Мне хорошо с Тобиасом, Ребеккой и ребятами, но с Ингрид я словно связан крепкой нитью, и она сейчас натянута. Та карта, которая «у меня в сердце», – это мои воспоминания о жизни с Ингрид, запахи и звезды, на которые каждую ночь смотрит мой друг Тобиас.

Если я засомневаюсь, правильно ли иду, звезды всегда подскажут дорогу.

Уже несколько дней, как я расстался с моей дорогой четвероногой бандой и с друзьями-людьми, и с тех пор спокойно иду один.

Еда – вот моя вечная забота. Я не бог весть какой охотник, несмотря на уроки Сокса, а есть насекомых мне не хочется. Но надо же чем-то питаться, как-то поддерживать силы. Еще ни разу мне не удалось поймать зайца. Зато я нашел чистый ручей, бегущий в нужном направлении. Напился, освежился и даже поймал нескольких лягушек и улиток.

Я сверяюсь с небесным компасом, который мне показал Тобиас. Каждое утро поднимаю голову к этим далеким небесным светлячкам. Тобиас называл их Орион. Сегодня утром там появилась еще одна сияющая точка, гораздо ярче других. Потом она растворилась в океане солнечного света. Кто она, эта сверкающая сестра светлячков?

Утро выдалось облачное. Зато не жарко, легче идти. Я останавливаюсь на вершине холма и смотрю вдаль. Нет, пейзаж незнакомый. Следую за ветерком, дующим из долины. Смотрю вверх, на облака. Пытаюсь уловить, как пахнет их серая подкладка. Так меня учил Сокс. Я понимаю, что, если не найду убежища, скоро вымокну до нитки.

Эта уверенность и голод заставляют меня выбрать тропинку вниз, к городку, который виднеется вдалеке. Над головой нависают огромные черные тучи, я уже не иду, а бегу изо всех сил.

Дождь застает меня на полпути к домам. Я прячусь в густых зарослях и, так как делать все равно больше нечего, засыпаю, убаюканный шумом прохладного дождя. Когда я просыпаюсь, дождь не идет. Дело к вечеру, уже подкрадываются золотистые сумерки.

Пора идти. Встаю и, прежде чем отправиться в путь, стряхиваю с себя капли дождя. Вот и пастбища. Коровы и овцы не обращают на меня никакого внимания, и я спокойно прохожу сквозь стадо.

Вскоре появляются первые фермерские дома. Мой нос чует присутствие собаки, – наверно, разумнее будет подойти к поселку с другой стороны. Иду вдоль канала, вскоре он впадает в реку.

Так хочется есть, что я пью воду только для того, чтобы чем-то заполнить желудок. А еще тут есть сочная трава. «Когда же наконец удастся поесть?» – спрашиваю я себя. Пока никто из людей меня не обижал, но Сокс учил меня быть всегда настороже. Я доберусь до цели, только если сумею позаботиться о себе.

Увидев мост через реку, с надеждой выбираю эту дорогу. Я чувствую смутно знакомый запах. Он такой сильный, что я даже останавливаюсь и лаю, пытаясь распознать, что именно пахнет. Конечно же, это сад, и в нем есть такие же цветы, какие старательно выращивала у себя Ингрид. Теперь от источника запаха меня отделяет только деревянный забор. Я разбегаюсь и довольно легко его перепрыгиваю.

Вот я и там. Среди цветов я вижу камни самых разных размеров. Некоторые установлены так, что, кажется, вот-вот упадут. Другие закопаны глубоко в землю и увиты плющом. Какая-то женщина обнимает один из камней.

Она меня не видит, и я не хочу пока объявляться, поэтому держусь на почтительном расстоянии. Я ложусь на траву, кладу голову на лапы и вспоминаю: Ингрид иногда плакала над старыми фотографиями того времени, когда она была очень счастлива. Я пытался подбодрить ее как мог. Потом серое облако тоски, которое ее окружало, постепенно рассеялось.

Я погрузился в эти воспоминания, а между тем женщина меня заметила и пристально смотрит на меня. Вижу, что она улыбается, и понимаю, что она не опасна. Тогда я медленно встаю, подхожу к ней, обнюхиваю ее руки и, поскольку она не шевелится, слегка подталкиваю их носом. Потом сажусь и терпеливо жду, чтобы показать ей, что я хорошая собака.

Она не торопится. Сморкается, вытирает нос. С любопытством смотрит на меня. Кажется, она удивлена тем, что видит меня здесь, среди камней и цветов. У меня в животе так урчит, что даже она это слышит. Чтобы рассмотреть ее получше, я наклоняю голову набок. Это мое движение вызывает у нее смех.

– Какой же ты славный! Откуда ты взялся? – говорит она, и голос у нее глуховатый.

Я продолжаю смотреть на нее, часто дыша и облизываясь.

– Есть хочешь? Ну пошли со мной…

Она со вздохом поднимается и делает мне знак следовать за ней. Я нерешительно иду. Она скорым шагом направляется к домам, что стоят неподалеку от этого странного сада. Ее стройная фигура в черном платье с длинными рукавами выделяется на фоне белых стен.

Мы подходим к решетке, за которой видно крыльцо с тремя ступеньками. Она поднимается, открывает дверь и выжидательно смотрит на меня. И в ее глазах я вижу свет, которого не заметил там, в саду.

– Ну?.. Что, не хочешь входить?

Я стою на месте. Я и правда не хочу входить. Мне бы только поесть. Я просто смотрю на нее и облизываюсь, и, похоже, она понимает, что это значит.

– А вы умны, сэр… – тихо говорит она. – Значит, не доверяешь мне. Ладно…

Она уходит в дом, оставив дверь приоткрытой. Пытаюсь рассмотреть, что внутри, но там темно, и я ничего не вижу. Она скоро возвращается с миской в руке. В миске мясо, я это чувствую. Мне требуется вся моя воля, чтобы немедленно не кинуться и не сожрать все. Дождавшись, когда она поставит миску передо мной, я с жадностью набрасываюсь на еду. Женщина довольна. Она садится на стул у крыльца и смотрит, как я ем.