Кроме моря и солнца в Артеке поражает природа. Неискушенный взгляд натыкается на многочисленные кипарисы. Эти великорослые сорняки в советское время заполонили собой обочины. Четкостью и лаконичностью линий притягивают внимание до сих пор к себе. Но они отнюдь не самые важные, как может показаться, обитатели местной флоры. В середине девятнадцатого века на этой территории разбил свой парк директор Никитского ботанического сада – Гартвис. Он высаживал разные растения, проверяя их на приживаемость в местных климатических условиях. Здесь можно встретить гигантскую секвойю – дерево желаний, железное дерево и пробковый дуб, камфорное дерево и самый большой в Крыму болотный кипарис. Парк нависает над «Хрустальным» лагерем. А дача его создателя сегодня – общежитие. Территория нынешнего лагеря «Лазурный» ранее принадлежала знаменитому тогда курорту Суук-Су, вокруг себя создавшему скорее средиземноморский ландшафт, увенчанный раскидистыми пиниями. Известно, что на одном из Адаларов был ресторан, где в блюда добавляли в качестве декорации жемчуг, подчеркивая роскошь места. В «Морском» лагере сохранилась самая старая в Крыму оливковая роща. А рядом с его корпусами растут магнолии. Плодородная земля этой местности сама обросла самшитом, фисташкой, можжевельником и еще множеством удивительных растений, которых не встретишь просто так нигде.

Глаза обывателя разбегаются при виде съедобных приправ, растущих в парках Артека. Жажда добычи, желание удивить маму, например, манит детей – охотников и собирателей. Чтобы дети не набивали чемоданы тем, что встречают только в магазинах, вожатые предупреждают их об опасности. О том, что именно сейчас несезон сбора розмарина или лавра, например. Что он ядовит. Как ни странно, это работает. Более того, действует и на неосведомленных взрослых. Так, запекая рыбу рядом с гостиницей на мангале, я полез в пакет за упаковкой розмарина, чем вызвал удивление и смех коллег, которые тут же сорвали ветку из клумбы и предложили в качестве приправы. Я же им начал рассказывать историю про опасность и вред и понял, как это смешно на самом деле выглядит.

Заповедник – а именно таков Артек во многих смыслах, не только в классическом понимании – создает этот эффект доверия. Нет необходимости проверять, сомневаться. Зачем? В Раю на земле все обращено к тебе. Так чувствуют дети. Искренность – валюта тех заповедных мест. Без нее там чужому нечего делать. Даже оказавшись там, он чужд атмосфере, как иностранец – заметен в толпе. Дети его обязательно вычислят. Да и взрослые. Будут стоять в стороне. Что бы ни случилось вокруг. Наверное, такие места на земле созданы, чтобы что-то настоящее сохранилось. Редкое дерево, растение. Вымирающий вид животных. Хотели того люди или нет, но там, под горой Аю-Даг вырос заповедник детства. Наивного, настоящего. Того, о котором всегда с теплотой. Зачем? Не знаю. Нужен ли он теперь? Когда все, что в нем, кажется, не применить нигде? Не нам судить. Время покажет, зачем он есть уже целых сто лет. Заповеднику по имени Артек обязательно применение найдется.