Два «Мессершмита» безнаказанно расстреливали одиночный истребитель «Чайка». Помощь пришла неожиданно. Горкой с бреющего полета вынырнула еще одна «Чайка» и атаковала противника. Немцы набросились на нового врага. Советский самолет получил несколько пулевых пробоин, но сбить его «Мессеры» не смогли. Пилотировал технику лейтенант Речкалов, для которого первый день войны стал днем боевого крещения.

Речкалов Григорий Андреевич (1920–1990) – генерал-майор авиации, дважды Герой Советского Союза, один из лучших летчиков-асов Великой Отечественной войны. Был направлен в военную школу летчиков по комсомольской путевке. Уже 27 июня реактивным снарядом сбил первый «Мессершмит». По некоторым данным, уничтожил 61 самолет Германии.

И-153 «Чайка» вместе с самолетом И-16 в 1941-м составляли основу истребительной авиации Красной армии. Создан конструкторским бюро Николая Николаевича Поликарпова с учетом опыта воздушных боев в Испании. И-153 – маневренный и довольно хорошо вооруженный, но значительно уступал в скорости немецкому Bf-109.

Впервые наши летчики столкнулись с «Мессершмитами» еще в испанском небе. Тогда он произвел впечатление серьезной техники, но с которой можно драться на равных. Однако к 1941 году немцы существенно модернизировали истребители, который стал превосходить советские машины в скорости.

Мессершмит Bf-109 (традиционное написание – Ме-109). Создан конструктором Вильгельмом Мессершмиттом на заводе «Байерише флюгцойгверке». Отсюда второе название – BF-109. К июню 1941 года конструкторы увеличили скорость самолета с 460 до 620 км/ч, в то время как у И-153 она осталась на уровне 426 км/ч. На «Мессершмите», помимо двух пулеметов, установили 20-миллиметровую пушку, тот стал значительно превосходить машины СССР.

Маневренность И-153 позволяла успешно вести оборонительные бои. Но навязать волю противнику, атаковать на них было невозможно.

В первый день войны наша авиация потеряла 336 самолетов в воздухе и порядка 800 на земле.

Наихудшей ситуация оказалась на направлении главного удара, в Белоруссии. Вооруженная новейшими МиГ-3, 9-я авиадивизия генерал-майора Черных за 22 июня лишилась 347 самолетов из 409 имевшихся.

Черных Сергей Александрович (1912–1941) – генерал-майор авиации, Герой Советского Союза, участник войны в Испании, где стал первым советским летчиком, сбившим «Мессершмит». В числе других командиров обвинен в провале начального периода войны, смещен с должности и расстрелян.

Западный Особый военный округ утратил 738 самолетов, из них 528 – на земле. Командующий ВВС округа, генерал-майор Иван Копец, осознав масштабы катастрофы, застрелился в своем кабинете.

Выдвинутые на высокие командные должности, прошедшие за 2–5 лет путь от лейтенантских кубарей до генеральских звезд, эти и другие талантливые летчики оказались не готовы к управлению крупными соединениями авиации.

Но, несмотря на потери первого дня, 23 июня и последующие две недели стали настоящей битвой за господство в воздухе. Опомнившись от шока, пилоты Красной армии обрушились на немецкие танковые клинья.

24 июня три девятки бомбардировщиков СБ ударили по танкам Гудериана, скопившимся у реки Щары. Солдаты нанесли врагу чувствительные потери и разрушили переправу. Уже на обратном пути их атаковали истребители гитлеровцев. Из 27 советских самолетов на аэродром не вернулось 10.

Штурмовые и истребительные части подчинялись командованию наземных армий, а бомбардировочные – командующему фронтом. Это привело к разобщенности действий. Часто бомбардировщики летали без истребительного прикрытия, а истребители занимались атакой наземных целей.

Согласно довоенной правилам, самолеты в строю держали большие дистанции и интервалы, поэтому экипажи не могли эффективно прикрывать огнем друг друга. Структуру авиационных частей, тактику и специфику взаимодействия следовало срочно менять.

Тем не менее советские бомбардировщики наносили удары не только по наступающим войскам, но и по целям в глубине территории – по Кенигсбергу, Варшаве, порту Констанца и нефтяным заводам Плоешти в Румынии.

Одним из летчиков противника, охранявших жизненно важные для Германии румынские нефтепромыслы, был командир эскадрильи обер-лейтенант Гюнтер Ралль. 26 июня наши бомбардировщики атаковали Плоешти, но на обратном пути их перехватили «Мессершмиты». Ралль записал на свой счет три бомбардировщика. Всего в вылете вражеские истребители сбили девять самолетов.

Гюнтер Ралль (1918–2009). Поступил на службу в пехоту в 1936 году. Через два года перешел в люфтваффе, став летчиком-истребителем. Первый бой принял в 1940 году в небе Франции, одержав две победы. По немецким данным, Ралль – третий по числу побед ас в истории, сбивший 275 самолетов.

Огромное количество воздушных побед, заявленных немцами, до сих пор вызывает споры среди историков. Тем не менее следует признать их высочайший уровень подготовки. Летчики-истребители люфтваффе воспитывались в духе лучшего аса Первой мировой, барона Рихтгофена: «Найди противника и сбей его, все остальное не имеет значения».

Пилоты впитали девиз настолько, что со временем стали вести «собственную войну» – похожую на увлекательные спортивные соревнования, в которых имел значение только личный счет.

На вооружении Германии находилась не только первоклассная техника, но и превосходящая мировые аналоги тактика. На основе опыта войны в Испании разработали свободное построение пар и четверок, позволявшее максимально использовать преимущество самолетов в скорости.

Военно-воздушные силы других стран, в том числе и советские, выстраивали формирования из трех машин, летящих в форме буквы V, что затрудняло взаимное маневрирование. Плотные боевые порядки истребителей СССР обуславливались и отсутствием радиостанций на большинстве самолетов. Командир управлял группой только посредством покачиваний крыльев или жестов рук. Поэтому летчики были вынуждены прижиматься к самолету командира, теряя свободу действий.

В конце весны 1941-го в ВВС Красной армии стали поступать первые образцы нового бронированного штурмовика. Самолет Ил-2 – один из символов отечественной авиации.

Ил-2 создан незадолго до начала войны конструкторским бюро Сергея Ильюшина. В нем совмещались хорошая бронезащита, мощное вооружение и относительно высокая скорость.

Основная задача самолета – непосредственная поддержка сухопутных сил на поле боя. При прорыве обороны противника необходимо: подавить огневые точки, заставить пехоту залечь, спрятаться, чтобы дать возможность атакующим без потерь преодолеть нейтральную полосу. Авиации приходится наносить удар буквально в сотне метров от своих войск на узком участке фронта.

Справиться с этим могут только штурмовики – хорошо бронированные машины, которые несут вооружение – пушки, пулеметы, бомбы и реактивные снаряды. Ил-2 именно такой.

Первыми новинку в начале июня 1941 года получили летчики 4-го штурмового авиаполка. Пилоты успели выполнить по несколько полетов на самолете, но строем еще не летали. Из пушек и пулеметов на полигоне никому и очереди выпустить не пришлось. Реактивных снарядов – «эРэСов», которые подвешивались под крыльями, не видели. Как прицельно сбрасывать бомбы никто представления не имел. Но уже на четвертые сутки войны они вылетели на фронт.

27 июня Спицын, Филиппов и Холобаев шли в первый боевой вылет. Атаку на немцев провели с малой высоты, не целясь сбросили бомбы с взрывателями замедленного действия – промахнуться невозможно. Обстреляли колонну только из пулеметов, поскольку пушки отказывали из-за заводского брака. На аэродром тогда вернулись все.

Так началась боевая работа полка. Через неделю, 2 июля, за уничтожение девяти переправ через Березину личный состав получил благодарность от командующего Западным фронтом. Но потери были большие: в середине июля из 56 машин в строю осталось всего 10.

В августе полк, передав последние три самолета соседям, пешком по пыльным дорогам двинулся на восток для переформирования. В апреле 1942 года 4-му штурмовому ордена Ленина авиаполку присвоили звание гвардейский.

В июле-сентябре 1941-го на 8–9 вылетов Ил-2 приходился один сбитый. В отдельных полках существование самолета не превышало 3–4 боевых вылетов. Улучшение тактики применения и выучки пилотов позволили повысить живучесть штурмовика. В 1945 году одна сбитая единица техники приходилась уже на 90 вылетов.

К концу 1941-го потери нашей авиации составляли почти в 11 000 боевых самолетов, немецкой – около 3000. Несмотря на эти цифры, люфтваффе не были готовы к такому уровню собственных потерь. В результате двухмоторные бомбардировщики не бомбили цели в тылу, как предполагалось, а использовались для непосредственной поддержки группировок на поле боя. Люфтваффе превратились в «летающую артиллерию».

Такое положение дел не позволило гитлеровцам помешать отходу советских дивизий на новые рубежи обороны. Люфтваффе не удалось сорвать ни эвакуацию промышленности на Урал, ни переброску резервов из внутренних округов.

Советские ВВС не были уничтожены в первые месяцы войны. Именно истребители Красной армии вместе с наземными средствами ПВО не дали немцам разбомбить Москву. Налеты люфтваффе на столицу окончились полным провалом. Наконец, авиация Германии не смогла предотвратить поражение войск под Москвой зимой 1941–1942 годов.

И все же пилотам ВВС Красной армии пока не хватало опыта, но еще больше – новых современных самолетов.

Осенью 1942 года вышло постановление Государственного комитета обороны о выпуске самолета ЛаГГ-3 с мотором М-82. Так появился знаменитый Ла-5.

Истребитель ЛаГГ-3 создан конструкторами Лавочкиным, Горбуновым и Гудковым. Учитывая дефицит алюминиевых и легированных сплавов, они решили сделать технику цельнодеревянной с использованием дельтадревесины. Материал представлял пропитанный лаком пакет из шпона, спрессованный при высокой температуре. Он получался прочный, влагостойкий, негорючий, но по сравнению с алюминиевыми сплавами – очень тяжелый.

ЛаГГ-3 вышел хорошо вооруженным, но увесистым и с плохой маневренностью.

Осенью 1941 года принято решение прекратить выпуск истребителей ЛаГГ, а производившие заводы перепрофилировать под выпуск Як-7 конструкции Яковлева.

Як-7Б, к этому времени, считался лучшим советским истребителем. Имел на вооружении пушку и два пулемета. Мог нести 6 реактивных снарядов. Скорость составляла 588 км/ч.

Над конструкторским бюро Лавочкина нависла угроза расформирования. Спасти ситуацию могла установка нового мощного мотора воздушного охлаждения М-82.

Так создавался самолет, который положил начало новой серии истребителей КБ Лавочкина. 21 марта 1942 года, за несколько дней до эвакуации в Тбилиси, летчик-испытатель Василий Мищенко поднял в воздух будущий Ла-5.

Враг быстро продвигался вглубь страны, а советские вооруженные силы несли огромные людские и материальные потери. Из имевшихся к началу войны 22 600 танков до конца года осталось 2100, из 20 000 самолетов – около 2000, из 112 800 орудий и минометов – всего около 12 800.

Урон следовало быстро восполнять в условиях, когда основные предприятия вывозились на восток. Так, наркомат авиационной промышленности вывез 118 заводов (85 % мощностей), наркомат вооружения – 31 предприятие из 32. Эвакуировано 9 основных танковых заводов.

До конца 1941 года в тыл отправлено более 10 миллионов человек и свыше 2,5 тысячи предприятий. Для этого потребовалось более полутора миллионов железнодорожных вагонов. Прибывая на новое место, фабрики чаще всего немедленно приступали к выпуску продукции.

Оплаченный огромной ценой опыт первых месяцев войны выразился в реформе ВВС Красной армии. В апреле 1942 года их командующим стал генерал-лейтенант Новиков. Он сразу же предложил объединить силы, подчиненные наземным фронтам и армиям, в воздушные части, что заметно упрощало управление и координацию действий.

Существенно изменилась и тактика советских истребителей. Перенимая опыт противника, командование ВВС отказалось от использования смешанных соединений. Вместо них создавались однородные истребительные, штурмовые и бомбардировочные дивизии и корпуса. Устаревшие И-153, И-16 и СБ постепенно заменялись на новые Яки, Илы и Лавочкины.

Дебют Ла-5 состоялся в августе 1942 года под Сталинградом. Гюнтер Ралль так оценивал их появление на фронте:

«Русские быстро учились. Созданный на основе неудачного ЛаГГ-3 истребитель Ла-5 был великолепной машиной».

По началу немецкие летчики приняли Ла-5 за модернизированный И-16, который называли «Рата» – крыса. Вскоре пришлось более внимательно отнестись к технике – «Внимание! У тебя Ла-5 на хвосте!» – это предупреждение все чаще звучало в небе Сталинграда.

И тем не менее потери в полках Красной армии были большими.

Из отчета 49-го авиационного истребительного полка:

«Самолет Ла-5 является лучшим типом истребителя отечественного производства. Потери, понесенные полком, объясняются тем, что 45 % состава полка молодые летчики. Из числа пяти сбитых: 3 сержанта с налетом на Ла-5 по 15–17 часов, один младший лейтенант с таким же налетом и один старший лейтенант. Таким образом, из числа пяти сбитых только один опытный летчик».

Ахиллесовой пятой ВВС на протяжении почти всей войны оставалась подготовка летного состава. Долгое время в училищах запрещалось обучение высшему пилотажу, что сказывалось на профессионализме кадров. Подготовка состояла большей частью из отработки взлетов и приземлений – остальным элементам уделялось второстепенное внимание. В результате в боевые подразделения направлялись молодые пилоты, имевшие всего 8–10 часов самостоятельного налета. Порой даже на самолете совершенно другого типа, чем в полку назначения.

Летчики не знали элементов высшего пилотажа, не были обучены тактике воздушного боя, не умели пилотировать в сложных метеоусловиях. Большинство выпускников авиашкол и училищ имели в активе лишь 2–3 стрельбы по буксируемой мишени и не умели правильно пользоваться прицелами. Летчикам предстояло драться с вражескими пилотами с огромным опытом. Но сломить дух бойцов немецким асам не удалось.

Герой Советского Союза, генерал-полковник авиации Сергей Горелов:

«Мы были настроены на драку и были готовы погибнуть в бою. Мы даже прощались перед вылетом».

Григорий Речкалов в 1942 году сбил 5 самолетов противника. А в конце года его полк был отведен с передовой для переучивания на новую технику – американские «Аэрокобры», поставляемые по ленд-лизу.

Из всех иностранных истребителей летчикам больше всего нравилась «Аэрокобра».

Р-39 «Аэрокобра». Американский истребитель фирмы Белл. Отличался необычной конструкцией – двигатель располагался позади кабины пилота. Половина всех выпущенных «кобр», более 4500 машин, поставлены в СССР по ленд-лизу. Вооруженный 37-миллиметровой пушкой и крупнокалиберными пулеметами, самолет сочетал в себе скорость и огневую мощь.

На таком самолете летал не только Григорий Речкалов, но и дважды Герой Советского Союза Николай Гулаев, сбивший 55 машин гитлеровцев и трижды Герой Александр Покрышкин, по официальным данным, сбивший 59.

Сочетание накопленного опыта, новый современный истребитель и относительная свобода действий позволили Речкалову в боях 1943 года одержать уже 42 победы.

Весной этого года указом Президиума Григорию Андреевичу присвоено звание Героя Советского Союза. Вторую Звезду Героя подполковник получил в 1944 году.

С 29 апреля по 15 мая 1943 года войска Северо-Кавказского фронта осуществили наступательную операцию с целью прорвать «Голубую линию» – систему немецких укреплений на Таманском полуострове и овладеть Таманью. После шести дней жестоких боев 56-й армии удалось овладеть лишь одним узловым пунктом обороны Германии – станицей Крымская.

Дальнейшее наступление было остановлено мощными ударами немцев с воздуха. Их осуществили 1400 самолетов, действовавших с баз на Керченском полуострове. Советские войска вновь не смогли прорвать глубокоэшелонированную «Голубую линию» и 15 мая прекратили наступление.

Именно здесь в апреле-июне 1943 года развернулось воздушное сражение на Кубани между 4-й воздушной армией генерала Вершинина и 4-м воздушным флотом генерал-фельдмаршала Рихтгофена. В ходе битвы авиация СССР одержала одну из первых громких побед, положив конец господству врага в воздухе. А лучшим асом антигитлеровской коалиции стал Иван Кожедуб.

Кожедуб Иван Никитович (1920–1991) – маршал авиации, трижды Герой Советского Союза. На фронт попал лишь весной 1943 года, начав летать на истребителе Ла-5. За годы войны ни разу не был сбит, уничтожив при этом 62 машины вермахта.

В первых 40 боевых вылетах Иван Никитович не сбил ни одного самолета противника, сам несколько раз прилетал на сильно поврежденном самолете. Но к началу Курской битвы был уже опытным бойцом…

Летом 1943 года под Курском немцы планировали вернуть уходящую инициативу: провести масштабную операцию по окружению и уничтожению крупной советской группировки, действуя многократно опробованным методом блицкрига. Никому еще не удавалось устоять против комбинированного удара танков, авиации и артиллерии.

С воздуха удар наносили силы двух воздушных флотов Германии – 4-го и 6-го, – имевших в своем составе около 1800 машин или 80 % численности самолетов Восточного фронта. Им противостояли 2800 самолетов СССР – 33 % от общей численности.

Командир 7-го Гвардейского штурмового авиационного полка, уже гвардии майор Холобаев внушал молодым летчикам:

«В 1941-м на фронте мы летать и бомбить учились, а вы летали на полигоне, стреляли по мишеням. У вас приличный налет на Илах. Никогда не показывай противнику, что летит молодой летчик. Фриц знаков различия не видит, удостоверение личности не просит. Атакуй его нахально, дерзко… Тогда он подумает о тебе: “Это летит старый волк!”».

К 1943 году пилоты имели отработанную тактику использования штурмовиков. Илы атаковали с 600–1200 метров с пикирования, а потом становились в «круг» и штурмовали наземные цели из пушек-пулеметов РСов. Такое построение давало свободу маневра для прицельного бомбометания и стрельбы по наземной цели. И, кроме того, идущий сзади штурмовик защищал впереди идущего от немецких истребителей.

Накануне Курской битвы Ил-2 получил и новое противотанковое оружие – авиабомбы ПТАБ с кумулятивным зарядом.

Герой Советского Союза Григорий Черкашин:

«ПТАБ – самое эффективное из того, что у нас было против танков. Это штука зверская! Шестерка штурмовиков на колонну танков заходит. Первый идет – последовательно свои четыре люка разгружает. Второй, третий, четвертый…»

5 июля началось сражение. За три дня боев младший лейтенант Кожедуб сбил первые четыре самолета.

6 июля 1943 года группа Ла-5 в районе Владимировка – Кочетовка – Зоринские Дворы – Ольховатка столкнулась с большой частью пикирующих бомбардировщиков противника. В битве, согласно официальной версии, гвардии старший лейтенант Горовец сбил девять Ju-87, в том числе один тараном, но сам был сбит четверкой вражеских истребителей при возвращении на аэродром на поврежденном самолете.

Александр Константинович является единственным советским летчиком, одержавшим столько воздушных побед в одном бою.

Количество сбитых самолетов пилотами обеих сторон до сих пор предмет споров среди специалистов. В воздухе, на высокой скорости, далеко не всегда можно точно определить, была ли уничтожена машина противника или лишь повреждена.

В ВВС Красной армии действовало правило, согласно которому самолет записывался как сбитый, если падение вражеской машины подтверждалось наземными наблюдателями или другими участниками боя. Поэтому порой не засчитывались победы, одержанные над территорией гитлеровцев.

В середине июля советским ВВС ценой больших потерь удалось перехватить инициативу. Умелые действия авиации, скоординированные с другими войсками, обусловили победу нашей армии под Курском. Но люфтваффе оставались исключительно сильным, умелым и жестоким противником, отважно сражавшимся до самого конца войны и порой наносящим весьма болезненные удары.

Сергей Горелов:

«К этому времени я научился отлично маневрировать и точно стрелять, появилась устойчивая радиосвязь, наземное наведение. Командование научилось управлять ситуацией в воздухе. Если в 1941 году я сбил один самолет, в 1942-м – пять, то с весны по осень 1943-го я сбил 20 самолетов».

В 1943 году началось производство нового Як-3. Он разработан КБ под управлением Александра Сергеевича Яковлева. Являлся продолжением самолета Як-1, но был на 300 килограммов легче предшественника. Некоторыми экспертами признан лучшим истребителем для малых высот во Второй мировой войне. По окончании сражений французские летчики полка Нормандия-Неман получили в дар 41 истребитель Як-3. Самолеты стояли на вооружении Франции до 1956 года.

3 августа десятку Ла-5ФН, ведомую старшим лейтенантом Гореловым и сопровождавшуюся штурмовиками, атаковали 35 немецких истребителей. Имея численное превосходство, они завязали бой и потеряли восемь «Мессершмитов». Два из них сбиты Сергеем Дмитриевичем.

Перед самолетами сопровождения в СССР обычно ставилась задача не сбить самолет врага, а защитить штурмовики и не дать разбить их строй. Истребителям предписывалось только отбивать атаки, но не вступать в бой, чтобы не оторваться от Илов – разворот навстречу атакующему, пуск заградительной очереди и возвращение на прежнее место в боевом порядке.

Герой Советского Союза, летчик-ас Георгий Баевский:

«Было очень обидно, когда подбитый истребитель противника уходит, а наш истребитель не может отойти от прикрываемых самолетов».

Тактика «внезапных атак» давала возможность немецким летчикам-истребителям набирать большие личные счета. Однако она не могла помешать бомбардировщикам и штурмовикам Красной армии наносить удары по наземным войскам врага и, как следствие, не оказала влияния на исход войны.

4 февраля 1944 года за 146 боевых вылетов и двадцать сбитых машин старшего лейтенанта Ивана Никитовича Кожедуба представили к званию Героя Советского Союза. Впоследствии его однополчанин Сергей Крамаренко вспоминал:

«Многие ему завидовали, считали, что ему дико везет. Сбить столько самолетов и не быть сбитым самому – это редкий случай. Напрашивалось слово “счастливчик”. И лишь полетав с ним, я убедился, что причина этого “счастья” заключалась в молниеносной реакции и правильной оценке обстановки. Кожедуб прекрасно понимал весь ход боя и всегда оказывался в нужном месте, и всегда сзади немецкого самолета. Ему оставалось только нажать кнопку управления огнем пушек».

С 1943 года английские и американские ВВС начали воздушное наступление на Германию. Задача формулировалась следующим образом:

«Последовательное, нарастающее разрушение и расстройство военной, промышленной и экономической системы Германии, подрыв морального духа немецкого народа до такой степени, когда неотвратимо ослабнет его способность к вооруженному сопротивлению».

Для воздушных операций привлекалась бомбардировочная авиация. Англичане действовали ночью, американцы днем и авианалеты становились круглосуточными.

Основным бомбардировщиком ВВС США служил четырехмоторный Б-17, «Летающая крепость». Он мог нести до 5 тонн бомб и имел до 13 оборонительных крупнокалиберных пулеметов.

С середины 1943 года плотные боевые порядки бомбардировщиков стали сопровождать истребители. Потери обеих сторон были огромные. 6 марта 1944 года во время налета на Берлин из 600 участвовавших бомбардировщиков немцы сбили не менее 69. При этом погибли 36 летчиков люфтваффе, еще 27 пилотов получили ранения.

На Восточном фронте основная тактика гитлеровцев – свободная охота, а здесь, в небе Германии, Ралль в полной мере столкнулся с тем, чем всю войну занимались советские истребители: не допустить машины к целям на территории страны. Бой приходилось принимать, невзирая на численное превосходство противника, не выгадывая время начала атаки. В мае 1944 года Ралль был тяжело ранен при отражении налета бомбардировщиков и более не летал.

Крайне эффективно штурмовики действовали в операции «Багратион». Так, например, в начале июля 1944 года 230-й штурмовая дивизия, в которую входил 7-й гвардейский, в течение дня уничтожила свыше 100 автомашин, 6 танков, около двух десятков орудий. Вследствие пробок и заторов немцы бросили на дорогах огромное количество боевой техники.

Из показаний командира 45-й пехотной дивизии генерал-майора Йоахима Энгеля, взятого в плен восточнее Минска:

«В операциях русских войск и в их успехе авиация сыграла первостепенную роль. Штурмовики являлись эффективным средством, нарушившим планомерный отход наших войск на новые оборонительные рубежи. Наше командование было бессильно бороться с таким превосходством в воздухе».

К апрелю 1945 года из 3331 боеготового самолета люфтваффе в целом без малого половина, 1524 машины, собрали в 6-м воздушном флоте на Берлинском направлении против советских войск. Видя возросшую активность врага, Жуков просил Сталина довести боевой состав авиации 1-го Белорусского фронта c 2000 до 3000 машин. Просьбу удовлетворили. Воздушная битва за Берлин обещала стать жаркой.

На прикрытие переправ Красной армии вылетело три пары Ла-7. Ведущим был Иван Кожедуб. При облачности около двух тысяч метров самолеты шли под самой кромкой облаков. Внизу показались две группы противника: всего 32 «Фокке-Вульф-190». Иван Никитович, снизившись, проскочил под немецкими самолетами и расстрелял ведущего. Тот взорвался. Один из гитлеровцев открыл огонь. Но ведомый почти в упор расстрелял технику вермахта. Советские истребители, используя запас скорости, вышли вверх и атаковали вторую группу. Кожедуб сбил второго, затем третьего. Горящие самолеты, взрывы подействовали ошеломляюще. Несмотря на численное преимущество «Фокке-вульфы» развернулись и со снижением ушли на запад.

Дома подсчитали результаты: Кожедуб сбил три самолета, сам отделался несколькими пробоинами в хвосте машины. Его ведомые показали следующие результаты: Громаковский – два, Куманичкин, Стеценко, Орлов – по одному.

Последнее воздушное сражение у ворот столицы Германии ВВС СССР выиграли. Немало летчиков стали асами в последние дни войны. Владимир Громаковский за время Берлинской операции сбил пять самолетов, Виктор Александрюк – семь. Эти и многие другие пилоты летали на истребителе Ла-7, ставшим вершиной развития истребителей конструкторского бюро Лавочкина в военный период. Появление Ла-7 изменило и тактику. У сковывающей группы отпала необходимость находиться с большим превышением над ударной группой, так как самолет мог быстро набрать высоту и занять выгодную позицию. Во всех случаях при обнаружении самолетов противника, независимо от их числа, Ла-7 немедленно принимали бой.

Советская авиация смогла преодолеть и тяжесть потерь первого периода войны, и технологическую отсталость промышленности, создав образцы оружия мирового уровня. ВВС Красной армии – надежная поддержка сухопутных войск, завоевавшая на конечном этапе господство в воздухе.