Уорик и Кларенс были вынуждены бежать во Францию, где летом 1470 г. при посредничестве короля Людовика XI Невилль заключил союз со своим давним врагом — женой плененного Генриха VI Маргаритой Анжуйской — для свержения Эдуарда IV. Договор был скреплен браком сына Генриха и Маргариты принца Эдуарда и младшей дочери графа Уорика Анны. Людовик XI предоставил графу оружие, людей и флот для вторжения в Англию[531].
В сентябре Уорик и Кларенс высадились Девоншире в сопровождении группы английских дворян-эмигрантов и, прежде всего, графов Оксфорда и Пемброка[532]. Их поддержало 30 тыс. человек[533]. Кройлендский хронист объясняет это тем, что «все англичане в окрестностях чувствовали сострадание [к ним], которое всегда имеет место по отношению к изгнанникам, которые возвращаются таким образом»[534]. К ним сразу начали стягиваться сторонники, например, присоединились граф Шрусбери и барон Стэнли[535].
В этот момент Эдуард IV находился на севере, подавляя мятеж Генри барона Фицхью, мужа сестры графа Уорика, участниками которого были джентльмены и йомены из окружения слуг Ричарда Невилля[536]. Также против короля Эдуарда повернул свои войска брат графа Уорика, маркиз Монтегю, под началом которого было собрано 6 тыс. человек[537]. Узнав о случившемся и поняв, что Уорик находится в более выигрышном положении, Эдуард принял решение бежать из страны. На трех кораблях он уплыл к мужу своей сестры, герцогу Бургундскому Карлу Смелому. С ним было от 700[538] до 2 тыс. человек[539].
Когда Уорик подошел к Лондону, предместья столицы находились в руках кентских повстанцев. Граф начал с того, что подавил мятеж. «Эти искры могли разжечь большое пламя, если бы граф Уорик со значительными силами немедленно не потушил их и не наказал преступников». Это значительно повысило популярность графа среди столичных жителей[540]. Тринадцатого октября Генрих VI был освобожден из Тауэра и препровожден во дворец лондонского епископа[541].
В марте Эдуард отплыл из Флишинга в Зеландии на 17 или 18 кораблях[542]. О численности его армии в источниках содержатся противоречивые сведения: 1 тыс.[543], 1,5 тыс.[544], 2 тыс. человек[545]. Последние цифры выглядят более правдоподобными в сравнении с тем количеством людей, которые прибыли с Эдуардом из Англии, однако эти сведения принадлежат историкам XVI в., а не современникам описываемых событий. Уоркуорт пишет о 900 англичанах и 300 наемных фламандских мушкетерах[546]. Исходя из этого можно предположить, что из Англии с Эдуардом прибыло не более 700–800 солдат, остальные сопровождающие были слугами. Тогда, благодаря поддержке герцога Бургундского, ему удалось увеличить их количество в 1,5–2 раза. Слишком же большое, по сравнению с этой армией, наличие кораблей объясняется тем, что 14 из них были ганзейскими, которые лишь сопровождали флот и ждали в течение 15 дней у побережья на тот случай, если вторжение не увенчается успехом[547].
14 марта Эдуард IV высадился в Рейвенспере в Йоркшире. Местное население отнеслось к нему враждебно[548], Кингстон-на-Гулле отказался его впустить[549], а Йорк открыл ворота, чтобы пропустить армию Эдуарда, лишь после того как он заявил, что не имеет притязаний на английский престол, а только хочет вернуть наследство своего отца[550].
Впервые после высадки Эдуард получил поддержку англичан, достигнув Уэйкфилда 20 марта[551], но особенно же — в Ноттингеме, куда он пришел 23 марта. Тут к королю присоединились сэр Уильям Парр из Уэстморленда и сэр Джеймс Хэррингтон из Йоркшира с двумя отрядами общей численностью 600 человек[552], сэр Уильям Стэнли (300 человек) и сэр Уильям Норрис[553], сэр Томас Бург из Линкольншира и сэр Томас Монтгомери из Эссекса[554]. Любопытно, что сэр Уильям Стэнли — младший брат Томаса барона Стэнли, против которого сэр Джеймс Хэррингтон удерживал замок Хорнби во время реставрации Генриха VI[555], однако под знаменами Эдуарда представители этих двух враждующих семейств оказались вместе. Видимо, именно в Ноттингеме армия Эдуарда достигла 2 тыс. человек, что позволило ему открыто объявить себя королем Англии и Франции[556].
В источниках может содержаться ошибка, и численность армии возросла более, потому что вскоре, при приближении Эдуарда IV, от Ньюарка отступили, не решившись вступить в сражение, герцог Экзетер, граф Оксфорд и барон Бардольф, незадолго до этого собравшие в восточных графствах 4 тыс. человек ополчения[557]. Такая же сила была у графов Уорика и маркиза Монтегю, укрывшихся в Лестере и отклонивших вызов Эдуарда на битву[558]. Более того, король смог осадить графа Уорика в Ковентри 29 марта, хотя у последнего было уже 6 или 7 тыс. человек[559]. Возможно, графу удалось к тому времени соединиться с частью сил, собранных другими лордами, держащими сторону Генриха VI.
Переломным моментом, окончательно предоставившим преимущество в силах Эдуарду IV, стало его воссоединение с мятежным братом, Джорджем герцогом Кларенсом. Отношения между братьями испортились в 1469 г., после того как Кларенс стал зятем графа Уорика и начал интриговать вместе с ним против Эдуарда. В 1471 г. герцог от имени Ланкастеров собирал ополчение в Западном Мидлендсе[560] или в Глостершире и Уилтшире[561], в результате чего под его командованием оказалось 4 тыс.[562], 7 тыс.[563] или даже 12 тыс. человек[564]. Уоркуорт говорит, что граф Уорик уклонялся от встречи с Эдуардом IV, потому что ожидал подхода именно этих сил. Однако 3 апреля они присоединились не к графу, а к королю. Это оказалось возможным благодаря посреднической деятельности матери и сестер короля и герцога, а также архиепископа Кентерберийского и епископов Батского и Лондонского (в источнике Эссекского, ошибочно)[565].
У Эдуарда стало достаточно сил для того, чтобы идти в Лондон. Туда король вошел 11 апреля. Его силы в третий раз значительно возрастают — уже многочисленные сторонники начинают стекаться под знамена вернувшегося в свою столицу монарха. Некоторые из них покинули церковные убежища (лорд-канцлер Роберт Стиллингтон епископ Батский и Уэлльский, хранитель малой печати Томас Ротерхэм епископ Рочестерский, Уильям барон Буршье, сэр Ральф Гастингс), другие были освобождены из под ареста (Томас Буршье архиепископ Кентерберийский, Уильям Грей епископ Илийский, Генри Буршье граф Эссекс, Хамфри Буршье барон Кромвель, Уолтер Блаунт барон Маунтджой, Джон Стаффорд граф Уилтшир, сэр Генри Стаффорд, сэр Томас Буршье), кто-то прибыл из юго-восточных графств (барон Джон Говард, сэр Хамфри Буршье, сэр Томас Буршье)[566].
Коммин сообщает, что у Эдуарда в Лондоне было более 2 тыс. скрытых сторонников, из которых 300 или 400 — оруженосцы и рыцари[567]. Уоркуорт замечает, что в столице армия короля возросла до 7 тыс. человек[568], а, по словам автора «Истории возвращения Эдуарда IV в Англию», в последовавшей 14 апреля битве при Барнете силы йоркистов составляли 9 тыс. человек[569].
Поняв, что подкрепления ждать больше неоткуда, граф Уорик пошел вслед за Эдуардом IV. Битва между ними произошла в Пасхальное воскресение 14 апреля 1471 г. Источники называют невероятно преувеличенную численность армии ланкастерцев — 20 тыс.[570] или даже 30 тыс. человек[571]. Еще находясь в Ковентри, граф Уорик получил все возможное подкрепление в виде восточного и северного ополчений, и его армия вряд ли могла превышать 12 тыс. (если считать среднюю численность ополчения в 4 тыс. человек, как указано у графа Оксфорда или у герцога Кларенса), а, скорее всего, была существенно меньше из-за того, что часть набранных войск уже должна была быть рассеяна в результате колебаний и отступлений командующих. Представляется, что цифра в 6–7 тыс. человек, указанная выше, более правдоподобна. В произошедшей битве граф Уорик и маркиз Монтегю были убиты, граф Экзетер тяжело ранен, а граф Оксфорд бежал.
Для восстановления персонального состава участников битвы были использованы источники, привлеченные с целью воссоздания общей канвы событий. Одно из наиболее ранних и подробных описаний битвы и предшествовавших ей событий встречается у немецкого купца Герхарда фон Везеля, жившего в Стальном Дворе в Лондоне и поведавшего об английских новостях в письме в Мюнхен от 17 апреля 1471 г.[572]
Следующим днем, 18 апреля, датировано другое письмо, отправленное сэром Джоном Пастоном своей матери Маргарет[573]. В письме сообщается, что два брата (оба Джоны) участвовали в битве, младший даже был ранен стрелой в руку, а также упоминаются имена еще девяти участников. Ценность источника заключается в том, что это единственное свидетельство непосредственного участника событий.
Из официальных источников сохранились «Парламентские свитки» 1472 г., лишавшие имущественных и личных прав за участие в сражении при Барнете семерых человек[574].
Среди хроник, сообщающих о битве, для нас наиболее важными стали четыре, именно в них названы не только имена командующих баталиями, но и «рядовых» участников. Наиболее близка по времени к битве «История возвращения Эдуарда IV в Англию»[575], за ней следует хроника Джона Уоркуорта[576]. Позднее были написаны анонимная хроника «Vitellius»[577] и хроника Эдуарда Холла[578]. Для двух последних произведений, созданных значительно позднее, характерна традиция, связывавшая их с трудами предшественников. Так, многие места в хрониках и историях рубежа XV — начала XVI вв. являются пересказом или прямым цитированием ранних авторов.
Источники донесли до нас имена 47 участников битвы при Барнете (Таблица 12). Необходимо оговориться, что в некоторых произведениях сообщаются имена лиц, которые сопровождали Эдуарда IV в его пути из Фландрии или присоединились к нему в Англии. Хотя они не названы среди непосредственных участников битвы, однако логично предположить, что принимали в ней участие (в источниках названы имена лишь командующих и погибших, а они ни к тем, ни к другим не относились). В любом случае, эти люди являлись активными участниками политической борьбы в 1471 г.
22 из них — представители высшей аристократии, командующие армиями и баталиями. Сам Эдуард IV вместе с Джорджем герцогом Кларенсом взял на себя командование центром, его младшему брату Ричарду герцогу Глостеру и чемберлену барону Гастингсу были поручены правый и левый фланги соответственно. Из Фландрии вместе с Эдуардом IV вернулся и, согласно одной из хроник, был ранен в сражении Энтони Вудвилль граф Риверс, брат королевы Элизабет. Значительную поддержку Йоркам с самого начала Войн Роз оказывали многочисленные представители рода Буршье: Генри граф Эссекс, женатый на тетке Эдуарда IV; его сыновья Уильям барон Буршье, Хамфри барон Кромвель и сэр Томас Буршье; брат Джон Буршье барон Бернерс; племянник сэр Томас.
Также в рядах королевской армии были Уильям Финнс барон Сэй и Сил, йоркист как минимум с 1460 г., прибывший с Эдуардом IV с континента; Уолтер Деверьё барон Феррерс, сражавшийся за Йорков уже в четвертой битве; Уолтер Блаунт барон Маунтджой, в прошлом человек графа Уорика, не пожелавший, однако, выступить вместе с ним против короля; Джон барон Говард, еще до прибытия Эдуарда IV в Лондон объявивший его королем в Норфолке[579]; Томас Фицалан барон Малтреверс, сын графа Эрандела; Энтони барон Грей Ратин, сын графа Кента; Джон Стаффорд граф Уилтшир, сын герцога Бакингема, командовавшего армией Ланкастеров и погибшего в битве при Нортхэмптоне в 1460 г.; Галлиард де Дурфорт барон Дьюрас, французский аристократ на службе у английского короля, лишь единожды в этот раз поддержавший его с оружием в руках.
Рядом с Ричардом Невиллем графом Уориком сражался его брат Джон маркиз Монтегю, оба они пали в бою. Флангами командовали истинные ланкастерские лорды: левым — Генри Холланд герцог Экзетер, последовательный и верный сторонник Ланкастеров, эмигрировавший после их поражения на континент и вернувшийся только в период реставрации Генриха VI; левым — Джон де Вер 13-й граф Оксфорд (его отец, 12-й граф Оксфорд, и старший брат были казнены Эдуардом IV за участие в заговоре в 1462 г.[580]). Вместе с графом Оксфордом из-под Барнета бежал другой истинный ланкастерец, сражавшийся еще при Таутоне, Уильям виконт Бомон.
Большинство известных нам участников являлись рыцарями. Все упомянутые рыцари-йоркисты были известными людьми. Это сэр Томас Бург, человек короля в Линкольншире[581]; сэр Хамфри Буршье из Кента, тезка и кузен барона Кромвеля (как и он, погибший в битве); сэр Роберт Чэмберлен и сэр Гилберт Дебенхэм из Саффолка, прибывшие с Эдуардом IV из Фландрии; сэр Джеймс Хэррингтон из Йоркшира (шериф графства в 1466 г.[582]), верный сторонник Йорков с 1459 г., сын сэра Томаса Хэррингтона, погибшего в 1460 г. в битве при Уэйкфилде вместе с Ричардом герцогом Йорком; сэр Томас Монтгомери из Эссекса, рыцарь-телохранитель Эдуарда IV и его стольник с 1461 г., оружейник Тауэра[583]; сэр Уильям Норрис из Беркшира, женатый на сестре графа Оксфорда; сэр Уильям Парр из Уэстморленда, сын сэра Томаса Парра, сражавшегося на стороне Йорков в трех битвах; сэр Уильям Стэнли, брат Томаса барона Стэнли, который сражался под началом графа Солсбери (отца графа Уорика) при Блор-Хите в 1459 г., за что был лишен прав; сэр Ральф Гастингс, брат барона Гастингса, во время Реставрации Генриха VI скрывавшийся в убежище Св. Иоанна в Колчестере; сэр Генри Стаффорд, сражавшийся десять лет назад за Ланкастеров, но теперь поддержавший Эдуарда IV.
Что касается рыцарей-ланкастерцев, то, наверное, самыми известными из них были братья Пастоны (Джон II и Джон III) из Норфолка. Под началом графа Оксфорда сражались два его младших брата — сэр Джордж де Вер и сэр Томас де Вер. Кроме того, в числе погибших оказались сэр Джон Льюис и сэр Уильям Тирелл из Эссекса. В целом, по мнению Дэвида Граммита, Уорику не хватило поддержки знати и джентри, не доверявших риторике графа и не веривших в эффективность Генриха VI[584].
Что касается мотивов поведения рассмотренных нами лиц, то на основе имеющейся информации можно сделать вывод о том, что большинство из них следовали единожды сделанному выбору. Всех вставших в тех условиях под знамена Эдуарда IV можно считать верными йоркистами, так как исход борьбы ни до, ни после битвы еще не был предрешен, а события 1470 года показали, что все они могут оказаться в числе изгнанников и эмигрантов.
Однако в 1471 г. среди них можно выделить две группы. Во-первых, это приверженцы Йорка, которые уже не раз доказывали свою преданность на поле боя, участвуя в сражениях за Белую Розу от двух до четырех раз. Помимо самого Эдуарда IV, ветерана семи битв Войн Роз, начиная с 1455 г., эта группа включает 10 человек. Еще 17 известных нам участников сражались на стороне короля впервые. Для некоторых из них это связано с возрастом (например, для 18-летнего младшего брата короля, Ричарда, бывшего ребенком и подростком во времена предыдущих сражений), однако большинство сознательно ранее не желали участвовать в борьбе. В более ранних битвах доля таких лиц также достаточно велика и составляет почти половину среди известных нам участников сражений. Это свидетельствует о том, что большинство дворян не желали рисковать своим положением в эпоху перманентного кризиса, делая выбор лишь в крайнем случае, как это было в 1471 г. Среди ланкастерцев ситуация еще более красноречивая: если для герцога Экзетера это была пятая битва на стороне Алой Розы, для виконта Бомона — вторая, то для остальных лишь первая.
Изменившими свою приверженность являются только четыре человека: герцог Кларенс, граф Уорик, маркиз Монтегю и сэр Генри Стаффорд, — мотивы их действий были рассмотрены выше.