Я огляделась. Заметённое снегом здание выглядело очень уютно. Из небольшой трубы вилась тонкая струйка дыма, а в окнах мягко горел желтоватый свет. Возле двери на веранде стояла щербатая деревянная скамейка, а на круглых брёвнах висела покосившаяся табличка с надписью «Почта».

«Какая я молодец! Правильно догадалась. Почта. И, судя по свету, внутри кто-то есть. Нужно зайти к Печкину и попробовать разузнать, что здесь происходит».

Только я взялась за круглую серебряную ручку со следами ржавчины, как услышала вдалеке какой-то голос. Внутренняя чуйка подсказала, что лучше не торопиться. Я подошла к окошку и стала вслушиваться в разговор.

– Ну что? – раздался очень знакомый женский голос. Я начала вспоминать, где его раньше слышала, но мысли почему-то на собрание не приходили, что совсем неудивительно после таких перелётов и новостей.

– Почти. Уже скоро. Концентрация волшебства достигла своего максимума. Чувствую, что у нас появился шанс.

На этот раз голос был мужским. Мне он показался совсем незнакомым. Я не сильна в этом вопросе. Голос и имя человека почему-то совсем мне не запоминаются.

– Мы сами справимся? – снова раздался женский голос.

– Не знаю.

– Продолжаем ждать?

– Да. Иногда даже самый большой сугроб помогает найти обратную дорогу.

«Что это за чушь? Какой сугроб?»

Я не поняла, про что говорят на почте, но ощущение, что это как-то связано с тем, почему я здесь, было железобетонным.

«Мальвина, я чувствую, что ты в Пузырьково. Так и есть?» – Я услышала в голове голос Ядвиги.

«Да, я на месте. На почте».

«Лети домой».

Меня не нужно было долго уговаривать. Я так замёрзла, что зуб на зуб не попадал, а нос, наверное, выглядел как синяя сливка.

Расправила руки и без труда поднялась в воздух. Я почему-то совсем не удивилась, что, несмотря на долгое отсутствие тренировок, у меня всё так быстро получилось. Мороз пронизывал насквозь, кончиков пальцев на руках я почти не чувствовала. А всё почему? Потому что, когда пятилась задом наперёд, где-то потеряла свои любимые вязаные варежки. Ещё одна причина, по которой можно сделать вывод, что перемещение во времени – это точно не для меня.

«Интересно, а можно заболеть, творя сказочное волшебство? Надеюсь, что нет. А то я первая в очереди на знакомство с бронхитом или ангиной. Надо не забыть спросить у Ядвиги».

«Сейчас липового чаю с вареньем выпьешь, ноги попарим, носки шерстяные – и утром будешь бодра и весела», – снова услышала я голос тётушки.

«Ой, а вы, что ли, все мои мысли слышите?»

«Только те, что ты не закрываешь».

«А, тогда ладно. – Я почувствовала облегчение, но совсем ненадолго. – Стоп. А я же никакие не закрываю. Не умею».

«Давай быстрее. Чай остынет».

Я попыталась поймать попутный ветер.

«Ну и тётушка у меня – хитрая. Вся в меня. Ну или я в неё. Это уже неважно».