Брешь оказалась спрятана в лесу, в маленькой пещере, поросшей мхом. Кёко предупредила, что эта брешь работает только в одну сторону и в случае чего пробраться через неё назад не получится. Лошади идти отказывались, ржали, пятились и били землю копытами, так что Кёко пришлось тащить их силой.

– Ах да, и не оглядывайтесь, пока будете внутри, – бросила она, прежде чем исчезнуть в бреши.

Пока Райдэн помогал Хидэо перейти в земли Истока, Мико с Ханзо ненадолго остались вдвоём.

Шинокаге стоял в стороне и хмуро глядел в пространство туда, где висела невидимая глазу брешь.

– Когда будешь проходить, не забывай дышать, – пересказала Мико слова Райдэна, которые он ей сказал, когда она впервые проходила брешь. – Ты же… дышишь?

Ханзо перевёл взгляд на Мико и коротко кивнул.

– Если хочешь… можем пройти вместе, – помедлив, предложила она. За дни пути Мико немного привыкла к молчаливому присутствию демона под боком, но всё ещё избегала смотреть в его нечеловеческие золотые глаза. Не очень уверенно, но она всё же протянула ему руку.

Ханзо покачал головой.

– Хорошо. – Мико неловко улыбнулась и спрятала руку за спину. – Тогда встретимся на той стороне!

Развернувшись, она шагнула в брешь и куда-то провалилась.

Под ногами зашуршал чёрный песок. Полная луна на звёздном небе освещала бескрайнюю пустыню – Мико стояла на вершине бархана. Другие барханы, будто громадные волны, бугрились и стелились до самого горизонта, куда ни посмотри. Воздух был сухой, а от ещё не успевшего остыть песка поднимался жар. Мико оглянулась – бескрайнее песчаное море разливалось и за её спиной.

Она сделала несколько быстрых шагов вперёд, надеясь, что брешь вот-вот закончится и она окажется в землях Истока, но этого не произошло. Закончилась вершина бархана, песок поехал под ногами, не приспособленные для путешествий по пустыням гэта подвернулись, и Мико заскользила вниз. Удерживать равновесие получилось недолго – она с размаху плюхнулась на спину и покатилась быстрее. Хорошо, что песок оказался относительно мягким, на пути не встретились камни, и Мико добралась до подножия бархана почти безболезненно. Песок забился под одежду и скрипел на зубах, но это была меньшая из её бед.

Где, демоны Бездны, она очутилась?

– Райдэн? – позвала Мико, поднимаясь на ноги и оглядываясь. Он же должен быть где-то здесь? Появится, когда будет возвращаться за ней с Ханзо?

Некоторое время Мико ждала. Но Райдэн не появлялся. И сколько бы она ни смотрела по сторонам, вокруг не было ни души. Потоптавшись на месте, она всё же решила взобраться обратно на бархан и поискать брешь. Если ведущую не в земли Истока, то хотя бы обратно в пещеру.

Мико кружила по бархану, но ничего не находила.

«Надо было дождаться Райдэна или Кёко, а не лезть в брешь самой!» – ругала она себя, со злости пиная песок. Он взлетал и, подхваченный ветром, уносился прочь. Мико проводила его взглядом, но вдруг насторожилась, всматриваясь в даль. Погодите-ка, ей показалось или барханы были расположены иначе? Она обернулась. Нет, точно показалось, не может же пустыня… Взгляд зацепился за небольшой сухой куст на соседнем бархане. Его точно там прежде не было. И вот того камня внизу тоже. Она одна. Она осталась совершенно одна посреди бескрайней пустыни и совершенно не понимала, где находится и что происходит. И никто, никто её не найдёт.

– Демоны Бездны! – Мико попятилась. Сердце тяжело забилось, воздух улетучился из лёгких, которые вдруг отказались работать. Мико согнулась пополам, схватилась за грудь, закрыла глаза и медленно вдохнула носом, стараясь не слушать оглушительный шум крови в ушах.

«Не бойся. Не бойся, – уговаривала она себя, пробуя дышать ровнее. – Ты найдёшь выход. Отсюда должен быть выход. Где бы ты ни оказалась, должен быть способ вернуться».

Воздух с трудом пробивался в лёгкие, застревая в горле, но вскоре страх немного отступил и дышать стало легче. Когда Мико наконец нашла в себе силы выпрямиться, открыть глаза и оглянуться, пустыня снова поменялась. Теперь вдалеке, над барханами, возвышался острый шпиль башни. Недолго думая Мико заскользила со своего бархана вниз. Если есть башня, могут найтись и люди. Она почти бежала, насколько позволяли неудобная обувь и пески. Не спуская с башни взгляд, Мико мчалась вперёд, спотыкаясь и едва не падая. Мчалась, пока не выдохлась и не перешла на шаг. Хорошо бы добраться до башни до рассвета: хоть сейчас она и куталась в кимоно, прячась от холода, днём в пустынях – Мико слышала – очень жарко. Так жарко, что можно умереть. Она оглянулась, чтобы отметить положение луны, которая осталась за спиной. А когда повернулась обратно – башня исчезла. Впереди вновь лежало лишь бесконечное море барханов.

– Чтоб ты провалилась в Бездну! – крикнула Мико и пнула песок.

Так, ладно. Ладно. Может быть, она может сделать так, чтобы башня появилась снова? Мико закрыла глаза. Пустыня меняется, когда она не смотрит? Так ведь? Мико зажмурилась и досчитала до ста. Открыла глаза, но рисунок барханов, кажется, остался прежним. Как же? Мико обернулась – позади появилась полуразрушенная каменная хижина. Мико двинулась было к ней, но отвернулась, чтобы подтвердить свою догадку. А когда обернулась вновь – хижины больше не было. Выходит, пустыня меняется за спиной. Стоит оглянуться – каждый раз будешь видеть новый пейзаж. Значит, когда она упала с бархана, на котором была брешь… Обратно взбиралась уже на совершенно другой. Или же это пустыня изменилась ещё раньше – Мико вспомнила, как оглянулась, как только ступила на песок. А ведь ей всего-то навсего надо было сделать шаг вперёд. Один-единственный шаг! Но теперь… она не имела ни малейшего понятия, где находится и как далеко осталась брешь. Если вообще всё ещё существовала.

Со стоном выдохнув, Мико села на песок. Нужно было придумать, что делать. Сидеть здесь и ждать чудесного спасения или смерти от жары и жажды – не выход.

– Ладно, ладно. – Мико встала и сжала кулаки, чтобы придать себе храбрости. Возможно, если она будет всё время оглядываться, то рано или поздно увидит что-то, что ей поможет. Вернёт башню или что-то ещё. Это имело смысл. В конце концов, идей получше у неё не было.

Мико оглянулась. Раз, другой, третий. Пустыня действительно каждый раз менялась. Хорошо. Значит, она угадала правильно.

– Четыре, пять, шесть, – считала она вслух, чтобы было легче сосредоточиться.

К пятидесяти у неё уже кружилась голова, но пейзаж оставался всё таким же… пустынным. К сотне она увидела только груду огромных камней. Похоже, идея оказалась не такой уж удачной, или ей просто не повезло. Мико в отчаянии сделала несколько шагов к камням, надеясь, что отыщет там что-то полезное.

Вдруг песок заволновался, задрожал и заторопился вниз, проваливаясь под самый большой из камней. Мико попятилась, когда из-под него показались две чёрные клешни, а следом на поверхность выбрался огромный чёрный скорпион. Он был размером с лошадь, а каждая клешня – длиной с человеческую руку от плеча до кончиков пальцев. Скорпион поднял длинный хвост, увенчанный острым жалом. На его панцире вспыхнули золотые узоры, и скорпион ринулся к Мико.

Оглянуться! Скорее оглянуться! Мико отвернулась, но не перестала слышать удары огромных лап за спиной. Быстро оглянулась снова – скорпион никуда не исчез!

– Демоны! – взвизгнула Мико, дрожащей рукой нашаривая рукоять меча.

Больше тратить время на то, чтобы снова оглянуться, она не стала – ошибка обошлась бы слишком дорого. Убегать тоже не пыталась. Скорпион двигался так быстро, что настиг бы её в два счёта. Придётся сражаться. Всё, на что у Мико оставалось время, – скинуть с ног гэта и выхватить катану.

О скорпионах она знала немного, кроме того, что в рёкане госпожи Рей это было одно из любимых лакомств гостей. Правда, там скорпионы были в лучшем случае размером с ладошку и обжаренные до хрустящей корочки. И яд. Их жало было переполнено ядом.

Мико выдохнула, стараясь унять дрожь, и наискось выставила перед собой катану, направив остриё в сторону чудища – единственное положение, которое точно защитит от прямого удара. Значит, избегать жала и клешней. И постараться не угодить под одну из восьми ног. Сказать проще, чем сделать.

– Демоны-демоны-демоны!

Мико бросилась в сторону, и клешня сомкнулась ровно там, где мгновение назад была её голова. Острое жало вонзилось в песок, Мико уже оббегала скорпиона сбоку. Он был большой, стремительно бежал по прямой, но вот разворачиваться так же быстро у него не получалось. Тем не менее нельзя было сказать того же о его хвосте. Скорпион ещё не развернулся, но жало уже летело в Мико. Она закрылась мечом.

Жало соскользнуло с лезвия, но его удар был достаточно мощным, а песок – достаточно зыбким, чтобы Мико упала. Встать она не успела, только перекатиться на бок, уходя от нового выпада жала. Скорпион к этому времени уже успел развернуться. Снова удар клешнёй, Мико снова закрылась мечом, угодив в сочленение между выростами, которые хотели сомкнуться на её голове. Мико понадобились все силы, чтобы удержать клешню на расстоянии. Плохо дело, если так пойдёт и дальше, лезвие может сломаться, и она останется без оружия.

Поняв, что ему что-то мешает, скорпион отодвинул клешню, и это дало Мико драгоценное время на то, чтобы подняться. Она прыгнула вперёд, кувырнулась, чтобы скорее сократить расстояние, и чудом не напоролась на собственный меч. Поднырнула между огромными хелицерами и вонзила катану между хитиновых пластин.

Скорпион дёрнулся, издав странный свистящий звук, и рванул в сторону, вырывая катану у Мико из рук.

– Нет! – Она почти успела схватить рукоять, но чудище, отбежав, снова попыталось атаковать. На этот раз увернуться Мико не успела, клешня зацепила её за рукав и потащила по земле.

Жало вздыбилось, готовясь поразить цель. Но для этого скорпиону пришлось опустить туловище. Рукоять катаны встретилась с землёй, и лезвие вошло ещё глубже в скорпиона. Он снова засвистел, зашатался, волоча Мико за собой, и, наконец, завалился на бок, продолжая хаотично шевелить лапами и бить хвостом.

Мико высвободилась и, стараясь не попасть под мечущийся хвост, схватилась за катану. Потянула, высвобождая лезвие и заливая песок голубой, дурно пахнущей жижей. Скорпион задёргался ещё сильнее, и Мико ударила его снова, туда, где содрогались хелицеры. Скорпион дёрнул хвостом, выгнулся и замер.

Мико попятилась, всем телом вытягивая меч из его туши, и осела на песок, стараясь отдышаться. Страха не было, кровь кипела, внутри всё ходило ходуном, и Мико даже показалось, что её вот-вот стошнит от напряжения. Она сгорбилась, отупело наблюдая за тем, как медленно гаснут золотые узоры на броне скорпиона.

– Я победила, – прошептала она ему. – Ого.

Лицо перекосило невольной улыбкой, и Мико захохотала.

– Я победила, – смеялась она, хватаясь за живот, не в силах остановиться. – Победила!

Продолжая хохотать, опрокинулась на спину и раскинула руки, думая о том, насколько близко была к смерти. Но это не пугало её, напротив, вызывало новый приступ неконтролируемого хохота. Свело щёки и заболел живот, но Мико продолжала смеяться, глядя в чёрное ночное небо. Такое же чёрное, как и пустыня. Когда смех иссяк и Мико опустела, она впервые за последнее время почувствовала своё тело. Тяжёлое, уставшее, израненное. Живое.

– Я… жива.

И как она не замечала этого прежде? Не хотела замечать.

Быть живой оказалось больно, неприятно и очень трудно. Мико села и постучала кулаками по ноющим от напряжения рукам и ногам. Когда она вернётся домой, неделю не будет вылезать из постели, и пусть Райдэн даже не пытается её вытаскивать. Пусть катятся в Бездну монахи, храмы и императоры, Мико и пальцем не пошевелит, пока не выспится.

Поднявшись на ноги и отряхнувшись от песка, Мико оглянулась, но тут же насторожённо замерла.

На вершине ближайшего бархана стоял человек.