Сигнал подъема раздался по всей Академии так резко и громко, что у меня возникло ощущение, что он прозвенел прямо в моей бедной голове, раз за разом ударяя по вискам, чтобы вырваться наружу. Словно в консервной банке, я с трудом повернулась, и только потом мне удалось разомкнуть веки. Мое зрение все еще было затуманено, но я все же смогла понять причину такой тесноты.

Я тут же замерла, различив тело, прижатое ко мне, и вспомнила о причине своего недосыпа.

Гюго здесь, в моей постели. Мы забрались на нее ночью, чтобы продолжить обсуждение, и я даже не запомнила, в какой момент заснула. Я постаралась встать, не издавав ни звука, но мой матрас был слишком мал, чтобы я могла сделать все совершенно незаметно. Я замерла, лежа на своем локте, прядь волос закрывала мое лицо, и я даже задержала дыхание, чтобы не разбудить его. Но моя миссия провалилась, как только он издал жалобный стон. Его глаза все еще были закрыты, но я знала, что он скоро проснется.

– Гюго, – прошептала я, положив ладонь на его предплечье.

Он распахнул глаза так внезапно, что я тут же отдернула пальцы. Ошеломленный, заметив, что он все еще находится в моей комнате, парень выпрямился, осматривая все вокруг; глаза его были припухшими со сна.

– Черт!

– И тебе доброго утра, Гюго Жорден!

– Ты околдовала меня или что? – пошутил он более серьезным голосом, чем обычно.

Прежде чем я успела ему ответить, он притянул меня к себе, чтобы обнять. Не знаю, какой дар он сейчас использовал, чтобы быть таким притягательным после сверхкороткой ночи, но, чтобы не растаять окончательно, я поцеловала его в щеку и спаслась бегством. Не колеблясь, быстро перепрыгнула через него, по пути едва не раздавив его всем своим весом.

– Ой… Какая ты нежная, когда просыпаешься… Я больше не приду!

– Слабак, – бросила я, подойдя к зеркалу и осмотрев себя.

Он рассмеялся, в то время как я скорчила лицо в отражении. Я выглядела ужасно, волосы были совершенно спутаны.

– Не волнуйся, Ланеро, я обещаю не рассказывать, что ты храпишь по ночам.

Я прыснула, приводя в порядок прическу, и тут мое внимание привлекла болтовня первых проснувшихся девчонок.

– Тебе нужно уйти, пока тебя не заметили, – предупредила я, поворачиваясь к нему.

Но парень уже исчез.

– Гюго?

Спрашивая себя, не схожу ли с ума, не приснилось ли мне все это, я осмотрела комнату.

– Позаботься о том, чтобы открыть мне дверь, – проговорил у меня в голове его голос.

– Но… Но где ты?

– На твоей кровати, лапша!

Я на мгновение нахмурилась, но как только наконец заметила его, чуть не лопнула от смеха. Он и вправду был там. Гюго сменил внешность на облик мышонка и теперь с удовольствием бегал между складок одеяла.

– Это гениально, Микки-Маус[10]!

В спешке я взяла кое-какие вещи из своего шкафа, пока он носился вокруг моих ног, прыгая так, как ни одна мышь никогда бы не сумела.

– Ты слишком безумен, честное слово! – воскликнула я, направляясь, наконец, к двери.

Я выпустила его в коридор, затем, не переставая наслаждаться его новым видом, повела его за собой к душевым. Со скоростью света он проскользнул между девушками в коридоре, и я вздрогнула от крика – одна из них заметила его и, чертыхаясь, завопила как истеричка.

* * *

Мое утро прошло гораздо лучше, чем я смела надеяться. Несмотря на то что я мало спала, я не чувствовала сильной усталости. Ингрид провела для нас урок по метаморфозам, который оказался довольно забавным. В отличие от моих одноклассников, я в совершенстве овладела этим даром, и когда настала очередь Маттео Максенса, ученика, который насмехался надо мной в первый день занятий, я не колеблясь отплатила ему той же монетой за тот случай, когда он сказал, что я еще не овладела своим даром.

«Круто уметь контролировать свой разум, но еще круче – освоить перевоплощения», – сказала я с милой улыбкой.

Класс начал смеяться, а Маттео покраснел как рак. У меня не плохой характер, но я признаю, что получила удовольствие, поставив его на место.

Я провела обеденный перерыв с Гюго, но мои мысли были где-то в другом месте. Он обратил на это внимание. В свою защиту я сказала, что просто устала, но на самом деле я продолжала размышлять, как буду проводить свои изыскания сегодня. Я бы предпочла пока ничего Гюго не говорить: его признания, сделанные накануне, заставили меня чувствовать себя немного виноватой, ведь я постоянно прошу его помощи, когда у него самого проблем навалом. На данный момент я попытаюсь продвинуться в этом деле сама, и первый шаг – раздобыть книгу пророчеств. Не знаю, находится она у Алисии или мадам Жорден, но я обязательно должна достать ее, чтобы еще раз увидеть слова предзнаменования. А потом я пойду практиковать психометрию, в надежде считать воспоминания с моего детского одеяла. Звучит как план.

В конце урока математики я пригласила Алисию в свою комнату, чтобы поболтать. Еще несколько часов назад я была готова самостоятельно раскрыть нависшие надо мной тайны, но чем больше я об этом думала, тем меньше верила. Я не справлюсь без посторонней помощи, и Алисия кажется мне самым надежным человеком, который может мне помочь.

– Надеюсь, это не что-то серьезное, – забеспокоилась она.

– Нет, мне просто нужно с тобой кое о чем поговорить… Ты можешь принести с собой книгу пророчеств? Ну, если у тебя она есть…

– Да, есть. Встретимся с тобой через десять минут в твоей комнате!

Она широко мне улыбнулась, что выдало ее воодушевление, а потом выбежала из класса.

Я закончила собирать свои вещи и тоже покинула класс П. Я думала, что выйду из кабинета последней, но тут заметила, что на входе, прислонившись к дверному косяку, стоит Тома. Понимая, что он ждет меня, я не смогла подавить недовольство. У меня не было времени с ним спорить.

– Привет, – сказал он, когда я подошла ближе.

– Привет.

Он отошел в сторону, чтобы пропустить меня, но не спускал с меня глаз.

– Анаис, ты злишься на меня?

– А должна?

– Нет, я думаю, нет… С того дня, как мы заговорили о петиции, ты стала такой отстраненной, поэтому я подумал, что… На самом деле я не осмеливался подходить к тебе.

Это правда: у меня были некоторые сомнения насчет него, прежде всего, потому что я не ожидала, что он хотел, чтобы я уехала, а также из-за истории между ним, Алисией и Гюго. Тем не менее я решила забыть обо всем этом: их ссора меня не касается, да и все-таки он никогда не проявлял ко мне неуважения, наоборот, даже был первым, кто был ко мне добр.

– Я ничего не имею против тебя, Тома. Просто, как ты, наверное, уже знаешь, на меня сейчас столько всего навалилось.

– Ах, спасибо, что успокоила, – промямлил он. – И да, я слышал, что ты поняла, как расшифровать пророчество, – поздравляю, я знал, что ты особенная.

Я не могла выдавить ни слова. Да уж, меня хвалят за то, без чего я в своей жизни прекрасно обошлась бы.

– Знаю, тебе, должно быть, нелегко, – добавил он сочувственно. – Так что, если тебе что-нибудь понадобится, я здесь. Еще я знаю, что люди, с которыми ты общаешься, меня не переваривают, но, честно говоря, я хотел бы узнать тебя ближе… как друга.

Я была тронута тем, что он сделал первый шаг по отношению ко мне, хотя, казалось, нам было суждено больше никогда не разговаривать друг с другом. Действительно, его бывшая – моя единственная подруга, я напала на Клару, с которой он, кажется, близок, и, наконец, я стала встречаться с его врагом. Чувствуя себя немного виноватой за осуждение, я широко ему улыбнулась.

– Я тоже была бы рада познакомиться с тобой поближе.

Блеск, озаривший его большие карие глаза, показал, что моя чистосердечность его обрадовала.

– Хочешь, пойдем прогуляемся?

– Я не то чтобы не хочу, но у меня уже есть дела, которые нужно сделать прямо сейчас… Может, позже?

– Ты свободна после ужина? Я участвую в турнире по настольному футболу, было бы здорово, если бы ты присоединилась к моей команде… Ну, если у тебя есть желание.

Откладывая нашу встречу, я имела в виду перенос на другой день, но никак не на сегодняшний вечер. Однако, не найдя в себе смелости отказаться, я проигнорировала презрение, которое испытываю к ученикам этой Академии, и согласилась провести вечер с ним.

– Отлично, тогда в двадцать ноль-ноль в холле, ага?

– Хорошо.

Мы продолжили идти к лестнице, и я задалась вопросом, не совершаю ли ошибку. У меня другие приоритеты. В конце концов, я успокоила саму себя мыслью, что мне не помешает немного повеселиться.

– Оставлю тебя здесь – пойду в свою комнату, – объявила я, поднимаясь по ступенькам, ведущим на этаж для девочек, в то время как Тома уже начал спускаться.

– Увидимся позже, Анаис.

Алисия уже стояла перед моей комнатой с книгой и напитками в руках.

– Извини, что заставила тебя ждать. – Я провела магнитной карточкой по замку.

Наконец оставшись наедине с ней, я объяснила, почему мне так хотелось, чтобы мы встретились. Она внимательно выслушала мой рассказ о том, чего я до сих пор не рассказывала. Мои первые сны с Гюго, сны с моей матерью, мои приступы ярости… Я призналась ей во всем, а также поделилась своим желанием расшифровать пророчество раз и навсегда. Без тени недоверия я излила ей душу. Ведь все же благодаря ей я оказалась там, где оказалась: если бы она не подумала о пророчестве, я бы все еще пыталась понять, почему моя метка на левом запястье, а не на правом.

– Ты одна из немногих, кому я доверяю, поэтому я подумала, что, возможно, ты сможешь помочь мне, – заключила я.

– Это безумие! Не могу поверить, что ты можешь видеть осознанные сны!

Это правда: этот дар значительно облегчил нам с Гюго задачу. Мне нравились наши вечерние занятия. Я не думала, что когда-нибудь признаю это, но быть Верховной – значит иметь неоспоримые преимущества.

– Да, он мне очень помог, но теперь я хочу оставить его в покое, он, наверное, уже устал печься обо мне.

Это безобидная ложь, но я не могла сказать Алисии, что хотела уберечь его от того, о чем он рассказал вчера. Я напомнила ей, что все мои признания должны оставаться в секрете, даже для Гюго.

– Буду молчать как рыба, – пообещала она, делая вид, что зашивает губы. – С чего начнем?

Мебель в моей комнате продолжила кружиться вокруг меня, когда слова одно за другим всплывали в моей голове. Они появлялись так быстро, что я с трудом их разбирала.

Мужчина.

Женщина.

Март.

Рождение.

Знак.

Обратный.

Пятая.

– Анаис, ты в порядке?

Сощурив глаза от боли, пронзившей лоб, я подняла руку, чтобы дать понять Алисии, что со мной все хорошо, мне просто требовалось еще несколько секунд.

– Анаис, ты…

– Тише, – перебила я, стиснув зубы.

Мне просто нужно еще мгновение, чтобы понять смысл этого проклятого пророчества!

Ступень.

Солнечный.

– Анаис, у тебя кровь!

Мужчина и женщина, под знаком Марса, породят…

Я уже почти расшифровала первое предложение, когда мои конечности стали подергиваться, а разум затуманился. У меня начались судороги. Нет, это Алисия трясла меня из стороны в сторону. Я хотела бы сказать ей, чтобы она отпустила меня и позволила закончить начатое, но уже слишком поздно. Предзнаменование оборвалось, ускользнуло от меня. Я все еще цеплялась за него со всей силой, что у меня осталась, пыталась восстановить связь с той фразой, которая, я уверена, является ответом на все мои вопросы, но мне это все никак не удавалось. Предзнаменование исчезло навсегда.

Задыхаясь, я вернулась к реальности. Алисия с испуганным взглядом крепко держала меня за плечи.

– Боже мой, с тобой все в порядке?

Она дрожала так же сильно, как и я, и слезы катились по ее розовым щекам.

– Да, – с трудом выговорила я.

Нет, это неправда, ведь я мысленно винила ее за то, что она прервала меня.

Осторожно, словно я фарфоровая кукла, она завела одну руку мне за голову и провела рукавом своей рубашки по моему носу.

– Мне нужны листок и ручка, – выдохнула я, отталкивая ее.

Сначала она встревожилась, но быстро пришла в себя и в конце концов нашла то, что мне нужно. Видя, что ее одежда теперь испачкана кровью, я поднесла руку к лицу – между моими пальцами потекла теплая липкая жидкость.

– У меня кровь?

– Да, и это абсолютно ненормально, я же говорила тебе. Больше ни за что на свете не стану это повторять, – всхлипнула она, протягивая мне карандаш и лист бумаги, порванный по центру.

Не обращая внимания на ее беспокойство, я торопливо записала то, что помнила, боясь забыть все через минуту.

– Я действительно испугалась, – продолжила она, дрожа.

Уровень адреналина в крови снижался вместе с сумасшедшим темпом моего сердцебиения. Я сделала глубокий вдох, прежде чем окончательно ее заверить:

– Я в порядке, Алисия.

– Нет, ты не в порядке. Почему ты не остановилась раньше? Ты что, с ума сошла?

Не знаю, в какой момент нужно было остановиться, но, если бы она меня не прервала, я, несомненно, смогла бы прочитать остальное. Я чувствовала разочарование.

– Я была близко, – прошептала я, изучая слова, записанные на листке. – Ты должна была позволить мне продолжить.

– Чего? Ты была без сознания!

«Мужчина и женщина, под знаком Марса, породят…»

Алисия продолжила осыпать меня упреками, но она для меня как будто больше не существовала: я ее больше не слушала, продолжая искать смысл написанной фразы.

– Что значит «под знаком Марса»? – прошептала я про себя.

Она резко вырвала листок у меня из рук и бросила на меня убийственный взгляд.

– Я же сказала тебе, что со мной все в порядке, – простонала я.

– Твой нос, кажется, не согласен, Анаис!