Летом 1469 г. графу Уорику удалось на некоторое время сделать короля своим пленником, однако многие лорды отказались признать такое положение вещей законным, и уже в октябре Эдуард IV сумел вернуться в Лондон, за чем последовало его формальное примирение с Невиллями[509]. После пятимесячного периода относительного спокойствия в королевстве Эдуард IV вновь столкнулся с проблемой восстаний в графствах, первое же из которых привело к сражению и новому обострению ситуации. В феврале или начале марта в Линкольншире начался мятеж во главе с сэром Робертом Уэллсом. Уэллсы были одним из трех аристократических домов Линкольншира[510]. В противоборстве Йорков и Ланкастеров они изначально поддерживали последних: Лайонел барон Уэллс погиб в битве при Таутоне в 1461 г., сражаясь на их стороне. Участвовавший в той же битве его сын Ричард, новый барон Уэллс (а также барон Уиллоугби по праву жены), признал новый режим Йорка, примирился с ним, и даже активно боролся со своими бывшими соратниками в дальнейшем — именно он был одним из командиров в сражении при Хексэме в 1464 г., которое привело к окончательной победе над ланкастерцами на севере Англии.
Непосредственным поводом к восстанию в Линкольншире послужил конфликт между Ричардом бароном Уэллсом и сэром Томасом Бургом. Последний был главным ставленником короля в графстве, занимая ряд административных должностей, и даже, возможно, помогал Эдуарду IV (с сэром Уильямом Стэнли) освободиться из плена графа Уорика[511]. В силу своей близости к власти и в результате получения ряда конфискованных у изменников маноров[512], сэр Томас Бург стал главным соперником Уэллсов в графстве. Это послужило причиной нападения Ричарда Уэллса на его дом в Гейнсборо, из-за чего сам лорд и муж его сестры, сэр Томас Диммок, были вызваны в Лондон. Есть вероятность, что уже тогда они опасались за свои жизни и укрылись в святилище Вестминстерского аббатства, но потом покинули его по настоятельному приказу короля[513].
Как ни странно, сын барона Уэллса, сэр Роберт Уэллс, именно в тот момент, когда его отец был в руках короля, начал восстание. Эдуарду IV пришлось собирать войско и отправляться на его подавление. Барон Уэллс и сэр Томас Диммок были казнены, так как сэр Роберт Уэллс отказался прекратить мятеж, несмотря на письмо отца с просьбой об этом, написанное по требованию короля. 12 марта 1470 г. недалеко от деревни Эпинхэм в Ратлендшире произошло сражение, названное современниками «Полем брошенных одежд» (Losecoat Field), потому что многие сторонники Уэллсов бежали после своего поражения, сбрасывая с себя доспехи. Сэра Роберта взяли в плен и казнили через неделю, после допросов.
Обо всех этих событиях подробно сообщается в анонимной «Хронике Линкольнширского восстания»[514]. Здесь изложена официальная точка зрения, согласно которой восстание было организовано графом Уориком, вознамерившимся возвести на престол своего зятя, брата Эдуарда IV, — Джорджа герцога Кларенса. Данная версия вызывает обоснованные сомнения[515], кроме того, в хронике названы имена лишь 12 участников конфликта.
В «Открытых свитках» содержится более подробный список из 64 лиц, чье имущество конфисковали за участие в мятеже[516]. Возглавляют список герцог Кларенс и граф Уорик, это заставляет предположить, что не все названные в документе люди участвовали в сражении 12 марта 1470 г., но, несомненно, все они были активными участниками событий.
Отчет о восстании содержится в письме анонимного автора, отправленном сэру Джону Пастону 27 марта 1470 г. Там среди казненных назван «большой капитан» Джон Нейль, не упоминаемый в других источниках[517].
В иных хрониках битва при Лузкот-Филде фигурирует как значимое событие, но имен участвовавших в ней людей, помимо Уэллсов и Эдуарда IV, в них нет.
Таким образом, на основании названных источников было выявлено 70 участников сражения (Таблица 11). Подавляющее большинство из них — ланкастерцы. В средневековые источники обычно попадала информация о командующих, погибших или пострадавших знатных лицах, лишенных прав или возведенных в рыцарское достоинство за заслуги на поле боя. Так как последних в сражении при Лузкот-Филде не было, персональная информация касается главным образом пострадавшей стороны.
Самой многочисленной категорией известных участников сражения (и в данном случае Лузкот-Филд не стал исключением из общего правила) являются представители среднего и низшего дворянства — 62 %.
Отдельную группу среди них составляют те, кто связан с Линкольнширом и непосредственно с семьей Уэллсов. Это сэр Томас Делалэнд, женатый на Кэтрин, сестре Ричарда барона Уэллса, и сэр Томас Диммок, муж другой сестры барона Уэллса, Маргарет. Сэр Томас был сыном сэра Филипа Диммока, чемпиона на коронации Эдуарда IV. Обоих рыцарей казнили за участие в мятеже. Конфискациям подвергся джентльмен Уильям Йербург, член парламента от Гримсби в 1450–1451 гг. Тем не менее, большинство подвергшихся конфискации имущества не происходили из Линкольншира, что также указывает на национальный, а не локальный масштаб заговора 1470 г.
Вторая группа участников — лица, связанные с родом Невиллей. Среди них сэр Джон Коньерс, сын другого знаменитого сэра Джона Коньерса, который представляется наиболее вероятным руководителем восстания 1469 г. и командующим в битве при Эджкоте под именем Робин из Ридсдейла. Сэр Джон Коньерс-сын состоял в браке с Энн, дочерью Уильяма Невилля, барона Факонберга и графа Кента, кузиной графа Уорика. С Невиллями связаны сэр Роберт Стрэнгвэйс, сын Джеймса Стрэнгвэйса, человека графа Уорика[518]; сэр Джеффри Гэйт из Эссекса, лейтенант острова Уайт в 1460–1465 гг.[519], шериф Хэмпшира в 1465 г.[520]; и сэр Уолтер Роттесли, шериф Стаффордшира в 1460–1461 гг.[521], поручитель графа Уорика в 1460 и 1461 гг.
Среди врагов Эдуарда IV названо шесть членов известного семейства из Девоншира — Кортни. До 1461 г. его представители были графами Девона, но потеряли титул в результате его конфискации за государственную измену, то есть поддержку Ланкастеров. В 1470 г. наследник графов находился в эмиграции на континенте, но конфискации имущества подверглись его дальние родственники: сэр Хью Кортни, братья сэр Уильям Кортни, сквайр Хамфри Кортни, капеллан Пьер Кортни (в будущем епископ Экзетерский в 1478–1487 гг. и епископ Уинчестерский в 1487–1492 гг.), сквайр Филипп Кортни и некий сквайр Уильям Кортни (установить его родственные связи с графами Девона не удалось). Преследуемые Эдуардом IV, граф Уорик и герцог Кларенс в начале апреля оказались в Экзетере, а затем бежали из Англии. С их приближением Кортни начали осаду города, чтобы обеспечить им остановку в нем[522].
Четвертая группа участников — те, кто был на стороне Ланкастеров еще до их свержения в 1461 г. К ним относился сэр Николас Лэтимер из Дорсетшира, который участвовал на стороне Ланкастеров в битвах при Уэйкфилде и при Таутоне, за что его обвинили в государственной измене, но восстановили в правах в 1467 или 1468 гг. Сквайр Джордж Браун из Сарри, сын сэра Томаса Брауна, шерифа Кента в 1443 и 1459 гг., оказался среди осажденных ланкастерцев в Тауэре в 1460 г. К ним примыкал сквайр Ричард Рус, брат Томаса барона Руса, ярого ланкастерца, казненного в 1464 г.
Наконец, пятую группу дворянства составляют люди, чья принадлежность к мятежу не может быть установлена на основании каких-либо явных причин. Это сэр Эдуард Грей, ставший в 1475 г. бароном Лайлом по праву жены; сэр Реджинальд Стоуртон, шериф Уилтшира в 1455[523], 1461 гг.[524] и Сомерсетшира и Дорсетшира в 1468 г.[525]; сэр Роберт Стрилли, шериф Ноттингемшира и Дербишира в 1445, 1451, 1463 гг.[526]; сквайр Ричард Клэпхэм, исчитор Уорикшира и Лестершира в 1454 г.[527]; братья Эдмунд и Эдуард Хангерфорды; сквайр Джон Пури, член парламента от Оксфордшира в 1449 г. и Беркшира в 1472–1475 гг., исчитор в Оксфордшире и Беркшире в 1450 г.[528] (возможно, он был инсургентом уже в начале 1450-х гг., так как в 1452 г. получил генеральное прощение[529]). Хотя начало их карьер приходится на период правления Генриха VI, но все они сохранили свое положение и влияние в графствах и при Эдуарде IV. Можно предположить, что их участие в мятеже объясняется исключительно субъективными причинами личного характера, не нашедшими отражения в источниках.
Единственный дворянин-йоркист, чье имя попало на страницы хроники, — королевский посланец сэр Джон Донн. Валлиец, он происходил родом из Кармартеншира, служил королевским сквайром с 1465 г., шерифом Кармартеншира и Кардиганшира в 1461 г.[530], и состоял в браке с Элизабет, дочерью Уильяма барона Гастингса.
Среди лиц, вовлеченных в восстание 1470 г., удалось установить двоих, связанных с герцогом Джорджем Кларенсом: его капеллана Джона Барнэби и секретаря Уильяма Молинью (именно он фигурирует как представитель «другого» социального статуса).
Пусть и краткая, имеющаяся в нашем распоряжении информация о восстании 1470 г. позволяет сделать некоторые выводы о социальной ситуации в Англии рассматриваемого периода.
Во-первых, мятеж в Линкольншире (как и другие события Войн Роз) затрагивал преимущественно представителей дворянства. Отличительной чертой данного восстания была слабая вовлеченность в него нобилитета.
Во-вторых, значительное влияние на поведение участников оказывали родственные, матримониальные и сеньориально-вассальные связи, что являлось характерной особенностью всех событий социально-политического конфликта в Англии второй половины XV в.
В-третьих, среди известных нам участников рассматриваемых событий можно выделить три модели социального поведения. Среди них были те, кто сохранял верность избранной «партии», причем даже после ее свержения в случае ланкастерцев (например, Кортни). Другой группой были изменники, выступившие против власти Эдуарда IV (Уэллсы и их окружение). Третью группу составляли люди, пошедшие по пути мятежа, но лишь из-за сохранения верности своим непосредственным лордам (сторонники Невиллей и герцога Кларенса).