Великобритания, Ковентри.

Офис автомобильной компании «Standard»,

сентябрь 1945 года

По коридору офиса автомобильной фирмы «Стэндард», расположенного в центре одного из крупных промышленных городов Британии Ковентри, шел молодой сотрудник с газетой в руках. Остановившись перед дверью с табличкой «Walter Belgrove, chief designer», он коротко постучал и, услышав «Войдите», открыл дверь.

Главный дизайнер «Стэндарда» Уолтер Белгроув сидел за обширным столом, на котором в образцовом порядке были разложены автомобильные журналы и проспекты. Он внимательно рассматривал какой-то чертеж и без особого интереса взглянул на вошедшего в кабинет молодого сотрудника.

– У вас какой-то вопрос, Клайв?

– Прошу прощения, сэр, – вежливо отозвался вошедший, протягивая боссу газету, – но мне кажется, это может вас заинтересовать.

Отложив чертеж, Белгроув взял в руки газету. От непонятного славянского шрифта тут же зарябило в глазах. Тарабарская грамота… Понятна была лишь дата газеты: 14 сентября 1945 года, да номер – 220. На странице, под крупным черным заголовком, была размещена фотография двух автомобилей, грузового и легкового. Они были изображены на фоне какого-то моста, за которым виднелись остроконечные башни. Грузовой не был ничем примечателен – обычная современная машина, выдержанная в американской традиции. А вот легковая… Белгроув недоверчиво сощурился, рассматривая покатую заднюю часть автомобиля и крылья, составлявшие одно целое с кузовом. Ничего подобного он раньше не видел. Ниже снимка были размещены еще цифры: 1946–1950, наверное, годы, когда машины предполагалось выпускать…

О русском автомобилестроении Белгроув не знал почти ничего. Кажется, где-то далеко, в ледяной Сибири, у них были огромные заводы, которые по лицензии Форда собирали безнадежно устаревшие машины для армии. И все. В то, что русские способны на какое-то творчество, тем более – новаторство, он не верил ни минуты. И все-таки увиденное его уязвило и задело. Он и сам в последнее время думал о чем-то подобном. Тем более что глава «Стэндарда», сэр Джон-Пол Блэк, заявившись как-то утром в его кабинет, сказал: «Белгроув, самая красивая машина янки – это “Плимут”, а лучшее место для ее изучения – рядом с американским посольством в Лондоне! Я предлагаю вам отправиться на Гросвенор-сквер. Это место кишит машинами посольства. Возвращайтесь только тогда, когда получите все, что хотите, и не попадитесь под пулю».

В Лондон Белгроув поехал с женой, прихватив блокнот и фотоаппарат. И вскоре ему повезло – 30 мая он зарисовал встретившийся ему на лондонской Беркли-сквер «Плимут Спешел ДеЛюкс» модели 1942 года с номерами американского посольства. Зарисовал тщательно, включая надпись «U.S. Embassy» на заднем бампере. Но у этого «Плимута» были ярко выраженные, «разлапистые» передние и задние крылья. Кузов же неизвестной русской машины выглядел единым целым, смотрелся гораздо современнее.

– Это что – русские? – протянул он недоверчиво.

– Я сам не поверил, когда увидел.

– Как у вас вообще оказалось это? – Белгроув помахал газетой в воздухе.

– Брат был на приеме в русском посольстве по поводу завершения войны.

Белгроув еще раз вгляделся в снимок, покачал головой.

– Они не способны на такое. Наверняка украли какие-нибудь американские наработки.

Эти фразы Уолтер Белгроув произнес, кривя душой. Он был опытным дизайнером и хорошо знал, что кузова-фастбэки американцы делали уже давно, а вот бескрылых кузовов у них не существовало. К тому же он сомневался в том, что русские агенты сидят в самом сердце американских автомобильных корпораций и безнаказанно воруют их секреты. Американцы тщательно следят за такими вещами, тем более что документация даже по одной машине – это тонны расчетов и чертежей.

– Со всем уважением, сэр, но русские не всемогущи, – услышал он голос подчиненного. – К тому же мы-то знаем, над чем работают американцы. Ничего подобного у них нет. Так что русские просто придумали это сами. Раньше нас всех.

Из-за того, что сотрудник высказал его собственные мысли, Белгроув разозлился. Нарочито пренебрежительно бросил газету в корзину для бумаг и поднял на подчиненного ледяные глаза:

– Клайв, я, кажется, ясно выразился. Они украли это.

– Как вам будет угодно, сэр, – покорно отозвался тот и вышел из кабинета.

Некоторое время Белгроув сидел молча. Потом медленно достал газету из корзины, еще раз пристально вгляделся в покатый силуэт кузова неизвестного русского автомобиля и снял телефонную трубку. Теда Гринхэма он, как и все в «Стэндарде», терпеть не мог, считал его высокомерным, безжалостным, тщеславным, амбициозным и жадным до власти ублюдком. Но сейчас повод для звонка Гринхэму действительно был.

– Соедините меня с техническим директором… Алло, Тед? – произнес Белгроув, услышав резкий голос Гринхэма. – Я знаю, что обычно ты мало прислушиваешься к тому, что я говорю, но на этот раз это того стоит, поверь мне…