Артем

– Я хочу, чтобы вы укрепили командный дух, ребята! Это очень поможет нам в важном сезоне. – У тренера было хорошее настроение, и он решил толкнуть мотивирующую речь, едва мы разместились в автобусе ранним утром понедельника.

Этот день наконец настал. День отъезда на июньские сборы в Сочи, где нас ждала серия товарищеских матчей.

– Это будет незабываемое приключение, – продолжал эмоционально вещать тренер. – Мы едем в один из самых красивых городов России, где нас ждут интенсивные тренировки и матчи, а также множество интересных событий. Я уверен, что вы не только улучшите свою физическую форму и игровые навыки, но еще отлично проведете время.

Я сидел в самом конце автобуса рядом с Рыжим и должен был внимать речам тренера, но мой взгляд то и дело цеплялся за макушку Вики, расположившейся на переднем сиденье.

Сегодня мы впервые пересеклись после неловкого столкновения в душевой. Я даже не успел с ней нормально поздороваться, только выкрикнул приветствие вместе с командой, когда она зашла в последний момент в автобус вместе со своим отцом.

Сегодня на ней был какой-то модный костюм с укороченной курточкой из тонкой замши, который невероятно ей шел.

– Давайте сделаем эти сборы незабываемыми! Вперед, к новым победам! – звенел голос Евгения Михайловича, а я по-прежнему не сводил взгляда со светлой макушки, словно гипнотизируя ее обернуться и посмотреть на меня.

И кажется, это сработало. Как и в тот раз на ночном стадионе, когда Вика ругалась, что это я сбил ее с ног. Она обернулась ко мне, и наши глаза встретились на пару мгновений, после чего она поспешно отвернулась, испугавшись, что я поймал ее в ловушку своего взгляда. На протяжении пути я старался больше не смотреть на нее. Достав телефон, я принялся листать ленту новостей, только бы не поддаваться соблазну полюбоваться ей. Я в очередной раз напомнил себе, что дочь тренера – это красная карточка. Но, хоть я пытался сопротивляться, это было бесполезно. Иногда мне казалось, что она может прочитать мысли и почувствовать все мои эмоции.

Пока мы не виделись, я почти убедил себя, что это всего лишь мои глупые фантазии. Вика – просто красивая девушка, которая привлекла мое внимание и вызвала благоговейный трепет. Но теперь, увидев ее снова, я не мог избавиться от ощущения, что она – нечто большее, чем просто красивая картинка. Все же, как ни крути, она – суккуб, который проник в мой разум, как острый нож, рассекая все барьеры. Тот самый соблазнительный демон из ее песни, который вызывает сладостные сны. Не зря отец называет ее чертенком. Есть в ней что-то дьявольское… Искушение…

* * *

День клонился к вечеру, когда мы прибыли в солнечный Сочи. После утомительного перелета мы разместились в комфортабельной гостинице на берегу моря. Спортивный комплекс был здесь совсем неподалеку. По приезде кто-то решил сразу прогуляться по живописным окрестностям, а кто-то предпочел остаться и отдохнуть в номере.

– Не хотите насладиться морским бризом? – предложил Рыжий.

– Я бы поспал, – вздохнул Даня, распластавшись на кровати в позе морской звезды.

Нам достался довольно просторный трехместный номер с видом на море. Я подошел к окну и обвел глазами бескрайний горизонт. Волны лениво накатывали на берег, создавая мелодичный шепот, который сливался с криками чаек. Никогда не бывал на море. Вот, значит, ты какое.

– Я бы прогулялся, – сказал я. – И может, даже поплавал.

– Заметано.

В дверь постучали. Когда я отворил, увидел Матвея в шортах и с закинутым на плечо полотенцем. За его спиной стояли Егор, Искандер и еще пара парней.

– Мы идем на пляж, давайте с нами с нами, ребята, – сообщил Матвей.

Я оглянулся на друзей. Те уже вовсю собирались.

Через десять минут мы оказались на берегу и с разбегу бешеной оравой, полной энергии и предвкушения, нырнули в воду, распугав семью с маленькими детьми.

Завтра нас ждал важный матч, но сегодня мы могли позволить себе расслабиться, насладиться моментом и подурачиться. Мы веселились и плескались, словно дети, забыв обо всех заботах. Соленая вода ласково охлаждала разгоряченную кожу.

– Как насчет настоящего замка из песка? – крикнул Даня, а затем направился на пляж, чтобы заняться сооружением.

Я думал, замки из песка строят только дети. Сам я никогда этим не занимался. Но Даня, скорее всего, испытал все, что положено счастливому ребенку.

– Кто со мной? Давайте устроим конкурс? – Он подошел к семье с детьми и позаимствовал у них набор совков и ведерок. Вот смешной!

И тут я подумал, почему бы и нет? Почему бы не позволить себе побыть ребенком?

– Отличная идея! – выкрикнул я, выбираясь из воды и выхватывая у него маленькое ведерко.

Странное дело, но Искандер тоже решил окунуться в детство.

Мы с энтузиазмом принялись за дело, и вскоре на пляже появились наши песчаные шедевры.

Завтра будет новый день, новые победы и новые достижения. Но сегодня я наслаждался жизнью и радовался каждому мгновению, даже такому, как песочный замок, который скоро смоет водой.

– Какие-то детские у вас развлечения, парни. – Матвей подошел к нам, когда мы без сил распластались на песке, довольные своими стараниями. – Я предлагаю играть по-взрослому. Смотрите. – Он указал в сторону бара, где за столиком сидела компания девушек.

Они весело поглядывали в нашу сторону и хихикали, явно довольные тем, что мы обратили на них внимание. Я промолчал, но ребята поддержали идею Матвея познакомиться с ними.

Девушки оказались смелее, и пока мы обсуждали, что нужно к ним подойти, они сделали это сами.

Матвей выдал, что мы футболисты, и у незнакомок в глазах тут же загорелся азартный огонек. Девушки любят спортсменов, это факт.

Я подошел к бару, чтобы купить лимонад, и заметил там Вику. Она сидела за дальним столиком и тоже потягивала напиток. На ней была короткая белая футболка с ярким принтом и голубые шорты. Длинные светлые распущенные волосы свободно спадали на плечи, а на лице играла легкая улыбка. Я не мог оторвать от нее глаз и почувствовал, как мое сердце забилось быстрее.

Улыбнувшись, я сделал приветственный жест рукой, она за мной повторила. Мне хотелось подойти к ней, но тут я услышал за спиной нежный женский голос.

– Кажется, с тобой мы еще не успели познакомиться. – Это оказалась девушка из той самой компании.

Она была очень симпатичной, с вьющимися каштановыми волосами и ореховыми глазами, хрупкая и изящная, в нежно-розовом купальнике, с накинутой поверх него прозрачной белой туникой. В руках она держала рожок, впрочем, и сама она была похожа на клубничное мороженое. И в этот момент у меня мелькнула мысль, что это идеальный случай, чтобы спастись от странного наваждения чувств.

Вика смотрела на меня таким давящим взглядом, что я ощутил себя в клетке чувств к ней. Но она ни в коем случае не должна была о них узнать.

Я с улыбкой посмотрел на девушку-мороженое.

– Привет, – сказал я. – Я Артем.

– Аня, – ответила она, одарив меня лучезарной улыбкой – Ты тоже в команде?

– Я нападающий, – ответил я, краем глаза заметив, как Вика внимательно наблюдает за нами, придерживая трубочку своего напитка. – Хочешь прогуляться?

– С удовольствием.

– Угостить тебя чем-нибудь? – Я кивнул в сторону барной стойки.

– Мне ничего не нужно, но если хочешь, можешь и себе взять мороженое, – отозвалась девушка, с аппетитом слизывая подтаявший край рожка.

– У меня спортивная диета, – ответил я. – Но с удовольствием составлю тебе компанию. Расскажешь, что ты делаешь в Сочи?

– Я местная, – сказала она с гордостью.

Мы вышли с бара и медленно побрели вдоль берега. Аня расспрашивала меня про футбол, про наши будущие игры, а потом рассказала про достопримечательности родного города.

Я знал, что Вика по-прежнему наблюдает за нами. Когда я оглянулся, она была уже на пляже, сидела на шезлонге. На ней были темные очки, но я знал, что она смотрела в мою сторону, пока я прогуливался со своей новой знакомой.

Как удобно получилось. Пусть Вика не думает, будто она стала центром моей вселенной. Хотя это было так. Теперь, когда я знал другую сторону ее жизни, на которую другие не имели права, мои чувства стали лишь сильнее. Они будут мешать мне в игре. Как же этого не допустить, черт возьми?

Я всмотрелся в милые черты Ани и улыбнулся, когда она попыталась пошутить.

– Я могу устроить тебе небольшую экскурсию по городу, – предложила она.

– Конечно, – тут же отозвался я. – Буду только рад.

Она продиктовала мне свой номер, и я сохранил его в телефоне. Не знаю, захочу ли я еще раз с ней встретиться, но Вика видела наш обмен контактами.

Я распрощался с Аней и вернулся к друзьям, которые уже собирались в отель. Нам пора было возвращаться, после ужина тренер устраивал собрание, которое нельзя было пропустить.

Остаток дня прошел быстро. Наш помощник Вадим, который в обычное время работал администратором в клубе, еще отвечал за питание. Он здорово позаботился о сбалансированном меню для каждого из футболистов с учетом всех индивидуальных рекомендаций, чтобы наша спортивная диета ни в коем случае не была нарушена.

– Вика, давай к нам! – Даня махнул ей рукой, когда заметил, что девушка ищет пустой столик в столовой. За нашим как раз пустовало одно место. Рядом со мной.

– Спасибо, если не помешаю. – Она поставила поднос на стол и села рядом, слегка задев локтем мое плечо.

В нос ударил нежный клубничный аромат, смешанный с ее собственным, едва уловимым. Вот кто представляет собой самое настоящее клубничное мороженое, а не та девушка, с которой я сегодня познакомился на пляже.

– Да как ты можешь помешать, Вика, – рассмеялся Даня.

– Как у вас дела с Мирой? – поинтересовалась она. После организации того самого грандиозного свидания посреди футбольного поля Данилов был так сильно впечатлен, что всю неделю потом делился своими эмоциями. Не каждый в нашей команде был таким открытым и добродушным, как Даня. Он нашел свое счастье с Мирой, и я был искренне рад за них обоих.

– У нас все хорошо, – ответил он с довольным видом. – Разлука будет нам только на пользу.

Как же здорово, когда можно открыто говорить о своих чувствах, не боясь последствий. Просто жить, играть в футбол и любить.

Я покосился на Вику, которая сидела так близко ко мне. Я вновь вернулся на два дня назад, когда мы с ней стояли в душевом отсеке, тесно прижавшись друг к другу. И это было вовсе не во сне.

В тот день я сам не свой оделся и, утихомирив бушующие гормоны, зашел в кабинет директора. Он говорил мне какие-то общие наставления по поводу будущих игр, но я его почти не слушал. Я автоматически кивал, потому что мысленно находился там, в душевой, и прижимался к Вике. Она не оттолкнула меня, не закричала от ужаса и не дала мне пощечину за попытку к ней прикоснуться. То, что произошло в ту ночь, не поддавалось никакой логике, это был какой-то лютый кринж, но я трепетно хранил в памяти каждую его секунду.

– Надерете завтра задницу вашим соперникам? – спросила Вика, и наши глаза вдруг встретились, вырывая меня из жарких воспоминаний.

– Мы их уделаем, – заявил Даня и посмотрел на меня. – Правда, Артем? Ты забьешь победные голы, да?

– Уверена, что забьет, – сказала Вика с улыбкой и тоже посмотрела на меня.

Ее ярко-голубые глаза тоже улыбались, в них искрилась живая энергия, которая так и обволакивала, заставляя меня забыть обо всем на свете.

По окончании ужина я отправил Даню с Елисеем в номер, а сам ловко нашел причину задержаться, чтобы поговорить с Викой.

– Ты придешь завтра на игру? – поинтересовался я.

– Приду, конечно, куда я денусь.

– Знаешь, мне даже понравилось спорить с тобой на забивание голов, – вдруг вырвалось у меня. Нет, я ведь не хотел этого говорить, но мой язык оказался быстрее разумных мыслей. Прозвучало слишком дерзко, словно бы я флиртовал с ней. Что я творил?!

– Хочешь еще раз на что-то поспорить? – Она выразительно вскинула брови. – Какой приз ты хочешь, Королев?

– Я хочу услышать песню. Ту самую, которую ты сочиняешь, когда приходишь на стадион.

– Она не готова, – нахохлилась Вика.

– Ну и что? Значит, споешь то, что готово – начальные музыкальные фразы.

– Королев, я смотрю, ты так уверен в себе. Если ты проиграешь, чем будешь расплачиваться? – Она весело рассмеялась, а потом вдруг добавила: – Натурой? – Опять прозвучало со смехом, но через мгновение улыбка с ее лица уже исчезла, когда она поняла, что ляпнула то, что заставило нас обоих вспомнить сцену в душевой. Это вызвало напряжение в воздухе.

– Вика, – сказал я с упреком. – Как долго ты еще будешь вспоминать ту нелепую ситуацию?

– А тебе нечего стесняться, Королев, – дерзко заявила девушка и стрельнула глазами в сторону моего паха. – Наоборот, гордись.

Я смотрю, ей нравилось меня смущать. Она только в границах стадиона выглядела правильной девочкой, но я-то знал о ее темной стороне, когда она за его стенами сбрасывала маску, хотя… хм… правильнее сказать, надевала ее.

– Итак, с тебя песня. – Я знал, чем ее саму можно смутить. Думаю, лучший способ – заставить ее спеть для меня что-то глубоко личное.

Только вот зачем мне это было нужно? Я ведь хотел держаться от нее подальше. А сам принимал какие-то ненужные ставки на спорт.

– С тебя два гола.

– Почему два? – удивился я. – Победу может принести и один.

– Один гол – это несерьезно, Королев, с твоими-то способностями. И должно быть не просто два гола в игре, а именно два гола, забитых тобой. Или, если хочешь, можно и больше. Но два – это минимум. А если не забьешь их, то сам споешь мне, понял?

– Я не умею петь.

– Значит, научишься.

– Значит, два гола. Ладно, принято.

– Кажется, товарищеские матчи не будут скучными. – Она улыбнулась и зашагала прочь.

В этом она была права. Товарищеские матчи станут для меня настоящим вызовом.

Я любовался тем, как она удаляется, как мягко покачиваются ее бедра. Как же сладок запретный плод, который мне нельзя было срывать.

Вика

– Тим, пожалуйста, не кричи. – Я не знаю, в какой момент Тим снова вспылил, пока мы обсуждали по телефону предстоящее выступление на рок-фестивале. В последнее время у него все чаще случались вспышки неконтролируемой агрессии и приступы ревности. – Я ни в чью пользу не делала выбор, прекрати. Мне нужно было поехать с папой, я его правая рука!

Тим снова высказывал претензии, что я не отправилась в Сочи вместе с группой. Группа должна была приехать сюда накануне рок-фестиваля, и на следующее утро улететь обратно. Я же, по мнению Тима, прохлаждалась с футболистами. Ну что за детский сад?!

Я раздраженно сбросила вызов, а затем кинула телефон куда-то на кровать. Тим просто доводил меня своей ревностью, хотя поводов не было. Ведь не было? То, что я угодила в объятия голого футболиста, – вообще дикая и нелепая случайность, которая не должна была произойти и поэтому не в счет. Тем более Тим об этом не знал и, надеюсь, никогда не узнает. В остальном наши отношения с Королевым были чисто дружескими. У меня что, не может быть друга противоположного пола? Артем был мне интересен просто как личность. Не каждый футболист умел играть на гитаре и не каждый знал мой секрет. Так что Тим не мог запретить мне с ним общаться.

Я сжала кулаки, продолжая злиться на своего парня и его претензии. Раньше за ним такого не водилось. Мне даже назло ему захотелось проводить еще больше времени среди футболистов. Поэтому я решила пойти и посмотреть утреннюю тренировку, тем более что завтра команде предстоял важный матч. Я не могла его дождаться – будет ли два гола от Артема Королева?

* * *

– Да, это всего лишь товарищеский матч, играем не за кубок, но завтра на вас будут смотреть важные шишки! – вещал папа на футбольном поле, выстроив команду в линию. – Они будут оценивать каждый ваш шаг, каждое ваше движение! Не вздумайте опозорить меня!

Он важно ходил туда-сюда, так приятно было смотреть на его деловитый вид. Я аккуратно присела на скамейку в третьем ряду и встретилась взглядом с Королевым. Но он быстро отвел глаза, устремив все внимание обратно на тренера.

Кто-то из ребят весело помахал мне рукой, тоже заметив мое появление. Тогда папа оглянулся и тоже увидел меня. Ничем не выдав своих эмоций, он повернулся к Елисею (а это именно он махал мне) и дал ему легкую затрещину, вызвав смешки у всей команды.

– Отвлекаешься! – прорычал папа, и я закатила глаза. – Что это было?! – Он спародировал хаотичное махание рукой перед лицом голкипера. – Девушек никогда не видел, что ли? Наказан за это. Будешь сегодня играть не в воротах, а в нападении. Вертинский – ты пойдешь на ворота!

– Но я… – начал отнекиваться тот.

– А может, лучше поставите в ворота Гордеева? – вдруг услышала я голос Артема.

Папа приблизился к нему, и судя по всему, вид у него был не очень довольный. Зря ты, Артем, вздумал навязывать папе свои решения. Он этого не любит…

– Что-то у нас сегодня все расслабились! Приехали в курортный город отдыхать, я смотрю. Я передумал, на ворота пойдешь ты, Королев. Посмотрим, как ты справишься с защитой. А ты, Егор, поменяешься местами с Искандером.

Я не смогла прочесть эмоции на лице Артема, но вряд ли ему пришлось по душе решение папы. Посмотреть на Артема в роли голкипера было очень занятно – я обрадовалась, что решила прийти на тренировку. Пока он бежал в сторону ворот, наши взгляды снова пересеклись. Я пожала плечами и улыбнулась ему, но его лицо осталось непроницаемым. Он был настроен только на игру.

Артем

Зачем она пришла на тренировку? Чтобы и дальше смущать меня? Да еще тренер вздумал перетасовать игроков в команде, как карты в колоде.

Моя задача – забивать голы, а не защищать ворота от ударов. У меня не было особых навыков и знаний, присущих голкиперу. Я не смогу обеспечивать безопасность ворот так, как это делал Рыжий. Я уже был морально готов к тому, что меня знатно потреплет на тренировке. Я нацепил перчатки, которые выдал мне ассистент тренера, неожиданно выросший словно из-под земли, и встал в свою позицию.

Да, сегодня Матвей забил много голов в мои ворота. Это не я должен был стоять в воротах, а он. Его талант голкипера я увидел еще в первый день появления в клубе – вот только почему его никто не хотел использовать?

Из меня вратарь так себе, вот честно. Конечно, я старался изо всех сил, но не умел ловко отбивать летящие мячи пяткой или распластаться так, чтобы они отскакивали от тела. Я был хорош в нападении и в передачах. На что хотел посмотреть тренер – совершенно непонятно, это просто было моим наказанием. И его дочь, которая внимательно наблюдала, как меня истязали, тоже сущее наказание. Мне казалось, что я не мог нормально отбить мяч только из-за присутствия Вики. Под ее взглядом все шло из рук вон плохо. Мой разум находился где-то отдельно от тела. А еще я очень устал.

Я понимал, что должен сосредоточиться и не пропустить гол, но каждый раз, когда мяч сильно врезался в руки, напряжение только возрастало.

– Что за ужасная защита ворот? – кричал тренер, и я не мог с ним поспорить. – Я знаю, что ты можешь лучше, Королев. Сосредоточься!

– Я тоже думал, что ты можешь лучше! – заявил Матвей, отправляя новый мяч в мою сторону.

Отбивать было больно и трудно, руки горели, словно обожженные огнем. Но на этот раз я поймал мяч и одним мощным ударом отправил далеко в центр поля, несмотря на то что мышцы ныли от усилий.

– Ну так встань и покажи, как надо, – гаркнул я в ответ, с вызовом глядя на Матвея.

– Кто хочет заменить Королева на воротах? – спросил тренер у команды.

– Давайте-ка я, – вдруг сказал Гордеев.

– Матвей. – Голос тренера прозвучал напряженно и предупреждающе.

– Я хочу, – с уверенностью повторил Гордеев и направился к воротам, чтобы сменить меня.

Я с радостью покинул позицию голкипера. Намечалось что-то интересное.

Движения Матвея были четкими и уверенными. Он с усердием защищал ворота, так, как не мог сделать этого я. Рыжий тоже был хорош в роли голкипера, но Матвей был просто на высоте! Тренер же выглядел недовольным, внимательно и молча наблюдая за нашими игровыми комбинациями.

Спустя четверть часа он резко прекратил тренировку и отпустил нас, дав последние указания перед завтрашним матчем.

– Ты был слишком хорош, – сказал я Матвею по пути в раздевалку. – У соперников не будет никаких шансов, если ты встанешь на ворота.

– Королев, не надейся, что ты станешь центральным нападающим вместо меня, – отмахнулся он.

– Значит, хочешь быть в центре внимания? – подколол я.

– Я всегда в центре внимания. К чему эти глупые вопросы?

– Не всегда золото то, что блестит, – знаешь такую поговорку?

– Королев, похоже, мяч прилетел тебе в голову, пока ты стоял на воротах, – усмехнулся Матвей. – Кстати, а вот ты был очень плох. Ты же наша звезда клуба – почему так подводишь?

– Я никогда не стоял в воротах, – заметил я. – А вот ты прирожденный голкипер, я видел, с каким азартом ты защищал позицию, только, кажется, это не нравится твоему отцу. – На последних словах я понизил голос, чтобы никто нас не услышал.

Глаза Матвея расширились.

– Не лезь не в свое дело, – процедил он сквозь зубы, а затем толкнул меня плечом и быстро зашагал вперед.

– Ты чего опять цапаешься с Матвеем? – Ко мне подошел Рыжий, обеспокоенно глядя в спину удаляющегося Гордеева.

– Он что-то скрывает.

– Он много чего скрывает, ты же видел его папашу. Элита чертова! У таких полно всяких причуд и скелетов в шкафах.

– Из него бы вышел хороший голкипер, – пробормотал я.

– Не надо никаких голкиперов, Артем, – засмеялся Рыжий. – Главный голкипер в «Молнии» – я. Это мои ворота, никому их не отдам.

Я улыбнулся другу. Он прав. Но ему бы не мешало поучиться кое-чему у Матвея, чтобы усовершенствовать навыки.

* * *

– У меня сегодня свидание, кстати, надо, чтобы кто-то меня прикрыл. Я вернусь поздно. Тренер озвереет, если узнает, что я перед игрой не в постельке, – заявил Рыжий.

– Кого успел подцепить? – улыбнулся я.

– Одну из девчонок с пляжа, – с гордостью сообщил Елисей. – Ты вроде тоже с кем-то познакомился? Я видел, как ты вчера гулял с какой-то красоткой.

Я вспомнил, что записал номер девушки в телефонную книжку и совершенно забыл о ней. Она хотела прийти на завтрашнюю игру, чтобы поболеть за нашу команду. Вчера мне казалось, что общение с другими девушками поможет мне избавиться от мыслей о Вике, которых становилось все больше и больше. Я не хотел, чтобы она узнала о моих чувствах, но боялся, что они написаны на моем лице.

– Не хочешь тоже пошалить? – спросил Рыжий.

– Нет, меня сегодня уже изнасиловали в воротах. – Я усмехнулся, отмахиваясь от предложения друга. Проводить время с другими девушками я совсем не горел желанием. – Так что я сегодня буду просто спать как убитый.

Когда Елисей убежал на свидание, я спустился к берегу, чтобы прогуляться перед сном. Сумерки уже давно сгустились, и небо было темным. Море сверкало в свете прибрежных фонарей. Воздух был наполнен ароматами соли и цветущих растений. Легкий морской бриз играл с волосами, создавая ощущение свободы и легкости.

Я шел по песчаному берегу, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Заметив неподалеку Вику и тренера, я замедлил шаг. Они сидели на лежаках и разговаривали, и, кажется, не увидели меня.

– Это довольно крупный рок-фестиваль, пап. Он для нас очень важен. Но знаешь, после выступления я бы хотела уехать со своими ребятами.

– Но ты здорово мне помогаешь, Вика.

– Ты просто хочешь держать меня под рукой, я же знаю. Ты прекрасно справляешься и без меня, у тебя куча ассистентов.

– Я так привык, что ты всегда рядом, – вздохнул тренер.

– Вот именно, это просто отцовская прихоть. – Голос Вики прозвучал очень мягко. – Но я должна быть со своей музыкальной группой.

Я почувствовал себя неловко оттого, что случайно подслушал их разговор. Вика говорила о каком-то выступлении, о котором я не знал.

Я откашлялся, заявляя о своем присутствии. Прятаться было негде, да и пройти мимо, сделав вид, что я их не узнал, было бы глупо.

– Евгений Михайлович, – обратился я к нему.

– Артем. – Тренер с удивлением обернулся ко мне. – Откуда ты тут взялся?

– Я просто гулял.

– Завтра игра, все должны быть давно в постелях! – раздраженно заявил тренер.

– Да время еще детское, – смешно фыркнула Вика.

– Артем, ты ведь сейчас в отель идешь? – спросил тренер.

– Да.

– Будь добр, проводи, пожалуйста, Вику, – попросил Евгений Михайлович, а затем повернулся к дочери: – Иди, темно уже. А я еще тут посижу.

– Ладно. – Она поднялась с лежака и шагнула ко мне, не став спорить с отцом.

Вика

– Я случайно услышал, что ваша группа будет участвовать в рок-фестивале, – тихо сказал Королев, пока мы неторопливо шли по прибрежной территории в сторону отеля.

– Да, через три дня, – подтвердила я.

– И как только я сразу не догадался!

– Только не вздумай приходить, чтобы посмотреть.

– Но наши ребята уже давно запланировали культурное мероприятие, – улыбнулся Артем. – Тем более концерт бесплатный, всем интересно.

– Значит, отговори их. Я не хочу, чтобы вы там присутствовали.

– Никто тебя не узнает, не переживай.

– Ты же узнал, – возразила я.

– Только благодаря особому случаю. Ты тогда в клубе сама подставилась, когда притащила меня в гримерку. – Он улыбнулся, и я подумала о том, до чего же правильные у него черты лица. Сейчас, в темноте, в игре света и тени, оно казалось настолько идеальным, что дух захватывало.

Я не заметила, как засмотрелась на него, и споткнулась на дощатой дорожке. Пытаясь удержать равновесие, я неуклюже взмахнула руками, но все равно упала на колени. Артем попытался поймать меня, но не успел. Он протянул мне руку, чтобы помочь подняться, но я почувствовала, как боль пронзила ногу, и с мучительным стоном опустилась обратно на колени, не в силах встать.

– Вика! – В голосе Артема звучало нешуточное беспокойство. – Как ты?

Я ощутила, как его сильные руки вновь подхватывают меня и ставят на ноги.

– Ай! – Я прижалась к нему, буквально повиснув всем весом, крепко ухватившись за его плечо. – Кажется, я подвернула ногу, – пожаловалась я.

– Идти не можешь? – спросил он, продолжая удерживать меня одной рукой под локоть, другой – за талию.

Я попробовала перенести вес на пострадавшую ногу и сморщилась от новой вспышки боли. Кажется, он прочитал ответ на моем лице, потому что в следующую секунду уже подхватил меня на руки.

– Я отнесу тебя.

– Королев, – вырвалось у меня, и больше ничего я не смогла сказать.

Он зашагал вперед, неся меня на руках так, будто я ничего не весила. Что мне оставалось делать? Начать барахтаться с требованием отпустить меня? Или обхватить его за шею, чтобы ему было легче? Я выбрала второй вариант. Не только для того, чтобы поберечь пострадавшую ногу, но и потому, что я очень комфортно чувствовала себя в его теплых объятиях после того, как немного замерзла в прохладе вечера. Его ладони, касающиеся меня сквозь тонкую ткань платья, обжигали.

– Тебе нужно в травмпункт, – заявил Артем.

– Какой еще травмпункт? – возразила я. – Мою ногу осмотрит спортивный доктор. Уверена, что ничего страшного не случилось. Завтра уже буду бегать.

Нас провожали взглядами, когда Артем вошел в холл отеля. Я предложила меня отпустить, но он сказал, что ему совсем не тяжело.

Он держал меня на руках, а я просто таяла от такой заботы. Меня никто никогда не носил на руках. Я чувствовала себя хрупкой принцессой в руках настоящего рыцаря. Я позволила себе расслабиться и даже уткнулась лицом в его грудь. От него пахло чем-то очень приятным, головокружительным и манящим.

Эта близость меня дико пьянила, а каждый сантиметр моего тела покрылся мурашками. Опасно.

Сердце застучало так учащенно, что, наверное, он мог почувствовать это сквозь ткань одежды. Хорошо, что до корпуса было уже рукой подать. Я думала, что возле входа Артем меня отпустит, но он со всей решимостью заявил, что донесет меня до номера.

Черт, он держал меня даже в лифте. Пожилая пара, ехавшая с нами, с улыбкой разглядывала нас. Очевидно, они приняли нас за влюбленных, спешивших в комнату, чтобы предаваться там любовным утехам. В памяти тут же всплыла картина из душевой, и, о боги, как же был Артем хорош (сотрите мне кто-нибудь память, вот честное слово, надоело вспоминать это так часто!). На меня накатила волна жара. Я ощутила легкий страх: мне не нравилось, что мое тело так реагировало на Артема. Разве можно гореть в руках малознакомого парня, когда я состою в отношениях? Неужели я такая испорченная? Сердце у меня замерло, я прикрыла глаза, стараясь избавиться от хулиганских мыслей. Но, черт возьми, как же это приятно, когда тебя с такой заботой несут на руках. Вот только перестать бы так закипать… Мне нужно было срочно убедить все части моего тела, что Артем Королев не интересует меня как мужчина. Просто Тим никогда не носил меня на руках. Наверняка я испытала бы то же самое, если бы на руках меня нес он.

Двери лифта открылись, выпуская нас в просторный коридор, ведущий к номерам.

– Все люди подумали о нас невесть что. – Я взглянула на Артема, который сейчас выглядел необычайно серьезным и сосредоточенным.

– Мне плевать, что они там подумали, – отмахнулся он, а затем слегка перехватил меня, чтобы было удобнее нести.

– Скоро ты станешь знаменитым футболистом, и люди будут узнавать тебя в лицо, – заявила я, крепче обхватывая его за шею, чтобы ему было легче держать меня. – Я верю в твой талант, ведь футбол для тебя много значит.

– Футбол – это моя страсть. – Он улыбнулся.

Ну почему он выбрал слово «страсть»? Оно лишь усилило мое внутреннее волнение, напомнив, что я ощущала совершенно непонятное наваждение.

– Я готов тренироваться каждый день, чтобы стать лучшим, – продолжал Артем. – Не знаю, что из этого выйдет, но я буду стараться изо всех сил, чтобы достичь своей мечты.

– Я тебя понимаю, – отозвалась я. – Я тоже готова репетировать каждый день, чтобы когда-нибудь оказаться на большой сцене. Музыка и спорт похожи. И там, и там требуется большая самоотдача. Как ты сказал, дело всей твоей жизни – футбол, а моей – музыка. И мы с тобой схожи в стремлении к совершенству. Да и не только в этом. У тебя есть разминка, и у меня тоже есть разминка для разогрева. Тебе важно умение работать в команде, и мне нужно искать баланс со всей музыкальной группой.

– Все в точку! – согласился Артем. Было заметно, что он очень доволен моими словами. – А еще музыка и спорт объединяют людей, собирают толпы зрителей. Как думаешь, где будет больше людей – на нашем матче или вашем фестивале?

Наши взгляды встретились, и в этот момент между нами промелькнула искра понимания. Наши идеи и стремления были действительно близки. Наверное, он чувствовал то же самое, что и я. А в моем сердце горела такая же воля к победе, как в его.

– Какая дверь? – тихо спросил Артем, обнаружив, что уже почти пронес меня до конца коридора.

– Самая последняя слева, – подсказала я.

Мы дошли до нее, и я думала, что Артем вот сейчас поставит меня на ноги.

– Откроешь? – вместо этого спросил он, продолжая держать меня.

Я достала из кармана ключ-карту и приложила к считывателю. Артем толкнул дверь и внес меня в комнату, как настоящую принцессу.

– Вот и дошли. – С этими словами он опустил меня на кровать.

Я прикусила щеку изнутри, стараясь сильно не улыбаться. Боже, как же это было мило. Почему Артем Королев в очередной раз показал, какой он до невозможности милый.

Милый.

Знаю, он не любил, когда я ему об этом говорила, но он не мог запретить мне этого делать.

– Ты очень милый, – сказала я вслух, ожидая его реакции. – Спасибо.

– Рад помочь. Позвони доктору, пусть осмотрит твою ногу, – ответил он, не поддавшись в этот раз на провокацию.

– Да, сейчас позвоню. – Я скинула босоножки освобождая свои ступни.

– Дай я посмотрю. – И не успела я возразить, как он вдруг опустился передо мной на колено и взял мою пострадавшую ногу в руки, аккуратно ощупывая ее пальцами. – Я часто получал подобные травмы, – сказал он, продолжая исследовать мою лодыжку. – Так больно? – Он слегка согнул лодыжку.

– Немного. – Я вздрогнула, когда он коснулся места ушиба.

– Вообще, нужно приложить что-то холодное, чтобы снять отек.

– Из холодного я согласна только на мороженое, которое не отказалась бы съесть, – фыркнула я. – Никогда не любила прикладывать лед к коже.

– Звони уже врачу. – Артем выпустил мою ногу и поднялся, глядя на меня, как на провинившегося ребенка.

– Ладно, ладно. – Я извлекла телефон из кармана и принялась листать список контактов. – Но ты вроде уже сам осмотрел меня и назначил лечение.

– От себя могу только сказать, чтобы ты не подвергала ногу лишней нагрузке. Зря, что ли, я тебя сюда нес?

– Подкачался заодно, – хихикнула я.

Затем я нажала кнопку вызова на телефоне и попросила нашего спортивного врача зайти ко мне в номер, в двух словах описав ему ситуацию.

– Я пойду. – Артем сделал шаг назад. – Спокойной ночи, Вика.

– Спасибо, Королев, – искренне поблагодарила я. – Удачи завтра на игре. Два гола, помнишь, да? Или уже забыл?

– Да, забыл, если честно. – Он рассмеялся. Очень мило рассмеялся.

– Выспись, – улыбнулась я.

В ответ он просто кивнул и вышел. Буквально через минуту появился доктор. Осмотрев мой ушиб, он заверил меня, что ничего страшного не случилось и что через два дня я уже смогу бегать. Как и предполагал Артем, мне пришлось приложить лед.

Врач ушел, оставив мне тюбик с какой-то мазью и посоветовав, так же как и Артем, лишний раз не нагружать ногу. Так что я откинулась на подушку и включила телевизор.

В этот момент кто-то постучался в мою дверь. Я подумала, что это доктор, который забыл мне что-то еще назначить, и крикнула, чтобы он вошел. Но, к моему удивлению, на пороге показался официант.

Я с удивлением уставилась на поднос, на котором стояла большая креманка с тремя разными шариками мороженого.

– Добрый вечер! Просили передать вам. – Официант прошел в комнату, поставил поднос на тумбочку возле кровати и учтиво улыбнулся. – Приятного аппетита и хорошего отдыха.

Я даже не поблагодарила его и не заметила, как он вышел, растерянно глядя на эту креманку, до краев наполненную восхитительным мороженым. Я взяла ее в руки и улыбнулась, всматриваясь в маленькие кристаллики льда и тонкие узоры из шоколада. У меня тут же появилось непреодолимое желание попробовать его. Я схватила маленькую ложку и попробовала лакомство, которое нежно растаяло во рту.

– Ммм, – протянула я, наслаждаясь вкусом.

Ну, Артем!.. Я улыбнулась, продолжая смаковать мороженое. Он запомнил мои случайно оброненные слова, что я не отказалась бы от мороженого, и просто заказал мне его. Уровень милоты этого футболиста только что взлетел почти до крайней отметки.

Пока я наслаждалась своим неожиданным лакомством, зазвонил телефон. Бросив взгляд на экран, я поняла, что это Тим. Мне не хотелось ему отвечать. Как говорится, пусть весь мир подождет. Я хотела насладиться моментом. И точка.

Точка.

Моя рука с ложкой замерла на полпути ко рту.

Точка.

Я прислушалась к собственным мыслям, которые вдруг развернулись в моей голове какой-то бурной деятельностью при упоминании этого слова.

Я проглотила мороженое, поставила креманку перед собой на кровать и потянулась к тумбочке: где-то тут вроде бы должна лежать бумага и ручка. Я выдвинула ящик и нашла небольшой блокнот и карандаш. Сгодится.

Слова песни сами собой заполнили сознание.

Я принялась записывать их, выдергивая из стремительного водоворота мысленных образов, но не забывая при этом между делом угощаться мороженым.

Я кинула взгляд на бумагу, которую сжимала в руке, и написала на ней новые строчки, рвущиеся из меня.

Я уже слышала, как пою эту песню с придыханием на последних словах. Я жалела, что у меня с собой не было гитары. Пальцы так и стремились ощутить струны и подобрать аккорды и звучание под рождающуюся песню.

Телефон вновь настойчиво зазвонил. Я взяла его в руки, растерянно глядя на экран. И в этот самый момент я поняла, что не люблю Тима. Я испугалась собственных неожиданных мыслей.

Вернее, я люблю Тима, но не так, как раньше. Или все же вообще не люблю…

Мой разум запутался, пытаясь донести что-то важное до меня.

В последнее время Тим все чаще меня раздражал. Он как будто стал стеной на пути моих идей, отвергая все, что я предлагала в рамках нашего творчества. Это напоминало мне ситуацию, когда ты пытаешься пройти через узкий проход, а перед тобой вырастает непреодолимая преграда.

Он пытался навязать собственное мировоззрение, пользуясь статусом фронтмена. Он был как дирижер, который игнорировал ноты других музыкантов, заглушая их своим звучанием. Таких людей называют попросту «душнила». И мне все чаще казалось, что наши творческие разногласия зашли в тупик. Мы были как два корабля, которые плыли в разные стороны, не желая уступать друг другу.

Но я не собиралась сдаваться. Я буду продолжать бороться за свои идеи, даже если это вызовет еще большее раздражение у Тима. Ведь как говорится, вода камень точит. И возможно, со временем он поймет, что мое видение музыкальных композиций тоже имеет право на существование. А пока я буду продолжать работать над своими идеями, не обращая внимания на его отрицание. Ведь в конце концов, как известно, свет всегда пробивается сквозь тьму.