Конечно, Артур и Роза сразу же бросились к друзьям. Глаза Виолы сияли, она подтолкнула Люка:

– Расскажи им!

А сама, и слова не давая ему вставить, затараторила:

– Вот он кое-что заметил. И это такое облегчение! Я чувствовала, что-то не так с папой – в том смысле, что я пытаюсь его оправдать, придумать, что он нас не бросил и всё такое. Я рассказала сейчас Люку о маме, мы пытались понять, куда она ушла. И она сказала, что папа запретил ей говорить об этом. Но о чём, не объяснила!

– И? – Артур всё ещё не мог собраться с мыслями.

Виола заметила его блаженное выражение лица и подозрительно посмотрела на друзей. Потом хмыкнула и снова вернулась к теме разговора:

– Люк думает, что, может быть, мой папа не преступник! Может быть, он работает в органах безопасности!

– Какой безопасности? – Роза ещё ничего не поняла, но ей так понравилась мысль, что отец подруги может быть ни в чем не виноват!

– Ну я не разбираюсь в этом всём, – Виола замахала руками, – какие-то там агенты.

– Как в шпионских фильмах? – восхищенно уточнил Артур.

Слово взял Люк:

– Есть разные люди, которые работают на полицию и не только. Большинство обязаны хранить это всё в секрете. И я подумал, а вдруг папа Виолы на задании? Что, если он не просто так уехал в прошлом году? Я немного подслушивал папины разговоры с друзьями, когда был младше. Если человек подписал контракт, он должен хранить всё в тайне.

– А почему тогда он не придумал что-то для Виолы? – усомнилась Роза. – Работу новую, например.

– Я бы не поверила, – покачала головой её подруга, – что папа просто так уехал, да ещё и на связь почти не выходит, и домой не приезжает. А может быть, он всё это время готовился к заданию?

– Но какие у нас зацепки? Кроме непонятной фразы твоей мамы? – Артур хотел добраться до сути дела.

– Она сказала, что думала, что папа – наоборот. А потом замолкла, – объяснила Виола, – я не придала этому значения в тот момент, потому что нервничала из-за разговора. Но когда пересказала всё Люку, как будто со стороны увидела. Как будто в первый раз услышала! И ещё, что же там было?

Люк, к которому был обращен этот вопрос, сказал:

– Когда мистер Робертс спросил моего папу про отца Виолы – помните, мы подслушивали, папа ответил, что берёт это на себя. Но так нельзя! Это невозможно. Полицейский обязан быть беспристрастным. И он бы собрал всю информацию на папу Виолы тоже.

– Всё, я начинаю путаться. Виола, твоя тетрадка далеко? – спросил Артур, потирая виски.

Девочка метнулась в свою комнату, чтобы достать из тайника записи, которые вела каждый раз, когда Четвёрка занималась новым расследованием. А когда принесла, раскрыла её и положила на обеденный стол. Друзья сгрудились вокруг, изучая пометки Виолы. Вот как они выглядели:

«Проблема: похищены ящики с личными вещами Кристофера Ярелла (того самого).

Преступник: Кирк и ещё (папа?). Мистера Робертса запугали, ещё есть какие-то люди, работающие в околомузейной сфере.

Сложности: после признания Робертса родителям Артура и Розы устроили проблемы на работе. Про отца Люка не знаем, он молчит об этом.

Кто кого? Получится ли доказать, кто настоящие преступники?

Непонятно: зачем папе тот чердак?

Дата Икс: 16 сентября, когда должно быть открытие (приедет телевидение и какая-то проверка) и отсутствие экспонатов, прошедших по документам, заметит начальство мистера Робертса, целый зал пустой! А если выставка будет неполной, это поймёт сам Ярелл. Теперь уже точно, ведь он собрался приехать».

– Хм-хм, – вдруг сказала Роза, – я одного не пойму. Когда ты, Виола, ходила к Яреллу, он не знал, куда увезли его вещи. Не знал же? Или я путаю? С чего он теперь собрался в Трясину тогда?

Остальные резко выпрямились, ошарашенно глядя друг на друга.

– Он, кажется, думал, что выставка будет в столице, – задумчиво сказала Виола.

– А значит, кто-то сообщил ему, что вещи должны быть в Трясине… Но зачем? – спросил Артур.

– Он связался с помощником мистера Робертса. Кто вспомнит, как его зовут? Астон? – нахмурил лоб Люк.

– Остин, – поправила его Роза, – я запомнила, потому что он красивы…

Девочка запнулась, потом продолжила:

– Имя красивое.

Артур прищурился, Виола улыбнулась уголками губ, а смутившаяся Роза вдруг изменилась в лице:

– Слушайте… А откуда Остин узнал про вещи Ярелла? Отец Эмиля прятал их ото всех, потому что знал, что Кирк и его сообщник заберут их. А если Остин в курсе, значит, это он Яреллу и написал первый. Значит, собирался хоть как избавиться от мистера Робертса. Что бы он ни сделал, они и не думали оставлять его в покое!

По кухне распространился горелый запах, Виола бросилась к тостеру:

– Ой! Поставила на максимум нечаянно. Хлеб сгорел.

Тосты вылетели наружу с таким щелчком, что стоящая рядом Роза подпрыгнула и сказала не очень хорошее слово. Люк посмотрел на неё удивлённо и предположил:

– Кстати, а знаете, как сообщники Кирка могли узнать о нас и попытаться нас запугать? Ярелл мог рассказать Остину о тебе, Виола. У тебя внешность заметная. А сложить одно с другим им труда не составило. Значит, Остин связан с преступниками?

Артур продолжил:

– И они торопятся выставить мистера Робертса виноватым, мошенником. Если Ярелл будет на открытии и заявит, что его вещи пропали, поднимется огромная шумиха. Это добьёт карьеру мистера Робертса. А может, и здоровье. Вы спрашивали у Эмиля, как дела у его отца? И я нет. Стыдно. Сейчас напишу.

Мальчик достал смартфон и напечатал сообщение. Потом посмотрел на друзей:

– Надо поскорее рассказать кому-то про Остина. Наверное, твоему отцу, Люк?

– У меня сейчас голова от этого всего лопнет, – призналась Виола. – И теперь я переживаю, куда делась мама. Позвоню-ка я ей.

Через минуту девочка огорчённо сказала:

– Не берёт трубку…

Тишину прервал хруст – это Роза от избытка переживаний начала автоматически жевать подгорелый тост. Потом поморщилась, выплюнула его в салфетку и свернула её.

– Надо поскорее сообщить мистеру Новаку про Остина. И чтобы родители не ругали Люка, пойдём все вместе. И хорошо бы узнать, где твоя мама, Виол. Просто для спокойствия.

– Согласен, – сказал Артур, – пока не стало совсем поздно, сходим к Люку домой.

– Но меня мама попросила никуда не уходить, – огорчённо сказала Виола, – вдруг она вернётся домой, пока меня нет.

– Ты оставайся, – попросила Роза, – и напиши нам, если мама придёт.

– Что значит если? – жалобно уточнила Виола.

– Когда, конечно, когда! – улыбнулась её подруга. – Мы тоже напишем, как всё прошло.

– Не забудь закрыться на все замки, – сказал Люк.

И друзья втроём отправились к Новакам. Сумерки над Трясиной сгущались, и от этого клубы привычного тумана словно слегка сияли, собираясь клочками вокруг фонарей, медовый свет которых растекался по тротуарам.

Мама Люка даже не удивилась, когда увидела честную компанию на пороге.

– Проходите и вы тоже, – пригласила она, – всё равно Дэн решил, что сон для слабаков.

Из гостиной слышались голоса, и, к удивлению Артура, Розы и Люка, они обнаружили там маму Виолы. Тут же написали об этом в чат, чтобы успокоить девочку.

– Опять вы, – вздохнул мистер Новак, – пришли сообщить что-то важное?

– И как вы умудряетесь всегда быть в центре событий? – прищурилась его собеседница.

Друзья развели руками. Хотя ясно было как день, они сами лезли в новое расследование, старательно выискивая улики и крупицы необходимой информации. Сиди они дома, вряд ли столько всего происходило бы.

– Ладно, садитесь, – сказал отец Люка, – выкладывайте.

– Мы думаем, что помощник мистера Робертса, Остин, может быть связан с теми людьми. Ну, которые всё это мутят, – выложил Артур, – проверить бы его.

– Потому что Ярелл не знал, куда увезли его вещи. И почему Остин не удивился его письму? – продолжила Роза.

– Ясно, – кивнул мистер Новак, – а теперь по домам, ребят. Время позднее. И чтоб ни-ку-да не высовывались. Это понятно?

Никто не хотел кивать или соглашаться на словах, ведь это могло бы связать руки Четвёрке. Тогда мама Виолы строго повторила:

– Понятно?

Пришлось нехотя говорить «Да».

– А я их сейчас сама провожу, – сказала миссис Янис, – чтоб не улизнули куда. Виола, надеюсь, дома. Вы не в курсе?

– Дома, – ответила Роза, – она вас там ждёт, переживает, что вы на звонки не отвечаете.

– Ах, у меня же телефон на беззвучном режиме. – Миссис Янис снова повернулась к отцу Люка: – Спасибо! Будем на связи.

На улице Артур предложил:

– Может, лучше я вас провожу? Темно уже.

Мама Виолы хмыкнула:

– Спасибо за заботу, но нет. Знаю, на что вы способны. Сдам на руки родителям и буду спокойна.

Спустя полчаса Роза прильнула к окну своей комнаты и увидела, что у соседей горит свет, а потом мама с дочкой вышли на террасу на заднем дворе. Жаль, что об их разговоре узнать можно будет только на следующий день, Роза уже очень хотела спать.

А Виола, дождавшись маму, решила сделать вид, что знает гораздо больше:

– Ты уже поняла, что я в курсе папиных дел, да? Может, уже поговорим нормально? Почему вы всё ещё не развелись?

– Давай, – вздохнула её мама, – пойдём посидим снаружи, душно что-то.

Они вышли и сели на ступеньки террасы. Где-то посвистывала незнакомая ночная птица, пахло свежескошенной травой и жвачкой – ещё летом Виола разлила на доски жидкость для слайма с ароматом «Бабл-гам». Первой молчание нарушила мама:

– Про развод не могу ничего сказать. Потому что, по сути, никто из нас этого не хочет. Но у нас возникли, как говорят юристы голливудских звёзд, непреодолимые разногласия… Папе предложили работу, о которой он мечтал с юности. Я не могу рассказать подробности, но ты и сама понимаешь. Для этого нужно было уехать из Трясины, а потом ещё подолгу не видеться. И какой смысл? У нас тут вся жизнь. И всё так и повисло, никто не захотел уступать. Сейчас они ловят какую-то группу мошенников, которые воруют музейные ценности. Легализуют их через экспертизу в другом музее, получают официальное заключение, без него ни на какой серьёзные аукцион предмет нельзя выставить. И продают. Эти аферисты давно искали способ подобраться к Яреллу, а как только в Трясине появились Робертсы, решили действовать, потому что у них была информация о том аукционе в Индии – ну, в новостях уже пишут. Они шантажом вынудили Робертса принять и оформить вещи Ярелла, заранее собираясь всё отобрать. Рисдейл ведь близко, можно было всё быстро перевезти, оформить без проблем: таможен нет, проверки маловероятны. А раз папа отсюда родом, правоохранительные органы его и задействовали как агента под прикрытием. Он быстро понял, что ты с друзьями решила в это вмешаться, хотел отпугнуть вас. И чердак он зачем-то купил тоже, видимо, думал, что пригодится. Почти год втирался в доверие к мошенникам, чтобы стать якобы частью той сети. И у него почти получилось.

– Почти? – горло Виолы резко пересохло, и голос прозвучал сипло.

– Что-то не срослось у него. Он кое-что внезапно узнал, но мошенники его опередили, вычислили. Ему пришлось срочно уехать. Почти год работы впустую! Теперь нужны показания того человека, с которым они работали, но он исчез, затаился, как будто и не было его. И что тут докажешь? Розыск может продолжаться годами, а мошенники успеют запутать все ходы, избавиться от следов, документов. И, Виола, ты же понимаешь, что об этом нельзя рассказывать. Даже твоим друзьям.

– Хорошо. Спасибо, что поделилась. Теперь мне гораздо легче. Чем придумывать…

Разговор мамы и дочери затянулся на час, спать отправились уже совсем поздно. Виола спешно переоделась в любимую пижаму с жирафом, забралась в постель, потянулась к цепочке ночника, но лишь толкнула её и принялась наблюдать, как та качается из стороны в сторону, отбрасывая причудливую тень на стену.

Простить папу или нет? Ответить Виола не могла, потому что хоть у него и была причина, но он всё же бросил её. Почти год заставил жить в мире, где он – предатель. Когда стали понятны причины, конечно, стало легче.

Раньше родители не доверяли ей, думали, что она проговорится. И что теперь делать, Виола не знала. Обманывать ожидания мамы не хотелось. Но и держать друзей в неведении никак. Поэтому Виола достала с тумбочки телефон, набрала в чат лаконичное:

«Папа не мошенник. Без пдрбнст».

Выключила ночник и крепко зажмурилась. Если сейчас дать ход мыслям, она не заснёт до утра, а завтра ещё школа. Помимо прочих серьёзных важных дел.

Виола уже знала, из чего эти дела будут состоять. Осталось только договориться с друзьями и составить с ними план, чтобы добиться невозможной цели. Но разве это проблема? «Не впервой», – подумала Виола и уснула.

Следующий школьный день снова был посвящён разговорам Четвёрки: на переменах, в столовой, в классах шёпотом, а когда совсем невозможно было обсуждать план, переходили на чат.

– Мама с папой такие же хмурые, – рассказал Артур, когда они собрались у питьевого фонтанчика, – всё ещё что-то не так с проектом. Когда уже отстанут от них эти придурки?

– Мои молчат, – вздохнула Роза и поправила новый ободок со звёздами, – но у них же секретность. Так что не узнать, происходит у них там что-то или нет.

– То есть то, что мы никуда не лезем – ну, пока не лезем, – не сработало? Вот гады. – Виола ударила стену кулаком, а потом пискнула: – здрас-с-сьте.

Мимо как раз шел директор. Он покачал головой, но останавливаться не стал, видимо, спешил куда-то.

– Папа говорит, Кирк спрятался так, что его не достать. Границу пересечь не мог, но ведь сумел залечь на дно. Ищут его, конечно. Но время уходит. Как там мистер Робертс, кстати?

– Эмиля в школе нет, – ответила Роза, – боюсь, что дело серьёзно, иначе ему не дали бы прогуливать.

После уроков друзья задержались в саду бывшего особняка, на лавочке за кустами акации. Их быстро нашла Дымка, начала ласкаться, подходя ко всем по очереди.

– В общем, – Виола решила подвести итог всем дневным обсуждениям, наглаживая одновременно кошку, – если бы мы смогли найти Кирка и как-то записать его признание… То у полиции появился бы весомый шанс обнаружить всю шайку-лейку.

– Кого? – рассмеялась Роза.

– Ну компашку эту. Которая через музеи ворует всякое дорогое. Помните, Кирк говорил о ценностях, что хорошо бы их найти.

– Может, съездить к Яреллу и что-нибудь выпросить для наживки? – предложил Люк, подманивая к себе Дымку. – Или он тебе, Виола, подарит. Раз ты на его жену похожа.

– Бр-р, – девочка поёжилась: не очень приятно, когда тебя сравнивают с покойницей.

– Или уже подарил, – вдруг сказал Артур, глядя на вертикальные зрачки Дымки округлившимися глазами.

– Что? – одновременно спросили у него друзья.

– Помнишь, Виола, ты нам рассказывала, что читала про Ярелла и его жену. И какую-то суперценность. Жавода, что ли.

– Жеода, – автоматически поправила его Роза, – и?

– А если тот странный камень и есть знаменитая жеода? Как её там называют?

– Око змеи, – от этой догадки Виола побледнела, и веснушки на щеках у неё стали темнее.

Мгновение, и девочка сорвалась с места. Артур, Роза и Люк рванули следом. Рюкзаки били по плечам, дыхание сбилось уже после первого квартала. По асфальтовым тротуарам, по брусчатке ближе к центру, мимо ухоженных палисадников – Четвёрка бежала всё дальше и скоро, запыхавшись, остановилась у дома Виолы. Сама девочка наклонилась, уперевшись руками в коленки, чтобы сердце успокоилось.

– Я щас умру, – хрипло сказала Роза, хватаясь за фонарный столб, чтобы удержаться на ногах.

– Нормально, – Артур пытался бодриться, а Люк махал руками Виоле, мол, открывай быстрее.

Мама Виолы даже сказать ничего не успела от удивления, когда мимо неё промчались четверо ребят.

– Добродень, – скороговоркой поприветствовала её Роза и исчезла в дверях комнаты подруги.

Виола закрыла дверь, когда все оказались внутри. Попросила:

– Не обращайте внимания на бардак, пожалуйста!

А сама полезла под письменный стол, чтобы достать замотанный в салфетки уродливый камень, который подарил ей знаменитый путешественник.

– Ярелл должен был рассказать тебе, что это, – сказал Артур, – он бы объяснил, что это жарода.

– Жеода, – вставила Роза.

– Ну да, – отмахнулся Артур.

– Я тогда увидела папино имя в документах и не слышала особо, что там говорит Ярелл, – призналась Виола.

– Да разверните вы его! – вдруг эмоционально сказал обычно меланхоличный Люк.

Этим он здорово удивил друзей. Роза даже погладила его по плечу и усадила на кровать, чтобы пришёл в себя.

– О, тут и правда дырка есть, – Виола выставила камень на стол и начала вертеть его в разные стороны, – а я не видела, думала, просто какая-то обычная ерунда.

– Но там ничего не видно, – огорчённо сказала Роза, попытавшись заглянуть внутрь.

– Щас! – Виола включила на телефоне фонарик. – Я читала, там есть ещё одно отверстие, аборигены чудом его нашли. Жеоды же обычно распиливают. А эта ценна тем, что её вот такой нашли. И там какие-то супер-пупер дорогие камни. Ух ты!

Внутри жеоды словно распахнулся космос: кристаллы мерцали всеми оттенками фиолетового, их окаймляли серебряные волокна, а неизвестные минералы сверкали, как далёкие звёзды. Всю композицию делил надвое продольный камень тёмно-рубинового цвета. Точь-в-точь змеиный зрачок!

По очереди друзья оценили невероятную жеоду, а потом сели на пол в кружок, чтобы переварить увиденное.

– Она реально дорогая? – спросила Роза.

– Говорят, да, – подтвердила Виола, – но зачем тогда он мне такую вещь подарил?

– Ярелл богат, – догадался Люк, – для него это просто память. А ты, видимо, здорово подняла ему настроение в тот день одним своим появлением. Может, он потом и пожалел о минутной слабости. Но уже поздно. Или он хочет приехать, чтобы забрать подарок?

– И что теперь делать? – Артур никак не мог собраться с мыслями.

– Послезавтра открытие, – начала размышлять Роза, держащая жеоду на коленях, как редкое и ценное яйцо, – тогда уже пойдут судебные разбирательства, а не просто интернет-травля мистера Робертса. Послушает ли Кирк кого-то взрослого, кто предложит ему Око змеи?

– Я бы не стал, – признался Артур, – рискованно же.

– Вот именно. А мы – дети. Ну, для них. Если мы сможем убедить Кирка и его сообщников, что мы плохо соображаем, тогда всё может получиться, – продолжила Роза.

– Показать, что мы испугались? Что готовы откупиться? – начала понимать ход мыслей подруги Виола.

– Да! – подключился Люк. – И попросить что-то идиотское. Типа расписки. Чтобы Кирк сделал эту ерунду и смылся с жеодой. А нам надо умудриться записать наш с ним разговор.

– Вы сумасшедшие, – сказала Виола, – и за это я вас обожаю!

– Осталась сущая мелочь, – нахмурился Артур, – как нам вообще достучаться до Кирка?

– М-м-м… – задумалась Роза. – Может, через Остина? Если он и правда связан с мошенниками. Но нам нужен четкий план, ребята. Не такой, как мы утром придумывали. А прямо пошаговый. Давайте разойдёмся на часок по домам, а потом встретимся в садовом домике Виолы?

– Мама не даст спокойно поговорить, – сказала та, – она уже подозревает, что мы тут своими делами занимаемся.

– Тогда ко мне в гараж, – развёл руками Артур, – что поделать? Устроимся на шинах. Зато родители не услышат ничего.

– Замётано! – обрадовалась Виола. – Встречаемся ровно в семнадцать ноль-ноль.

Когда друзья поспешили домой, над Трясиной поднялся ветер. Он завывал в переулках, швырял в прохожих пригорошни мелкого сора, заставляя прикрывать лица капюшонами и сумочками. Дребезжал стеклами старых окон, раскручивал флюгеры. Услышав скрип соседского флюгера, Роза загадала – если ветер восточный, то задуманное ею сбудется. Эта примета хранилась в закоулках памяти с раннего детства, когда девочке читали книгу про Мэри Поппинс.

Роза зажмурилась, потом подняла голову и посмотрела на крышу.

– Восточный! Надеюсь, моя идея понравится Артуру, Виоле и Люку!