«Купала – праздник магии, воды и огня. Это время, когда человек соединяется с природой, становится ее частью»
«Коляда – календарный обряд, в котором слились языческое и христианское, веселье и сакральность, обыденность и магия»
Говорят, что сила богов – в вере людей. И если мы путаемся в именах славянских богов, не знаем, как они выглядели, не помним, кто и за что отвечал, виною тому утраченная вера. Однако среди славянских божеств, духов и мифических существ есть те, которые прошли сквозь века, поскольку вера в них не ослабевала даже под влиянием христианства. Даже сейчас, в XXI веке их имена знают даже дети, а не только исследователи-фольклористы. Герои этой главы – леший, Купала, Баба-Яга, Масленица, Коляда, русалки и многие другие.
Возможно, эти персонажи так хорошо известны нам потому, что были ближе к человеку: жили рядом с ним – не на седьмом или девятом небе, а буквально по соседству, – а позже переселились в сказки. Вероятно, именно из-за этой близости в них верили даже сильнее, чем в небесных богов. Действительно, с заоблачной высоты Даждьбог мог чего-то и не заметить, а домовой, живущий под одной крышей с семьей, видел все. В случае чего с Перуном не договоришься, а вот с Бабой Ягой или лешим был шанс наладить взаимовыгодные отношения.
МИФИЧЕСКИЕ СУЩЕСТВА РЯДОМ С ЧЕЛОВЕКОМ
Повседневная магия окружала человека с рождения: обереги в доме, заговоры на здоровье, «говорящие» куклы, обрядовые песни
Можно было бы сказать, что все полуденницы, кикиморы и прочие русалки вовсе и не боги, а, по аналогии с античной мифологией, – низшие божества или духи. Но, во-первых, мы точно не знаем, существовало ли в славянской мифологии столь четкое деление на «высших» и «низших» богов. А во-вторых, под влиянием христианства могла произойти трансформация: одни мифологические фигуры «поднялись» и слились с образами святых, другие, напротив, «ушли в подполье», превратившись в более мелких, но близких человеку духов.
Полуденницы (полудницы) – женские духи или демоны, высокие красивые женщины в белых одеждах с покрытой головой, старухи или безликие существа, которые появляются в полдень, особенно летом, на открытых полях. Они считаются опасными существами, наказывающими тех, кто работает в самое жаркое время суток
Так, существует как минимум три гипотетических направления трансформации образа Велеса. Как «скотий бог» и покровитель домашнего скота он частично отождествился со святым Власием – покровителем животных в христианской традиции. Но поскольку славянские боги обладали двойственной природой, темные стороны Велеса могли быть воплощены в таких сущностях, как влешки или волохатики – мелкие духи, считавшиеся вредителями на скотных дворах. Еще одно предположительное переосмысление Велеса – в образе Змея Горыныча. Согласно ряду фольклористических теорий, у Велеса могла быть змеиная, хтоническая сущность, и он представлял собой подземного противника Перуна в мифологическом дуализме «громовержец – змей».
Другой важный аспект славянской мифологии – персонификация календарных праздников и обрядов: Масленицы, Коляды, Купалы. Возможно, когда-то эти праздники были связаны с определенными божествами, а позже сохранились лишь их обрядовые формы. Так, в празднике Ивана Купалы соединились христианский день памяти Иоанна Крестителя (24 июня) и языческие обряды, приуроченные к летнему солнцестоянию. Кто такой Купала – доподлинно неизвестно, но фольклор ясно говорит, что в этот день нужно купаться и искать цветок папоротника.
ДУХ ПРАЗДНИКА
Купала – языческий персонаж, связанный с водой, летом и очищением. По мнению некоторых исследователей, Купала – дух, олицетворяющий летнюю энергию солнца, воды и плодородия
Вероятно, Купала когда-то был одним из воплощений духа растительности или плодородия (а не солнечного бога, как иногда ошибочно предполагают). В этот день проводились обряды очищения и «закаливания» – водой, огнем и утренней медвяной росой. С утра босоногие дети бегали по прохладной траве, днем купались в реках, а вечером прыгали через костер.
Новая религия дала славянам очень многое, но для основного населения Руси – простых крестьян, живущих сельскохозяйственным трудом – христианство оказалось недостаточным. Оно предлагало надежду и спасение в загробной жизни, но чтобы выжить в земном мире, иметь обильный урожай и защитить скот, народ продолжал полагаться на старую религиозную систему – с защитными божествами, обрядами и ритуалами плодородия. Христианский Бог воспринимался как далекий, тогда как леший и Баба-Яга – рядом.
Мифологическое восприятие мира, объясняющее природные явления, не так-то просто искоренить. С другой стороны, христианство в своем миссионерстве всегда использовало местные верования. Именно так на стенах готических соборов Европы появились мрачные горгульи, а в славянском фольклоре сохранились лешие, жар-птицы и другие сказочные существа. В Европе, где грамотность была уделом монастырей и духовенства, с народом говорили через проповеди и богатое убранство храмов. Не случайно скульптурное оформление средневековых соборов называют «Библией в камне» или «Библией для неграмотных».
НОЧЬ, КОГДА МИР ТОНОК
Славяне верили, что в ночь на Ивана Купалу границы между мирами стираются. Именно в эту ночь можно увидеть русалок, встретить домового или даже поговорить с предками. Поэтому она считалась и опасной, и волшебной
В славянских странах, где утвердилось православие, повествовательную функцию взяли на себя мозаики и фрески. С грамотностью здесь дело обстояло несколько лучше: после христианизации Руси, благодаря широкому распространению богослужебных книг и появлению школ, она постепенно проникала в народную среду. Кроме того, появлялись новые тексты, например «Голубиная книга» – апокриф, духовный стих, возникший в народной среде, в котором переплетаются библейские и языческие представления.
Христианский Бог – непостижимая сущность, и такой образ был непривычен простому крестьянину, привыкшему обращаться к персонифицированному существу. Поэтому в фольклоре божественный образ адаптировался и представлялся как добрый и мудрый старец, живущий на небе и наблюдающий за людьми. Иногда он спускался на землю в образе странника, нищего или юродивого – чтобы испытать христиан на милосердие, щедрость и силу веры.
В древнерусской литературе Гамаюн стала символом тайного знания, вдохновения, поэзии и пророческого дара. Особенно активно этот образ использовался в литературе XIX–XX веков – у символистов, в поэзии и фольклористике
Такими же гибридными образами, вобравшими черты язычества и христианства, стали мифические птицы: Сирин, Алконост (заимствованные из византийской традиции), а также Гамаюн (вероятно, более поздняя литературная стилизация, хотя встречается и в летописных списках, и в иконописи как «птица-вестник»). В этих образах сочетается ангельская природа и зооморфные черты, характерные для языческих существ. Все три изображаются в виде птиц с женскими или ангельскими головами. Сирин ассоциируется с подземным царством, ее песни печальны и мрачны. Алконост – райская птица с нимбом, поющая о блаженстве и вечной радости. Гамаюн – вестник, несущий знания или предостережения; в изображениях она тоже часто имеет нимб.
Несмотря на то что в пантеоне князя Владимира женский идол был только один – Мокошь, женских божеств и мифических существ у славян, скорее всего, было гораздо больше. В «Слове святого Григория», созданном в XI–XII веках, и некоторых летописях упоминаются рожаницы – спутницы или помощницы бога Рода, но подробности о них неизвестны. Род считался покровителем семьи, а возможно, и создателем всего человечества. Рожаницы же, по предположениям, ведали судьбой, подобно греческим мойрам. Им молились женщины во время беременности, просили хорошего исхода родов и счастливой доли для ребенка.
Один из самых ярких народных обрядов – сжигание чучела Морены (или утопление в реке). Это символизирует прощание с зимой и победу жизни над смертью, весны над холодом. Обряд сохранился в масленичных и весенних праздниках до наших дней
Еще один женский образ – Морена. В разных славянских традициях ее имя варьируется: Маржана, Марена, Мара. Хотя древних письменных свидетельств о ней немного, считается, что она была богиней зимы, смерти и увядания природы. При этом ее образ не только зловещ: Морена укрывает землю снегом, чтобы сохранить плодородие, замораживает воду – столь важную для будущего урожая. В разных регионах ее образ постепенно трансформировался и стал ассоциироваться с различными природными явлениями – от проводов зимы до увядания природы и вечного сна.
Несмотря на свою связь со смертью, Морена может символизировать не только конец, но и переход – как в жизни человека, так и в смене времен года. Ее «смерть» знаменует конец зимы, а за ней следует весна, связанная с образом богини Лады. Лада – воплощение весеннего пробуждения, любви и плодородия. Существует точка зрения, что Лада и Морена – два аспекта одной богини, сменяющие друг друга в зависимости от сезона. Есть и версия, что они – мать и дочь, передающие власть друг другу в природном цикле.
Не обладающие божественной сущностью, но очень популярные в славянской мифологии женские образы – это русалки и мавки. Эти загадочные, демонизированные существа наделены такой красотой, что она, как считалось, превосходит пределы человеческого воображения. По одной из распространенных версий, русалки – это души девушек, утонувших до замужества, особенно тех, кто покончил с собой. В фольклоре также встречается представление, что мавки – лесные духи, связанные с природными силами, чаще всего с лесом, а не с водой.
КАК ОТВАДИТЬ РУСАЛКУ
Если перед вами русалка, близко лучше не подходить. Но самое главное – не смотреть ей в глаза. Также можно использовать заговор, например такой:
«Водяница, лесовица, шальная девица! Отвяжись, откатись, в моем дворе не кажись.
Ступай в реку глубокую, на осину высокую. Осина, трясись, водяница, уймись!
Я закон принимал, золотой крест целовал, мне с тобой не водиться, не кумиться!»
Славянские русалки, в отличие от западноевропейских, не имеют рыбьего хвоста. Обычно они изображаются обнаженными или в полупрозрачной рубашке. Их длинные шелковистые волосы – часто зеленоватого цвета – напоминают водоросли и украшены венками из трав и цветов. Эта завораживающая внешность нередко оборачивалась трагедией для мужчин, которые желали танцевать с ними. Считалось, что русалки могли защекотать до смерти или заманить в воду и утопить. В некоторых преданиях, напротив, они выступают как доброжелательные существа, способные помочь: найти упавший в воду предмет или спасти тонущего.
Баба-Яга, пожалуй, самый известный персонаж славянского фольклора. Сегодня она – завсегдатай новогодних утренников, где устраивает мелкие шалости: крадет елку или мешает Деду Морозу. Также Баба-Яга – героиня множества мультфильмов и фильмов. Это старуха, живущая в дремучем лесу в избушке на курьих ножках, которая способна самостоятельно передвигаться. В сказках она крадет детей и якобы ест их, хотя чаще всего только угрожает. При уважительном отношении с ней можно договориться: она способна помочь, подсказать путь или даже подарить волшебный предмет.
В 2004 году село Кукобой Ярославской области было объявлено родиной Бабы-Яги. Есть резиденции Деда Мороза в Великом Устюге и Снегурочки в Берендеевке. И у Бабы-Яги в России есть свое представительство. 26 июня в Кукобое отмечается день рождения сказочной героини
Кроме передвижной избы, у Бабы-Яги есть ступа, в которой она летает, управляя полетом при помощи помела. Эта способность делает ее похожей на ведьму, но ее функции шире. Вероятно, в более ранних представлениях она была своего рода стражем границы между мирами. На это указывает и прозвище – «Баба-Яга Костяная Нога». По одной из гипотез, это связано с тем, что одной ногой она уже находится в мире мертвых.
Дом ее также вызывает тревожные ассоциации. Избушка стоит в глухом лесу, на «курьих ножках» – возможно, речь идет о связи с погребальными сооружениями древних славян. Такие домики ставили на столбах, окуривали травами – это помогало душе перейти в иной мир и защищало тело от диких животных. Возможно, избушка Бабы-Яги – переосмысленный образ подобного гроба или капища.
В сказках Баба-Яга – амбивалентный персонаж. Она пугает, испытывает героя, но при этом может и помочь. Ивану, будь он дурак или царевич, она указывает путь, Василисе дает волшебный череп-фонарь, освещающий дорогу. Этот череп – символ знания, перехода и очищения.
В славянском фольклоре есть и другая старушка – кикимора. Она не столь могущественна, как Баба-Яга, но тоже вредна. Некоторые современные исследователи интерпретируют ее как фольклорное отражение феномена сонного паралича.
Если не удалось перевоспитать кикимору домашнюю, можно попробовать от нее избавиться. Помогают совладать с ней молитва или забористая матерная брань – тут уж кому что ближе. Совсем выгнать кикимору из дому можно только раз в году – 17 марта по современному календарю, в день Герасима Грачевника
Кикиморы бывают двух видов: домашние и болотные. Домашняя кикимора – это маленькая, уродливая старушка, иногда с чертами кошки или птицы. Она может принимать облик курицы, кошки, собаки. Согласно поздним народным представлениям, кикиморами могли становиться души некрещеных младенцев. Более древняя версия гласит, что кикимора – жена домового.
Эта полузагадочная фигура, прячущаяся в тени – за печкой, на чердаке, за камином – проникает в дом через замочную скважину. Ее присутствие выдают шорохи, напоминающие звуки мышиной возни. Она отвечает за различные мелкие беды: от кошмаров до скисшего молока. Однако при чистоте, порядке и уважительном отношении к дому кикимора может «перевоспитаться»: приглядеть за детьми или помочь по хозяйству.
Кикимора болотная – куда более опасна. Ее облик – покрытая тиной и мхом старуха. Она не разменивается на мелкие пакости – ее цель одна: заманить путника в болото и утопить.
Жар-птица – небесное, сияющее огнем существо, спускающееся на землю. Ее присутствие может быть как благословением, так и испытанием. Если вы достаточно смелы, чтобы поймать это волшебное создание, вас могут ждать слава и удача, а могут – беда и страдания.
В народной культуре Жар-птица часто связана с царскими садами, запретными яблоками и испытаниями на смелость и честность. Это не просто волшебная птица, а вестница перемен: встреча с ней всегда означала, что прошлое осталось позади, а впереди – судьбоносный выбор
Жар-птица часто появляется в народных сказках как символ чудесного света и начала великого пути. Ее перья светятся настолько ярко, что освещают дорогу герою. Она не убивает, но ее поимка всегда связана с риском и испытаниями.
Иногда жар-птицу сравнивают с фениксом, однако это ошибочно. В славянской традиции она не возрождается из пепла и не символизирует бессмертие. Ее роль – не в цикле смерти и перерождения, а в том, чтобы стать знаком судьбы, вдохновляющим на полное опасностей и чудес путешествие.
Коляда в Белоруссии. Фотография. Начало XX века
Ночь на Рождество в деревне. Иллюстрация («Всемирная иллюстрация», № 52). Вторая половина XIX века
Лесовик. Лубок. XVIII век