Крыса в северном отделе. Несколько участников в жутких преступлениях. Неизвестный экипаж, который похищает людей вечером, во время повышенного спроса. Люди, которые прикрывают трупореза всеми возможными способами. Казалось, что этот маньяк настолько важен, что ради него остальные готовы голову сложить и переступать закон, лишь бы защитить ублюдка.

И чем больше Вайрин об этом думал, тем больше в нём просыпалась злость и стремление любой ценой найти этого подонка. И он уж точно сделает всё, чтобы эта тварь умирала у всех на глазах долго и очень мучительно. Ради этого он был готов работать сутки напролёт, лишь бы выследить ублюдка.

Всего существовало четыре компании, оказывающих услуги извоза людей. Они делили город, как и стражи правопорядка, на северный, южный, западный и восточный части, каждый работая в своём районе. Почти у каждой были немногочисленные ночные смены, однако те двое, кто был им нужен работали в восточном. Остальные семь были разбросаны по остальным станциям извоза.

С восточной Вайрин и начал.

Станция извозчиков находилась на самой окраине рядом с разнообразными предприятиями и мастерскими. Представляла собой она огороженную территорию с двумя длинными вытянутыми зданиями, где хранились и ремонтировались экипажи.

Вопреки ожиданиям здесь было относительно чисто, ни грязи, ни навоза. На въезде стояла будка со шлагбаумом, регистрирующая экипажи, выходящие на маршруты и их возвращение. Сейчас на его глазах как раз один из экипажей выезжал, и охранник делал пометку.

Служебный экипаж стражей правопорядка остановился у самого въезда. Вайрин вышел и, оглядевшись, направился к будке. Его уже встречали двое охранников.

— Старший сыщик Легрериан, северный отдел стражей правопорядка, — Вайрин вытянул перед собой значок, чтобы они могли разглядеть номер.

Оба хмурые охранники выглядели так, будто отмотали в прошлом срок. Да, внешность обманчива, но тем не менее чаще всего всё выглядит так, как есть на самом деле.

— Что вам нужно? — грубо спросил один из них.

Вайрин шагнул на встречу, расправив плечи.

— Я хочу, чтобы вы ответили мне на пару вопросов. Кто из вас работал семь дней назад в ночную смену и отмечал выезжающих на ночные маршруты?

— Ну моя смена, — ответил первый. — А чё?

— На ночной маршрут выезжали двое человек, Жак Дудо и Альберто Нетейгейн, вы помните таких?

— Нет, — он демонстративно сплюнул на землю. — Здесь много работает народу, всех не запомнишь. Может они сейчас работают здесь. Мне вызвать?

Понятно, презирают таких как он.

— Нет, пока не надо, —­ остановил его Вайрин. — Я хочу спросить прямо, без всяких протоколов и прочей херни. У вас иногда выезжают парни поработать на маршруты, не отмечаясь?

Они переглянулись, но не ответили.

— Спокой. Мне нет дела до того, как люди зарабатывают себе на жизнь, если это никому не вредит. Пусть хоть дурь торчкам толкают или шлюх развозят по заказам, мне плевать. Это их работа, и я не из монастыря, чтобы толкать речи по поводу такой хрени. Но семь дней назад, вы точно слышали, как какой-то больной урод поймал молодую девушку и издевался над ней всю ночь. Живьём снимал кожу, потрошил, отрезал части тел, пока она оставалась жива, после чего вывез и бросил во двор на детской площадке. В том месте видели экипаж.

— С чего вы взяли, что это чмо у нас работает? — спросил второй.

— Ни с чего. Я вообще не знаю, у вас он работает или нет и пока лишь спрашиваю, — ответил Вайрин. — Он уже убил четверых девушек и продолжит это делать. Я хочу затащить его на колесо до того, как он найдёт пятую жертву, и поэтому хочу, чтобы вы мне просто честно ответили, пока что без имён и фамилий. Такое практикуется?

Они вновь переглянулись, после чего первый ответил.

— Да, есть такое. Кто-то ездит для себя поработать. Кто-то, когда надо сгонять куда-нить что-то сделать или толкнуть. В пределах закона.

— Естественно, в пределах закона. В ту ночь кто-нибудь вот так не зарегистрировано выезжал?

— Один человек выезжал, — кивнул второй охранник. — Но я могу ответить за него, что он ездил не подвозить. Он отвозил… вещи. Ничего такого.

— Вы уверены? И никто не ездил так, для себя поработать? Ничего такого?

— Отвечаю за базар. Он был единственным не записавшимся и там было по работе. Он не стал бы творить такой дури, иначе бы ему самому кожу с лица на жопу натянули. Мы бы не хотели его палить, фамилию и имя, но если он действительно так делает, ему яйца в чайнике заварят, я вам даю слово, — ответил охранник.

Даже у уголовников есть свои понятия чести. Есть табу, которые никто из них не должен пересекать и уж тем более мешать бизнесу. Так что в их интересах было, чтобы курьер не вмешивался в подобные авантюры.

— Хорошо, поверю вам на слово. Тогда мне нужны люди из этого списка перекинуться парой слов, — протянул он листок.

Понятно, что они, скорее всего, скрывали развоз наркотиков по точкам. Такое частенько встречается, однако Вайрину было плевать на это. Наркотики — наименьшее из зол, если сравнивать с тем, что им приходилось разбирать. Но он запомнил об этом на всякий случай, если будет тупик, чтобы в случае чего вернуться потом обратно.

Хотя вдруг эти двое охранников тоже соучастники? Мужики не выглядели теми, кто стал бы связываться с этим, и тем не менее не проверишь ведь тоже. Они могут только делать вид, что им это противно, а сами… Сюда бы Кондрата, он бы точно сказал, стоит цепляться за это или нет.Да, без него тяжко, конечно, но и он не ребёнок ведь!

На этой станции только трое выезжали в ту злополучную ночь, взяв ночную смену, включая двух подозрительных лиц. Кондрат говорил, что настоящий убийца регистрироваться не будет, и Вайрин был склонен верить ему. Он вызывал их по отдельности, расспрашивал каждого о том ночном дежурстве, но результат был нулевой. Они ездили, подбирали людей, отмечая каждого в документах. К тому же у одного, Жака Дудо время и вовсе не совпало по итогу. Он вернулся раньше, чем предположительно было привезено тело.

Короче, единственная ниточка была оборвана. Теперь оставалось трясти остальные компании, и Вайрин отправился в путь. Сначала в южную компанию извоза, потом в северную, повторяя раз за разом один и тот же вопрос — есть ли не зарегистрированные выезды?

А их не могло не быть. Всегда кто-то хотел выехать без регистрации, чтобы не отстёгивать комиссию, и так как ночью начальство спит, это был шанс немного подзаработать. Платят ночью больше, и деньги можно забрать себе, отстегнув охране, которая закроет на это глаза.

И когда ему в северной ответили, что такого у них нет, Вайрин усмехнулся.

— Глава северного отдела, а вы работаете, я напомню, в северной части города, дал мне чёткие инструкции. Если вы будете продолжать это отрицать, мне придётся нагнать сюда стражей правопорядка проверять каждый экипаж на наличие крови или любой подозрительной ерунды. Мало ли что мы найдём.

— Вы угрожаете мне? — насупился охранник. В отличие от амбалов в восточной компании этот был хлюпиком, которого мог снести сильный ветер.

— Прямым текстом предупреждаю о последствиях. А вдруг вы наркотики перевозите? Или девушек лёгкого поведения? А незаконная деятельность по ночам… — покачал он головой. — Вот начальство ваше-то обрадуется. Но!

Он лучезарно улыбнулся, заставив того поморщиться.

— Но что?

— К вашему счастью меня не интересуют работяги, которые работают в тёмную. Меня не интересуют наркотики и развоз проституток. Мне нужно лишь знать, кто выезжал не зарегистрированным. Имя и фамилию. И поговорить с ними.

Работа была не сложной. Просто сравнить имена из списка тех, кто брал книги и работал в извозе, с теми, кто мог нелегально взять экипаж на ночь, миновав регистрацию маршрута. Да только никто из предложенных не подходил.

Двое пока отпадали, так как Кондрат верно заметил — убийца бы не стал регистрироваться, чтобы не спалиться. А те семь оставшихся работали исключительно днём и по заверениям охраны, не брали экипажи ночью. Создавалось стойкое ощущение, что убийц покрывают.

Но это лишь до того момента, пока Вайрин не приехал в западную станцию. Охранником здесь оказался приятный старик, добродушный на вид и, к удивлению Вайрина, очень отзывчивый. Самый приятный персонаж из всех, кого он встретил в охране.

— Проверьте ещё раз, вы точно уверены, что эти люди не выезжали отсюда ночью, не зарегистрировавшись? — спросил Вайрин.

— Молодой человек, я работаю здесь уже пятьдесят лет, — улыбнулся он. — Знаю всех по именам, и этих двоих тоже знаю. Один с бородой, такой низкий и коренастый. А второй худой как палка и лысый.

— А ещё кто-то выезжал ночью кроме них?

— Все иногда берут смены ночью, да. И что ж греха таить, иногда я их отпускаю немножко заработать без отметки в журнал. Наши начальники такие, как яблоню обирают честных трудяг, потому нет ничего плохого иногда честно поработать и никому не отдавать свои деньги, когда нас так обкрадывают.

— Ясно…

— А дело небось важное, а? Расследуете, раз интересуетесь, — прищурился старик.

— Да, — кивнул Вайрин, пряча список. — Расследуем убийства девушек. Вы, наверное, слышали.

— Да, слышал-слышал… — закивал он. — Ужас творится. Люди совсем озверели. В наше время такого не было…

— Полностью согласен. Мы знаем, что один из экипажей видели на месте убийства. И предполагаем, что тот человек мог быть извозчиком.

— Вот оно как… — протянул старик. — Говорите, ночью выезжал?

— С вечера на ночь, — уточнил Вайрин. — И пользовался экипажем одной из компаний извоза.

— Ясненько… но знаете, что я вам скажу, молодой человек. Может это сущая мелочь, конечно, но иногда у нас берут экипажи.

— В смысле? ­— прищурился он.

— Ну приходит человек и берёт экипаж.

— Можете пояснить? Человек просто приходит и берёт экипаж, но он не работает извозчиком, я верно понял?

— Да.

— И это не запрещено?

— Конечно запрещено брать кому-то постороннему экипажи компании, однако некоторые работники иногда позволяют кому-то из своих знакомых прокатиться и подзаработать заместо себя. Знаете ведь, ночью никто не следит кроме охраны за этим, да? Приходит наш работник, говорит, так-то и так-то, другу моему заместо меня немного подзаработать не дадите, ночью выехать?

— То есть экипажем может разъезжать и не извозчик вовсе, я всё правильно сейчас понимаю? — подался Вайрин вперёд.

— Всё так, как вы и сказали, господин сыщик, всё так, как вы и сказали, — закивал старик.

Вообще, практика была понятной. Ночью, когда с охраной можно договориться выпустить без какой-либо регистрации выезда, выходил не ты, а твой друг или ещё кто поработать заместо тебя. Ты просто временно отдавал своё рабочее место другому ночью, когда никто не спалит. Если тот умеет управлять упряжью, конечно.

Вайрин прикинул, какой фронт работ его ожидает сейчас. Заново объезжать все компании и выпытывать, уступал ли своё рабочее место кто-то или нет.

— Вы спрашивали про людей, которые выезжали в ту ночь, и сотрудников, которые в тёмную работали. Один такой в ночь ту и выехал. За него поручился наш работник, Проктар. Подошёл да говорит, деда, по-братски, не оставь в беде, человеку честному поработать ночью дай за меня, людей повозить. Я и закрыл на это глаза.

— Проктар сейчас здесь? — уточнил Вайрин.

— Проктар к матери уехал.

— А человек вы запомнили? Как он выглядел?

— Да не могу сказать, господин сыщик. Укутался в плащ, да цилиндр на голову нацепил так, что лица не видно. Только рука у него была чёрной.

— Чёрная рука?

— Да. Без перчаток был он, когда вернулся. Мою долю малую старику отдавал. Так одна рука чёрной была.

— Это шрам был татуировка? — уточнил Вайрин.

— Да зрение у меня слабое, господин сыщик, утром и не разглядел так, — пожал он плечами. — Но Проктар пару раз просил за него, говорил, умеет обращаться с экипажем, дай поработать ему сегодня на ночь.

— Этот человек у вас работает?

— Нет, ни разу не видел. Да даже лица его не видел ни разу.

Что получалось — кто-то через знакомых просил поработать экипаж в ночь убийства. Он не работает в компании извоза, а значит его будет и не найти даже по спискам работников. Только через человека, который ему одолжил своё место, позволив заступить вместо себя, так ещё и нелегально.

Почему вообще все такие умные пошли? Нет, чтобы облегчить задачу, работать самому в извозе, чтобы было проще его поймать, но нет, выдумывают всякие странные схемы, лишь бы скрыть следы. С другой стороны, а ведь хорошо устроился: соучастник, который развозит тела и подбирает жертв, или же сам убийца через подставного человека выезжает, делает дело и возвращает экипаж. Почти что невидимка, которого хрен поймаешь.

Даже все и будут искать его среди извозчиков, его попросту там не будет, а его товарищ вряд ли выдаст, что позволил кому-то сесть заместо себя. То есть его в принципе будет не найти.

— Благодарю вас за вашу помощь, мистер, — слегка поклонился Вайрин.

— Да не за что, — отмахнулся тот. — У меня у самого внучка есть, у которой уже дети. Я понимаю всё…

Человек с чёрной рукой…

Вайрин насчёт этого даже съездил к патологоанатому посоветоваться, и тот сказал, что чёрная рука бывает разве что при некрозе, а значит тому осталось жить недолго, но надеяться на это не приходилось. Поэтому, скорее всего, речь шла о татуировке на кисти. Возможно, он снял перчатку, проявив неосторожность, потому что та была запачкана кровью.

Хотелось тут же броситься в отдел и разослать всем ориентировки на подозреваемого, однако… Если там крыса, то всё очень быстро спустится на тормоза или будут искать вовсе не того. К тому же, если они напали на Кондрата, то где гарантия, что не нападут на него самого, чтобы скрыть правду? То есть, по-хорошему, даже заручиться поддержкой не у кого!

В самых расстроенных чувствах Вайрин поехал к Кондрату поделиться своим негодованием, а заодно просветить насчёт того, что ему удалось выяснить. Да и совет бы не помешал. Просто совет, что делать дальше, а с остальным он уже сам справится.

— Надо подумать, — нахмурился Кондрат, задумчиво потирая щетину на подбородке. — Значит, ты говоришь, что он работает в западной компании извоза, верно?

— Да. Всё сходится, — начал живо объясняться Вайрин. — Он просто невидимка, его не существует, как извозчика, так как он там не работает. Ему иногда даёт знакомый поработать, а значит, даже если мы будем искать по спискам, то не наткнёмся на ублюдка!

— Значит он в западном районе, так? — уточнил Кондрат.

— Берёт экипаж.

— Значит можно не обращаться в северный отдел, а послать ориентировку в западную, верно?

— Боюсь, что ориентировка на маньяка облетит все отделы, и крыса об этом узнает.

— Тем не менее, это будет значить, что она не перехватит её в твоём отделе и ничего не выкинет, а когда та разлетится по городу, уже что-либо изменить не сможет, так? — уточнил Кондрат принцип работы.

— Ну… так, да. Только я тут подумал… Кондрат, а что, если…

— Что, если ты станешь следующим? — прочитал он его мысли.

— Именно. Я готов защищать закон и хочу засадить ублюдка, но боюсь, что если попытались убрать тебя, попытаются и меня, но на этот раз уже наверняка, — поделился волнением Вайрин. — Я сделаю это, если ты скажешь, но…

— Я понимаю, Вайрин. Так рисковать слишком опасно да и не факт, что его самого не уберут, чтобы замести следы. Тогда другой вопрос, ориентировки на мелких мошенников и карманников будут распространяться между отделами?

— Такая мелочёвка? Не, никто этим заниматься не будет, — покачал он головой. — Обычно подобным не заморачиваются, если только за руку не поймают или прямо на улице не увидят перед носом. По средним и тяжёлым статьям они будут искать, и мы обычно в таких случаях кооперируемся, но тут вряд ли кто-то вообще почешется.

— Тогда попроси поискать мелкого мошенника или воришку. Приди, представься вежливо и жалостливо скажи, что твою девушку обокрали, забрали обручальное кольцо в западном районе, пусть поищут по возможности. Думаю, солидарность у вас, стражей правопорядка, имеется, и они не откажутся тебе помочь. Такую примету будет легко заметить, и думаю, шанс увидеть его на улице есть. А там мы уже возьмёмся за дело и выйдем на крысу на чистую воду.

Вайрин задумался. А ведь, возможно, и сработает. Обычно они помогают друг другу и могут оказать такую услугу товарищу по работе между делом. Даже просто заметить и задержать — этого будет вполне достаточно. Если тот живёт, конечно, в западном районе. С другой стороны, он же ходит туда для того, чтобы взять экипаж, верно? Значит и встретиться может.

— А если не поможет? Шанс не высок так-то.

— Меня завтра выписывают, я подключу свои связи, — пообещал Кондрат.

А у него они были. Прикормленные беспризорники, ночные бабочки, хозяева баров и даже мелкие мошенники, с которыми он познакомился. Все они за звонкую золотую монету с радостью поищут этого человека, возможно, даже лучше, чем стражи правопорядка.

— И кольцо себе купи обручальное, — напомнил Кондрат.

— Зачем?

— Чтобы они не спросили, почему у твоей девушки было обручальное кольцо, а у тебя — нет.

— А ты мозг, — усмехнулся Вайрин, признавшись, что даже не подумал об этом.

Однако Кондрата и Вайрина в этом опередят.

Атерия найдёт маньяка раньше них…