Результатом двух направлений исследования стало определение «выборочной совокупности» в составе 1123 человек, являвшихся активными участниками основных событий Войн Роз, которая и станет в дальнейшем объектом нашего изучения (Таблица 19).
Соотношение сословных и социальных групп после изучения информации об участниках битв, сражений и государственных изменниках не вызывает удивления.
От лордов, составлявших чуть более десятой части всех рассматриваемых лиц, зависела основная расстановка сил и, в итоге, исход борьбы, поэтому сведения о них будут проанализированы в первую очередь.
Более половины участников (57,2 %) составляют представители среднего и мелкого дворянства (рыцари, сквайры, джентльмены), которые выступали в системе противостояния в роли «приводных ремней»: они выполняли роль офицеров среднего и низшего звена, а также заполняли все уровни административного аппарата управления.
Представители других сословных групп были значительно меньше вовлечены в основные события противостояния, составляя от 1,2 % (горожане), 3,3 % (духовенство) до 7,5 % (йомены и слуги) участников. Тем не менее, даже эти не очень внушительные цифры говорят о влиянии происходящих событий на все слои английского общества, поэтому каждому из них будет уделено внимание в отдельной главе.
На основе имеющихся сведений о наиболее активных участниках Войн Роз была составлена электронная база данных, включающая персональную информацию, собранную из всех источников, о каждом из 1123 лиц. В силу своего объема она не может быть полностью представлена в печатном виде. Наиболее важные сведения из нее приводятся в Приложении без указания на источники информации. Однако во всех случаях, когда конкретная информация о том или ином лице приводится в главах работы, эти указания содержатся в сносках.
Некоторые предварительные выводы можно сделать уже сейчас на основе фактической информации, относящейся к поведению участников боевых действий и изменников.
Среди выделенных моделей социального поведения самой распространенной можно назвать «вынужденной активностью». Большинство известных нам участников стремилось избегать вовлеченности в крайние формы борьбы, но при этом оставались верны своему вассальному долгу. В то же время они готовы были признавать право победителя и пассивно склониться перед ним в случае поражения своей «партии». Поведение этих людей в значительной степени определялось родственными и патронально-клиентальными связями, а не политической или экономической целесообразностью.
«Преданные сторонники» каждой из враждующих династий находились в меньшинстве по сравнению с «вынужденно активным» большинством, хотя и являлись значительной группой. Именно они формировали ядро армий, больше других выигрывали в случае победы и терпели максимальный ущерб в результате поражения.
Учитывая внимание хронистов к фактам измены, можно предположить, что в источниках приведен едва ли не исчерпывающий их перечень. При этом совершившие их лица составляют лишь 3 % от общего числа. Таким образом, предательство и измена оставались формой девиации, несмотря на сложную и запутанную ситуацию вокруг престола, и необходимость постоянного морального выбора.
В целом следует признать, что традиционные ценности и стереотипы поведения не претерпели существенной трансформации во второй половине XV века.