Начало двадцатого века ознаменовалось приходом в литературу очень большого количества одесских писателей и поэтов, но самым значительным, пожалуй, был, Валентин Катаев, автор знаменитого «Белеет парус одинокий» и многих других книг. А мог бы, по моему мнению, стать еще более значительным, всемирно известным, если бы не оп-ределенные обстоятельства, о которых мы поговорим.

Валентин Петрович родился в семье преподавателя училища и дворянки, дочки генерала. Мать Катаева, Евгения Ивановна, в девичестве Бачей, умерла когда Катаеву было шесть лет, а его младшему брату – Евгению, известному впоследствии писателю из дуэта Ильф и Петров, всего полгода.

Валентин Катаев – офицер.

Фото 1916 года

Окруженный книгами, Катаев уже в девять лет определился со своим будущим – он станет только писателем. Первым в 1910 году в газете «Одесский вестник» было опубликовано стихотворение «Осень», затем пошли публикации и рассказов. Причем по редакциям Катаев ходил сам, без отца, лишь таская с собой для моральной поддержки своего младшего брата.

Молодой Катаев знакомится с Буниным, а также становится другом Юрия Олеши и Эдуарда Багрицкого. Они организуют литературный кружок «Зеленая лампа», в котором Катаев был одним из главных запевал. Все шло по накатанному, но здесь началась Первая мировая война, время испытаний. Валентин Катаев в 1915 году вступил добровольцем в действующую армию и воевал два года. Дважды был ранен, отравлен газами. В первую мировую это было «модно» – травить газами. Вернулся лечиться в Одессу. Встречался снова с Буниным, которого считал своим учителем. Бунин по достоинству оценивал талант молодого писателя, но отмечал одесский цинизм Катаева. Валентин не скрывал, что преследует в жизни и гедонические цели – хочет хорошей красивой жизни. Как сказал один поэт, «хочется быть поэтом, и жить хорошо при этом, в кармане иметь мелочишко, всегда с небольшим излишком, а громы метать по средам, преимущественно до обеда, а в остальное время – нести семейное бремя».

Братья Катаевы

Самый загадочный период жизни Катаева – его участие в гражданской войне на стороне белых. Катаев в 1918 году вступил в гетманскую армию Скоропадского, а в 1919 году – в Добровольческую армию Деникина. Фантастические пируэты судьбы для советского писателя. В 1920 году Катаев был схвачен большевиками за подготовку участия во Врангелевском заговоре. «Паровозом» пошел его младший брат Евгений. Катаев и его брат в течение нескольких месяцев находились в смертельной опасности, но каким-то чудом им удалось освободиться. Катаевых спас друг-чекист Валентина Яков Бельский. Сработала пружина судьбы, которую мы часто наблюдаем в судьбах великих людей.

«Петя и Гаврик». Скульптор Н. И. Степанов

Все остальные участники заговора были расстреляны. Перенесенные переживания отразились на судьбе Катаева, и на его творчестве. В дальнейшем он очень старался быть лояльным к Советской власти, например, подписал письмо против Солженицына. Правда, он и навещал опального Зощенко. В своем творчестве Катаев строго следовал принципам «социалистического реализма» – коммунистической доктрине в литературе, хотя до сих пор никто толком не понимает, что это за гадость такая. Катаеву везло – его миновали репрессии, его печатали, его выпускали в писательские поездки за границу. Об удивительных и страшных днях своей молодости он написал лишь однажды – в небольшой повести «Уже написан Вертер», спустя шестьдесят лет после произошедших событий. Удивительное дело – эта повесть была опубликована в «Новом мире» в 1980 году. Катаеву удалось в своей жизни пробежать «между струйками» и остаться сухим. Видно был очень сильным страх, пережитый в 1920 году. Но из-за стремления приспособиться к советам Катаев не написал большого романа о своей бурной молодости, а ведь крутых кульбитов в его жизни хватило бы на пять романов. Описание мыслей человека, ожидающего расстрела в «Вертере» – это толстовский уровень, а если бы таким был целый роман?

Можно сказать, что Валентин Петрович прожил долгую счастливую жизнь, у него была прекрасная жена, двое детей, его печатали, и он оставил нам замечательные произведения, прославляющие Одессу. Именно из «Белеет парус одинокий» я узнал о таком районе, как Ближние Мельницы, куда нужно идти из центра целый день. А потом с удивлением обнаружил, что я сам живу рядом с этим районом.

Катаев основал журнал «Юность» – одну из главных литературных площадок, которая открывала новые имена. До конца своих дней Валентин Петрович оставался одесситом и говорил на «одесском» языке с неистребимым одесским акцентом.

Друзья

А еще, добавлю, у Катаева типично одесская внешность. Этот хитроватый взгляд, этот скептический подбородок, и твердый овал лица. Катаев очень похож на моего двоюродного дядю Леву, прямо одно лицо. А может, дядя Лева похож на Катаева? Мы в Одессе все здесь родственники. Но выяснить истину уже не удастся, так как дядя Лева давно уехал туда, куда все уезжают, и самое печальное, что он не просто уехал туда, куда все уезжают, а он еще там и умер.

А вот какой забавный случай рассказал внук Катаева: «В классе в пятом-шестом мы проходили “Сына полка” и моей подруге дали задание – написать, о чем думал писатель Катаев, что он хотел вложить в образ Вани. Естественно, живя через две дачи от нас, она пришла к дедушке и попросила рассказать чего же он имел-то ввиду. Он рассказал. Ей поставили тройку с минусом за сочинение – они с Катаевым оказались неправы. И это очень частое заблуждение, связанное с известными литературными произведениями».