Моя карьера закончилась, не успев толком начаться.

Картер мне годами врал.

В интернете люди отменяли меня и выплескивали на меня свою ненависть.

Определенно, сейчас был не лучший период моей жизни.

— Пойдем ко мне? Или ты хочешь домой? — Ривер с беспокойством смотрел на меня. Мы все еще сидели на диване в студии, прижавшись друг к другу. За окном, должно быть, уже стемнело.

Я решительно покачала головой.

— Только не домой. Там поджидают фотографы и репортеры. У твоего дома, наверное, тоже?

— Черт. Точно. — Он с шумом выдохнул.

— Я не знаю, куда мне идти. Может, в отель?

Он покачал головой и достал телефон из кармана.

— Это вызовет еще больше вопросов. Да и фотографы с репортерами появятся там и будут дежурить под дверью. У меня есть другая идея, подожди…

Пока он что-то печатал на телефоне, я пыталась осмыслить день. Но больше всего меня мучило то, что я узнала о брате. Картер оказался самым большим разочарованием. Я все еще не понимала, смогу ли когда-нибудь снова ему доверять.

— Отлично, можем ехать, — вдруг сказал Ривер и кивнул в сторону двери. — Я оставил машину на подземной парковке, так что, надеюсь, журналисты не заметят нас, когда будем выезжать.

Я быстро сунула телефон обратно в маленькую сумочку.

— Что? Куда?

— У моего близкого друга Дэвида есть небольшой домик на пляже в Малибу, где он останавливается раз в несколько недель, но сейчас там никого нет. Я только что спросил его, можешь ли ты пожить там несколько дней, и он сказал, что без проблем. Там ты будешь в безопасности.

Ривер поднялся, и я последовала за ним.

— Очень мило с его стороны. Ладно, звучит неплохо. Передай ему спасибо! Я напишу Джаз, чтобы она собрала мне вещи. Мне совсем не хочется сейчас возвращаться домой, где ждут эти папарацци, а потом вести их за собой к пляжному дому.

Пока мы шли к его машине, я набрасывала Джаз подробные указания. Вверху экрана то и дело всплывали новые сообщения — все требовали правды. Действительно ли я солгала в суде. Я чувствовала себя совершенно разбито, будто на мне висели огромные гири, которые тянули в пропасть.

Мы сели в машину и вскоре выехали на шоссе И-10 в направлении на Малибу. За окном мелькали пальмы и потоки машин, а из колонок тихо доносилась песня The Archer Тейлор Свифт. Я открыла Инстаграм

[34]

[Инстаграм — продукт компании Meta Platforms Inc., деятельность которой запрещена в России.]

, проверила упоминания и сообщения, затем заглянула в ТикТок, в Икс

[35]

[Икс (англ. X) — запрещенная социальная сеть на территории России.]

и в пару новостных порталов. С каждой секундой я чувствовала, как моя грудная клетка все больше сжимается. Каждое слово, написанное там, вонзалось в самое сердце, как острая стрела, и я надеялась, что в какой-то момент наступит онемение и мне станет все равно. Но пока было невыносимо больно видеть, как все рушится. Все, ради чего я так старалась и боролась последние недели. Все, ради чего я закрывала глаза на то, что терпеть было нельзя. И вот я сидела здесь, в машине, и снова находилась на грани потери всего, чего добилась. Я сглотнула, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. Меня не отпускало чувство вины за то, что тогда поступила неправильно. Я была виновата в том, что Ривер попал в тюрьму. Я ужасный человек! О чем я думала, давая Картеру ложное алиби? Почему я на все это пошла? Почему я была такой глупой, что тогда ничего не расспросила?

— Как ты?

Я продолжала просматривать статьи и видео, не глядя на Ривера и не произнося ни слова. Вдруг на экране появился звонок от мамы, но я сбросила его. Снова. Я не хотела ни с кем разговаривать. Слезы навернулись на глаза, потому что я не знала, куда себя деть.

— Сьюки? Не хочешь разговаривать с мамой?

— Нет, я просто не смогу сейчас. Весь мир ненавидит меня, и я ничего не могу поделать с этим. Тем более что я полностью заслужила всю эту ненависть, — ответила я, продолжая смотреть в экран. — Как ты думаешь, как я себя чувствую?

— Мы справимся. Не переживай, Vortex наверняка уже работает над решением проблемы.

— Может быть, да, а может, нет, — пробормотала я.

Его взгляд на мгновение скользнул ко мне, затем снова устремился на дорогу.

— Убери телефон. Тебе не станет лучше, если будешь продолжать читать все это дерьмо. И ситуация от этого не изменится.

— Как скажешь. — Я засунула телефон в сумку. В висках стучало, а в голове крутилось еще больше мыслей. Джейсон. Его угрозы. Мои ошибки. Мои гребаные ошибки. Картер. Как Ривер сидел в тюрьме. Его жизнь, которую я разрушила. В горле образовался ком.

— Мы скоро будем на месте, и ты сможешь немного успокоиться, поспать или поделать то, что тебе поможет.

Меньше чем через 20 минут Ривер свернул на подъездную дорожку к пляжному домику. Мы вышли из машины и по небольшой лестнице поднялись ко входной двери. Ривер открыл ее, и мы оказались внутри.

— Здесь миленько, — пробормотала я, направляясь к белому кухонному острову, который отделял кухню от огромной гостиной, оформленной в минималистичном стиле в бежевых и белых тонах. Я подошла к огромному окну, через которое, если его открыть, можно было выйти на террасу и насладиться видом на пляж Малибу.

— Дэвид бывает здесь только раз в несколько недель, а сейчас он вообще в отъезде, так что я подумал, что это отличный вариант. Никто не догадается, что ты здесь, — сказал Ривер, опершись руками на спинку дивана и глядя на меня. — Могу я что-нибудь сделать, чтобы тебе стало лучше?

Он тепло улыбнулся. Я смотрела на него, вглядываясь в каждый сантиметр его лица, и задавалась вопросом, как он вообще может испытывать ко мне что-то хорошее. Почему этот замечательный парень не ненавидел меня всей душой, как это делал весь остальной мир. Как это делала я сама.

Снова перед моим внутренним взором всплыло воспоминание о Ривере в зале суда. О том, как я видела его в последний раз перед долгой разлукой, как его увели и он исчез за дверью. Я представляла, как он сидел в своей камере, одиноко уставившись в стену, как дрался во время прогулок. Как сидел в столовой, а кто-то вонзал вилку в его руку. И все это только потому, что я была такой чертовой дрянью. Потому что я наивно поверила своему брату, не расспрашивая ни о чем.

Я стиснула зубы и прислонилась спиной к стене напротив Ривера. Слезы навернулись на глаза. Я смахнула их, опускаясь на пол и обхватывая колени руками.

— Почему ты все еще здесь?

Он в замешательстве нахмурил брови и подошел ко мне.

— А почему мне не быть здесь?

— Ривер, — резко сказала я и покачала головой. — Ты сидел в тюрьме из-за меня. Каждый раз, когда я вспоминаю, как тебя уводили… это разрывает мне сердце. Это, черт возьми, моя вина. И я никогда не смогу это исправить. Может, ты и говоришь, что прощаешь меня, но я сама себе простить не могу. Я была ужасной подругой, я…

— Эй, — он быстро прервал меня, садясь напротив на пол, затем обхватил мои ноги и посмотрел мне прямо в глаза. — Отпусти уже прошлое. Мы не можем его изменить, понимаешь?

— На душе так паршиво. Ты должен ненавидеть меня, как я ненавижу сама себя в эту секунду. — Теперь, глядя ему в глаза, я понимала, что вообще не заслуживала Ривера. Он всегда делал так, чтобы мне было хорошо. Тогда и сейчас. А я в благодарность отправила его за решетку. — И это не изменится только потому, что ты пытаешься убедить меня в обратном.

— Я не пытаюсь тебя убедить. В тюрьме я усвоил одну вещь: мы все совершаем ошибки. Каждый человек. Некоторые ошибки серьезнее других, но со многими можно справиться. Как справился я.

Я покачала головой и встала. В груди бешено колотилось сердце, пока я беспокойно ходила по комнате.

— Это была самая большая ошибка, которую я когда-либо совершала. Я не должна была так поступать. Я должна была свидетельствовать честно, тогда ты не оказался бы в тюрьме. Ты был не виноват. Весь этот шквал ненависти я полностью заслужила. Черт возьми, я… я… — Все вокруг закружилось. Я больше не понимала, где верх, а где низ. Я закрыла лицо руками и почувствовала, как слезы снова текут по моим щекам. — Все рушится. Все. Просто все!

Я дрожала, упав в кресло.

— Я не знаю, что делать дальше. Я ненавижу себя за все, что причинила тебе. Только сейчас я поняла, насколько все это было ужасно и как тогда своей чертовой ложью разрушила твою жизнь, хотя ты был ни в чем не виноват.

— Сьюки, — услышала я спокойный голос Ривера. — Мы справимся с этим. Я прощаю тебе все. Ты ничего не знала.

Мне было и жарко, и холодно одновременно. Тяжелый камень лежал на груди, давя на нее и не давая дышать, а все мое тело дрожало.

— Я чувствую себя беспомощной. Я ничего не могу сделать, потому что Vortex запретил мне комментировать что-либо. Я разрушила твою жизнь. Даже брат годами врал мне. Весь мир ненавидит меня, потому что я дешевая копия Пресли. Меня отменяют, потому что я солгала в суде. — Я покачала головой. — Я теряю все. Я не знаю, что делать. Просто не знаю. Все, что я делаю, либо неправильно, либо недостаточно. Так было, и так будет всегда. И теперь, когда я наконец начала снова обретать кусочки своей уверенности, я снова учусь ненавидеть себя за все, что сделала не так.

— Давай мы попробуем найти выход, — сказал Ривер, поднимаясь. — Сначала тебе нужно успокоиться. Сделай глубокий вдох, хорошо?

— Нет! — крикнула я. — Нет, нет, нет! Я заслужила всю эту ненависть. Карма меня настигла.

— Что за бред. — Его лицо стало мрачным.

— Это не бред, Ривер. Взгляни правде в глаза и сними розовые очки. — Мой голос дрогнул, и слезы снова потекли по щекам. Я чувствовала себя хуже, чем когда-либо. Я была не чем иным, как обузой. Картер ненавидел меня и даже не мог мне доверять. Ривер после всего, что мы пережили, должен был держаться от меня подальше, потому что я все разрушаю. Ну и весь остальной мир тоже меня ненавидел. И заслуженно. Почему он этого не видит? Почему он не понимает, что я недостаточно хороша для него? Почему он не осознает, что я только порчу ему жизнь? — Ты заслуживаешь лучшего.

— С чего это вдруг? — Ривер тихо выругался и провел рукой по лицу. — Тебе плохо, и я хочу быть рядом с тобой. Так что хватит, я тебя простил. Мне нужна только

ты

и никто другой.

Я яростно замотала головой и вцепилась пальцами в кресло.

— Я просто перегружена и не знаю, что делать. Мне нужно освободить голову от мыслей. И пока ты здесь, у меня не получится это сделать. Когда я смотрю на тебя, то вижу все свои ошибки и все, что я тебе сделала, но я не знаю, как это исправить. Мне нужен вечер наедине с собой, чтобы разобраться во всем, хорошо? Пожалуйста. Давай… давай поговорим завтра, а сейчас… Сейчас я просто не знаю, куда себя деть.

Я смотрела на Ривера, пока его глаза задумчиво бегали туда-сюда. Настойчивый голос в голове твердил мне, что он наконец начинает понимать, почему ему будет лучше без меня. Потому что я его не заслуживаю. Потому что я разрушила его жизнь.

Он резко выдохнул, затем поднялся.

— Ладно. Я оставлю тебя, но позвони, если что-то понадобится, хорошо?

Я поймала его обеспокоенный взгляд, прежде чем он направился к двери и вышел наружу. Затем дверь закрылась за ним.

В этот момент я ненавидела себя больше, чем весь мир, вместе взятый, мог бы это сделать. Но мне пришлось прогнать Ривера: пусть он наконец поймет, что ему будет лучше без меня.