– Ты не обязан ехать со мной, сынок, – в десятый раз сказал папа, пока мы мчались через город. – Я могу развернуться и отвезти тебя домой.
– Я еду.
Я не мог оставаться дома. Мне требовалось уйти оттуда, оказаться подальше от рыданий и криков. Доктор приехал какое-то время назад и сделал Шаннон успокоительный укол. Теперь она спала: маленький бессознательный комочек на моей кровати. Я держал ее, пока врач занимался ею; я не мог ее отпустить, пока она наконец не сдалась и не позволила сну ее одолеть. Мама сидела в гостиной с Дарреном и малышами. Те все еще плакали навзрыд. Я просто не мог этого вынести, меня сжигало их горе.
– Лучше мне быть не здесь, – признался я, беспокойно дергая коленями.
Я не мог ничего сделать дома, но я мог помочь отцу найти Джоуи. Билли позвонил папе, сказал, что Джоуи появился возле дома и, естественно, впал в истерику. Он даже умудрился прорваться через ограждение к дому, прежде чем пожарные поймали его и оттащили обратно. Копы не стали его арестовывать или удерживать; они искали родных, кого-то, кто мог ему помочь и забрать к себе, но из всех Линчей на свете осталась только их прабабушка восьмидесяти с чем-то лет – и мы.
– Это может выглядеть жутко, – сказал папа, поворачивая вверх по знакомому холму к дому Шаннон. – Пожар еще не потушили полностью… и, возможно, не увезли тела. Ты уверен, что справишься?
– Не беспокойся.
Он покосился на меня:
– Джонни, ты уверен?
Я напряженно кивнул:
– Я должен это сделать, пап.
Языки пламени и дым – вот все, что я мог видеть, все, что я мог чуять, когда мой отец повернул на их улицу. Реальность обрушилась на меня, когда я увидел горящий дом Шаннон. Господи, я же был в этом доме всего пару часов назад…
И те дети…
И Шаннон…
Я содрогнулся.
Они все могли просто сгореть заживо…
– Пап, – задохнулся я, не сводя глаз с машин «скорой помощи» и пожарных. – У меня ведь был шанс спасти ее, но я не…
– Нет, – перебил меня мой отец, останавливая машину и поворачиваясь ко мне. – Ты спас ее детей.
– Но она была совсем рядом… Прямо передо мной… – Я уронил голову на руки. – А теперь у них никого нет.
– У них все еще есть мы, – поправил меня папа, отстегивая ремень безопасности. – А у меня все еще есть ты. – Протянув руку, он сжал мою шею и заставил посмотреть на него. – Ты мог сегодня погибнуть в этом доме, – прошептал он. – Я мог потерять моего мальчика… – Он прижался лбом к моему лбу и вздохнул. – Я бы отдал весь мир – включая и их, – лишь бы сохранить тебя, и не жалел бы ни секунды.
– Да я в порядке, пап, – выдавил я. – Все нормально…
– Тогда не надо себя пилить, – приказал он, приглаживая мне волосы. – Ты все сделал правильно. Ты хороший человек. Ты спас ее детей.
– Я чувствую, что сделал не все, – признался я.
– Не надо! – ответил он, глядя на меня серо-голубыми глазами. – Это не твоя вина. Это дело рук сумасшедшего.
– Но как он мог? – прохрипел я. – Я не понимаю…
– Я тоже, сынок, – кивнул папа. – И не хочу понимать. – Поцеловав меня в лоб, он откинулся назад и снова посмотрел мне в глаза. – Мне нужно пойти и забрать Джоуи, – спокойно произнес он. – Ты можешь посидеть в машине, Джонни. Не обязательно идти со мной…
Какая-то суета полицейских привлекла мое внимание, и мы с отцом, обернувшись, увидели Джоуи, который бился как в припадке и отбрасывал одеяло, которое пытались накинуть ему на плечи. Он размахивал руками и кричал, пытаясь прорваться к дому. Он был совершенно один. Последний Линч, оставшийся в одиночестве.
– Мои братья и сестра! – пронзительно кричал он, отталкивая копов, державших его. – Пустите, на хер!
– Там никого нет!
– Вранье! – орал он. – Мои братья и сестра наверху! Они в доме! Вы должны меня пустить, я их заберу! Я их бросил! Я оставил их с ней!
– Вот дерьмо, – пробормотал папа, выходя из «мерседеса» и шагая к дому. – Джоуи! Все в порядке, парень!
– Я их бросил там! – продолжал кричать Джоуи. – Убери от меня свои сраные руки, грязная свинья…
– Вот дерьмо… – пробормотал и я, отстегивая ремень.
Распахнув дверцу машины, я бросился к дому. Нырнув под полицейскую ленту, я подбежал к брату моей девушки, ускользнув от тех, кто пытался меня остановить.
– Джо, все в порядке…
– Кав… – задохнулся он, увидев меня. – Я их оставил там…
По его щекам, испачканным сажей, текли слезы; он вырвался из рук полицейских и бросился ко мне.
– Ты должен помочь мне вывести их! – выдохнул он. Глаза у него были безумными, одежда в золе и копоти. – Я ушел… психанул и ушел, но я бы не смог… Я бы не смог их бросить, и я вернулся, но дом уже был… и моя мать… ко всем хренам, Шаннон… Тайг! Никто меня не слушает…
– Они у меня, Джоуи! – рявкнул я на него, отчаявшись заставить его слушать. – Я их вывел!
– Они у тебя… – У него сорвался голос. – Ты их вывел?
Я кивнул, дрожа всем телом.
– Да. Олли, Тайг, Шон и Шаннон.
– Черт… Даррен! – В его глазах снова вспыхнула паника, он опять рванулся к дому. – Мой брат все еще там…
– Нет, он тоже у нас, – выдохнул я, подтаскивая его к себе. – Они все там. Богом клянусь, чел, все твои братья и Шаннон сейчас у нас дома! – Обняв его за плечи, я прошептал: – Они в безопасности.
Из его груди вырвался судорожный вздох, и Джоуи повис на мне.
– Оба уйдите отсюда, – крикнул на нас какой-то пожарный. – Здесь опасно.
– Уходим, – пробормотал я, отступая назад и увлекая за собой Джоуи. – Идем…
Я задохнулся, когда вдруг увидел два мешка для трупов, которые грузили в машину «скорой помощи». Я крутанулся вместе с Джоуи, отчаянно пытаясь не дать этой картинке остаться ни в моей, ни в его голове.
– Не смотри туда.
– Это я виноват, – прошептал он.
– Нет. – Качая головой, я увел его за оградительную ленту, к отцовской машине. – Не ты. – Поймав папин взгляд, я жестом показал ему, чтобы он шел в машину. – Это его вина, Джоуи. Не твоя.
– Я был под дозой, – бормотал он. – Я взбесился и просто ушел от них.
– А если бы остался, умер бы в своей постели, – прикрикнул на него я. – Даррен не уехал бы тебя искать, Шаннон не позвонила бы мне, и вы все сгорели бы во сне!
– Боже мой… – шепнул он, застывая в моих руках. – Моя мать…
– Это не из-за тебя! – Я уже почти рычал ему в ухо, заталкивая на заднее сиденье машины и усаживаясь рядом с ним. – Не позволяй этому подонку забраться тебе в голову!
Упав на сиденье, Джоуи откинул назад голову и закрыл глаза, неподвижный, как статуя, и молчаливый, как призрак.
– Ты этого не делал! – повторил я, наклоняясь через него, чтобы пристегнуть ремень. – Это сделал он.
– Джоуи, – сказал папа, запуская мотор и отъезжая от дома. – Ты сейчас поедешь к нам, ладно?
Джоуи начало трясти, но он не ответил. Крепко зажмурив глаза, он положил ладони на колени, пытаясь сдержаться.
– Мы позаботимся о тебе, – продолжил папа ровным, спокойным тоном. – И я не спрашиваю тебя, сынок, – я тебе сообщаю.
– Я должен был быть там, – прошептал Джоуи. – Это моя работа – чтобы они оставались в безопасности.
– Они уже в безопасности. – Я обнял его за плечи. – И ты тоже.
– Нет. – Он покачал головой, и я увидел, как по его щеке сползла слеза. – Это была моя работа – чтобы в безопасности оставалась она.
– Они будут меня ненавидеть, – бормотал Джоуи, пятясь от двери гостиной, когда мы наконец уговорили его выйти из машины и пойти в дом. – Я не могу… Они будут меня винить…
Он развернулся, чтобы уйти, но отец схватил его за плечи и заставил посмотреть в глаза.
– Никто не будет тебя ненавидеть, – мягко сказал он, продолжая держать Джоуи из-за опасения, что тот все-таки сбежит. С этим парнем такое было возможно. Риск был слишком велик. – И никто ни за что тебя не винит.
– Отвалите! – Вырвавшись из рук отца, Джоуи оттолкнул его. – Не хочу, чтобы вы меня трогали!
– Все в порядке, – спокойно ответил папа. – Ты в безопасности.
– Я все продолбал! – задохнулся Джоуи, дергая себя за волосы. – Все продолбал!
– Мы все исправим, – предложил папа. – Я могу тебе помочь, Джоуи, но ты должен позволить мне это.
– Не нужна мне ваша помощь! – задохнулся Джоуи. – Мне просто нужно… – Он с диким видом огляделся; он был загнан в угол и перепуган. Отступив на пару шагов назад, Джоуи спросил: – Где Шан? – И снова тревожно огляделся. – Где моя сестра?
– Спит наверху, – сказал ему я, стараясь говорить как можно более ровным тоном. – Можешь подняться и посмотреть, – уговаривал его я, медленно подходя к нему с поднятыми вверх руками. – Делай, что захочешь…
– Не трогайте меня! – рыкнул он, отталкивая моего отца, когда тот потянулся к нему. Испуганно тряхнув головой, он прошипел: – Просто… просто отойдите…
– Джоуи, все нормально, – пытался уговорить его я, подбираясь еще ближе. – И ты в порядке…
– Не трогай меня, на хрен! – снова рявкнул он, толкая меня в грудь. – Я не хочу…
Дверь гостиной распахнулась, прежде чем он договорил, и вышла моя мать.
– Ох, Джоуи, милый, – всхлипнула она, шагая прямиком к нему. Она обхватила ладонями его щеки и заглянула в глаза. – Ох, бедный мой, дорогой… – бормотала она, прижимаясь лбом к его плечу. – Пойдем со мной…
Я, сдерживая дыхание, осторожно наблюдал за Джоуи, молясь о том, чтобы он не сделал в этот момент ничего такого, что вынудило бы меня врезать ему. Если бы он замахнулся на мою мать, от горя или нет, я бы потерял рассудок.
Но Джоуи, судорожно вздохнув, обмяк и крепко ее обнял.
– Что же мне теперь делать?
– Я здесь, – шептала мама ему на ухо, поглаживая по голове и по спине. – Тише, тише, я здесь, рядом. Джоуи, милый…
– Ты вернулся! – со слезами в голосе закричал Олли, выбегая из гостиной. – Тайг! Джоуи здесь! – Мама отступила в сторону, когда Олли бросился к брату. – Я знал, что ты вернешься! – кричал он. – Я им всем говорил!
– О-ии, – хныкал Шон, топоча к нему с протянутыми руками. – О-ии!
Опустившись на колени, Джоуи подхватил малыша на руки.
– Прости, Шонни-бу. – Шмыгая носом, он свободной рукой обнял Олли и прижал к груди. – Я так виноват, Ол!
– Мамочка на Небесах, – заплакал Олли. – Полицейские сказали, что папа забрал ее туда.
С трудом дыша, Джоуи кивнул и крепче прижал к себе обоих.
– Да, так и есть.
Мама спрятала лицо на груди моего отца, тихонько всхлипывая.
– Тсс… – шептал папа, обнимая ее. – Все в порядке, детка.
– Она ушла, – всхлипывал Олли. – Ушла на Небеса, без нас.
– Мамочка, – вторил ему Шон. – Мамочка ушла…
– Она не ушла, ребята, – тихо сказал им Джоуи. – Теперь она просто стала ангелом.
– Ангелом? – Олли уставился на Джоуи. – С крыльями?
– Да. С большими прекрасными крыльями, – выдохнул Джоуи, вытирая щеку о плечо. – Особенный ангел, только для вас.
– Папа? – осторожно спросил Шон. – Ай, ай…
– А папа ушел, – решительно ответил Джоуи. – Больше не будет ай-ай, Шон.
– Мамочка ангел? – почти благоговейно шепнул Олли. – Ух ты!
– Да, и она сейчас смотрит на вас, – продолжал Джоуи тихим хриплым голосом. – Она не хочет, чтобы вы плакали. От этого ей… ей грустно. Вы должны ра… радоваться… – У него сорвался голос, он несколько раз глубоко вздохнул. – Вы должны думать о хорошем, ладно?
– Ты сбежал… – От двери гостиной раздался резкий голос Тайга. – Ты нас бросил, на фиг!
– Оставь его! – бросился на защиту Олли. – Он же вернулся!
– О-ии, не ходи… – пропищал Шон. – О-ии с Шоном.
– Конечно, – дрожащим голосом подтвердил Джоуи, глядя на брата. – Прости…
– Я тебя ненавижу! – Тайг коротко взвыл и тут же бросился к Джоуи, прижался к старшему брату, прячась в его объятиях. – Я тебя, на хер, ненавижу! – рыдал Тайг, цепляясь за Джоуи.
– Я знаю. – Крепко зажмурив глаза, Джоуи прижимал к себе всех троих. – Я и сам себя ненавижу.
– Вы его нашли… – сказал Даррен нетвердым от волнения и облегчения голосом, стоя в дверях гостиной и глядя на моего отца. – Спасибо.
Сделав шаг вперед, он на мгновение заколебался, но тут же присел рядом с братьями.
– Привет, Джо.
– Привет, Дар, – шепнул в ответ Джоуи.
– Ты как, в порядке?
Джоуи покачал головой, его лицо исказилось от внутренней боли.
– Посмотри на меня… – Даррен обхватил лицо Джоуи ладонями и прижался лбом к его лбу, нервно вздохнув. – Ты сделал для нее больше, чем кто-либо другой.
Джоуи закрыл глаза.
– Я сделал недостаточно…
– Нет, – возразил Даррен. – Только благодаря тебе все они продержались так долго. Не мне, не кому-то еще. Только тебе.
По щекам Джоуи поползли слезы.
– Нет, я должен был быть там…
– Ты, – настойчиво повторил Даррен, – ты не мог сделать больше того, что сделал.
Мама с папой молча повели Тайга, Олли и Шона обратно в гостиную, давая Даррену и Джоуи возможность остаться наедине.
– Я их бросил, – задыхался Джоуи, роняя голову на плечо Даррена. – Вот что я сделал с ними. Я. Просто. Ушел.
– Никого ты не бросал, – шептал Даррен, поглаживая брата по голове. – Ты просто взял перерыв.
– Мне плохо, Даррен, – сквозь слезы пробормотал Джоуи. – У меня проблема, и я не могу с ней справиться…
– Я знаю, – успокаивал его Даррен. – Но мы найдем помощь, Джо. Обещаю.
– Он это сделал, – задыхался Джоуи, теперь уже рыдая. – Он все-таки прикончил ее… Господи, он сжег ее заживо…
Снаружи донесся шум мотора, и я развернулся и потащился к двери. Я больше не мог здесь находиться. Не мог ни секунды больше выносить их боль. Рывком распахнув дверь, я буквально вывалился в ночь и, шатаясь, пошел прочь от дома в надежде немного проветрить голову.
И когда я увидел серебристый «форд», припаркованный возле дома, и из него появилась знакомая голова со светло-каштановыми волосами, то почувствовал, что тело отказывает мне.
– Я тебя держу, Джонни… – воскликнул Гибси, подхватывая меня как раз перед тем, как я рухнул на землю. – Я здесь, чел, – шептал он, опускаясь вместе со мной на гравий. – Выдыхай.
Я так и сделал.
– Ты спас им жизнь, Джонни! – заявил Гибси, когда я наконец пришел в себя настолько, чтобы рассказать ему все в подробностях.
Мы сидели бок о бок в нашем старом домике на дереве, позади дома, и смотрели, как над горами встает солнце.
– Всем им.
– Видел бы ты этого малыша, Гибс. Он был насквозь мокрый от виски… – Содрогнувшись, я обхватил руками колени и сдержал крик. – Я в тот момент ни о чем таком не думал, просто решил, что пьяный урод пролил на него свое бухло или что-то такое… – Я покачал головой, абсолютно потерянный. – Мне и в голову не пришло, Гибс…
– Да и с чего бы? – ответил он, тоже обхватывая колени. – Кто бы до такого додумался?
– Хм… – промычал я, все еще чувствуя головокружение.
Гибси тяжело вздохнул:
– Они все теперь у вас?
– Да, в доме, вместе с моими родителями. Я просто… Мне нужно было выйти и немножко подышать. – Я беспомощно пожал плечами. – Это слишком грустно…
– Но ты молодец, Джонни, – тихо сказал Гибси.
– А она сидела там… – Я задохнулся; к глазам подступили слезы. – Смотрела мне прямо в глаза. Я ей сказал, что вернусь за ней. – Я зажмурился и снова содрогнулся при этом воспоминании. – Она как будто сдалась, Гибс. Как будто она знала.
– Скорее всего, знала, чел, – сказал он. – И ты, должно быть, дал ей немного покоя. Она же видела, что дети выбрались, да? Понимала, что они будут в безопасности? Ты дал ей это знание. А она сама никуда не могла уйти. И понимала это. Весь дом был готов взлететь на воздух. Если бы она попыталась уйти с тобой, а он бы зажег спичку, вы все сгорели бы в секунду, не успев моргнуть… и ты с Шоном в том числе.
– Зачем он такое сделал? – шепнул я, вздрагивая; до меня дошло наконец, как близок я был к смерти. – Почему вообще кто-то делает такое, Гибс?
– Не знаю, Джонни, – ответил он.
– Но в этом же нет никакого смысла!
– Нет, – согласился он с тяжелым вздохом. – Никакого.
– Я просто с ума схожу, – признался я, кусая нижнюю губу. – Все время думаю: а что, если бы он обернулся, когда мы были в коридоре? – Меня снова пробрало дрожью. – Что бы, на хрен, тогда случилось с этими детьми…
– Но этого не случилось, потому что ты их оттуда вывел, – напомнил мне Гибси. – И все в безопасности.
– Она тоже их вывела. – Я повернулся к нему лицом. – Она помогла мне, понимаю, конечно, что звучит отстойно, но она это сделала. Она как будто хотела, чтобы я их увел. А когда я их увел, она просто развернулась и пошла к нему. Она… пожертвовала собой ради детей. Ради меня…
– Жесть… – прошептал Гибси.
– Да, – кивнул я. – Жесть.
Мы еще несколько минут сидели молча, потом наконец Гибси поднялся и подошел к лесенке.
– Я лучше вернусь, – сказал он. – Моя мама, пожалуй, уже кипит.
– Гибс?
– Да?
– Не уезжай пока, ладно?
Он постоял, держась за деревянные перила, и я видел, как разные эмоции пронеслись по его лицу. Наконец он вернулся и сел рядом.
– Знаешь, если ты хотел встретить вместе со мной рассвет, мог бы так и сказать, – прошептал он, толкая меня плечом.
– Да, – выдавил я глухой смешок. – Так оно и есть.