Всю следующую неделю я провела как на иголках, хотя даже не появлялась в клубе. Папа пытался загрузить меня очередной подработкой, но я нашла предлог ее избежать. Я допоздна пропадала на репетициях. За это время мы дважды поругались с Тимом. Я не надеялась, что он меня поймет и поддержит мое предложение, когда мне пришлось рассказать ему о возникшей проблеме.
– Опять ты со своим футболистом! – выкрикнул он однажды вечером, когда я пыталась убедить его, что мой план хорош и мы должны действовать именно так, как я придумала. – Почему в последнее время из-за него так много сложностей?
Да, Королев просто люто бесил моего парня. Тим избил Артема в клубе за тот неожиданный поцелуй и теперь точил на него зуб. Когда я поделилась со своим парнем опасениями, что Артем, вероятно, знает мою тайну, Тиму вообще сорвало крышу от ревности.
– Ты должен вникнуть в проблему и действовать со мной заодно. – Я пыталась быть убедительной. – Моя идея сработает, только если ты поможешь мне, а не будешь вести себя как подросток.
В конце концов Тим согласился, что моя затея вполне рабочая, чтобы отвести подозрения Артема.
– Но мне не нравится, что ты пойдешь с ним, по сути, на свидание! – Тиму было сложно принять, что я должна провести вечер в компании Королева.
– У тебя на глазах, Тим, – фыркнула я, тоже начиная сердиться. – И это вовсе не свидание, сколько раз тебе повторять!
– Почему ты не можешь просто проигнорировать его тупые подозрения?!
– Потому что они не тупые. Он уверен, что это я. И он прав. Если мне не удастся переубедить его в этом, то весь футбольный клуб узнает мой секрет. Я не хочу подставлять папу. Мне не нужно, чтобы мои полуголые фотографии стали предметом обсуждения в клубе.
Да, раньше надо было об этом думать, мысленно обругала я себя. Но подростковый протест после смерти мамы снес мне крышу, и я творила всякую дичь в самом начале своей музыкальной карьеры. Лучше всему этому никогда и не всплывать на поверхность. У меня сложился неплохой таинственный образ – его я планировала придерживаться и дальше, он только добавлял фишку нашей группе. Именно поэтому я согласилась на дерзкий сценический гардероб и выступать топлес с наклейками на груди – все потому, что в маске, надежно скрывающей мое лицо, можно быть смелой и необузданной. Но теперь весь мой творческий мир, который до этого никогда не пересекался с миром футбола, пошатнулся из-за вполне конкретных подозрений Королева. Он узнал меня даже в маске в тот злосчастный вечер в клубе – стоило тогда и правда бросить его там, а не тащить в гримерку, все равно все усилия оказались напрасны: папа нас поймал.
– Владельцам клуба это не понравится, – заявил Тим.
– Им главное, чтобы на сцене кто-то тренькал и что-то пел. Все остальное их не касается. Да и всегда можно договориться, чтобы понравилось, ведь так? – Я посмотрела на Тима в упор.
В ответ он сгреб меня в охапку и поцеловал. Его поцелуй был настойчивым и жестким – сейчас он мне совсем не понравился. Я поймала себя на мысли, что больше не теряла от его губ голову, как раньше. Тут же вспомнился поцелуй с Королевым… Вот черт.
– Ладно, сделаем, как ты предлагаешь, – пробурчал Тим. – Но это может испортить нам репутацию, если что-то пойдет не так.
– Все получится. – Я чмокнула его в щеку. – Я все хорошенько продумаю.
– Я буду следить за тобой, Вика. Одно неверное движение или один неправильный взгляд этого футболиста в твою сторону – и он труп. Мне кажется, он положил на тебя глаз и поэтому ищет предлоги оказаться рядом с тобой.
Тима было не переубедить. Артем сказал, что это будет не свидание. Или все же Тим был прав, и Артем пытается, как говорится, ударить по моим воротам, используя тактику ложного финта? Ну, даже если это и так, то у него нет шансов. Но вот дружить с ним было бы интересно.
И иногда целоваться.
Мой мозг точно сошел с ума, раз подсовывал такие мысли.
Я посмотрела на Тима, напомнив себе, какой он у меня все-таки красивый и талантливый, и заставила себя улыбнуться.
– Давай погуляем сегодня вечером, – предложила я. После организации такого красивого свидания для Дани мне захотелось романтики в жизни.
– Тренер сказал, что мы здорово взаимодействовали. – В пятницу после тренировки ко мне подошел Вертинский. – И я тоже так считаю. Но, Артем, откуда ты такой взялся? Почему у тебя талант как у самого Пеле? Ты в курсе, что если ты и дальше продолжишь так играть, то из первого дивизиона перепрыгнешь в премьер-лигу и будешь затем представлять страну на международной арене?
– Да брось, – небрежно отмахнулся я.
– Кто у нас собрался в премьер-лигу? – раздался рядом язвительный голос Матвея. – Ты, что ли, Королев? Хочешь стать футболистом национальной сборной?
– А почему нет? – усмехнулся Вертинский.
– Пусть к звездам тернистый, – заявил Матвей. – Помни об этом, Королев. А сборная – это сплошная конкуренция.
– Кажется, мне ее и здесь хватает, – пробурчал я, глядя на Матвея.
Он рассмеялся и вдруг обрушил на мое плечо свою ладонь. Все мои ушибы прошли, и я наконец не почувствовал боли, к которой уже привык за неделю.
– Никакой конкуренции, – сказал Матвей. – Я решил, что ты тоже в моих любимчиках, Артемка. Пока что ты вписываешься в нормативы. Я же тебе говорил, что мы теперь друзья, или ты уже забыл?
Забудешь такое. Я улыбнулся Матвею, не понимая, чего ему от меня нужно. Вписываюсь я в его нормативы, значит.
Переодевшись, мы вместе с Рыжим вышли из раздевалки. Я просканировал коридор в поисках копны светлых волос. Вику не было видно. После свидания Дани на стадионе мы с ней больше не пересекались. Возможно, это было к лучшему.
Мы вышли во двор, и я окинул взглядом территорию, безуспешно пытаясь ее отыскать.
Я настолько отвлекся, что не заметил, как на повороте врезался в представительного мужчину, который громко чертыхнулся, отскакивая от меня.
– Простите, – бросил я, а Елисей поздоровался с незнакомцем.
– Смотри, куда идешь! – раздался раздраженный голос мужчины. Он поднял журнал, который выронил, потом посмотрел на меня, и выражение его лица за секунду поменялось. – Королев, если не ошибаюсь? – Он улыбнулся.
– Да, – ответил я.
– Артем Королев, – почти нараспев повторил мужчина и протянул мне руку, которую я растерянно пожал. – Давно хотел с тобой познакомиться!
Я растерянно взглянул на него.
– Я Андрей Гордеев, – представился он, продолжая улыбаться не слишком искренне, у кого-то я уже видел такую улыбку. – Мой сын Матвей с тобой в одной команде.
Все стало понятно. Значит, передо мной Гордеев-старший.
– Тоже рад знакомству, – пробормотал я из вежливости. Я надеялся идти дальше по своим делам, но отец Матвея вновь уставился на меня пронзительным взглядом серых глаз.
– В клубе о тебе говорят, – продолжал он. – Ты умудрился буквально за пару игр поставить всех на уши. Я большой поклонник футбола и… один из спонсоров клуба. Знаешь, я бы хотел поближе познакомиться с тобой. Тем более, как я понял, ты сдружился с моим сыном…
Я только открыл рот, чтобы сказать, что мы с ним вовсе не друзья, как за спиной раздался голос нашего тренера.
– Андрей, приветствую! – Евгений Михайлович пожал руку Гордееву-старшему.
– Познакомился наконец с твоим новым игроком. – Он посмотрел на меня очередным оценивающим взглядом.
– Да, у Артема отличные результаты.
– Спасибо, тренер, – пробормотал я, надеясь уже отчалить.
– Бери-ка его на благотворительный вечер, – вдруг заявил Андрей Гордеев. – Я его тоже приглашаю.
Что, простите? Я вопросительно воззрился на тренера.
– Отличная идея. – Тренер повернулся ко мне. – Артем, тебе это будет на пользу. На следующей неделе Андрей Сергеевич устраивает прием, там соберутся многие представительные люди, связанные со спортом.
– Да, Артем, приходи, мы будем тебе рады. Вот там и познакомимся поближе. – С этими словами Гордеев-старший похлопал меня по плечу. – Так что жду тебя. Матвей тоже будет рад.
– Спасибо за приглашение, но…
– Никаких «но», – пресек меня тренер. – Мы вместе с тобой поедем, Королев. Спасибо, Андрей Сергеевич. Он тоже очень рад.
Очень рад. Ну прямо до чертиков. Я выдавил из себя улыбку. Впереди замаячило испытание не из легких.
Но завтра у меня было более важное мероприятие.
На следующий день я был напряжен как струна. Сегодня Вика должна была отправиться со мной на концерт (свой собственный, как я предполагал) в клуб. Но я не знал, как с ней связаться. Мы не обменялись номерами телефонов, и всю неделю она не появлялась в клубе, словно пряталась от меня. Так что ближе к вечеру я уже начинал нервничать – как бы не пришлось ехать в клуб в гордом одиночестве в очередной попытке раскрыть ее секрет.
Я снова прошерстил интернет и наткнулся на несколько весьма пикантных фотографий солистки группы «Адское пламя». Полуобнаженная грудь, прикрытая лишь небольшими звездочками, – смело, Вика. Весьма смело. Я долго разглядывал эти снимки…
«А вдруг ты все же ошибаешься и это не она?» – выдал жалкое предположение мозг. Но только зря старался. Это Вика. И точка.
В пять часов на телефон пришло сообщение с неизвестного номера.
Встретимся в клубе ровно в семь. Буду ждать тебя возле бара
Вот и объявилась. Я улыбнулся, читая сообщение и сохраняя ее номер в контакты телефона.
Я появился в клубе раньше назначенного времени. Я сел за длинную барную стойку и заказал себе содовую, поглядывая на пустую сцену, на которой уже стояли инструменты и завораживающе сверкали хаотичные вспышки света.
Вдруг кто-то закрыл мои глаза горячими ладонями и прижался сзади к спине.
– Ммм, угадай кто, – промурлыкал низкий женский голос. Это точно была не Вика.
Я осторожно убрал чужие руки и оглянулся. На соседний барный стул скользнула девушка с рыжим каре и с каким-то лоскутом ткани вместо платья.
– Привет, красавчик. – Она одарила меня игривой улыбкой, а затем положила ладонь мне на бедро. – Скучаешь тут один?
– Нет, я жду кое-кого, – отозвался я, изучая лицо, покрытое веснушками.
– Он ждет меня, – раздался сзади знакомый голос, прозвучавший с некоторой усмешкой.
Я обернулся и увидел перед собой мою прекрасную Вику. На ней было обтягивающее черное платье, подчеркивающее все изгибы ее стройной фигуры. Тонкие бретели эффектно выделяли ключицы. Образ дополняли аксессуары: браслеты на запястьях и небольшое колье на шее. Волосы были распущены и слегка завиты, придавая ей особый шарм. И эти сияющие даже в темноте голубые глаза. Мое сердце замерло – я не мог оторвать от нее взгляда. Передо мной стояла настоящая красавица.
– Привет. – Я улыбнулся, в то время как она одаривала рыжую девушку победным взглядом. Та недовольно поджала губы.
– Идем. – Вика взяла меня за руку и потянула за собой.
Я не стал возражать и с довольным видом последовал за ней.
– Не хочу видеть, как она пожирает тебя глазами, – усмехнулась Вика. – Сам же знаешь, как аппетитно выглядишь для девушек.
– Аппетитно? – переспросил я с глупой улыбкой. – Значит, ты так считаешь?
– Да ну брось, где твое эго, которое есть у всех футболистов?
– У меня его нет.
– Быть того не может! Ты просто не умеешь его показывать. – Она игриво мне подмигнула.
– И как же мне его показывать?
– Для начала ты можешь гордиться своими футбольными достижениями. Ты ведь не просто так попал в команду? Ты заслуживаешь признания. Это и есть твое эго, только в хорошем смысле. Ты не хвастаешься, но и не умаляешь своих заслуг. Это привлекает людей.
– Ладно, кажется, я тебя понял. Но я просто хочу играть в футбол и быть частью команды.
Вика привела меня в лаунж-зону к свободному столику.
– Я забронировала нам столик.
– Я тоже забронировал, и он гораздо ближе к сцене.
– Сядем за мой. – Она буквально толкнула меня, чтобы я опустился на диванчик.
– Ладно. – Что ж, уступлю ей в такой мелочи. Она думает, что, оказавшись подальше от сцены, спасет себя от разоблачения?
Я подозвал официанта и заказал нам напитки.
– Скоро начнется концерт, – сказал я, поглядывая на нее.
– Да, послушаем музыку. – Вика откинулась на спинку диванчика. – Отсюда тоже все хорошо видно и слышно.
– Ты что-то задумала, – упрекнул я.
– Ровным счетом ничего, – возразила она. – А вот ты привел меня в клуб с совершенно непонятной целью.
Я посмотрел на ее губы, покрытые тонким слоем розового блеска. Мне до боли хотелось прижаться к ним и ощутить их сладкий вкус.
– Ну так что, Артем? – Она выжидающе посмотрела на меня. – Что ты там себе напридумывал про какого-то суккуба? Наверное, на тренировке тебе кто-то заехал мячом по голове.
– Мои подозрения не беспочвенны, – заявил я, весело поглядывая на нее. Почему она выглядела такой спокойной?
Официант принес нам заказанные коктейли.
– Что ж, за этот непонятный вечер. – Она подняла свой и сделала глоток.
Между тем на сцене начали появляться музыканты. Я бросил внимательный взгляд на барабанщика, который занял место за ударной установкой. Басист не спеша взял гитару и помахал кому-то в зале. Пока их было двое.
– Кажется, начинается, – улыбнулась Вика, кивнув в сторону сцены.
– Уйдешь? – подколол я.
– Куда? – Она не устала еще притворяться? Без нее ведь концерт не начнется.
– На сцену, – бросил я, ожидая ее реакции.
– Ладно, уйду. – Она лениво поднялась с диванчика, и мои глаза непроизвольно скользнули по изгибам ее бедер. – В дамскую комнату.
– Хорошо. Только надолго не пропадай, не хочу смотреть концерт без тебя.
Она ушла, протискиваясь сквозь танцующую толпу. Неужели она ускользнула, чтобы выйти на пять минут на сцену? Это было бы очень и очень глупо. Я принялся наблюдать за приготовлениями музыкантов на сцене. Сейчас к ним присоединился гитарист, его я хорошо запомнил. Он взял инструмент и что-то сказал своим друзьям.
Начинайте уже свое выступление. Где ваша вокалистка?
Наконец лидер группы подошел к микрофону и объявил, что они готовы выступить со своей новой программой. Зазвучали вступительные аккорды и барабанный ритм, которые нарастали с каждым разом. Энергетика расползалась по залу, а я ждал, чувствуя, как кровь разгоняется по венам.
Мои глаза поймали женскую фигурку, появившуюся в центре сцены с черной электрогитарой в руках. Длинные распущенные волосы, знакомая черная маска, закрывающая половину лица, ярко-красные губы. Черный корсет в готическом стиле и обтягивающие кожаные штаны. На ногах сапоги на высокой платформе. В интернете я видел много фотографий вокалистки в таком образе.
Она подошла к микрофону и запела одну из песен, что-то про влюбленную русалку. Я нахмурился, вглядываясь в нее. А затем не выдержал, встал из-за столика и направился ближе к сцене. Не успел я сделать и десяти шагов, как кто-то схватил меня за плечо.
– Королев, – прозвучал рядом голос Вики. – Как видишь, я не на сцене. Ты ошибся.
– Вика, – прошептал я, растерянно глядя на нее.
Она. Не. На. Сцене.
Я был уверен, что дамская комната служила предлогом сбежать на выступление.
– Ты это видишь, Артем? – еще раз повторила Вика, кивнув в сторону сцены.
Я посмотрел на девушку, которая стояла перед микрофоном и пела.
– Она не ты, – сказал я.
– О чем я и говорила. – Вика потянула меня за рукав рубашки в сторону нашего столика. – Пойдем.
Я бросил взгляд на вокалистку и нахмурился. Я был слишком далеко. Мне нужно было подойти к сцене поближе, но Вика упорно тащила меня в лаунж-зону.
– Наконец-то ты перестанешь подозревать меня в каких-то глупостях, – сказала она и взяла коктейль. – Давай за это выпьем.
Я потянулся за своим бокалом, и мы чокнулись.
– Я еще не перестал подозревать, – спокойным тоном сказал я. – Что-то тут не чисто…
– Вот я – с тобой, а девушка из группы – на сцене. – Вика фыркнула и убрала упавшую на лицо прядь за ухо, не представляя, как мне хотелось сделать это самому.
Мои глаза опустились к ее довольно глубокому декольте, и я, грешным делом, восстановил в памяти картинки из Сети с наклейками-звездочками.
– Вика, кто сейчас выступает на сцене? – спросил я серьезным тоном, заставляя себя переключиться на ее лицо.
– Какая-то группа, как там их…
– «Адское пламя», – улыбнулся я. – Но я не это имел в виду. Что за девушка выступает на сцене вместо тебя?
Мне нравилось ее дразнить. Я рисковал выставить себя идиотом, но я был почти на сто процентов уверен, что совершена бессовестная подмена и вместо оригинала поет подделка.
– Артем, почему ты не можешь успокоиться? – сердито спросила она. – Ты же видишь, что я не могу быть в двух местах одновременно. Да, она чем-то похожа на меня, но это не повод меня подозревать.
– Хорошо. Ладно. – Я откинулся на спинку дивана и еще раз посмотрел в сторону сцены. – Фонограмма, да?
Королев точно решил свести меня с ума.
Он просто играл мной. Да, это фонограмма, черт возьми! Я всю неделю записывала вокал в студии, чтобы он звучал реалистично, без дополнительных фильтров и обработок, чтобы казалось, будто я пою вживую. А еще устроила кастинг и нашла девушку, похожую на меня, чтобы она покривлялась на сцене, делая вид, что поет. Я заставила ее всю неделю смотреть видеозаписи с наших выступлений, чтобы она смогла копировать мои движения. Сейчас я наблюдала за ней, и во мне росла паника, что Артем все же не клюнет на мои уловки и расколет меня как орех. Возможно, стоило рассказать ему правду, но я не решалась, до последнего надеясь, что мне удастся его обмануть.
– Пойдем ближе к сцене, Вика, – предложил Артем, когда началась третья песня.
Я не стала его останавливать, потому что это было бесполезно, и молча последовала за ним.
– Что ты хочешь сделать? – прокричала я ему в ухо, а потом поймала на себе напряженный взгляд Тима. Он следил за нами, и я надеялась, что в этот раз у него не будет повода кинуться на Королева с кулаками.
Я проследила, как Артем внимательно разглядывает подставную вокалистку. Девушка, которую звали Катей, заметно нервничала, но в целом неплохо справлялась с задачей. Еще бы! Сегодня она заработает неплохие деньги. Единственное, что могло ее выдать, – это игра на гитаре. Она слишком неловко зажимала аккорды, а пальцы с медиатором хаотично дергали струны на моей неподключенной гитаре.
И сейчас Артем наблюдал за тем, как девушка делает вид, будто играет. Я мысленно закатила глаза, предвкушая провал.
– Вика, это другая девушка. Ты за дурака меня держишь?
И в кого он такой умный?! Я нахмурилась и посмотрела на него. Среди танцующей толпы мы единственные стояли как истуканы.
– Почему другая? – выдала я с гулко бьющимся сердцем.
– Другая девушка в твоей маске, – сказал он, низко наклонившись ко мне. – Я это сразу понял.
Я испуганно оглянулась, надеясь, что никто этого не слышал. Но в клубе было слишком громко и танцующим вокруг было не до нас.
– Эй, детка! – вдруг раздался рядом громкий басовитый мужской голос. – А где твои буфера?
Он обращался к девушке, изображавшей меня, но его обращение было, по сути, адресовано мне. Буфера им, грубиянам, подавай! Я с презрением оглядела мужчину, который был уже пьян, и подумала о том, что больше никогда не выйду на сцену с наклейками.
Я почувствовала на себе руки Артема, который привлек меня к себе, отодвигая от невоспитанного фаната.
Тем временем мужчина вдруг кинул свой пивной стакан прямо на сцену. Знаю, иногда такое бывает, особенно в подобных дешевых клубах. Наша группа еще не доросла до нормальной большой сцены.
Стеклянный стакан полетел прямо на Катю, изображавшую меня. Он с треском влетел в корпус гитары, а затем упал на пол, чудом не разбившись. Она испуганно отшатнулась, задев стойку с микрофоном, отчего та полетела вниз. Но песня продолжала звучать. Вот дьявол! Фонограмма была раскрыта.
– Эй, ты что себе позволяешь, падла! – услышала я голос Тима. Только бы он не вздумал накинуться на пьяного придурка.
Я зажмурилась, а затем вновь ощутила, как Артем взял меня за руку и потянул за собой подальше от сцены.
– Фанера! – раздался чей-то недовольный голос из толпы зрителей, за которым последовали другие гневные выкрики. – Где живой звук?
Я оглянулась на Тима – он смотрел на меня, наблюдая, как Артем уводит меня прочь. Ребята закончили петь и выглядели растерянными. Катя вообще отошла вглубь сцены, не зная, как реагировать на происходящее.
– Можете больше не выходить, если не будете петь вживую!
– Дешевки! Дилетанты!
И раньше случалось, что в меня швыряли стаканы или другие предметы, пару раз мне даже удалось отбить летящие кусочки еды корпусом гитары. Это было неприятно. Но такого давно не было. Почему это произошло именно сегодня, черт возьми?!
Группа ушла на перерыв, провожаемая недовольством публики. Нас уличили в использовании фонограммы. Это был полный провал. Мой казавшийся тщательно продуманным план рухнул, и группа оказалась в центре скандала. Зрители были разочарованы, и я не могла их винить.
Мы вернулись за наш столик, и почти сразу я получила сообщение от Тима.
Доигралась со своим футболистом. Как нам теперь выкручиваться?
Я даже не знала, что ему ответить. Это была сложная, щекотливая ситуация. Нужно было что-то решать.
– А я сразу говорил, что это фонограмма, – раздался голос Артема.
Он выглядел в этот момент таким довольным, а внутри меня бушевал настоящий разрушительный ураган. Я посмотрела на него и подумала о том, когда он успел стать таким дерзким? Его совсем не волновало, что наша группа упала в грязь лицом, он думал лишь о том, что оказался прав.
– Ты слишком умный, Королев, – пробурчала я.
– Прости, – сказал он мягко.
Милый Артем вернулся. Я подняла на него взгляд и увидела на его лице искреннее сочувствие.
– Вика, ты нужна им. Просто иди и порви этот клуб в клочья, пока он не порвал вас, – сказал он.
– Значит, все-таки ты думаешь… – начала я растерянно.
– Я знаю, – поправил он. – Днем ты дочь тренера, а вечером превращаешься в суккуба.
На его губах появилась улыбка, а затем он протянул руку и сжал мои пальцы.
– Ну перестань, Вика. Я никому не расскажу, не переживай.
Я тяжело вздохнула, и сама не заметила, как накрыла наши сплетенные руки другой своей рукой.
– Ладно, Королев, поздравляю, ты меня раскусил. Теперь скажи, как ты понял, что это я?
– Об этом мне сказал внутренний голос, и я решил к нему прислушаться.
– Великолепно… – Я еще раз вздохнула и разъединила наши руки, пряча свои под стол и без сил откидываясь на спинку дивана.
– У тебя очень яркий образ, – выдал он, и я ощутила, как к моим щекам прилила кровь.
Артем знал о моей темной стороне, а еще, выходит, он знал, кого целовал в прошлый раз… Я мысленно вернулась в тот день, когда случился дерзкий спонтанный поцелуй, и мое сердце вновь забилось быстрее. Внутри меня словно маленький барабанщик принялся отбивать нестройный ритм. Волнение поднималось откуда-то из глубин души, как морская волна, накрывающая берег в шторм. Этот поцелуй проник в меня и впечатлил, оставив после себя след. Я хорошо помнила прикосновение его губ к своим…
Я поймала себя на том, что смотрела на его губы, и тут же взяла себя в руки – тот поцелуй был всего лишь случайностью.
Снова раздался звук входящего сообщения. Я взглянула на экран. Опять Тим. Я еще не ответила на его предыдущий вопрос.
– Ну, раз теперь ты обо всем знаешь, давай договоримся, что ты сохранишь мою тайну. Надеюсь, я могу тебе доверять. Мне бы не хотелось, чтобы моя музыкальная деятельность каким-то образом отразилась на репутации моего отца.
– Почему ты думаешь, что твоя музыка негативно скажется на твоем отце? Ты должна открыто заниматься тем, что тебе нравится. У тебя действительно настоящий талант.
– О боже, Артем. Нет. Нет. – Я с усмешкой покачала головой. – Нельзя. Если все всплывет, это будет настоящей катастрофой. Ты же видел мой образ!..
– Да, тут ты права, он слишком сильно впечатлит футболистов в клубе. Ты будешь являться им во влажных фантазиях. Такого нельзя допустить.
– Артем! – с упреком воскликнула я, смутившись. Парадокс: меня сложно смутить, но ему это легко удавалось. – Если ты про эти дурацкие наклейки, их больше не будет, это был неудачный эксперимент. Насмотрелся на мою голую грудь – молодец, но на этом все. Ты вообще тоже не должен был это видеть.
Я взяла свой коктейль и нервно опустошила его до дна.
– Вика, тебе пора к своей группе. Ты сама должна выйти на сцену и показать публике высший класс.
– Я знаю, – тихо согласилась я.
– Иди, Вика. А я посмотрю твое выступление.
– Только не говори, что ты теперь наш фанат. – Я усмехнулась, встретившись с ним глазами.
– Без вариантов, я ваш преданный поклонник. – Он широко улыбнулся и тоже взял свой коктейль. – Буду кричать «на бис»!
– Спасибо, – засмеялась я.
Почему-то страх после разоблачения отступил, и я чувствовала себя комфортно. Я доверяла Артему, он не станет трепаться всем подряд о моем секрете.
– Иди, Вика. Покажи им, как круто ты поешь вживую.
– Ты действительно считаешь, что я пою круто?
– Твое исполнение – шедевр. Твой голос – дар, не сомневайся в этом. Я верю, что когда-нибудь ты станешь настоящей звездой музыкального мира.
– Королев, перестань говорить такими пафосными фразами.
– Иди уже, Вика.
– Ладно. – Я медленно поднялась из-за стола. – Мне действительно сейчас нужно быть со своей группой.
– Да. – Артем тоже поднялся, и сейчас мы стояли лицом к лицу. Мне показалось, что даже слишком близко. Ох, Тиму это не понравится…
– Артем, – обратилась я к одиннадцатому серьезным тоном, понимая, что нужно расставить все точки над «i». – Я… я думаю, что нам стоит сейчас попрощаться. После выступления я не могу поехать с тобой. Я буду с ребятами и… со своим парнем.
– Он тоже здесь? – Артем выглядел удивленным.
– Да. Это Тим. Гитарист. Тот самый, что ударил тебя.
– Оу.
– Да. Это был он. – Я неловко улыбнулась.
– Теперь понятно, почему он так набросился на меня в прошлый раз…
Я вновь почувствовала, что краснею. Да что со мной такое?!
– Да, именно поэтому он чуть не убил тебя за выходку с поцелуем.
– Окей. – Артем натянул на лицо какую-то искусственную улыбку. – Буду знать.
– И не совершать больше подобных ошибок.
– Постараюсь.
– Ну, тогда я пошла. – Я посмотрела в его напряженное лицо.
– Удачи, Виктория.
Она напомнила мне, что у нее есть парень. И этот парень по имени Тим играет с ней в одной группе. И почему я не догадался?
Я провожал ее взглядом, пока она протискивалась сквозь толпу. Я не прощался с ней – совсем скоро я увижу ее на сцене и услышу ее красивый и сильный голос.
Сложно описать, какие эмоции я испытывал в этот момент. Их было слишком много. И все они противоречили друг другу.
Через некоторое время группа снова вышла на сцену. Я подобрался ближе, и тут же встретился взглядом с Тимом. Он смотрел на меня с вызовом, словно говорил, что его девушка занята и никто не может на нее претендовать, что он не потерпит попыток ее увести. А я и не собирался уводить Вику. Я был убежден, что мои внезапно вспыхнувшие (и безответные) чувства к Вике перегорят с отъездом на важные сборы в Сочи. Стоило себе напомнить, что я – футболист и моя цель – побеждать на поле, а не тратить время на отношения с девушками и строительство воздушных замков. Как стрела, летящая к цели, я должен сосредоточиться только на футболе и забыть о запретных чувствах.
Но как можно забыть о том, что она здесь, рядом, и я не могу отвести от нее взгляд? Она переоделась в сценический образ, и ее лицо вновь было спрятано под черной маской, которая делала Вику такой интригующей.
Послышалось несколько недовольных выкриков о фонограмме, но Вика заставила всех заткнуться. Она запела, и ни у кого не осталось сомнений, что на этот раз исполнение было живым и невероятно эмоциональным. Я наблюдал за ней и часто ловил на себе ее взгляд. Сегодня я смотрел концерт совершенно другими глазами, и голос Вики глубоко проникал в мое сердце, восхищая ее талантом, который, как мне казалось, был не до конца реализован в рамках этой группы.
«Адское пламя» исполнило еще пять песен, после чего быстро покинуло сцену. Напоследок я поймал взгляд Вики и подмигнул ей. Она хотела мне улыбнуться, но в этот момент я увидел, как Тим в секунду оказался рядом и со всей страстью поцеловал. Он заявлял свои права на эту девушку. В этот момент я развернулся и ушел, чувствуя, как тоскливо сжалось сердце в груди.
Пожалуй, мне больше не стоит посещать концерты этой группы. Я буду сильным и забуду о дочери тренера. Но этот вечер навсегда останется в моей памяти.
Виктория.
Дерзкий чертенок.
Суккуб-искуситель.