэл не чувствовал веселья или гордости, даже наоборот. Ему пришла в голову мысль, что Кеган с такими взглядами на жизнь резко поменял бы своё мнение о корсарах после этого путешествия. Но только в том случае, если бы он был на борту «Нептуса».

– Ты станешь корсаром когда-нибудь. По крайней мере, тебе будет предоставлен шанс. Но в этот раз ты остаёшься здесь, – холодно подытожил капитан.

Парень ещё некоторое время постоял в нерешительности, затем кивнул и ушёл. Сэндэл поболтал на дне кружки остатки эля и уже хотел сделать один большой глоток, когда услышал оглушительный взрыв. Корсары инстинктивно бросились на землю, на лету доставая оружие. Капитан увидел, как крыша трёхэтажного здания, которое стояло по периметру парка и на котором, несомненно, находились его или Феликса люди, дымится. За первым взрывом сразу же последовал следующий, но уже дальше, и дом был скрыт деревьями. Осколки камней и железа долетели до места праздника, где-то валялись люди. Среди гостей, в основном детей и женщин, началась паника. Зазвучала стрельба, которая, казалось, идёт со всех направлений.

– Лоркан! Доложить!

– Нас атаковали с севера и северо-востока, – голос сержанта был невозмутим. – Похоже, противник имеет преимущество в численности, тяжелом вооружении и транспорте. Пытается прорваться сквозь арки.

Главарь корсаров моментально оценил ситуацию: судя по всему, это были пираты, ибо в причастность к этому людей Рейна он отказывался верить.

На Сэндэла внимательно смотрели офицеры.

– Гриер, бери пятнадцать корсаров и организуй отступление гражданских. Сопровождайте их до палаццо, бери стволы, машины и заходи в тыл незваным гостям.

– Есть, – лейтенант начал удаляться, раздавая указания по линку.

– Эбер…

– Миномёт! – рёв Лоркана прогремел на общей волне.

Капитан услышал характерный свист и, примерно оценив, куда прилетит, прыгнул к стволу ближайшего дерева.

Поняв, что вряд ли будет передышка, он продолжил командовать, перекрикивая звуки взрывов.

– Эбер, бери людей и бегом к аркам! Не дайте никому войти, пока все гражданские не покинут парк.

Дюжий корсар сорвался из-за укрытия за лавкой и побежал.

– Феликс, приём!

Ответа не последовало.

– Феликс, мать твою!

Тишина в эфире.

В этот момент взрыв раздался совсем рядом, и несколько убегающих людей и корсаров разорвало на куски, некоторые из которых долетели до капитана.

– Сэндэл!

Корсар обернулся, параллельно вытирая кровь с лица. К нему приближался Нээман и несколько его гвардейцев.

– Капитан, дайте вашу частоту!

Главарю корсаров понадобилась секунда на раздумья, стоит ли это делать. В конце концов, странно, если гвардейцы заодно с нападавшими, почему о последних никто не думает при этой бомбардировке? Он сказал частоту эфира корсаров.

– Капитан, ваши люди и вы… – начал Сэндэл, но в очередной раз не успел закончить.

– Командир, они прорвались через северную арку, – спокойно констатировал сержант. – И хотят проделать себе ещё один проход, взорвав здание.

Главарь корсаров с чувством выругался и скомандовал:

– Нээман, собери людей, сколько можешь, и дуйте к северному выходу. Сдерживайте ублюдков, пока к вам не подойдёт подмога.

Капитан молча начал уходить, но бросил через плечо:

– Нам с пистолетами долго не устоять.

– Помощь придёт сразу же, как будет возможность.

Сэндэл мысленно поблагодарил командира Гвардии ночи за то, что тот не начал спорить с приказами.

Затем он оглянулся.

Стремительное нападение унесло немало людей. Враг стрелял на упреждение, явно понимая, что люди, находящиеся в парке, начнут отступать к южной арке, куда пешие дотянуться не могут. Пока…

И будто в подтверждение этому в ухо снова заговорил Лоркан, державший позицию на северо-восточной арке.

– Враг начал продвигаться на северо-запад, но их силы слишком растянулись. Вряд ли им что удастся. Разрешите стянуть наших с востока и юга к нам?

– Разрешаю.

Всё это время не прекращали греметь разрывы, но результат был всё хуже и хуже. Лупили кучно, но всё же бездарно в профессиональном смысле.

Наконец Сэндэл услышал звуки перестрелки из лесной части парка на севере: Нээман вступил в бой с теми, кто смог пройти.

– А где Григорий? – подумал капитан, а потом понял, что спросил вслух.

– Не видно! – крикнул Лоркан, чтобы его было слышно за стрельбой.

– Я его не видел, – пришёл ответ Эбера. – Командир, много ящиков с оружием потеряно, но кое-что осталось.

– Отлично, я скоро приду.

– Гвардейцы и корсары, кто ещё находится вблизи алтаря, все движемся к северо-восточной арке!

Последние слова Сэндэл уже говорил на бегу. Обернувшись, он мельком увидел дюжину мужчин, направляющихся за ним. Среди них был Кеган.

* * *

Корн дал залп из гранатомёта по воротам дома-крепости корсаров. Те не поддались. Одновременно с этим из бойниц по ним периодически вели огонь.

Лидер банды был крайне разочарован сложившейся ситуацией. Предполагалось, что хотя бы местные попрячутся в свои дома и будут сидеть тихо, но не тут-то было.

Казалось, что отовсюду в сторону его ребят летели выстрелы и даже иногда гранаты. Зажатые между торговыми лавками по узким улицам, пираты представляли собой удобные мишени, и единственное, что мешало перестрелять их, – это заградительный огонь, ведущийся по окнам и любым щелям, откуда предположительно могла вестись стрельба.

Но так не может продолжаться вечно. Они должны прорваться.

* * *

Многим не досталось автоматов, заблаговременно припасённых на случай таких вот неприятностей.

Сэндэл всё ещё с трудом осознавал, как это всё случилось. Как они прошляпили это? Почему атака выглядит одновременно хорошо спланированной и тут же будто организованной с наскока? Что вообще толкнуло этот биомусор внезапно напасть на тех, кого они должны были бояться и избегать? Где Феликс? И где, чтоб его, Григорий?

Он и шестнадцать вооружённых бойцов двигались к Нээману, но долго бежать не пришлось. Капитан отступил к месту праздника, используя как укрытия постамент и столы.

Сэндэл наконец смог воочию увидеть своего противника на сегодня. Пираты, как и обычно, мало думали о тактике: они хаотично перемещались среди деревьев, пытаясь спуститься к озеру и к постаменту с алтарём, тем самым мешая своим, находившимся сзади, стрелять. А самое главное, сие было совершенно ненужно, потому что у них была какая-никакая, но главенствующая высота.

Каждый раз корсар удивлялся, как быстро даже бывшие легионеры, подавшиеся в подобные банды, скатываются на самое дно во всех возможных смыслах. Животные, сорвавшиеся с цепи.

Люди капитана развили атаку со всей стремительностью. Огонь начали вести в самый последний момент, зайдя с фланга. Эффект был ожидаем: бандиты начали так же хаотично отступать, попадая под прицельный огонь Нээмана и оставшихся гвардейцев.

– Грёбаный рот! Ну как же их много! – будто прочёл мысли капитана один из корсаров.

– Тесните их! – дал команду Сэндэл.

Один из подствольных снарядов угодил в дерево, и оно разлетелось морем щепок. Даже в такой ситуации Сэндэл с досадой отметил, что парк придётся долго и упорно восстанавливать: за несколько минут с начала атаки зелёные лужайки покрылись десятками воронок от снарядов, многие из которых уже заполнились кровью людей, а каменная крошка и остатки деревьев засыпали, казалось, всё остальное пространство.

– Капитан, мы летим к вам на помощь!

Главарю корсаров понадобилась пара секунд, чтобы узнать в линке голос одного из командиров команд, летящих с ними на Октус.

– Отставить!

– Но, капитан…

– Летите на «Нептус»! Вы мне нужны живые и непотрёпанные!

Молчание на том конце затянулось.

– Как поняли?

– Так точно, капитан! – Шум боя не смог заглушить глубокую досаду в голосе на другом конце.

– Сэндэл, нам, я так понял, тоже ждать? – задал вопрос Идрис.

– Всё правильно. Пусть бойцы будут в боевой готовности.

– Уже. Удачи вам, командир.

Капитан не ответил. Он прицелился и пробил шею одному из пиратов. Тот инстинктивно пытался сдержать поток крови, но вскоре завалился на спину и уже не шевелился.

* * *

Гриер отрапортовал капитану, что все гражданские покинули зону боевых действий, и со всех ног нёсся в дом.

Тот уже был виден на горизонте, как вдруг в ухе загудел линк.

– Внимание! Огонь по Каменной улице!

И прежде чем лейтенант успел отреагировать, в его отряд полетели выстрелы.

Не нуждаясь в команде, все корсары прижались к стенам.

– Это свои! Отставить! – загремел Гриер.

Недолгая пауза, и затем:

– Они перехватили частоту. Стреляйте, как только появится возможность. – Голос звучал решительно.

– Твою медь! Это лейтенант Гриер! Мы идём за стволами и транспортом. Откройте ворота, как только мы подойдём.

Снова пауза.

– Никак нет, лейтенант. Нас хотят взять штурмом. Открыть ворота не можем.

Офицер корсаров выругался.

– Где?

– Через две улицы от вас, на десять часов. Их где-то полсотни.

Гриер проверил обойму и скомандовал, направляясь к ближайшему переулку:

– Пошли!

* * *

Сехмет отслеживал происходящее, сидя на борту «Кобры» – транспортного средства, предназначенного для передвижения в городских условиях, находясь на расстоянии трёхсот метров от ближайшего боестолкновения.

План провалился… Во всяком случае, в какой-то мере.

Овладеть парком так и не удалось: Олум так и не смог взять свой участок на северо-востоке, зато изрядно навредил архитектуре. И Корн всё ещё не пробился в дом-крепость. Но хотя бы не даёт выбраться никому оттуда на подмогу корсарам.

И убили они немало.

– Да. Достаточно, – еле слышно произнёс главарь банды. – Пора и честь знать.

Он уже собирался дать приказ об отступлении на челноки, когда в динамике его шлема зазвучал незнакомый голос.

– Капитан Сэндэл Кёрт приближается к северной арке. Встреть его там и убей.

– Откуда у вас эта частота? – раздражённо зашипел Сехмет.

Но вместо ответа услышал:

– Поторопись. Если ты его упустишь, из города тебе живым не выйти.

Пират глубоко задышал, стараясь успокоиться, но не сдержался.

– Сволочи! – Он ударил закованными в доспех кулаками по бортовым компьютерам, от чего те взорвались снопом искр.

– Капитан? – в открытом люке «Кобры» появился один из его личных охранников, таких же бывших легионеров, как и он.

Сехмет выскочил наружу и жестом приказал своим людям следовать за ним.

– Идём, пора навести действительно серьёзного шороху!

Дюжина головорезов в полном доспехе с одобрительным улюлюканьем сорвалась за своим предводителем в долгожданное сражение.

* * *

Олум и его люди смогли пробиться на крышу одного из зданий, занимаемых корсарами, и вести оттуда прицельный огонь по снующим внизу. Но продлился этот тир недолго. С других участков стены начали стягиваться враги, и бандитов стала больше занимать собственная шкура, чем отстрел удобных целей. Среди наступавших Олум заметил огромного корсара, забившего ножкой от стола пирата, который поскользнулся в луже чьей-то крови и рухнул на лестнице. Через пару мгновений главарь пиратов узнал знаменитого Эберхарда Кая и, недолго думая, дал приказ к отступлению. Он и остаток его людей прорывались сквозь квартиры и крыши к северной арке, пока в одной из комнат им путь не преградила одинокая фигура. Прежде чем кто-либо смог среагировать, человек, скрываемый тенью от стены, ринулся в лоб на бандитов, попутно меча ножи. Когда свирепый убийца подобрался вплотную, треть врагов уже лежала замертво. Началась яростная рукопашная. Одна часть пиратов достала своё холодное оружие, другая пыталась попасть из огнестрельного, но вместо этого разила своих. Фигура носилась среди противников, словно демон с алым глазом на шлеме, появляясь то тут, то там, собирая кровавую жатву. Вот мелькнул тесак, и чья-то рука с зажатым в ней пистолетом упала на пол. И тут же изогнутый нож перерезает горло лишившемуся конечности пирату. Следующий остался без головы, и выражение испуга вперемешку с удивлением навсегда застыло на его лице. Вопли, крики. Количество бандитов сокращается с каждой секундой, но враг даже не сбавил темп. И вот, когда кровь одного из соратников окропила лицо Олума, тот дрогнул. Бросив свой карабин, он что есть мочи ринулся в освободившийся проход.

– Лоркан, чтоб тебя, – произнёс с досадой старший лейтенант, зайдя в комнату. – Не мог хоть парочку оставить?

Сержант сделал комично виноватое лицо и пожал плечами.

* * *

Гриер оглядел толпу, которую ему удалось собрать из местных жителей, пока они пробирались к захватчикам. Обычные гражданские. Конечно, они привыкли жить в тяжёлых условиях, в суровом месте, но они не были солдатами. На их лицах читался страх, и всё же люди были готовы защищать свои дома и семьи. Тут были и мужчины, и женщины, и даже подростки. Лейтенант и его маленький отряд был толчком, давшим им силы выйти с оружием против незваных гостей. Самым мощным в их арсенале были стандартные пистолеты городской стражи. И то, имелись они у меньшинства. Остальные были вооружены чем попало: от коротких клинков и кухонных ножей до стальных труб и цепей. Лейтенант отослал всех своих людей в начало улицы, чтобы те организовали внезапную атаку на передовые части пиратов. Те прятались под прикрытием двухэтажных домов, где их не могли достать охранники дома-крепости. А сам он решил возглавить атаку местных жителей, которая обещала быть очень кровавой. Получив отмашку о готовности от корсаров, Гриер дал приказ о начале. Бандиты, не ожидавшие внезапного нападения прямо в лоб, начали суматошно отходить, совсем не заботясь о тылах и забыв об окнах домов, которые они до этого держали на прицеле. Местные, кто имел огнестрельное оружие, тут же открыли огонь. В первой волне погибло много врагов, но они смогли подавить огневые точки, используя гранатомёты.

Вторая волна началась с близкого контакта. По команде люди выбили двери своих домов и очертя голову бросились на пришельцев. Среди них был и Гриер. Выбив дверь, он на бегу сделал два выстрела в грудь ошалевшему бандиту, который крутил стволом то на окна вторых этажей, то на приближающихся людей, но так и не успел сделать ни одного выстрела. Следующему лейтенант всадил нож в правый глаз, и тот застрял в черепе. Пришлось его оставить. Двинув кулаком в челюсть противнику, который пытался насадить его на штык-нож своего автомата, корсар крутанулся на месте и добил потерявшего равновесие выстрелом в позвоночник. Оглядевшись, Гриер сделал вывод, что победа останется за ними, но цена будет велика. Необученные гражданские полагались лишь на свою ярость и неистовость, тогда как пираты всё же имели опыт боевых действий, а потому частично оправились от шока произошедшего и со всей суровостью пытались исправить положение. Но местных было слишком много здесь. Наконец офицер корсаров заметил их лидера. Главарь пиратов, одетый явно в более практичный и мощный доспех, хотя и в разы уступающий тем, что носили легионеры, орал на своих подчинённых, раздавая приказы. Он был довольно высок, может, чуть ниже Эбера, но уступал в мускулатуре. Не раздумывая ни секунды, лейтенант направился к нему. Тот точно был ветераном, ибо, почуяв что-то, начал шарить по сражающимся глазами, пока не увидел приближающегося Гриера. К его чести, он не стал скрываться за спинами своих людей, а направился навстречу корсару, достав из-за спины устрашающего и одновременно неуместного вида пернач. Лейтенант, на ходу прострелив руку подвернувшемуся пирату, отнял у него фальшион и тут же резким движением рубанул тому по шее. На этом патроны кончились, и корсар отбросил пистолет. Первый удар сверху вниз лейтенант встретил блоком, отчего его руки свело от напряжения: бандит был силён, но слишком несдержан. Он яростно размахивал своим оружием, попутно сбив с ног одного гражданского. Гриер подскочил под очередным взмахом и успел резануть в прорезь доспехов над коленом. Противник завопил и начал, прихрамывая, отступать. Корсар не хотел давать ему шанса и стремительно ринулся вперёд, но враг оказался куда более вынослив, чем казалось. Он сделал резкий прямой выпад булавой, как мечом. Корсар в последний момент почти успел отклониться. Боль пронзила правый бок. Лейтенант завалился на спину и чуть не получил тяжёлым оружием прямо меж глаз. Выставив свой клинок в блоке, он засадил пяткой в место на ноге, откуда текла кровь. Пират снова вынужден был отступить, теперь держась свободной рукой за рану. Тем не менее Гриер лишь с трудом нашёл силы встать. Несколько рёбер было проломлено, некоторые явно неестественно выпирали. Глаза застелила кровавая пелена. Он чувствовал, что если расслабится хоть на секунду, то рухнет и больше не встанет. Помощь пришла внезапно: один из гражданских накинул цепь на шею главарю пиратов, пытаясь опрокинуть его, но у него не хватило сил, и он сам оказался переброшен через спину. Бандит размозжил ему голову тяжёлым сапогом, став спиной к лейтенанту. Тем самым это дало офицеру корсаров шанс. В последнем рывке он прыгнул на противника и засадил со всей силы клинок тому в шею. Упав вместе с ним на землю, Гриер не смог справиться с резкой болью, пронзившей всё тело, и провалился в забытьё.

* * *

От северной арки мало что осталось. Часть её и вовсе обвалилась, но в проход всё ещё могли пройти люди. С внутренней стороны, используя развалины и обуглившиеся остовы зданий как прикрытие, держали посты корсары и люди Феликса.

– Командир. – Корсар хотел отдать честь, но Сэндэл остановил его, махнув рукой.

– Докладывай.

– Пока затишье. Эти мрази перегруппировываются и, видимо, готовят ещё один штурм.

Капитан огляделся. В его распоряжении всего было около сорока бойцов, большинство из которых легко вооружены.

Будто прочитав его мысли, корсар добавил:

– Почти все, кто защищал эту арку, мертвы. Мы – стянутый резерв с западной и восточной стены.

Главарь корсаров просто кивнул.

И тут началось. Ураганный огонь обрушился на импровизированные укрепления.

– Они наступают! – закричал кто-то. – Я вижу солдат в доспехах!

– Держаться! – приказал Сэндэл.

«Прекрасно. Вот чего не хватало!»

– Гвардейцы, корсары, ищите укрытия – и стволы на арку! Остальные, сдерживайте ублюдков на подходе.

Воины спешили выполнить приказ. Всем было очевидно, что, имея превосходство в защите и оружии, пираты пойдут на прорыв, желая побыстрее расправиться с врагами. Так оно и случилось. Из дыма и огня в дальнем конце прохода, словно демоны из древних легенд, появились, судя по выправке, бывшие легионеры. Их доспехи были украшены какими-то лишними побрякушками типа цепей, намотанных крест-накрест на торсе, наплавленными на плечах символами и эмблемами, говорившими о крутости их владельцев, и диким разнообразием рисунков, как будто на доспехах тренировали своё искусство малые дети. Тем не менее дюжина воинов действовала превосходно. Несколько человек не прекращали вести огонь на подавление, а другие кинули вперёд светошумовые гранаты, при этом продолжая движение. Это было тактически верно, но не неожиданно для ветеранов Сэндэла и Нээмана. Используя местный ландшафт как укрытие, большинство смогло быстро оправиться от действий гранат, и они тут же открыли огонь по арке. Парочка бандитов легла сразу под градом выстрелов: были пробиты стёкла визоров шлемов. Остальные рассредоточились и приступили к методичному истреблению. Корсары, как и гвардейцы, мало что могли противопоставить армейским винтовкам. Исход был очевиден. Оставшиеся пираты уже стали пробиваться к арке вслед за своими предводителями. Капитан увидел, как Кеган своей стальной рукой перехватывает летящий в него прямой удар мечом. Он разворачивается и заходит за спину врагу, после чего ударяет арматурой, взятой в развалинах домов, по голове. Противник падает на колени, и Кеган лёгким движением сдавливает ему горло мехпротезом, ломая кадык. Нээман умело орудовал двумя клинками, «давая прикурить» пирату, который явно не ожидал такой прыти и наглости. Но это был чуть ли не единственный случай, где противники сражались один на один. Невероятно, но среди воинов в доспехах главарь корсаров увидел одного с гребнем на шлеме, точно таким же, какой был у Сэндэла. Это значило одно из двух: либо его враг тоже капитан, либо он убил легионера с этим званием и забрал его доспех. Сэндэл не знал, во что ему хочется верить больше. Хотя для возгорания ещё большего желания отомстить противнику за бойню, которую тот устроил, этого и так было достаточно. Вот только как? Интуитивно капитан чувствовал, что именно этот человек несёт всю ответственность. Пираты не перебили их всех пока только потому, что они были в меньшинстве и им приходилось отбиваться от нескольких человек сразу. Ко всему прочему, бандиты могли позволить себе пропускать удары лёгких клинков, не предназначенных для пробития тяжёлой брони. Сэндэл отчаянно отбивал атаку одного из телохранителей вражеского командира, когда где-то на периферии зрения заметил мелькнувшее малиновое пятно. Затем послышались одобрительно-возбуждённые крики его людей. Пират замешкался, чувствуя, что у него за спиной происходит что-то непредвиденное. Этим воспользовался один из гвардейцев, сражавшийся рядом с Сэндэлом. Он со всей силы ударил врага сбоку в колено, от чего тот начал терять равновесие и упустил из виду оружие капитана. Главарь корсаров тут же нанёс колющий удар в сочленение доспехов под мышкой. Следующим ударом он умудрился пробить шлем в районе виска.

Расправившись с ублюдком, Сэндэл начал искать взглядом, что же привлекло его внимание. Григорий метался и рубил топором врагов направо и налево, оставляя за собой только отрубленные конечности и море крови. В какой-то момент все солдаты в доспехах переключили своё внимание на него. К этому моменту их осталось семеро, включая главаря. Оставшиеся корсары и гвардейцы ответили неровным строем выстрелов в сторону пиратов, которые уже начали прорываться через арку. Просвещённый описал лабрисом широкую дугу и рассёк нагрудную броню одному телохранителю, затем он перехватил своё грозное оружие двумя руками и поставил блок удару вражеского командира, попутно двинув тому ногой в живот. Затем Григорий резко двинул обратной стороной своего топора в визор следующему противнику, отчего тот тут же разбился. И, судя по душераздирающему крику человека внутри, – осколки угодили в глаза.

Тем временем капитан гвардейцев застиг одного бандита сзади и воткнул сразу два клинка с двух сторон тому в сочленения между шеей и ключицей. Сэндэл тоже не отставал, но его соперник успел вовремя развернуться, чтобы встретить капитана. Он нацелился молотом в бок корсара, но Сэндэл, переполняемый гневом, остановил удар, схватившись за рукоять, отчего по руке прокатилась страшная боль. Пират опешил от такого поворота событий, а корсар начал всаживать ему в лоб снаряд за снарядом. Но на таком расстоянии понадобился всего один выстрел, чтобы пробить дыру. Когда он закончил, то увидел, что в живых остался только один вражеский командир. Он твёрдо обхватил меч двумя руками и не отводил головы от Григория. Просвещённый отвечал пренебрежительным взглядом. В какой-то момент гнев отступил, и Сэндэл понял, что неплохо бы оставить его в живых и допросить, но поздно… Развернувшись с нечеловеческой проворностью, Григорий нанёс удар лабрисом, сломав пополам меч пирата, и прежде чем Сэндэл смог хотя бы крикнуть, просвещённый ударом сверху вниз рассёк противника от шеи до промежности. Всё это произошло меньше чем за две секунды. Капитан оглянулся: корсары и гвардейцы уже не стреляли, а оставшиеся пираты дали дёру. Нээман недоверчиво смотрел на Григория. Сэндэл знал, о чём он думает: как вообще человек способен так смертоносно управляться с таким тяжёлым оружием, как виониевый лабрис, не находясь при этом в доспехе, который усиливает все физические показатели легионера. Сам капитан потратил годы на то, чтобы научиться сражаться Губителем без доспеха, и он добился немалых успехов, но вот так легко рубить врагов, как тростинки…

– Идрис, – вышел на связь с «Нептусом» Сэндэл.

– Да, командир?

– Сбивай все корабли, что пытаются взлететь.

– Принято. Капитан?

– Что?

– Из палаццо поступило сообщение, что Гриер тяжело ранен. Его нужно срочно отправить на корабль.

Сэндэл глубоко вздохнул.

– Присылай челноки. Попробуем быстро собрать всех тяжелораненых.

– Есть.

– Эбер?

– Да, капитан. Как…

– Нет времени, – перебил Сэндэл. – Освободи место в парке для «Коршунов» и собирай там тяжелораненых.

– Так точно!

Корсар услышал далёкий звук двигателей, а затем один из немногих выживших из охраны Феликса произнёс:

– Капитан, кто-то приближается, но это не пираты.

Сэндэл вышел через арку на площадь, уже зная, кто там.

Машины начали быстро заполнять площадь, бесцеремонно переезжая по трупам пиратов. Они вставали так, чтобы преградить подход с других улиц.

Как только машины остановились, из них тут же посыпались легионеры в броне песчаной раскраски под цвет местности с цифрой III на нагрудниках.

Среди солдат появилась низкая фигура в коричневом плаще без рукавов, в высоких брюках того же цвета и свободной белой рубашке, и сразу направилась к Сэндэлу.

– Претор Марвена, – главарь корсаров сделал короткий поклон.

– Капитан, решили устроить свои разборки в одном из немногих приличных мест этой дыры? – судя по голосу, она спрашивала на полном серьёзе.

Марвена могла считаться женщиной в возрасте даже с учётом «эликсира молодости». Волосы уже давно тронула седина, а глаза – морщины, но она, как и почти все женщины-технократы, не придавала этому никакого значения.

Сэндэл подавил раздражение.

– Нет, к их появлению я никаких действий не прилагал…

– Кроме как сами появились, да ещё и друзей привели, – и она кивнула в сторону Нээмана и гвардейцев. На сей раз капитан не сдержался. Она ему никогда не нравилась, как и он ей. Но сегодняшние события немного понизили его уровень самоконтроля.

– Слушай сюда, старуха. Это ещё и мой город, и я могу ходить здесь, где захочу. А этот грёбаный парк вообще исключительно на моей территории, так что держи язык за зубами.

Претор сузила глаза и подошла вплотную к капитану.

– Я могу приказать, и тогда тебя и твоё отребье перебьют к концу дня.

– Вот только ты этого никогда не прикажешь. Я работаю на Архитектора. Забыла? Более того – за моей спиной гвардейцы канцлера. Хватит тебе мозгов понять, что будет, если ты и их убьёшь?

Марвена гневно дышала, но молчала.

– То-то же, – наконец произнёс Сэндэл. – А теперь давай вернёмся к реальности. Блокируй пиратский квартал. Пожалуйста.

Претор, ничего не сказав, развернулась и, дав команду «сбор» своим людям, направилась к машине. Капитан устало побрёл обратно в парк. Через несколько минут он, неся на плечах контуженого корсара, подобранного у развалин арки, дошёл до места праздника, которое впоследствии стало местом боли и скорби. Эбер и Лоркан организовали здесь полевой госпиталь. Всюду носились люди, включая гражданских: перевязывали раненых, давали воды, оказывали первую помощь. Среди лежавших на траве капитан увидел Феликса. У того оторвало ногу пониже колена, он вырубился от потери крови, но был жив. Незаметно подошёл Лоркан и ткнул пальцем куда-то, где был редкий лес.

– Смотрите.

Сэндэл обернулся в ту сторону и увидел одиноко стоящего на коленях корсара. Капитан снял с плеч раненого и отдал сержанту, а сам побрёл в ту сторону. Немного приблизившись, он заметил, что волосы у корсара имеют какую-то странную форму, ещё метров через пять Сэндэл понял, что это дреды. Недалеко от места, где стоял на коленях Виктор, была воронка от миномёта, и главарь корсаров решил, что Виктор умер и замер в такой гротескной позе, но затем заметил, что плечи того вздымаются от дыхания. Подойдя почти вплотную, Сэндэл смог различить белое платье, сильно заляпанное грязью и кровью. Виктор держал на руках Анит. Её глаза безучастно смотрели в небо. Под местом, где они находились, была лужа крови. Судя по всему, снаряд угодил за спину бедной девушке, отчего та скончалась на месте, а Виктора лишь оглушило. Она спасла ему жизнь. По щекам корсара текли слёзы. Он время от времени сжимал хрупкое плечико своей жены одной рукой, а другой сжимал холодную ручку. Та не отвечала. Внезапно у Сэндэла перехватило дыхание, сжалось сердце. Он хотел рвать и метать, и одновременно искать способ воскресить Анит. Связаться с Зэмбой, чтобы тот немедленно летел сюда и сделал что-нибудь. Но капитан осознавал, что уже слишком поздно. Краем глаза он заметил, что к ним стеклись люди. Сэндэл обернулся: почти всех раненых уже увезли на корабль, темнело.

Сколько же он так стоял?

Сэндэл осмотрел окружающих: корсары, гвардейцы, местная охрана. Их лица выражали глубокую скорбь. Этот день стал воистину ужасен во всех смыслах. Он отличался от обычных сражений, в которых каждому доводилось побывать. Здесь было нечто неправильное, несправедливое. Гвардейцы не знали Виктора, почти никто не знал Анит. Но горечь в их глазах была искренней. Даже Нээман казался мрачным. Он, не отводя глаз, смотрел на эту несчастную пару. Сэндэл в какой-то момент понял, что не важно, по какую ты сторону баррикад. Всех дома кто-то ждёт, ко всем мы куда-то стремимся вернуться. Но жизнь одинаково несправедлива к каждому. Все мы едины под её беспощадным молотом и плетью. Это была очевидная мысль, и он уже много раз думал об этом, но сегодня это приобрело совсем другой оттенок. Оттенок грязи и крови.

– Виктор, – хриплым голосом начал капитан, кладя корсару руку на плечо. – Если хочешь, можешь остаться здесь.

Это было интуитивное предложение. Сэндэл даже не успел обдумать его рациональность. Некоторое время корсар молчал, но затем голосом, в котором слышалась вся человеческая скорбь, ответил:

– Больше незачем оставаться здесь. Моей семьёй навсегда останетесь только вы.

Капитан не нашёлся, что ответить. А Виктор продолжил:

– Дайте мне лопату. Я буду готов завтра к утру.

* * *

Лоркан поработал с пленными на славу, но, ко всеобщему разочарованию, выяснить ничего толком не смог. Большинство, обычная пехтура, говорили, что всё началось внезапно и задавать вопросы времени не было. Парочка более значимых фигур в пиратской иерархии заявили, что им сообщили заранее только то, что нужно подготовиться к наземной операции. Без подробностей. Из трёх главарей были убиты двое. Один был зарублен, хотя можно было этого избежать, просвещённым. А второго ещё ранее, как оказалось, убил Гриер. Третий смог скрыться. Но ни один корабль так и не покинул пределы планеты, а значит, ублюдок всё ещё оставался внизу. Тем не менее Григорий настоял на продолжении операции: сроки поджимали. Была выделена неделя для спешного возвращения раненых бойцов в строй. Всего за Кровавую свадьбу, как её стали именовать в Гарнафаксе, было убито двести пятьдесят семь человек. Из них сорок пять корсаров – почти целый взвод, двадцать три гвардейца, пятьдесят шесть гражданских, включая Анит. Обескровленные взводы Эбера и Гриера пополнили людьми Феликса, включая тех, кто охранял свадьбу. За время полёта к Октусу сержанты занялись их активной подготовкой. Молодой Кеган также занял своё место среди Небесных корсаров. Выживших пиратов заковали в кандалы и заставили восстанавливать разрушенное под надзором легионеров Марвены. Но после – участь их незавидна…

* * *

Капитан опрокинул очередной стакан с каким-то мутным пойлом и шумно ударил им о стол. Он чувствовал укоризненный взгляд своего командора, но ему было плевать. Это принудительное задание немыслимо высасывало из него силы. Вряд ли их можно было восстановить алкоголем, но и на это главарю корсаров было плевать. Прошлой ночью ему вновь приснился кошмар. Точнее, продолжение предыдущего. Неужели и такое бывает? Сэндэл снова наполнил стакан, но, прежде чем выпить, приложил ко лбу и прикрыл глаза, вновь прогоняя увиденное перед мысленным взором. И сразу же содрогнулся…

Лик монстра был ужасен… Но его нельзя было описать, он как будто менялся каждую секунду. Сэндэл отползал, не в силах отвести взгляд. Внезапно он нащупал что-то правой рукой. Капитан сразу узнал столь знакомую рукоять. Ощущение Губителя в руках придало ему сил. Он рывком встал и, стараясь концентрироваться только на когтях, стал наносить отчаянные удары, не замечая, как из раны в боку струится кровь и стекает по броне. По-видимому, тварь, или что это было, ослабла после разрушения портала: движения стали медленнее, её силы таяли с каждой секундой. Но было очевидно, что сбрасывать эту древесно-дымовую мерзость со счетов пока рано. Капитан наносил удары со всех сторон, тесня существо, и в конце концов защита была пробита. Или, скорее, отрезана. После очередного удара Губителем когти не выдержали и сломались, а клинок продолжил своё движение, вспарывая грудь монстра. Дым заструился из ранения. Тварь, пошатываясь, попробовала ударить второй, целой, лапой, но легионер поднырнул под удар и пустил клинок по шее противника. Точнее, туда, где она должна была находиться. Разницу в росте между сражающимися компенсировала длина Губителя: голова монстра слетела с плеч, но не успела даже упасть на землю, как испарилась в том же чёрном дыме вместе со всем туловищем. Всё ещё стоя в боевой стойке, капитан смотрел на рассеивающийся дым, не замечая, что необъятное чувство страха резко ушло и что лица твари он больше не помнит.

Не может припомнить он его и по сей день.

Одни тревожные мысли тут же сменились другими: Сэндэл в очередной раз с тенью ужаса прокручивал в голове, как Григорий разил пиратов своим оружием. Единственным объяснением могло стать, что это были не его руки, а мехпротезы. От раздумий капитана отвлёк звонок в дверь комнаты отдыха.

– К вам посетители, – раздался безжизненный голос системы защиты.

– Это кто? – без особого интереса спросил главарь корсаров.

– Техники, которых мы забрали с того аванпоста, – ответил командор, взглянув на экраны с наружных камер.

– М-м-м… – протянул Сэндэл. – Чего надо?

Дверные динамики транслировали вопрос гостям.

– Пожалуйста, впустите. У нас очень мало времени.

Капитан и командор переглянулись. Сэндэл дал команду двери открыться. Внутрь вошли два инженера в светло-зелёных костюмах-робах. Они развернулись к присутствующим и коротко кивнули головой в знак приветствия. Один из инженеров с гладко выбритой головой и лицом прочистил горло.

– Меня зовут Варзат, а это – Иерен. Я и мои люди были одной из трёх инженерных команд, работающих на Октус V. Примерно два месяца назад нас отозвали с планеты, но две группы и их сопровождение не вернулись. На связь они тоже не выходили.

– Почему отозвали? – спросил Идрис.

– Нам не объяснили, – ответила Иерен, взрослая женщина с длинными седыми волосами, собранными в пучок.

– Спустя сутки был послан поисковый отряд, – говоривший помедлил, подбирая слова. – Через десять часов с ним тоже пропала связь.

– И больше отрядов не посылалось. Командование как будто просто забыло об этом. – Женщина выглядела явно взволнованно. Она постоянно засовывала, а потом снова доставала руки из карманов. – Вскоре на станцию прибыли люди из Багрового ордена, часовые, и нам запретили выходить с кем-либо на связь.

– Ещё примерно через шесть часов дежурный уловил сигнал о помощи со старой базы, но ему приказали обрубить связь, сказав, что это помехи.

Мужчина замолчал, с надеждой глядя на Сэндэла.

– Не понял. И что? Это всё? У вас там все сделали вид, будто ничего не было? – капитан, слегка ошалевший от такой концовки, начал допытывать инженеров.

– Нам велели ждать дальнейших распоряжений и сказали, что вопрос уже решается.

– А через месяц прибыли вы, – подытожила женщина.

Главарь корсаров посмотрел на командора. Тот напряжённо свёл брови и смотрел куда-то в пол. Сэндэл снова перевёл взгляд на учёных.

– Для чего вас туда послали?

Те переглянулись, и Варзат, сглотнув, ответил:

– Мы не знаем.

– Чего? Что вы делали, я вас спрашиваю? – начал выходить из себя капитан.

Иерен глубоко вздохнула.

– Мы исследовали портал…

Сэндэл недоверчиво прищурил глаза и дёрнул шеей в каком-то нервном жесте.

– Дальше, – скомандовал командор.

– Один из порталов стоит в каньоне, который находится далеко от мест, где велись боевые действия. Поэтому его и не заметили. – Слова давались женщине с трудом. Было очевидно, что теперь её жизнь точно висит на волоске.

– Кто же его обнаружил? – с издёвкой спросил Сэндэл.

– Нас о таком в известность не ставили.

– Чем конкретно вы занимались?

– Мы пытались его открыть…

– Мудро, – перебил капитан.

– …но ничего не вышло, когда работала моя группа. Мы трудились посменно. Две группы на объекте, одна отдыхает на аванпосте. Наша как раз возвращалась к порталу, когда оттуда поступил сигнал о том, что он пробудился.

– Мы настаивали, чтобы нас допустили туда, – начал добавлять Варзат. – Но нам было отказано.

– С часовыми прибыл просвещённый? – спросил командор.

– Был ли среди них тот, что сейчас на этом корабле? – добавил резко капитан.

– Да, был. Просвещённый Григорий Герцен, – ответила Иерен.

Повисла гнетущая пауза. Её нарушил звон наручного коммуникатора одного из инженеров.

– Варзат, где вы? – голос был сильно взволнованный. – Он уже скоро придёт!

– Кто? – вмешался Сэндэл.

– Легат Такэда, – быстро заговорила Иерен. – Он следит, чтобы мы не общались с вашей командой. Наверное, боится, что мы посвятим вас в детали раскопок.

– Ну и зачем вы нам это рассказали всё? – внезапно спросил капитан.

Инженеры переглянулись.

– Мы хотим спасти своих коллег, – с твёрдостью в голосе начала Иерен. – Я убеждена, военные не делают это по приказу просвещённого.

– Вы же понимаете, – вернулся в разговор командор. – Возможно, спасать там уже некого.

– Да, скорее всего. Но если существует хотя бы шанс – пожалуйста, вытащите их оттуда, – буквально взмолилась в конце Иерен.

– Ладно, там будет видно. А пока валите отсюда!

Как только учёные ушли, Сэндэл повернулся к Идрису и поймал выразительный взгляд, говоривший больше, чем если бы тот решил высказать мысли вслух.

* * *

В дверь позвонили. Григорий сверился с хроно. До выхода из гиперпространства оставалось ещё полтора часа.

– Да-да?

– Просвещённый, это капитан.

– Входите. Что-то случилось?

Сэндэл начал говорить сразу с порога, проигнорировав вопрос.

– Через час вы должны быть в полной амуниции в десантном отсеке.

– Что? А как же флот эрайши? – удивился Григорий.

– С ними разберутся, – коротко бросил капитан.

– Кто? Пираты на своих баржах?

– Вы всё увидите.

И с этими словами Сэндэл вышел.

Ровно в назначенное время Григорий находился в десантном отсеке и наблюдал, как корсары и гвардейцы грузятся на челноки.

Мимо проходил Эбер.

– Лейтенант, пожалуйста. Что происходит? Как мы будем пробиваться сквозь вражеские корабли?

– Это не ваша забота. Последний челнок, – просто ответил офицер корсаров, указывая на нужный «Коршун», и пошёл дальше, не сбавляя темпа. За несколько минут до выхода из гиперпространства все были готовы к десантной высадке. Григорий напряжённо вглядывался в лица корсаров вокруг. Все безучастно проверяли своё оружие.

– Капитан… – начал снова просвещённый.

– Ждите.

– Выходим из гиперпространства, – раздался голос пилота через какое-то время.

– Подключи нас к эфиру, – скомандовал главарь корсаров.

– Есть.

Корабль характерно затрясло, когда он вошёл в материальное пространство.

– Командоры Милиган, Ксиань. Вы меня слышите?

– Да, капитан! Видим вражеские корабли. Разрешите начинать?

– Разрешаю, – дал добро Сэндэл и обратил взгляд на Григория.

– Просвещённый, для вас свободно место второго пилота.

Тот отстегнул ремни безопасности и направился в кабину пилота. Как только он закрепился на нужном месте, «Коршун» взлетел и направился к выходу из ангара.

Оказавшись в космосе, Григорий сразу обратил внимание, как далеко они находятся от места, где в прошлый раз был флот гуманоидов. Сейчас в том квадрате были видны всполохи огня и яркие вспышки лазерных лучей.

Эфир наполнили тревожные голоса.

– Капитан! Где вы? Нас тут сразу же прижали. С ними два перехватчика!

Ответа не последовало. Тем временем «Коршуны» на полном ходу неслись к планете. Григорий обернулся на «Нептус». Тот уже покрылся маскировочными полями и слился с космосом.

– Сэндэл, приём! Командор! Кто-нибудь! Милиган подбит!

Тишина.

– Капитан, что происходит? – не выдержал просвещённый, обращаясь по каналу связи челнока.

– Мы летим выполнять ваше задание, – ответил лишённый эмоций голос.

– А как же нанятые вами люди? – изумился просвещённый.

– Идут в расход.