Когда Даррен заехал на парковку Томмена чуть позже восьми сорока пяти, я казалась себе извращенкой-сталкершей, поскольку молча и безуспешно высматривала знакомую «Ауди А3». Сердце упало, и я сжалась на сиденье, желая лишь одного – раствориться в прозрачном воздухе.
– Как ты думаешь, чего Тайг хотел бы на день рождения? – спросил Даррен, объезжая стоянку кругами и выискивая свободное место. – Это уже в пятницу, а я без понятия, что ему купить.
– Не знаю. – Похолодев, я смотрела в окно машины и чувствовала, как усиливается моя тревога с каждым учеником, входящим в главное здание Томмена. – Спроси у Тайга.
– Я спрашиваю тебя, – тихо откликнулся Даррен.
– Бутсы, – пробормотала я, с трудом сосредотачиваясь. – Непохоже, чтобы он вообще чего-то ждал. – Меня мутило; ладони повлажнели. И мне на затылок словно кто-то положил кубик льда.
– Хорошая идея.
Дыши, Шаннон.
Просто дыши…
– Хочешь, пойду туда с тобой? – Даррен наконец нашел, где поставить машину. Заглушив мотор, он отстегнул свой ремень и повернулся ко мне. – Я могу, мне не сложно.
Я резко повернулась к нему, раскрыв от ужаса глаза.
– Ты вообще помнишь среднюю школу?
– Ну, я не совсем уж старый, – усмехнулся он.
– Тогда ты должен знать, что последнее, чего людям хочется, – это чтобы их провожал старший брат, – выдавила я. – Типа никогда в жизни.
Даррен улыбнулся.
Я осторожно всмотрелась в него.
– Что?
– Ты назвала меня старшим братом.
– Ну да. – Я вздохнула и откинула голову назад. – Ты такой и есть.
– Просто было приятно слышать.
Его слова тяжело повисли в воздухе, как камень на моей шее. Я не хотела так с ним обращаться. Только не этим утром. Только не тогда, когда я была слишком близка к тому, чтобы попросить его развернуть машину и отвезти меня домой.
– Мне надо идти, – прошептала я, смиряясь и не сводя глаз с потока учеников, входящих в разные корпуса колледжа.
Ты можешь это сделать.
Ты точно справишься!
– Я приеду в четыре, – сказал Даррен, когда я открыла дверцу и шагнула под дождь. – Постараюсь припарковаться где-то здесь же, ладно?
Кивая, я схватила рюкзак.
– Спасибо, что подвез.
– Шаннон?
– Да?
– Удачи.
Да, она мне понадобится.
Захлопнув дверцу машины, я забросила на плечо рюкзак и пошла во двор на деревянных ногах и со взвинченным рассудком. Чем ближе я подходила к главному зданию, тем труднее было ровно дышать. Я психовала и с каждым шагом приближалась к настоящей панической атаке.
Мысленно уговаривая и подбадривая себя, я опустила голову, не обращая внимания на взгляды и шепотки, и поспешила войти внутрь. Я была дезориентирована, и даже тепло, лившееся от радиаторов, не могло растопить лед в моих венах, пока я быстро шла по коридору, отчаянно желая поскорее найти Клэр и Лиззи.
– Привет, Шан! – окликнул меня знакомый голос.
Я обернулась и увидела Шелли, девочку из нашего класса; она махала мне рукой от двери туалетной комнаты. Улыбка сразу соскользнула с ее лица, когда она меня разглядела.
– Ох, боже… – прошептала она. – Так это правда, что ли?
– Возможно, – пробормотала я.
– Я просто думала… в смысле, когда я услышала, как девочки говорят об этом в туалете, я просто предположила… – Она закрыла рот и долгое мгновение просто смотрела на меня. – Черт, подруга… – выдохнула она наконец. – Мне так жаль…
– Не знаешь, где Клэр? – тихо спросила я. – Или Лиззи?
– В кабинете у мистера Туми. Он вызвал их обеих, как только они пришли. Они там уже сто лет. – Шелли поморщилась. – Наверное, из-за тебя.
– Ох… – Я какое-то время стояла на месте, гадая, что можно на это сказать, но решила, что говорить тут нечего, и пошла дальше.
Я собиралась сбежать в общую гостиную третьего года и сидеть там, пока не начнется первый урок, но у моих ног были другие планы. Сердце забилось, когда я свернула со знакомого маршрута и пошла по коридорам, где никогда не ходила, – к крылу пятого года обучения.
Я услышала ее раньше, чем увидела.
– Уйди на хер с моей дороги, шлюха!
Грубо оттолкнув меня, Белла неслась по коридору – я никогда не видела, чтобы девушка на каблуках шесть дюймов[19] практически бежала.
Пошатнувшись от столкновения, я оперлась рукой о стену и, тяжело дыша, посмотрела ей вслед.
– Это все ты, ты виновата! – крикнула она через плечо, прежде чем исчезнуть в другом коридоре. – Жизнь мою разрушила!
По какой-то непонятной и крайне нездоровой причине я почти почувствовала себя лучше, как будто с плеч сняли груз. Хотя бы временно. Потому что я знала, что разборка состоится. Я знала, что Белла намерена что-то сделать.
Девушки вроде Беллы Уилкинсон все на один манер. Они злятся на весь мир и просто не могут оставить все как есть. В случае Беллы этим всем был Джонни, и взгляд, который она бросила на меня в тот день в автобусе, показал мне, что я на линии огня.
«Ты пережила кое-что похуже, чем злобную девицу, – напомнил мне тихий голос в голове. – И через три года она станет просто точкой на твоем радаре».
Осознав это, я выпрямила спину и пошла дальше к крылу пятого года. Я придумала целую речь, только она вылетела из памяти в то самое мгновение, когда я заметила его, – он прислонился к своему шкафчику, скрестив руки на груди, окруженный маленькой армией одноклассников. Я мгновенно узнала четверых парней – Гибси, Патрик Фили, Пирс О’Нилл и Хьюи Биггс. Товарищи по команде.
Все они смеялись над тем, что говорил Гибси. Джонни широко улыбался, на щеках играли ямочки, и я могла лишь воображать, что такого говорил Гибси, привлекая его внимание и размахивая, как обычно, руками.
Волосы Джонни восхитительно растрепались, и я была почти уверена – нет, я знала, – что именно в таком виде он проснулся утром; глаза его весело блестели.
Потом Гибси и Хьюи подрались, и Хьюи сбил Гибси на пол и навалился на него, а остальные смотрели и смеялись.
Застыв на месте, я наблюдала за ними, видя, каким беспечным выглядит Джонни в компании игроков команды и друзей, и от этого мне стало грустно.
«Он никогда не бывает таким с тобой, потому что ты не делаешь его счастливым. Ты никогда не смогла бы. От тебя одна неразбериха, – твердил назойливый голос в моей голове. – Привыкай смотреть на него издали, Шаннон, потому что скоро он уйдет. Он станет звездой. Смотри на него, он уже блистает так ярко, так ослепительно…»
Растеряв всю свою храбрость за один нервный вздох, я быстро развернулась, желая сбежать… и создать необходимое расстояние между моим сердцем и парнем, который им владел.
Это было уж слишком: мои чувства, толпа, эта школа, моя жизнь…
– Шаннон!
Не останавливайся, может, это не он.
– Шаннон «как река», подожди!
Ошиблась…
Я застыла посреди коридора спиной к нему, решая, то ли притвориться, что я его не услышала, то ли убежать? Трусиха во мне предпочитала второе, но я заставила себя просто стоять, дышать и рассуждать…
«Ты не хочешь убегать от Джонни, – мысленно приказывала я себе, – это глупо. Ты не боишься его».
– Планируешь меня игнорировать?
Теперь его голос был ближе, намного ближе, и, когда я почувствовала, как его пальцы скользнули по моей спине, я задрожала.
– А…
Глубоко вздохнув, я повернулась и приклеила на лицо самую яркую улыбку, какую только смогла изобразить.
– Привет, Джонни…
Джонни нахмурился; в синих глазах появилась растерянность, когда он рассматривал меня. Господи, какой он красивый… Мне было трудно сосредоточиться, глаза сами собой устремлялись к его губам – к губам, с которыми я так близко познакомилась…
– Привет, Шаннон, – без улыбки ответил он.
– К-как дела? – нервно спросила я.
– Нормально. А ты как себя чувствуешь?
– Нормально… – Моя улыбка погасла, когда я увидела его грозное лицо. – Что-то не так?
– Ты убегала, – ответил Джонни с болью в голосе. – От меня.
– Ох, нет, я просто… мне нужно было… ну, я имею в виду, да, я подумала, что лучше… – Шумно выдохнув, я ссутулилась. – Да…
Его взгляд смягчился.
– Да – в смысле убегала или нет?
– Я… ну… – Я сморщилась, чувствуя себя буквально раздетой. Он спрашивал прямо, как всегда. – Я, вообще-то, не уверена.
По его губам скользнула чуть заметная улыбка.
– Ты не уверена в чем?
– Хотел ли ты, чтобы я к тебе подошла прямо здесь. Я хочу сказать, я не знала, хотел ли ты меня увидеть… или поговорить. После того, что произошло с моей мамой, и я просто… я сомневалась, захочешь ли ты вообще со мной разговаривать. – Я снова неровно выдохнула, ненавидя себя за то, что запиналась на каждом слове. – Я не знала, чего ты хочешь. – Я опустила голову. – Я и сейчас не знаю, – чуть слышно уточнила я. – Чего ты хочешь.
– Так спроси меня.
Подавив желание убежать и спрятаться, я заставила себя поднять голову и посмотреть на него.
– А?
– Если хочешь знать, чего я хочу, спроси меня, – повторил Джонни, придвигаясь ближе ко мне. – Все, что тебе нужно, – это спросить меня. – Его рука мягко взяла меня под локоть. – И я тебе скажу.
У меня закружилась голова, когда я выдавила:
– Чего ты хочешь, Джонни?
– Для начала я хочу, чтобы ты смотрела мне в глаза, когда разговариваешь со мной, – ответил Джонни и взглядом синих глаз проделал во мне дыры такой глубины, что я даже усомнилась, затянутся ли они когда-нибудь. – Второе – я хочу, чтобы ты перестала беспокоиться о том, что не в твоей власти. Вроде Даррена и твоей мамы.
– Но ты не вернулся, – выпалила я, а потом отчаянно покраснела, прежде чем дать задний ход. Мое сердце заколотилось, тело задрожало от тревоги и возбуждения. – Извини… Я не имела в виду, что ты должен был вернуться или что-то в этом роде, я и не ожидала, что ты все бросишь ради меня. Я знаю, ты очень занят, у тебя физиотерапия, реабилитация…
– Я не вернулся потому, что не мог, Шаннон, а не потому, что мне так велела твоя мама или я не хотел тебя видеть, – пояснил Джонни с горечью в голосе. – Я не мог вернуться, потому что физически был не способен до тебя добраться. Мне все еще нельзя водить машину, а мама не спускает с меня глаз. Они даже Гибси прогнали, видит Бог. Но я хотел. – Он вздохнул. – Блин, я охренеть как хотел тебя увидеть.
С плеч словно свалился огромный груз. Всю неделю я не могла спать, почти не могла есть, и все потому, что буквально захлебывалась в своих чувствах и в неуверенности. Неизвестность приводила меня в ужас. Не знать, в каких я отношениях с Джонни, было еще ужаснее.
– Ох…
– Я пытался тебе позвонить, – грубовато добавил Джонни. – Каждый день посылал сообщения.
– Батарейка села, – сообщила я, чувствуя сильное головокружение. – А зарядить было нечем.
– Села батарейка… – Джонни вздохнул вроде бы с облегчением. – Ну, тогда понятно.
– Она меня ненавидит? – спросила я, слабея. – Твоя мама?
– Нет, Шан, ничего подобного, – ответил он. – Не думаю, чтобы на этой планете нашелся человек, способный тебя ненавидеть.
– Но?..
Он поморщился:
– Моя мама просто…
– Она просто что? – Пульс снова зачастил, пока я в страхе ждала, что он скажет дальше.
– Волнуется, – пояснил наконец Джонни. – Мои родители не хотят, чтобы я появлялся в твоем доме. Они считают это плохой идеей.
Мое сердце упало.
Ох, боже, ты – плохая идея.
Его родители считают тебя плохой идеей для него, Шаннон.
Я так прикусила нижнюю губу, что удивилась, почему не ощущаю вкуса крови.
– Прости… – Совершенно растерявшись, я нервно сжала руки. – За все это…
Джонни протянул ко мне руку и поправил мои волосы.
– Сделаешь одолжение?
Кивая, я удержалась от того, чтобы прижаться щекой к его ладони.
– Конечно…
– Можешь ты не прятаться в этой своей раковине каждый раз, когда мы расстаемся на несколько дней?
Я сглотнула и уставилась на него.
– В моей раковине?
– Да, в раковине, – подтвердил он. – Не поступай так со мной, Шаннон, не отгораживайся от меня. Дарить мне себя, как в те выходные, а потом снова отбирать. Я тот же самый, что и в ту ночь в моем доме… я тот же самый, что и каждый раз, когда мы были вместе. Так что не возводи стену между нами, раз уж ты позволила мне через нее перелезть.
– Я… я и не замечала, что делаю что-то такое, – призналась я.
– Ты и сейчас это делаешь, – ворчливо подтвердил Джонни. – Ты постоянно это делаешь.
– Я… – Качая головой, я беспомощно пожала плечами. – Извини…
– Нечего извиняться, – сказал он. – Просто начни доверять мне, хорошо?
– Я доверяю тебе, Джонни, – выговорила я, энергично кивая и отчаянно желая, чтобы он это понял. – Но они, наверное, правы. – Во мне снова поднялась волна неуверенности. – Твои родители, я о них. – Выдохнув, я потерла лоб и пробормотала: – Насчет того, что это плохая идея.
– Они ошибаются, – поправил меня Джонни так серьезно и уверенно, что это меня успокоило. – А я прав.
– Прав насчет чего?
– Я прав насчет тебя.
Ох, боже…
– Но я действительно плохая идея для тебя, Джонни, – дрожащим голосом произнесла я. Мне было нужно, чтобы он меня услышал; я показывала ему путь к отступлению, он мог им воспользоваться. – От меня сплошные проблемы.
– Мне нравятся твои проблемы, – возразил он, еще сильнее придвигаясь.
– У меня такая сложная жизнь.
– Я хочу, чтоб было сложно.
Воздух толчком вырвался из моей груди.
– Хочешь?
Он медленно кивнул.
– Ты спросила, чего я хочу. Я много чего хочу, но коротко – просто хочу тебя. – Пожав плечами, он добавил: – И я вроде как надеюсь, что ты вот-вот скажешь, что тоже меня хочешь. – Он нервно засмеялся. – Или я просто изображаю из себя идиота посреди школьного коридора…
– Я тоже, – выпалила я и тут же поморщилась. – Тебя… – Тряхнув головой, я повторила попытку: – Я тоже тебя хочу.
– Да? – Он просиял и облегченно расслабился. – Спасибо, блин, за это.
– И я скучала по тебе, – с трудом произнесла я, стараясь донести до него то, что было в моей голове, потому что по меньшей мере хотела, чтобы он знал, как я тосковала. – Ужасно, – добавила я, выражая еще немного доверия. – Ну просто очень.
– Да… – Крепче сжав мой локоть, Джонни притянул меня к себе. – Очень сильно?
– Охрененно сильно, – прошептала я.
– Охрененно сильно? – Усмехнувшись, он склонил голову набок. – Звучит угрожающе.
– Так и есть. – Я энергично кивнула. – Очень.
Джонни с улыбкой опустил голову к моему лицу.
– Думаю, я воспользуюсь шансом, – прошептал он и коснулся губами моих губ.
Одно легкое прикосновение, второе – чуть более ощутимое, а потом… ох, боже!
Его язык ворвался в мой рот, прижался к моему языку, и у меня остановилось дыхание, глаза закрылись…
Мои руки действовали сами по себе, пальцы вцепились в его синий школьный джемпер, когда я отвечала на его поцелуй всем, что во мне накопилось. Все, что было у меня в этот момент, я отдавала ему, не желая и не будучи в силах сдерживать чувства, рвавшиеся наружу и направленные только на него.
Я знала, что нас могут видеть, мы ведь стояли посреди коридора, и его одноклассники были меньше чем в десяти футах от нас, но теперь мне было плевать. Я слышала звонок, звавший в классы, я даже слышала голоса вокруг нас: кто-то окликал Джонни по имени, кто-то весело свистел, – но я не находила в себе силы воли, чтобы оторваться от него. Я не находила в своем сердце тревоги.
Джонни одной рукой держал меня за локоть, сильно прижимая к своей груди, а свободной рукой гладил мои волосы и удерживал на месте, каждым движением своего языка давая понять, что ему действительно нравятся мои проблемы.
Ох, боже…
Звонок зазвенел снова, и после того нас окружила внезапно наступившая тишина.
Дрожа, я цеплялась за Джонни, стараясь справиться с сердцебиением. Давление в моей груди было почти невыносимым, и я задохнулась, одновременно желая и продолжения, и остановки, чтобы перевести дыхание. Я не могла сдержать то, что разрасталось во мне. Я не могла удержать свое сердце в узде, оно рвалось прямиком к Джонни.
– Погоди, погоди, погоди… – Прервав поцелуй, Джонни, тяжело дыша, внимательно посмотрел на меня. – Ты ведь теперь моя девушка, так?
Слегка одурев, я изогнула шею и посмотрела на него снизу вверх.
– А?
– Моя девушка, – повторил он, слегка нервничая. – Да?
– А… я… я…
– Потому что я никогда прежде такого не делал. – Он окинул взглядом пустой коридор, прежде чем снова посмотреть на меня. – И мне нужно знать, в каких мы отношениях.
– Ох… – Я беспомощно пожала плечами. – Да и я тоже.
– Блин, прости… – Он еще раз нервно вздохнул и выглядел при этом мучительно беззащитным. – Так что?
О чем он спрашивал? Хотел, чтобы я подтвердила, что я его девушка, или просил быть его девушкой? Или он спрашивал, не думаю ли я, что стала ею? Ох, боже, я ничего не понимала, мой мозг кипел, сердце опасалось принять решение из страха, что я все поняла неправильно.
– Я не знаю… – наконец ответила я с бешено колотящимся сердцем. – А это так?
Джонни коснулся пальцами моей щеки, легонько, как перышком.
– Я прямо до хрена надеюсь, что так.
– Да? – Огромное облегчение затопило меня изнутри, и я прошептала: – Я тоже…
– А я весь твой. – Он усмехнулся; его рука скользнула от моего локтя к ягодицам и легонько сжала их, после чего Джонни сделал шаг назад и отпустил меня. – Просто чтобы ты знала, в каких мы отношениях.
Я едва не потеряла сознание.
– Ла… ладно.
Джонни принялся выдергивать из-под пояса рубашку, чтобы с ее помощью скрыть весьма впечатляющую возвышенность на серых школьных брюках.
– Я, вообще-то, должен сейчас быть на уроке бухучета с Дойлом, но совершенно не представляю, как бы я сосредоточился на всех этих таблицах, – скривившись, сообщил он. – А ты на что опоздала?
– Я… э-э… – Тряхнув головой, я попыталась что-то сообразить, но мой взгляд возвращался к откровенной эрекции Джонни. – Наверное, на математику.
Проследив за моим взглядом, Джонни с глуповатым видом пожал плечами.
– Это… ну да, это, пожалуй, постоянно будет случаться, когда я с тобой, – объяснил он, чуть заметно качнув головой. – Но ты просто знай, что я ничего такого… Просто не обращай внимания, и все будет в порядке.
А если я не хочу не обращать внимания?
– Ладно, – хрипло согласилась я. – Я понимаю.
Чувствуя себя так, словно земля в очередной раз уходит из-под ног, я смотрела, как Джонни с трудом вернулся к своему шкафчику, забросил на плечо лямку рюкзака и схватил костыль, прежде чем вернуться ко мне.
– А ты разве не должен опираться на него? – спросила я, когда он обнял меня за плечи и повел обратно, к крылу третьего года, бесцельно вертя в другой руке металлический костыль, как дирижерскую палочку.
– Он меня затормаживает, – признался Джонни, крепче прижимая меня к своему боку.
– И это хорошо, – негромко ответила я, останавливаясь перед дверью своего класса. – Потому что тебе полагается не спешить, Джонни.
– Так вот что значит иметь девушку? – поддразнил меня Джонни, но, к счастью, поставил костыль на пол. – Ты будешь мной командовать и указывать, что я должен делать?
– Нет. – Я покраснела. – Я просто говорю, что костыль тебе дали не просто так.
– Да, я знаю. – Он наконец отпустил меня и повернулся ко мне лицом. – Послушай, я хотел тебя спросить, как у тебя дела дома, но как-то забыл.
При упоминании о доме я опять напряглась.
– Папы все еще нет, – тихо ответила я. – Если ты об этом.
– Никаких вестей?
Я пожала плечами:
– От полиции – нет.
– Вот дерьмо… – Джонни разочарованно вздохнул. – А ведь уже больше двух недель прошло. Какого хрена они до сих пор его не нашли?
– Да все в порядке… – При мыслях об отце напряжение стало нарастать. – Я не жду никаких чудес.
– Нет, все не в порядке, – горячо возразил Джонни. – Но с тобой все будет хорошо.
– Да. – Содрогнувшись, я шагнула ближе к нему, в его объятия, прижалась лбом к его груди. – Может, и будет.
– Можем мы чем-нибудь заняться сегодня после уроков? – спросил он, прижимаясь щекой к моим волосам. – Можешь пойти ко мне?
Боже, мне так хочется…
– Нет.
– Нет? – Он уставился на меня. – Это потому, что ты думаешь, будто мои родные не хотят видеть тебя в доме, Шаннон?
– Даррен за мной приедет, – неохотно объяснила я. – Похоже, он теперь собирается привозить меня в школу и забирать.
Проворчав что-то, Джонни опустил руки мне на поясницу и прижал меня к себе.
– Вот говно, ненавижу это.
Закрывая глаза, я просто стояла рядом с ним, вся в напряжении.
– Мне жаль…
– Не говори так, – заявил он, поглаживая меня по спине. – Все будет хорошо. Я набираюсь сил. Я хожу на физио и прочую херь. На следующей неделе мне вернут машину и все станет проще. – Он вздохнул и добавил: – Я буду стоять у них над душой как худший из ночных кошмаров, мать их!
– Мне жаль, что они так с тобой говорили, – выпалила я. – Это было совсем неправильно.
– Шан… не стоит об этом беспокоиться.
– Но я беспокоюсь.
– Я знаю, что тебе страшно, но мне-то нет, и я не волнуюсь, – мрачно ответил он. – Мне плевать, даже если я не нравлюсь всей твоей семье. И пусть! Меня интересуешь только ты, и я забочусь только о тебе.
– Ты нравишься Джоуи, – пискнула я.
Джонни усмехнулся:
– Да?
Я кивнула.
– А ему не нравится никто.
– Приятно знать, что меня одобряет старший брат, – хихикнул Джонни. – Ох да, чуть не забыл… – Сунув руку в карман, он достал дорогой на вид мобильный телефон, такой же, как его собственный, если не считать розового цвета. – Мой у тебя с собой? – спросил он, нажимая на экран розового.
– А… – Сунув руку под джемпер, я достала из нагрудного кармана его выключенный телефон и протянула ему. – Да, извини… э-э… спасибо еще раз, что дал попользоваться.
Джонни взял его и спрятал в карман, а потом вложил мне в ладонь розовый гаджет.
Я тупо уставилась на него.
– Это что?
– Это тебе, – ответил он.
Сняв с плеча рюкзак, он извлек из его переднего кармана зарядку и стал засовывать ее в мой рюкзак.
– Ч-что ты делаешь?
– Это тебе, – повторил он, не сводя с меня синих глаз. – Тут есть МР3, и я туда загрузил кучу песен для тебя. Он предоплачен, и я ввел номера – мой, Клэр, Джоуи и Гибси, но другие контакты тебе придется добавлять самой.
Я разинула рот, уставившись на него.
– Ты купил мне телефон?
– Тебе нужен телефон, а я пропустил твой день рождения. – Он пожал плечами так, словно не сделал ничего особенного, и сказал: – Так что в этом есть смысл.
– Ты меня угостил ужином в мой день рождения, – смущенно прошептала я.
– Да это были хлопья «Чериос», – проворчал Джонни, явно недовольный собой.
– И поджаренный сэндвич! – поспешила добавить я.
– Не напоминай! – простонал он.
– А когда ты купил телефон?
– На днях, после физио, – ответил он, осторожно посматривая на меня. – Ты на меня злишься из-за этого?
– Нет, я не злюсь, – с трудом произнесла я, снова чувствуя головокружение. – Но я не могу это взять. – Я посмотрела на телефон, который, как я прекрасно знала, должен был стоить не меньше двух сотен евро. – Это уж слишком. Слишком дорого.
– Он твой, – заявил Джонни. – Так что просто сунь его в карман и не пытайся отправить меня домой с розовым телефоном! – Усмехнувшись, он добавил: – Гибс не даст мне им пользоваться.
– Но ты не должен был делать это для меня…
– Я собираюсь делать очень многое для тебя, Шаннон. – Забрав у меня телефон, Джонни сунул руку мне под джемпер и положил его в карман рубашки. Его пальцы скользнули по моей груди, и я вздрогнула. – И я собираюсь покупать тебе кучу всякой всячины. – Он отступил на шаг, не сводя с меня глаз, и виновато пожал плечами. – Честно предупреждаю.
– Но мне не нужны подарки. – Я прижала ладонь ко лбу, взволнованная и тревожная: вес телефона в кармане грузом лег на совесть. – Я не из тех девушек, которые гоняются за тобой ради того, что можно от тебя получить. Я не Белла, – добавила я, взглядом умоляя его поверить мне. – Мне просто нужен ты.
– Я знаю, Шаннон, – ответил он, нахмурившись. – Блин, даже не думай ничего такого!
– Мне нечего дать тебе взамен, – с трудом произнесла я, повторяя то, что говорила ему на прошлой неделе, молясь, чтобы он по-настоящему услышал. – У меня нет ничего, чтобы подарить тебе.
– Ты можешь подарить мне звонок.
– Звонок?
Он усмехнулся:
– И прислать сообщение.
– Да будь ты посерьезнее!
– Я серьезен. – Он снова шагнул ко мне. – Я охренеть как серьезен с тобой.
Ох, боже…
– Мне нужно иметь возможность говорить с тобой. – Опустив руку мне на бедро, он притянул меня к себе. – Знать, что у тебя все в порядке. – Судорожно вздохнув, он сжал пальцы, вызвав во мне взрыв незнакомого желания. – Я не могу сидеть дома, не зная, что происходит в твоей жизни. – Его глаза потемнели, когда он добавил: – В твоем доме.
– Джонни…
– Я этого не вынесу, Шаннон, – прошептал он. – Ты не представляешь, как вся эта срань в голове мучает меня, – я не знаю, вернулся он или нет, в безопасности ли ты. Каждый раз, когда я думаю о том, что ты в том доме, я просто впадаю в панику. Я буквально довожу себя до безумия, представляя самые жуткие вещи, пока не увижу тебя снова.
– Но у меня теперь все в порядке, – поспешила успокоить его я. – В порядке.
– Возможно, – согласился он. – Но мне все равно нужна связь.
– По телефону, – дополнила я.
– Да. – Он неловко переступил с ноги на ногу. – Наверное, сейчас самое время сказать тебе, что я немного одержим всем, что люблю?
Снова это слово…
– Все в порядке, – пробормотала я.
– Нет, – возразил он. – Потому что раньше все было достаточно плохо, когда я пытался подавить это, но теперь я просто… – Он болезненно вздохнул. – Я просто хочу быть с тобой. – И почти безнадежно взмахнул рукой. – Все возможное время.
– Это может измениться, – осторожно произнесла я, потрясенная его словами.
– И не надейся.
Не беспокойся, не надеюсь.
– Как только мне вернут машину, мы сможем проводить больше времени вместе после школы, и, может быть, тогда я перестану быть таким долбаным параноиком, – продолжил Джонни. – Ты сможешь бывать у меня, уделывать меня в «Плейстейшн», или мы можем ездить в «Служанки». Все, что захочешь.
– Я просто не думаю, что твои родители захотят, чтобы я бывала в твоем доме, – призналась я, прикусив нижнюю губу. – Я знаю, ты по-другому думаешь, но я, честно, не верю, что им хочется, чтобы ты связывался со мной. И я их не виню, Джонни.
– Я не связываюсь с тобой, Шаннон. Я с тобой, – почти огрызнулся он. – И обещаю, что у моих родителей возражений не будет.
Ну да, конечно…
– Я серьезно, Шан, – добавил он, подхватывая пальцем мой подбородок, чтобы я посмотрела ему в глаза. – Ты им правда нравишься.
Я ему не поверила, ни единому слову, но не стала этого говорить. Вместо этого я почти искренне пробормотала:
– Они хорошие люди.
– Ты хороший человек, – тут же заявил Джонни, обжигая меня взглядом синих глаз. – Ты, Шаннон, хорошая, и мои родители, как и все остальные, это знают. И в особенности я. И не позволяй себе думать по-другому.
Я слегка растерялась.
– Боже, Джонни, мне просто хочется, чтобы мы могли…
– Идем, Шегги! – раздался голос Гибси, напугав меня и заставив отпрянуть от Джонни.
Через секунду Гибси показался на лестнице: он мчался вверх, перепрыгивая через ступеньку, как перевозбужденный лабрадор.
– Ох… привет, крошка Шаннон!
– Привет, Гибс, – робко ответила я, а потом посмотрела на Джонни. – Шегги?
Джонни устало вздохнул:
– Не спрашивай.
– А… – Я нахмурилась. – Все нормально?
– Отлично выглядишь, девочка! – заявил Гибси с добродушной улыбкой, прежде чем забросить себе на плечо рюкзак Джонни рядом со своим. – Противно прерывать воссоединение, но твоему парню пора тащиться в класс. – Его глаза светились волнением, когда он сообщил: – Чел, ты можешь ни хера не поверить, но миссис Мур согласилась с моей идеей!
Джонни уставился на Гибси и далеко не сразу понял, о чем речь, а потом разинул рот.
– Да ты шутишь!
– Вот как раз я охрененно серьезен! – Гибси буквально подпрыгивал на месте. – Я просил об этом несколько месяцев назад и уже думал, что меня задвинули из-за встречи с бывшими учениками перед Рождеством, но я ошибался. Меня услышали, чел! Все согласовано! Клянусь, сегодня лучший день!
– Их действительно приведут на беседу со старшегодками? – уточнил Джонни.
Гибси с жаром кивнул:
– Не благодари!
– Боже, – простонал Джонни. – Школа слетит с катушек!
– С какой идеей? – услышала я собственный вопрос.
Джонни посмотрел на меня очень серьезно:
– Ну, тебе лучше не знать.
– Их там три, приятель, – добавил Гибси, явно восторгаясь собой. – Три, Джонни! Черт побери!
– Три чего? – с любопытством спросила я.
– Медсестры, – пробормотал Джонни, потирая подбородок.
Я нахмурилась:
– Медсестры?
Джонни открыл уже рот, чтобы ответить, но Гибси его опередил:
– Это не просто медсестры! Это секс-сестры! – Подмигнув, он добавил: – И они совсем не похожи на тех, которые утром щупали твои яйца.
Я вытаращила глаза:
– А?..
– Боже, да это совсем не то, чем кажется! – На лице Джонни отразилась такая же растерянность, как и на моем. – И они не секс-сестры, ты, дубина! – добавил он с беспокойством. Проведя рукой по волосам, он прищурился и сказал: – Это обычные медсестры, которые просто работают в клинике сексуального здоровья.
– Я знаю, – весело откликнулся Гибси. – Не суетись.
Джонни приподнял брови:
– Ты вообще знаешь, для чего существует клиника сексуального здоровья?
– Я знаю, что они раздают бесплатные презервативы, леденцы на палочке и смазку, – радостно сообщил Гибси. – И это все, что мне нужно знать. – Хлопнув Джонни по плечу, он поспешил обратно к лестнице, крича: – Идем! Я уже все вытряхнул из своей сумки! Мы сегодня сэкономим целое состояние, мать его!
Я посмотрела на Джонни, который с выражением легкого ужаса на лице провожал Гибси взглядом.
– Как ты думаешь, что у него в голове?
– То, что делает его счастливым? – предположила я, пожав плечами.
– Хм… – Хмурясь, Джонни снова повернулся ко мне. – Послушай, может, ты хочешь пропустить и остальные уро…
– Скорей, Джонни! – заорал Гибси во всю силу своих легких. – Пропустим презентацию, чтоб тебя!
– Боже… – Скривившись, Джонни наклонился и поцеловал меня в щеку. – Уж лучше я пойду и… немного его обуздаю.
– Конечно. – Я кивнула и слегка покраснела, когда он погнался за другом. – Пока, Джонни.
– Пока, Шаннон, – откликнулся он через плечо. – Увидимся в обед, ладно?
– Да, – выдохнула я. – Увидимся в обед.
– Я не стану, кстати, – громко сказал Джонни, остановившись на середине лестницы и обернувшись. – Так что не беспокойся.
– Не станешь что?
– Набивать свою сумку.
Я открыла рот, чтобы сказать что-нибудь, но так и застыла.
Посмеиваясь себе под нос, Джонни исчез на лестнице, оставив меня с разинутым ртом.
Должно быть, я так и стояла добрых пять минут, потому что, когда я наконец опомнилась, мое тело было все деревянное, а ноги подгибались.
Я неохотно развернулась, сжимая лямку рюкзака, и заставила себя пойти в класс.