Звуки ударов далеко разносились по ночному лесу. Немецкие саперы приводили в порядок взорванные пути, оглядываясь на чащу. Перед паровозом стояли две платформы. Они предотвращали сход эшелона с рельсов в случае подрыва или завала. На лес нацелены винтовки и пулеметы.

Один из эшелонов 6-й танковой дивизии в ноябре 1942 года двигался из Франции на самый важный участок – под Сталинград. Но даже в глубоком тылу, за сотни километров от фронта, враг принимал серьезные меры предосторожности.

Командир 6-й танковой дивизии генерал танковых войск Раус:

«Я больше всего заботился о том, чтобы перевозимые части могли немедленно вступить в бой.… Через партизанские районы мы следовали на пониженной скорости».

Только двигаясь на малой скорости, при подрыве можно было избежать крушения. Дивизия Рауса еще не приблизилась к фронту, но уже несла потери в результате партизанских действий.

3 июля 1941 года Сталин выступил с знаменитым обращением к народу, в котором речь шла и о необходимости разворачивать повсеместную партизанскую войну:

«…В занятых врагом районах нужно создавать партизанские отряды: для разжигания партизанской войны всюду и везде, для взрыва мостов, дорог, порчи телефонной и телеграфной связи, поджога лесов, складов, обозов. Создавать невыносимые условия для врага и всех его пособников, преследовать и уничтожать их на каждом шагу».

В НКВД СССР под патронажем наркома Лаврентия Берии создавалось особое подразделение «По организация партизанской борьбы». Непосредственное руководство осуществлял майор госбезопасности Павел Судоплатов. Так появилась отдельная мотострелковая бригада особого назначения (ОМСБОН НКВД СССР). Сюда набирались лучшие спортсмены. ОМСБОН стал основой диверсионных групп, которые забрасывались в тыл противника.

В рядах бригады воевало и более 2000 политэмигрантов: немцев, австрийцев, испанцев, американцев, китайцев, вьетнамцев, поляков, чехов, болгар и румын. Появился крупный учебный центр по подготовке специалистов партизанской борьбы.

Уже через две недели после выступления Сталина вермахт издал один из первых приказов по проведению боевых действий против партизан. Командование требовало непрерывного поддержания готовности. Запрещалось передвижение одиночных солдат, предписывалось всегда держать оружие наготове для открытия огня. Говорить о служебных делах в присутствии местного населения запрещалось.

Из приказа 4-й танковой армии от 30 августа 1941 года:

«До наступления темноты упаковывать и сохранять секретные документы таким образом, чтобы в случае нужды гарантировалось их полное уничтожение».

Сражение с оккупантами не сразу достигло высокой эффективности. В конце 1930-х в СССР изменилась военная доктрина. Врага предполагалось «бить малой кровью на чужой территории». В связи с этим ликвидировали секретные склады с оружием и продовольствием, созданные для обеспечения партизанских действий. Прекратилась подготовка кадров, способных вести партизанскую деятельность.

С началом войны всю систему пришлось восстанавливать заново. Партизанские группы и даже отряды организовывали около недели, а инструкторами становились общевойсковые командиры, не имевшие представления о таком типе борьбы. Большие проблемы возникли с обеспечением радиосвязи. Только полтора процента отрядов имели радиостанции.

Слабая подготовка, отсутствие связи и координации действий привели к тому, что из 2800 партизанских и диверсионных групп, созданных в начале войны, к весне 1942-го уцелело только 270.

На Украине органы госбезопасности в первый год ВОВ организовали 778 партизанских отрядов и 622 диверсионные группы общей численностью 28 754 человека. А к июню 1942 года на связи оставалось всего 110 подразделений.

В этих условиях успешно действовали только партизаны, возглавляемые опытными командирами, такими как Василий Корж.

Корж Василий Захарович (1899–1967) – генерал-майор, Герой Советского Союза. В начале 1920-х принимал участие в партизанских действиях против белогвардейцев на территории Западной Белоруссии. Командовал партизанским отрядом в Испании. В 1941-м организовал истребительный батальон, вступивший в бой 28 июня 1941 года. Это первый бой партизанского отряда в Великой Отечественной войне.

В мае 1942 года был образован Центральный штаб партизанского движения при Ставке Верховного главнокомандования. В него вошли представители комиссариата внутренних дел и разведывательного управления Красной армии. На 1 ноября 1942-го в 1100 партизанских отрядах, учтенных органом, насчитывалось уже свыше 90 тысяч человек.

Партизаны получили более 200 радиостанций, что позволило организовать надежную связь с 700 отрядами, координировать их действия и нацеливать на действительно важные объекты.

Столкновение эшелонов дивизии Рауса и партизан также не было случайным. На правобережную Украину направили группы под командованием Ковпака и Сабурова.

Ковпак Сидор Артемьевич (1887–1967) – генерал-майор, дважды Герой Советского Союза. Сформировал отряд еще до прихода немцев. К боевым действиям приступил осенью 1941-го в Путивльском районе Сумской области. В 1943-м его соединение осуществило Карпатский рейд, пройдя с боями более 10 тысяч километров по тылам врага и разгромив гарнизоны противника в 39 населенных пунктах.

Сабуров Александр Николаевич (1908–1974) – генерал-майор, Герой Советского Союза. Возглавил партизанский отряд в октябре 1941-го. С марта 1942-го командовал партизанским соединением, которое действовало в Сумской, Житомирской, Волынской, Ровенской областях Украины; а также в Брянской и Орловской областях России и в южных районах Белоруссии.

Объединение Сидора Артемьевича состояло из пяти партизанских отрядов, Александра Николаевича – из шести. Вместе они насчитывали около 3 тысяч человек, вооруженных автоматами, пулеметами, противотанковыми ружьями, минометами и легкими орудиями, что позволяло атаковать даже воинские эшелоны. В конце ноября – начале декабря 1942-го объединения на две недели вывели из строя железнодорожный узел Сарны и взорвали 9 мостов.

Планируя операцию «Барбаросса», Гитлер провозгласил:

«Земля должна быть захвачена и использована максимально эффективно».

В результате военной кампании планировалось в 1941-м установить границу рейха по линии Архангельск – Астрахань. Оккупированную территорию предполагалось поделить на государства и протектораты, а некоторые области, такие как Крым, сделать частью Германии.

В конце 1941-го вермахт разработал план «Ост», определявший судьбу славянских народов в послевоенный период.

«Ост» – секретный план правительства Третьего рейха по проведению этнических чисток на территории Восточной Европы и ее колонизации после победы над СССР. Вариант действий разработан в 1941-м Главным управлением имперской безопасности (РСХА).

С планом «Ост» ознакомилось все высшее руководство.

ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ПЛАН «ОСТ» Документ № 1

Рейхсфюрер войск СС. 28 мая 1940 года. Совершенно секретно. Государственной важности!

«В субботу, 25-го числа сего месяца, я представил Фюреру изложенные мною письменно соображения об обращении с местным населением восточных областей. Фюрер прочел все шесть страниц моего проекта, нашел его вполне правильным и одобрил…»

Оккупированные территории планировалось заселить немцами, а основную часть коренного населения депортировать в Западную Сибирь. Предполагалось оставить на захваченных землях не более 35 % украинцев, 25 % белорусов и подвергнуть их онемечиванию. Для этого вводилась специальная образовательная программа.

ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ПЛАН «ОСТ» Документ № 2

«…Мы в высшей степени заинтересованы в том, чтобы ни в коем случае не объединять народы восточных областей, а, наоборот, дробить их на возможно более мелкие ветви и группы…

Для ненемецкого населения восточных областей достаточно наличия четырехклассной школы. Целью обучения должно быть – только простой счет, самое большее до 500, умение расписаться, внушение, что божественная заповедь заключается в том, чтобы повиноваться немцам…»

Реализовать «Ост» гитлеровцы не успели, но люди в полной мере ощутили возможные последствия его выполнения. Армия врага находилась глубоко на территории СССР и снабжение планировалось осуществлять за счет местных ресурсов. Для их выкачивания в середине июля 1941-го создавались специальные комиссариаты. Так, генеральный комиссариат Белоруссии возглавил Вильгельм Кубе.

Вильгельм Рихард Пауль Кубе (1887–1943) – член НСДАП с 1928 года. В конце 1930-х смещен со всех должностей за коррупцию и злоупотребление властью, служил ефрейтором в концлагере Дахау. В июле 1941-го назначен Генеральным комиссаром Белоруссии. Несет ответственность за уничтожение около 50 тысяч евреев.

Заняв населенный пункт, фашисты выбирали бургомистра или старосту. Их обязанности и полномочия печатались на русском языке и развешивались по населенным пунктам.

«Все бургомистры и сельские старосты отвечают за полную безопасность своего района… В случае недосмотра местного населения из него будет расстреляно не менее чем двойное число пострадавших немецких солдат. За повреждение дорог, мостов, закладывание мин будет расстреляно не менее трех местных жителей. Тот, кто без разрешения бургомистра или старосты дает убежище или питание посторонним или оказывает им какую-либо другую помощь, будет повешен».

Сущность устанавливаемого нового порядка достаточно быстро стала ясна. И жители в основной массе поддержали вооруженную борьбу с оккупантами.

Потери в затянувшейся войне вынудили гитлеровское руководство зимой 1941–1942 годов разработать программу вывоза рабочей силы в Германию. Планировалось переместить в рейх полтора миллиона трудоспособных граждан, в основном украинцев. Полмиллиона молодых девушек предполагалось использовать для помощи немцам в домашнем хозяйстве. Условия существования сформулировал один из разработчиков программы Комиссар по рабочей силе Фриц Заукель:

«Кормить, размещать и обращаться так, чтобы использовать максимально эффективно при минимальных затратах на содержание».

Рейхсфюрер СС Гиммлер выразился проще:

«Погибнут или нет от изнурения при рытье противотанкового рва 10 000 русских женщин, интересует меня лишь в том отношении, готов ли для Германии противотанковый ров».

По приговору Нюрнбергского процесса Заукеля повесили. Генрих Гиммлер до суда не дожил, покончив жизнь самоубийством.

Широкую известность получили действия партизанского отряда «Тринадцать», выросшего до особого партизанского полка (летом 1942-го), а в апреле 1944-го ставшего Особым партизанским соединением. Командовал им Сергей Гришин.

Гришин Сергей Владимирович (1917–1994) – полковник, Герой Советского Союза. Начал войну командиром танкового взвода. Попав в окружение, пробрался в свою деревню, где создал партизанский отряд, который вскоре был переформирован в особый партизанский полк «Тринадцать». Название выбрано в честь одноименного известного фильма Михаила Ромма в жанре «истерн».

Руководимое Гришиным соединение наносило противнику большие потери. Только за 1943 год полк прошел с боями 1500 километров, разгромив 40 вражеских гарнизонов, уничтожив и взяв в плен более 14 тысяч солдат и офицеров.

Действия отрядов нельзя оценивать только числом убитых и раненых или количеством уничтоженных путей и складов. Атмосфера террора, созданная на оккупированных территориях, заставляла гитлеровцев отвлекать необходимые на фронте боевые части и технику для борьбы с партизанами и охрану дорог.

Ухудшилось моральное состояние солдат. Они воевали в стране, где каждый гражданин мог оказаться партизаном, а каждый необычный шум – началом атаки. Положение не позволяло использовать экономический потенциал захваченных областей для снабжения и ограничивало сотрудничество населения с оккупантами. В этих условиях даже самые незначительные действия партизан становились успешными.

По отчетам немецкого командования, из 3 миллионов 600 тысяч пленных, захваченных в 1941-м, к весне 1942-го оставалось всего 800 тысяч работоспособных. 60 % погибло от голода, болезней и издевательств.

Весной 1942-го на плацу лагеря Сувалки сидели и лежали тысячи советских военнопленных. Питание стало совсем скудным. Именно тогда, желая сохранить жизнь, бывший начальник штаба 229-й стрелковой дивизии подполковник Владимир Гиль, попавший в плен летом 1941 года, встал на путь предательства. Он предложил создать Боевой союз русских националистов. Программа звучала так – «свержение сталинского режима и создание русского националистического государства под протекторатом Германии».

В «Замечаниях и предложениях по генеральному плану “Ост”» Гиммлер писал:

«Управляя всеми огромными территориями, мы должны максимально экономить силы немецкого народа… Тогда неприятные для русского населения мероприятия будет проводить не немец, а латыш, литовец или русский, что будет иметь для нас положительные последствия».

Служба безопасности, известная как СД, поддержала инициативу Гиля, взявшего псевдоним Родионов. 1 мая 1942-го 100 бывших военнопленных, вступивших в Боевой союз русских националистов, освободились и переоделись в чешское обмундирование.

Из членов союза сформирована 1-я Русская национальная бригада СС «Дружина». В ее задачи входили охранная служба на оккупированной территории и борьба с партизанами. Отряд состоял из 500 человек. 1-й рота включала исключительно бывших командиров РККА. В августе 1943-го Гиль был перевербован и перешел с большей частью бригады на советскую сторону.

Но оставались среди пленных и те, кто в нечеловеческих условиях сумел сохранить честь и достоинство.

Например, ополченец Обрыньба, попавший в плен осенью 1941-го под Вязьмой:

«Если ты хочешь в этой безвыходной ситуации не потерять себя, ты должен держать свою душу без сомнений. Какие бы чувства ни были у тебя к Сталину, есть два лагеря, две идеи и два человека, возглавляющие эти лагеря. И ты должен быть приверженным одной идее, одному лагерю и одному человеку, эту идею олицетворяющему. Надо держаться до конца, потому что ни страх смерти, ни пытка, не дадут тебе оправдания перед самим собой».

Николай Ипполитович бежал и вступил в партизанский отряд «Дубова» в Полоцко-Лепельской зоне.

К весне 1942-го движение стало приобретать массовый характер. Количество партизан выросло до 200 тысяч человек. В основном формирования действовали в тылах групп армий «Север» и «Центр». Этому способствовала лесистая и болотистая местность Брянской, Витебской, Смоленской, Новгородской и Ленинградской областей. Крупная группировка сражалась в Крыму в горах Яйлы.

Постепенно выработалась тактика и оптимальная структура партизанских подразделений. Самостоятельной боевой единицей являлся отряд, состоящий из 100–200 человек. Возглавляли его командир, комиссар и начальник штаба. Объединение имело боевые и хозяйственные подразделения, санитарную службу и могло делиться на несколько взводов.

Несколько отрядов объединялись в бригаду. У нее были госпиталь и мастерские, где шили маскировочные халаты, полушубки, обувь. В бригаду входило от пяти до тридцати отрядов. Так, в составе «Дубовы» находилось около 1700 человек. Несколько бригад объединялись в соединения, громившие вражеские гарнизоны, очищая территорию от немцев и создавая целые партизанские зоны.

Территория Полоцко-Лепельского участка, освобожденного от войск вермахта, охватывала 3200 квадратных километров и 1220 населенных пунктов, где проживало более 80 000 человек. Обороняли зону 16 партизанских бригад – 17 500 человек.

В области полностью восстановили советскую власть, работали школы, телефонная связь, электростанции, мельницы, скипидарно-дегтярные заводы. В типографиях печатались газеты и листовки.

Здесь даже располагалась картинная галерея, где собрали работы партизанских художников, в том числе Николая Гутиева и Николая Обрыньбы, бежавших из плена.

Из воспоминаний Николая Обрыньбы:

«Мы как бы бросали вызов врагу: мы можем все, и наша жизнь не зависит от страха и смерти, мы утверждаем ее назавтра и навсегда. Дубовцы гордились своими картинами. Потому и повесили их в штабе, рядом со знаменем бригады, возле которого всегда находился часовой со станковым пулеметом».

Население помогало в починке и производстве оружия, заготовке продовольствия.

Командир партизанского артиллерийского дивизиона Михаил Атрашкевич:

«Без поддержки населения не было бы в Белоруссии партизан, как их не было в Литве. Белорусскому населению… каждому можно давать награду».

13 марта 1943-го Гитлер подписал оперативный приказ № 5 на проведение операции «Цитадель» под Курском. Словно в ответ на это партизаны взорвали оба моста через Десну юго-западнее Брянска. Движение эшелонов противника по линии Гомель – Брянск прервали.

На восстановление одного моста потребовалось пять дней, второго – 12. Перед наступлением потеря важнейших линий подвоза – серьезный удар. А его повторение в разгар самой операции грозило бы катастрофой.

Для противодействия немецкое командование сняло с фронта армейские части, в том числе танковые, которые в мае-июне 1943-го провели ряд антипартизанских акций.

Крупнейшая из них – операция «Цыганский барон» в брянских лесах. В ней участвовало около 50 тысяч человек, включая подразделения коллаборационистов. Им противостояли несколько объединений численностью около 11 тысяч. Ситуация для партизан усложнялась тем, что, спасаясь от оккупантов, в лес ушло много женщин, стариков и детей. Мобильность групп снизилась.

Гитлеровцы смогли разобщить бригады и прижать к Десне. Штаб партизанского движения принял немедленные меры для помощи окруженным. По воздуху доставлялись боеприпасы, оружие, медикаменты. Самолеты вывезли около 900 раненых и членов их семей. Советская авиация бомбила районы расположения вражеских частей. Однако противостоять танкам и артиллерии легковооруженные партизаны не могли и несли большой урон.

В ночь на 2 июня 1943-го у хутора Пионерского в ходе ожесточенных боев остатки отрядов пошли на прорыв и ценой огромных потерь смогли вырваться из кольца.

Налаженная радиосвязь позволила Центральному штабу разработать и крупные скоординированные операции «Рельсовая война» и «Концерт».

Для массового уничтожения железнодорожных путей требовались десятки тонн взрывчатки. Доставить такие объемы по воздуху нереально, что заставило подрывников экспериментировать с формой зарядов.

По довоенным нормативам, на подрыв рельса требовалось 200–400 граммов тротила. Испытания с подбором формы шашки (ромбической, трапециевидной) позволили уверенно перебивать рельсы всех марок зарядами всего в 75–100 граммов, что существенно сократило потребность во взрывчатых веществах и самолеты вполне могли доставить их в объеме достаточном для проведения операции.

«Рельсовая война» началась в ночь на 3 августа 1943-го. В Белоруссии, Ленинградской, Орловской и Брянской областях массово подрывались железнодорожные пути.

Однако итоги «Рельсовой войны» и «Концерта» не в полной мере оправдали ожидания. Немцы достаточно быстро научились противостоять угрозе. Вместо восстановления поврежденного участка просто укладывали стальной уголок.

Этого оказывалось достаточно для прохода эшелона. Позднее рельс заменялся. Известный советский разведчик-диверсант, один из организаторов партизанского движения, Илья Старинов, ставил под сомнение целесообразность подрыва рельс. Он считал более эффективным устраивать крушения поездов. Но «Рельсовая война» принесла и определенные результаты.

Начальник транспортной службы группы армий «Центр» полковник Герман Теске:

«Для обеспечения безопасности пришлось снизить скорость движения поездов, двигаться лишь в дневное время и не поодиночке… Возросли потери личного состава, разрушалось оборудования».

Крупным успехом в ходе сражения на Курской дуге стал подрыв на станции Осиповичи партизанским отрядом особого назначения «Храбрецы». Командовал им командир батальона ОМСБОН НКВД полковник Александр Рабцевич.

По данным немецкой генеральной дирекции путей сообщения «Восток», в феврале 1943-го партизаны совершили около 500 налетов и диверсий на железных дорогах, в апреле – около 700, в мае – 1045, в июне – свыше 1060.

Наиболее эффективными были мины замедленного действия. Они взрывались под проходящим поездом только после установленного срока. На одном отрезке устанавливали несколько мин с различными сроками замедления, а затем взрывы происходили периодически после восстановления противником полотна железной дороги. Одно крушение задерживает движение на 8–12 часов. Чтобы полностью закрыть активность на однопутном участке, хватало двух-трех подрывов в сутки.

В ночном небе на высоте около ста метров парил воздушный змей. По шнуру ветер гнал парусок на деревянных роликах, к которому цеплялась пачка из 20–25 листовок с призывом переходить на сторону партизан. Они разбрасывались над расположением 1-й Русской бригады СС «Дружина», которой командовал Гиль-Родионов.

Участие в карательных акциях против партизан и мирного населения заставило многих бойцов задуматься, что они делают и с кем воюют. Победы Красной армии под Сталинградом и Курском и активная пропаганда привели к тому, что в 1943-м увеличилось число случаев перехода солдат и офицеров добровольческих формирований на сторону партизан.

Вскоре и Гиль-Родионов вступил с ними в переписку, поставив вопрос о гарантиях безопасности. Партизаны запросили Москву и 23 июля получили ответ начальника Центрального штаба Пономаренко:

«Дать гарантию, усилить агитацию, использовав любую связь, в том числе и личную переписку с Гиль-Родионовым, для разложения его бригад».

Вскоре состоялась встреча Ивана Титкова с командиром «Дружины», в результате которой бригада СС в полном составе перешла на сторону СССР, став 1-й Антифашистской партизанской бригадой.

В середине сентября они участвовали в разгроме немецко-полицейского гарнизона из 180 человек в Студенке Лепельского района. На рассвете партизаны отрыли артиллерийско-минометный огонь по деревне, а потом пошли в атаку. К 7 часам утра вражеский гарнизон полностью ликвидировали.

За успешные действия 16 сентября Родионову присвоили звание «полковник» и наградили орденом Красной Звезды, а многих его солдат и офицеров – медалью «Партизану Отечественной войны».

Задание на ликвидацию Генерального комиссара Кубе получили все действующие в районе Минска командиры, подчинявшиеся НКВД, Главному разведуправлению Генштаба и штабам Партизанского движения. На протяжении лета и сентября 1943-го велась охота на гауляйтера Белоруссии.

22 июля 1943 года раздался взрыв в театре Минска. По данным Главного разведывательного управления, убиты 70 и ранены 110 солдат и офицеров противника. Но Кубе за несколько минут до взрыва покинул здание.

Летом 1943-го устроили засаду по дороге в загородную резиденцию комиссара, но безрезультатно. Партизаны обратились к летчикам с предложением разбомбить дом. Командующий авиацией дальнего действия выделил для нанесения удара 15 лучших экипажей. Но Кубе вновь уцелел и переехал в Минск.

6 сентября в столице Белоруссии намечался большой банкет по поводу 10-летия прихода Гитлера к власти. Взрыв в офицерской столовой уничтожил 36 высокопоставленных фашистских офицеров и чиновников. Гауляйтер на торжество не явился.

За две недели до нового покушения на Елену Мазаник, работавшую в доме Генерального комиссара уборщицей, вышла партизанка Мария Осипова и уговорила женщину совершить акт возмездия, передав той мину замедленного действия.

Во вторник, 21 сентября, в шесть часов утра Елена, положив в сумку снаряд, направилась в дом Кубе. На входе прислугу всегда осматривали. В этот день, на счастье, дежурил солдат, с которым работница была в хороших отношениях, и обыск прошел формально. Проскользнув в спальню Кубе, девушка заложила мину между матрацем и пружинами, ближе к головной части кровати.

Марию Осипову, Елену Мазаник и ее сестру Валентину Шутскую переправили в партизанский отряд. В 00 часов 40 минут 22 сентября 1943-го в комнате генерального комиссара и гауляйтера Белоруссии Вильгельма Кубе раздался взрыв. Мина, уничтожившая мужчину, была направленного действия и рассчитана на ликвидацию одного человека. Характерно, что ни его беременная жена, находившаяся рядом, ни дети, спавшие в соседней комнате, не пострадали.

В 1943–1944 годах численность партизан выросла до 300 тысяч. Только в Белоруссии к 1 января 1944-го действовало около 150 радиостанций. Потери разведывательно-диверсионных групп в 1944–1945 годах сократились до 10 %. В помощь ополченцам действовал 101-й полк авиации дальнего действия. Каждую ночь вылетало до 20 самолетов.

Весной 1944 года немецкое командование начало операцию по уничтожению Полоцко-Лепельской партизанской зоны. В ней принимали участие 60 тысяч солдат и офицеров, 137 танков, 236 орудий, 70 самолетов, 2 бронепоезда. Около 60 тысяч человек оказались в кольце танковой армии.

Противник захватил все партизанские аэродромы. Пришлось строить новый на совершенно не пригодном для этого месте – посреди заболоченной низины возвышался бугор.

Ополченцы решили засыпать болото землей, чтобы сделать полосу длиной не менее 1000 метров. На участке укладывались бревна, а сверху слой хвороста в тугих связках. Потом все засыпалось землей. Две тысячи крестьян из окрестных деревень под руководством Николая Обрыньбы строили площадку три недели.

По краю взлетной полосы сделали ямы для сигнальных костров. Плотники сколотили крышки, обив изнутри железом. Если дернуть за веревку, привязанную к подпорке, крышка падала и гасила пламя.

За время операции советская авиация совершила 354 вылета в район боевых действий, бомбила скопления вражеских войск, переправила окруженным более 250 тонн грузов и вывезла около 1500 раненых.

Особенно тяжелые бои в ходе прорыва из блокады начались 18 апреля. В битве за деревню Казимировка против бригады «Алексея» гитлеровцы бросили около 1000 человек пехоты, 4 танка, 2 самолета. Только после шести часов сражений, когда немцев поддержали еще 50 бомбардировщиков, партизаны покинули позиции.

27 апреля возле Ушачей немцы сузили кольцо до 20 километров. Командование зоны отдало приказ отрядам идти на прорыв. 5 мая партизаны прорвали оборону и вывели из блокады около 15 тысяч местных жителей. Здесь же участвовала и 1-я Антифашистская бригада Гиль-Родионова.

Владимир Владимирович с отрядом за время службы в СС участвовал в карательных операциях по уничтожению деревень Далекое, Небышино, Витуничи, Осиновик и Трамбин. Предатель Родины получил возможность искупить вину кровью. При выходе из района Ушачей, поднимая бойцов в атаку, Владимир Гиль-Родионов был убит. Останки найдены в 1992 году поисковиками и перезахоронены в районном центре Ушачи в братской партизанской могиле.

Через месяц после разгрома Полоцко-Лепельской зоны началась операция «Багратион». Советские регулярные части полностью очистили Белоруссию от оккупантов, и многие партизаны влились в ряды Красной армии.