ШАННОН

– У нас прекраснейшая жизнь, девочки! – провозгласила Клэр, вываливая на кровать покупки. – Время превращений!

– Нет, – проворчала Лиззи, падая на кровать полностью обессиленная. – Забудь. Я сегодня уже ничего не хочу делать.

– Нет, хочешь! – весело прощебетала Клэр. – Мы сейчас будем преображаться, и ты тоже, брюзга в штанах!

– Клэр! – сердито заговорила Лиззи. – Ты таскала нас по всем магазинам города семь часов! Я выдохлась!

– Я вроде как согласна с Лиззи. – Сев на пол, я сняла кроссовки и потерла ступни. – И уже семь вечера, и я по-настоящему устала.

И я хочу увидеть Джонни…

– Ну вот еще! Я не для того истоптала весь Корк, покупая все это барахло, чтобы оно просто так пропадало! – сердито заявила Клэр, притопывая ногой. – Вы обе сейчас займетесь макияжем, и вам обеим это понравится!

Обреченно вздохнув, я встала и кивнула.

– Ладно, согласна.

– Вау! – воскликнула Клэр, хлопая в ладоши. – Спасибо, Шаннон!

– Предательница, – пробормотала себе под нос Лиззи.

– Вот ты и начнешь первой, – решила Клэр, хитро усмехаясь. – А я начну вот с этой моноброви.

– У нее нет моноброви, – хихикнула я, роясь в куче покупок на кровати.

– Да, у меня нет моноброви, но она получит в лоб, если подойдет ко мне с пинцетом, – огрызнулась Лиззи.

– А зачем нам бритвы? – спросила я, беря упаковку лезвий и флакон пены.

– Затем, что мы подстрижем кустики, – оживленно ответила Клэр. – Там, внизу.

– Только сунься с бритвой к моему лобку, я тебя зарежу, – предупредила Лиззи. – И я не шучу.

– Отлично, – возразила Клэр. – Ты такая дикая, что тебе понадобится весь пакет для усмирения!

Лиззи закатила глаза и показала Клэр средний палец.

– Ну… – Я с опаской посмотрела на упаковку бритв. – Не уверена, что это такая уж хорошая идея.

– Это ужасная идея! – заявила Лиззи. – И вообще не стоит там брить. Для этого есть воск.

– Ну, я не могу позволить себе воск, – буркнула Клэр. – Я не миллионерша, Лиззи.

– Значит, собираешься изувечить себя дешевыми бритвами по фунту за штуку?

– Они стоят два евро! – возразила Клэр.

– В магазине «Все за фунт», – саркастически уточнила Лиззи.

– Ну почему ты все хочешь испортить? – возмутилась Клэр, уставившись на Лиззи. – Предполагалось, что мы повеселимся и сблизимся.

– А ты когда-нибудь раньше брила там, Клэр? – спросила Лиззи.

Клэр нахмурилась:

– Нет.

– Ну, если бы ты пробовала, ты бы знала, что я не пытаюсь ничего испортить – я пытаюсь спасти вас обеих от жгучей боли, – протянула Лиззи. – Но как хотите, валяйте, скальпируйте себя. Только потом не прибегайте ко мне за помощью, когда будете ходить, как ковбои с запором.

– Ну, мне кажется, это отличная идея… – не сдавалась Клэр.

– Конечно, тебе кажется, – насмешливо откликнулась Лиззи. – Господи, ты такая бестолковая!

– Не обращай на нее внимания, Шан, – заявила Клэр, отворачиваясь от Лиззи и широко улыбаясь мне. – Мы сделаем это вдвоем.

– Даже не собираюсь, – засмеялась я. – Это странно, Клэр.

– Я не имела в виду, что мы вдвоем будем в ванной комнате, – огрызнулась она. – Мы по очереди.

– Ну, если вы планируете сыграть в Эдварда руки-ножницы с гениталиями, я лучше пойду домой и, может, еще успею к сериалу, – заявила Лиззи, сползая с кровати и направляясь к двери. – И держи под рукой аптечку, Шан, она тебе понадобится, – добавила она, выходя из комнаты.

Я вытаращила глаза.

– Аптечку?

Клэр закатила глаза.

– Да врет она!

– Ох, ну я не знаю, – растерянно пробормотала я.

– Давай! – подбодрила меня Клэр. – Рискни!

– Ты уверена?

– А почему нет? – Хитро усмехаясь, она пожала плечами. – Я даже первой начну.

Двадцать минут спустя раскрасневшаяся Клэр вышла из своей ванной комнаты, широко расставив ноги.

– Ванная свободна, Шан! – коротко бросила она, пихая мне в руки пену для бритья.

– Ох, боже! – задохнулась я. – Ты в порядке?

– Все отлично, – ответила она, скривившись и осторожно опускаясь на постель. – Твоя очередь.

– Клэр, я правда не уверена. – Я с подозрением смотрела на то, как она обмахивается. – У тебя такой вид, как будто тебе больно.

– Шаннон, я это сделала ради тебя! – Она прищурилась. – Теперь твоя очередь!

Я разинула рот:

– Нет, неправда.

– Да, ради тебя! – обвиняющим тоном заявила она. – Я стараюсь тебе помочь. Это мой ненавязчивый способ помочь.

– Что? – Я уставилась на нее. – Да как, черт побери, это может помочь мне?

– С Джонни, – пояснила она. – Ты же сегодня поедешь к нему, так?

– Да.

– Ну вот! – воскликнула она. – И зачем бы мне брить мою собаченьку? У меня нет парня!

– Твою собаченьку? – Я нахмурилась. – Ты называешь это собаченькой?

– Собаченька, киска, какая разница? – Она отмахнулась. – Суть в том, что мне это ни к чему. Никто не заглядывает в мои трусы.

– Ты обещала, что никому не расскажешь, – задохнулась я, краснея.

– Я и не говорила, – огрызнулась она. – Мы же одни.

Я резко выдохнула:

– Ну, думаю, ты врешь.

Клэр прищурилась:

– Не поняла?

– Ты меня слышала, – сказала я. – Думаю, Гибси очень даже знаком с твоими трусами.

– Ух! – Она схватилась за грудь и в ужасе уставилась на меня. – Неправда!

– Неправду говоришь ты, – возразила я. – И хочешь использовать мою вагину как прикрытие для своих ночных развлечений с парнем, который живет через дорогу.

– Нет!

– Я тебе не верю.

– Ну же, Шан! – умоляюще произнесла она. – Ты моя лучшая подруга. Ты не можешь оставить меня вот так.

Ух…

– Ладно. – Схватив одноразовые бритвы, я пошла в ванную. – Но если все пойдет не так, отвечать будешь ты.

– Удачи! – крикнула она мне вслед.

Учись говорить «нет», Шаннон.

В будущем просто говори нет»!

* * *

– Мне нужно кое-что тебе рассказать, – первое, что произнес Джонни, открыв дверь и втаскивая меня в дом.

Его волосы стояли дыбом, словно он миллион раз хватался за голову, и от этого он выглядел великолепно растрепанным. Схватив меня за руку, он помчался по коридору прямиком к лестнице.

– Все плохо, Шан. – Он давился словами, волоча меня наверх. – Прямо херово, детка.

– Ладно, но сначала я должна тебе кое-что показать, – выдохнула я, морщась от неприятных ощущений, когда он, не снижая скорости, довел меня до спальни и захлопнул за нами дверь. – Все просто ужасно, Джонни, – хныкала я, снимая куртку. – Это худшее из худшего…

– Ох, у меня еще хуже, Шан, – пробормотал он, меряя комнату шагами. – Уж поверь. Просто безумно плохо.

– Можешь ты сначала просто посмотреть на меня? – попросила я, чувствуя себя на грани панической атаки.

– Я украл твоих братьев, детка! – выпалил он и тут же застыл. – Прости, – пробормотал он. – Я люблю тебя… – Морщась, как от физической боли, он добавил: – Пожалуйста, не уходи от меня!

– А? – Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать его слова, и лишь после того я разинула рот. – Что?

– Прости, ради бога, – простонал он, бросаясь на кровать. – Я сам не знаю, что на меня нашло, – добавил он, уткнувшись лицом в постель. – Я, вообще-то, не делаю такого, это скорее в манере Гибси…

– Моих братьев? – Я нахмурилась. – Моих младших братьев?

Джонни вскинул голову и медленно кивнул.

– Всех?

– Всех, – мрачно подтвердил он. – Но я их вернул.

Я в растерянности покачала головой.

– А мама знает?

– Нет… слава богу, – пробормотал он. – Джоуи приехал и забрал их до того, как она вообще заметила, что они исчезли.

– Он взбесился?

– Нет. – Джонни нахмурился. – Скорее, веселился.

– Погоди, погоди! – Я подняла руку, совсем ничего не понимая. – Они же сегодня должны быть у бабушки.

– Так и есть, – согласился Джонни, спрыгивая с кровати. – Так они и сказали, но твоя мать лежала в постели, Шан, а они были сами по себе. – Он снова принялся расхаживать по комнате, объясняя и размахивая руками. – Я как раз разговаривал с тобой, а потом увидел в окне малыша, и он просто смотрел на меня, и я, блин, не смог уехать. Он такой маленький, и у него такие большие щенячьи глаза. Вот я и забрал его, и двух других заодно – и со старшим, кстати, было труднее всего. Ну, в общем, я их отвез в «Макдоналдс», потом на игровую площадку… и я, в общем, уверен, что перекормил их, – но потом Гибси сказал, что выглядит, как будто я педофил. Я психанул из-за этого, отвез их к себе домой и передал на руки маме. – Он судорожно выдохнул с виноватым видом. – Ты на меня злишься?

– Слишком много данных, – пробормотала я, прижимая пальцы к вискам.

– Понимаю, – простонал он, запуская пальцы в волосы. – Ох.

– У тебя теперь проблемы?

Он остановился и нахмурился, глядя на меня.

– А?

– У тебя проблемы? – повторила я в страхе. – Ты уверен, что она не знает, что ты их увозил?

– Нет, никаких проблем, – ответил он, с опаской поглядывая на меня. – Джоуи сказал, они не проболтаются.

– Ох, слава богу… – выдохнула я, хватаясь за грудь.

– А ты злишься? – осторожно спросил он, подходя поближе.

– Нет, я не злюсь. – Я понимала, что мне нужно немножко времени, чтобы разобраться во всем, что он мне рассказал, или выяснить, почему мои братья не уехали к бабушке, или почему моя мать лежала в постели, когда должна была присматривать за ними, но я, честно говоря, не могла сосредоточиться ни на чем, кроме жжения в трусах. – Но мне, вообще-то, нужна твоя помощь.

В его глазах вспыхнула озабоченность.

– Блин, Шан, что случилось?

– Я тебе покажу, – пробормотала я, с беспокойством снимая кроссовки и расстегивая джинсы.

– Эй, эй, стоп! – предостерег Джонни, вскидывая руку. – Что это ты делаешь?

Я не остановилась.

Стыдливо вздохнув, я спустила джинсы и воскликнула:

– Спаси меня!

– Какого хрена ты с собой сделала? – задохнулся Джонни, вытаращив глаза.

– Побрила…

Он уставился на меня, разинув рот.

– Всё?

– Всё, – всхлипнула я, бессмысленно взмахивая руками. – И везде была кровь!

– Кровь? – в ужасе прохрипел Джонни. – Господи!

– У меня что, какая-то повышенная чувствительность кожи? – спросила я, в окончательной панике отбрасывая джинсы. – Помоги мне!

– Детка, – он поднял руки, – у меня – член. Тут я без понятия.

– Но это ведь плохо, да? – в тревоге спросила я. – По-настоящему плохо? Так ведь не должно выглядеть, нет? Все так жжет… я как будто в огне!

– Я не знаю! – воскликнул он, и его голос стал выше на пару октав. – Откуда мне знать?

– Просто потому, что ты видел их больше, чем я, – прохныкала я. – Так что говори прямо, Джонни. Это плохо?

– Ох, нет. Нет, вообще-то. Я хочу сказать… – Джонни нахмурился и потер подбородок. – Не настолько плохо.

– Только не ври мне! – предупредила я.

– Дай-ка мне рассмотреть все как следует…

Я с ужасом наблюдала за тем, как он приседает на корточки, чтобы рассмотреть как следует, а потом снова встает во весь рост и качает головой.

– Да, Шан, все довольно фигово.

– Я так и сказала! – проскулила я, натягивая трусы и начиная стонать, потому что жжение стало сильнее. – Никогда больше не стану слушать Клэр Биггс, – добавила я. – Дурацкие бритвы за фунт!

– Бритвы за фунт? – то ли рассмеялся, то ли простонал Джонни. – Ты вообще знаешь, что для таких дел есть специальные салоны и мастера?

– Да, ну… я стесняюсь, – выдохнула я, снова падая на кровать. – Как можно это показывать посторонним?

Он недоверчиво глянул на меня.

– Ты не в счет, – разволновалась я.

– Бедная моя киска, – со вздохом произнес Джонни, садясь на кровать рядом со мной. – Ты просто мясник!

Судорожно вздохнув, я упала на спину.

– Так больно!

Джонни, повторяя мое движение, тоже лег на спину рядом со мной.

– Знаю, малышка. – Он положил ладонь на мое бедро и утешительно сжал его. – Но все отрастет снова.

– А скоро, как ты думаешь?

Он повернулся ко мне лицом.

– Хочешь, побрею мошонку?

– Что? – Я ошалело уставилась на него. – Нет!

– Тогда перестань спрашивать меня о том, о чем я не имею понятия, – ответил он.

– Извини… – Я густо покраснела. – Я просто… ты же всегда все знаешь. – Хныча, я перевернулась на живот и прижалась лицом к одеялу: оно пахло стиральным порошком, которым всегда пользовалась его мать, и самим Джонни.

– Мне так неловко… – Я помолчала, а потом пожаловалась: – Так жжет… и теперь так уродливо выглядит…

– Нет, не уродливо. – Я почувствовала, как его рука скользнула по моему заду. – Мой член сейчас стоит по стойке смирно.

– Не понимаю, как такое может быть, – с болезненным стоном ответила я. – Это ужасно…

Застонав при мысли о том, что я сотворила со своим несчастным телом, не говоря уж о безумном жжении между ног, когда трусы касались нежной плоти, я прошептала:

– Не представляю, как мне снова надеть джинсы… – Скривившись, я добавила: – Или снова посмотреть тебе в глаза…

– Штаны мне не нравятся, – засмеялся он, продолжая гладить мои ягодицы. – Ну же, Шан, посмотри на меня!

Я покачала головой.

– Не могу.

– Нет, можешь! – уговаривал меня он, проводя пальцами по моим бокам. – Если не хочешь повернуться ко мне, буду тебя щекотать.

Я легла на бок и украдкой взглянула на него.

– Привет…

– Итак… – Он наклонился и прижался губами к моим губам. – Можешь ты объяснить, зачем побрилась?

Я поежилась от стыда:

– Я не знаю…

Он повел бровями:

– Большие планы?

– Ох…

Я хотела снова уткнуться в одеяло, но Джонни поймал мои губы.

– Я сильно обгорел на солнце, когда прошлым летом ездил на соревнования, – сказал он, потираясь носом о мой нос. – И у меня до сих пор лежит в ванной крем с алоэ вера. – Он еще раз поцеловал меня. – Он может немножко охладить жжение.

Я покорно вздохнула и кивнула.

– Спасибо…

– Не за что. – Чмокнув меня в нос, Джонни сполз с кровати и быстро ушел в ванную, чтобы через мгновение вернуться с маленькой бутылочкой мази.

Открутив крышку, он дал мне в руки бутылочку и залез на кровать, а потом потянулся к моим трусам.

– Что ты делаешь? – задохнулась я, машинально приподнимая бедра, когда он потянул трусы вниз. – Джонни?

– Спасаю тебя, – с усмешкой ответил он. – Сама-то помнишь «Спаси меня, Джонни, пожалуйста, спаси меня»?

– Да, но…

Забрав у меня бутылочку, он капнул немного алоэ вера себе на пальцы и опустил руку.

– Ох, боже мой… – облегченно прошептала я, когда прохладный гель приглушил огонь. – Потрясающе!

Придвинувшись ближе, Джонни наклонился над моими бедрами и осторожно подул на мою обнаженную кожу. У меня даже перехватило дыхание; мне пришлось напрячь все мышцы, чтобы не дать бедрам двинуться навстречу ему. Поглядывая на меня сквозь густые ресницы, он продолжал дуть на нежную кожу.

– Хватит? – хрипло спросил он наконец, прежде чем легонько поцеловать горящее место. – Или еще?

Тяжело дыша, я села и вцепилась в его футболку.

– Сними ее…

Его синие глаза вспыхнули, когда он стянул футболку.

Нервно дыша, я закинула руки над головой, не сводя с него глаз.

– А теперь мою.

Не говоря ни слова, Джонни наклонился надо мной и мгновенно сдернул с меня футболку и тут же завел руки мне за спину, чтобы расстегнуть бюстгальтер. Он с почти пугающей скоростью справился с застежкой, но, когда он снял с меня лифчик и бросил его на пол, мне уже было все равно.

Упав назад, я потянула его на себя, впившись в твердые мышцы его спины. Джонни подчинился, навис надо мной, а я раскинула ноги, приглашая его.

– Как ты отлично выглядишь в моей постели! – Схватив мои бедра, он прижал меня к себе, громко застонав, когда наши тела соприкоснулись. – Когда лежишь на спине, – добавил он, – раскинув ноги…

И тут же крепко поцеловал меня.

Я со стоном закрыла глаза и обняла за шею, прижимаясь к нему. Его тело было таким приятным, и настоящим, и правильным… И его губы были везде – на моей шее, на груди, животе… Я ощущала его всей своей кожей, и все равно мне было мало. Беспомощно дергаясь, я вскрикнула, когда его палец скользнул в меня, делая уже нараставшую внутри боль почти невыносимой. Держась за его плечи, я раскачивалась под ним, желая всего, что только он мог дать мне.

– Плохая идея, – хрипло пробормотал Джонни, прежде чем снова впиться в мои губы; его язык сражался с моим почти яростно. – Я должен остановиться, – шепнул он, все быстрее двигая пальцем внутри меня. – Хуже не бывает…

– Мне нравятся твои плохие идеи, – прошептала я, хватаясь за пояс его треников. – Не останавливайся… – Когда он не сделал даже попытки остановиться, как обычно, я спустила его штаны немного вниз. – Я хочу тебя…

Он зарычал и погрузил язык мне в рот, приподнявшись на локте, чтобы я могла стянуть его штаны с эрегированного члена.

– Я тебя охренически люблю, – шептал он, отбрасывая треники в сторону.

Сердце билось уже в горле, когда я провела ладонью по его боксерам и ощутила, какой он толстый и длинный…

– Ты огромный… – Я дышала тяжело и быстро. – Реально очень большой…

– Черт, не говори так! – Он осыпал поцелуями мою шею. – Я же взорвусь!

– Но ты такой и есть… – Я раскачивалась под ним, и уже знакомая волна наслаждения пронеслась по моему телу. – И я хочу…

Закрыв глаза, я снова качнулась, и волна поглотила меня, облив огнем мою кожу, заставив все мышцы сжаться в бешеном спазме.

– Джонни…

– Тсс…

Прихватив зубами мою нижнюю губу, он мягко потянул ее, потом сунул язык мне в рот, двигая пальцами в одном ритме с языком, пока мое тело медленно расслаблялось под ним.

– Не волнуйся… – шептал он, переходя губами снова к моей шее. – Я держу член в трусах.

– Я не хочу, чтобы ты его там держал…

Он застыл.

– Что?

– Я хочу тебя.

Джонни на мгновение замер, потом приподнялся на локтях, чтобы посмотреть на меня.

– Ты это серьезно?

– Да.

Он изучал меня, и на лице отразилась неуверенность, когда его пальцы выскользнули из меня и потянулись к поясу черных боксеров от «Кельвин Кляйн».

– Ты уверена?

– Уверена, – кивнула я, чувствуя, как бешено бьется сердце. – Я хочу тебя всего.