Я вышла из дома и начала осматриваться по сторонам. Не хотелось никому попадаться на глаза, а подросток в шапке с помпоном и с кислотно-розовым рюкзаком за плечами, который идёт задом наперёд, может привлечь внимание. Я бы точно стала наблюдать за подобным персонажем. Люди обычно так не ходят, особенно с лицом, на котором отражаются все переживания этого мира.

Именно поэтому я направилась в парк, а не стала пробовать странную походку около дома. Я, конечно, уже ничему не удивляюсь и вполне с этим смирилась, но лишний раз привлекать внимание совсем не хотелось, тем более что, по мнению мамы, у нас здесь могут ходить сущности в обличье людей. Пока я не понимаю, что случилось, лучше спрятаться.

Я дошла до парка – он у нас, к счастью, совсем недалеко, нужно только перейти дорогу. Шла я аккуратно, размеренным шагом, стараясь не привлекать лишних взглядов. А вокруг было так красиво! Может, про Новый год все и забыли, но зима-волшебница никуда не делась. Всё утонуло в толстом-толстом слое снега – таком белом, пушистом и нетронутом, что дух захватывало. «Эх, – подумалось мне, – вот бы сейчас кинуться в сугроб или слепить снеговика!» Но нет, дело важное.

Я подняла голову к небу. Оно было тёмным, с приглушённым фиолетовым отливом. Звёзд не видно совсем, будто кто-то натянул над городом бархатный полог. «Значит, скоро снова пойдёт снег, – с удовлетворением подумала я. – Хорошо, что я потеплее оделась». Болеть сейчас было совершенно некогда – целый Новый год нужно спасать, а на такое дело с насморком и температурой не ходят.

Пройдя немного вглубь парка, я остановилась на знакомой аллее. Сердце почему-то застучало чаще. «Ну что ж, – сказала я сама себе, – пора творить магию. Или выглядеть очень глупо». Я глубоко вдохнула морозный воздух, мысленно представила уютные домики Пузырьково, запах мандаринов и хвои и… сделала первый шаг назад. Так, Мальвина, приготовься! Представить Пузырьково – это просто, с воображением у меня полный порядок. Загадать дату. Неужели там и правда может быть другое число? Ладно, на всякий случай буду думать про 24 декабря, пусть один день будет в запасе.

Первый шаг – надо представить Пузырьково… представить Пузырьково. Второй – загадать дату. Третий – 24 декабря… 24 декабря. Четвёртый, пятый. Как неудобно. А если я упаду? А вдруг не получится? А если приземлюсь не туда?

– Так, Мальвина, ты отвлеклась, – сказала я сама себе и снова стала пятиться, будто каракатица.

– А что это ты тут делаешь? – Вдруг из-за кустов вышел мой одноклассник Стёпка Егоров.

А он что тут делает?

Не успела я ответить, как почувствовала, что земля уходит из-под ног, стало холодно, темно… Вихри ледяного воздуха закручивали меня в водоворот. Они то резко усиливались – и я чувствовала что-то похожее на турбулентность в самолёте, то так же резко слабели – и я падала вниз. Никаких приятных ощущений мне это перемещение не доставляло. Я очень надеялась, что сейчас попаду в Пузырьково, а не просто так полетаю, как фантик от конфеты на ветру.

Вдруг резко всё прекратилось. Яркая вспышка света озарила пространство. Я понимала, что стою уже на твёрдой поверхности, но пока не видела где.

В этот момент я сообразила, что волшебство произошло при однокласснике. Кажется, мне попадёт от Ядвиги за это дело по полной программе. Хотя я совсем не виновата – кто его просил выскакивать из-за кустов?

Зрение понемногу вернулось. Вокруг меня был снег. Много снега. Я стояла на каком-то деревянном настиле. На улице были сумерки, но почему-то возникло ощущение утра, а не вечера. Впрочем, зимняя темень – это привычное состояние, и понять, когда утро, а когда вечер, не так и просто. Деревья вокруг были покрыты инеем, их ветви искрились в свете фонаря миллионами крошечных бриллиантов.

Что я могла сказать точно, так это то, что здесь было намного холоднее.

Кажется, я на какой-то веранде. В Пузырьково таких нет. Все дома я знаю. Хотя на почте у Печкина вроде бы как раз была веранда или что-то вроде большого крыльца.

Вот только почему я попала именно сюда?