Вика

Матч сегодня был товарищеский, но страсти кипели посильнее, чем на международном чемпионате. Игроки команды «Викингов» вовсю выпускали пар на поле, совсем не в духе спортивной борьбы. «Викинги», по словам папы, были очень конкурентоспособной командой, и он не на шутку переживал за исход матча. Вчера я весь вечер выслушивала его причитания по поводу Артема Королева, который умудрился куда-то вляпаться накануне игры, когда на него была сделана такая ставка.

Когда Артем в составе команды появился на поле, болельщики принялись радостно выкрикивать его фамилию – благодаря прошлому матчу он заметно прославился. Наверное, сегодня зрители тоже ждали от него каких-нибудь красивых голов. Не подведи, Королев!

Игра еще не началась, а я уже испытывала какой-то дикий азарт и адреналин.

Наконец прозвучал стартовый свисток. Я с интересом наблюдала за игрой, но все мое внимание было сосредоточено на футболисте под номером одиннадцать. Красивая у него все-таки цифра. Я жадно следила за каждым его движением, за каждым рывком и ударом по мячу. Еще я заметила, что его фингал под глазом почти не заметен. Насколько я знала, отец позаботился о том, чтобы его немного подгримировали. Вчера он подошел с этим вопросом ко мне, и я просто дала ему контакт знакомого визажиста, который мог бы справиться с этой задачей.

Игра становилась напряженной, и я волновалась все больше.

Артем

Первый гол забила команда противников еще в первые минуты игры. Плохое начало. Мы поняли, что легкой победы не будет и нужно бороться за каждую возможность увеличить счет на табло или делать голевевые пасы.

Я буквально согнулся пополам, когда кто-то проехался по моим ребрам. Хоть я и принял огромную дозу обезболивающего, дискомфорт все равно ощущался. Раздался длинный и нарастающий свисток бокового арбитра, и один из «Викингов» получил желтую карточку за грубое нарушение. Я жестом показал, что со мной все в порядке – не хватало еще, чтобы меня удалили с поля. Судья назначил штрафной удар в пользу нашей команды, и это был наш шанс. Фол был в границах штрафной площади, поэтому нас ждал пенальти. Первый тайм уже подходил к концу, закончить бы его красивым голом.

Я посмотрел на Матвея, и он улыбнулся мне. Я в ответ ободряюще кивнул, желая ему удачи. Странное дело, но на протяжении всей игры Гордеев вел себя адекватно, относился ко мне как к игроку своей команды. Сегодня мы с ним реально сотрудничали, делая друг другу передачи. Его как подменили. Я ничего не понимал, но, наверное, стоило этому радоваться. Возможно, до капитана наконец дошло, что футбол – это командная игра, и я вовсе не пытаюсь отнять у него славу, а просто играю так, как умею. Такой новый Матвей мне нравился больше. Посмотрим, что будет дальше.

Итак, мяч был установлен на одиннадцатиметровой отметке. Разумеется, роль штатного пенальтиста сегодня была за Матвеем. Пока он готовился к удару, я оценивал вратаря, пока тот занимал позицию на ленточке ворот. На днях мы с командой смотрели парочку их игр, подмечая детали.

Это был очень ответственный момент. Надеюсь, Гордеев не облажается.

Он побежал к мячу короткими шажками, похоже, надеясь сделать обманный маневр. Сконцентрировавшись, Гордеев ударил по мячу, и тот полетел вперед. Его траектория была идеальной. Мяч летел прямо к воротам, но в последний момент ударился в левую штангу и отлетел за линию ворот. Едва мозг успел до конца осмыслить все произошедшее, как моя нога добила мяч в ворота с угла поля одним четким ударом.

Гол!

Стадион зашумел.

Я встретился глазами с ошеломленным Матвеем. И не мог понять, рад он этому голу или нет. Как ни крути, мы сделали это вместе.

Время первого тайма как раз закончилось. Мы выровняли счет с «Викингами» 1:1.

Когда я оказался в раздевалке, ко мне тут же подскочил врач и принялся суетиться вокруг меня. Рядом оказалась и девушка-визажист, которая сказала, что ей нужно нанести новый слой тонального крема на мой синяк под глазом, который уже начинал проглядывать из-за того, что я стирал пот с лица руками. Да кто будет смотреть на мой синяк? Она раздражала меня, но я позволил ей сделать свою работу, как и доктору, который воткнул в меня иглу и ввел новую порцию обезболивающего.

В раздевалке шло бурное обсуждение забитого гола. Мне казалось, что Матвей опять будет смотреть на меня волком из-за того, что я по стечению обстоятельств забрал его гол. Ох уж эта дурацкая штанга! Но главное победа, не так ли? Я не знал, как он будет себя вести.

Наконец капитан подошел ко мне и пожал руку.

– Молодец, Королев, – произнес он с улыбкой.

– Спасибо, – отозвался я, пытаясь найти подвох или досаду в его взгляде. Но кажется, ни того, ни другого там не было. Странно.

Вика

Королев ждал передачи. Затем сделал рывок!

И через секунду прозвучала голевая сирена и рев счастливых болельщиков.

Я не знаю, в чем был секрет Артема Королева, но во втором тайме он вновь забил гол и поменял ход игры в пользу своей команды. Это было невероятно! Также после неудачной попытки пенальти Гордеев тоже принес команде один гол, но все внимание забрал себе Королев, сумев отличиться два раза. Очевидно, болельщики полюбили его. Несмотря на все свои ушибы, он выкладывался по полной и играл как в последний раз. Папа не зря делал на него ставку, и Артем в очередной раз это доказал. Где же он раньше был?

Я улыбнулась, наблюдая, как ребята из команды радуются победе, и поймала себя на мысли, что я тоже с удовольствием поучаствовала бы в обнимашках с Артемом. А может, даже поцеловала его…

Я тут же испугалась возникшего желания. Нет, это неправильно. Мне нельзя мечтать о поцелуях с Королевым. Да, он начинал привлекать меня в физическом плане… в этом виноват поцелуй в баре! Я… я хотела еще таких поцелуев, полных адреналина. Испытать что-то запретное – это дарило столько эмоций.

Но это неправильно, вновь пресекла я свои дерзкие порывы. Я напомнила себе, что у меня вообще-то есть бойфренд и он классный музыкант, с которым я на одной волне.

«Нет, не на одной, – вдруг мелькнула четкая мысль. – С ним ты не раскрываешься по-настоящему. И он всегда больше зациклен на себе, даже не вникая, что нужно тебе. Да и целуется Тим хуже, чем Артем!»

Интерес к Королеву не предвещал ничего хорошего. Я не могла позволить себе влюбиться в него. Он тот еще красавчик, но будет лучше, если я буду держаться подальше от соблазна, который он источал.

* * *

– Вика! – Я не ожидала, что Артем поймает меня после игры.

Он перехватил меня возле кабинета папы и сказал, что ему нужно срочно поговорить о чем-то важном.

Я боялась даже представить, что он собирался сказать мне, но делать это под дверями отцовского кабинета совсем не хотелось. Я жестом велела Артему следовать за собой, и мы ушли в сторону коридора, который вел в хозяйственный отсек. Мы прошли по полутемному проходу, а затем я толкнула дверь на склад, которым крайне редко пользовались. Артем явно сомневался в том, куда я его веду, но тем не менее молча следовал за мной. Мне почему-то казалось, что сейчас он скажет, что знает о моем сценическом образе, и приведет какие-нибудь доказательства. Я уже даже была к этому готова. Я устала мучиться от неизвестности, лучше быстрее положить этому конец, я возьму с него клятву, что он никому не выдаст мой секрет. Так что наш разговор никто больше не должен слышать.

Я притворила за собой дверь и повернулась к Артему, который выглядел несколько озадаченным.

– Тут действительно будет спокойнее, – улыбнулся он.

– Угу, – согласилась я, ожидая приговора.

– Слушай, Вика, у меня есть одна очень секретная информация. И кажется, только ты можешь помочь.

– Я? – Я растерянно посмотрела на него, ничего не понимая.

– Мне нужно, чтобы ты одолжила мне свою гитару.

– Мою гитару? – повторила я, пытаясь уловить смысл. Ему нужна моя гитара – Артем хочет сравнить ее с той, что была у меня в руках на концерте?

– Вернее, не твою, а мою, которая теперь твоя, – продолжал он, а потом засмеялся, поняв, что запутался в собственных словах. – Дубль два: мне нужно, чтобы ты одолжила мне на один вечер мою бывшую гитару, которую я тебе отдал.

В следующий момент, когда я осознала наконец его просьбу, ощутила облегчение. Он не пытался выяснять, кто скрывается под маской. Ему просто нужна его гитара? Тогда к чему были эти слова про секретную информацию?!

– Зачем? – решила спросить я.

– Я не хотел брать ее у тебя, но тут такое дело: любовь, понимаешь? Кое-кто очень сильно влюблен и теперь не знает, как признаться в своих чувствах. В общем, для этого и нужна гитара.

Любовь? О чем он вообще говорит? Я посмотрела на губы Королева, вновь вспоминая наш страстный поцелуй. Вот дьявол.

Артем

Я пытался объяснить Вике, для чего мне гитара, но, кажется, нес какой-то бред. Мысли путались, слова тоже, я не мог доходчиво объяснить, что мне нужен инструмент, чтобы поддержать идею Дани о красивом признании в любви с музыкальным сопровождением.

– Нужна романтика, – сказал я, глядя на Вику. – Музыка.

Язык опять меня не слушался. Все дело в ней. Она была слишком близко, мы стояли на расстоянии полуметра в тесной комнатушке с тусклым светом. Совершенно непонятно, зачем она привела меня сюда. Но что-то внутри меня радовалось уединению. Я ощущал приятный запах – это был аромат ее кожи, смешанный с едва уловимым парфюмом, и он просто щекотал мои нервы. Я снова и снова смотрел на ее губы. Все же их я целовал в баре или не их?

– Вика, просто скажи мне, – тихо проговорил я, наклонившись к ней еще ближе. – Это была ты?

Я услышал ее выдох, и вновь мой взгляд опустился к пухлым розовым губам.

«Проверь», – кричало все внутри меня.

Просто поцелуй ее и проверь.

Я не заметил, как склонился ниже.

– Что там насчет гитары-то? – вдруг резко раздался голос Вики, и я вскинул голову, встретившись с ее напряженным взглядом.

Я опять чуть не влип. Целовать дочь тренера – ошибка из категории непростительных, хотя до этого мне это сходило с рук.

– Да. – Я прочистил горло. – Даня просил помочь. Он хочет признаться Мире в любви, приготовил ей стихи и просит, чтобы я сыграл что-нибудь на фоне, пока он зачитывает строки. Я сказал ему, что у меня нет инструмента, но обещал что-нибудь придумать, чтобы его не расстраивать. Решил обратиться к тебе. Выручу его, влюбленного романтика, а потом верну тебе гитару.

Вроде на этот раз сказал все как надо. Все по делу.

Вика долго смотрела на меня, видимо, переваривая неожиданную просьбу.

– Речь идет о той самой Мире, медсестре? – уточнила она.

– Да, той самой, из-за которой досталось моей пятой точке. Только из-за этого мне хотелось отказать Дане. – Я тихо засмеялся.

– О, Даня такой романтик. – Вика улыбнулась. – У них быстро все закрутилось, но я за них рада. Конечно, ты можешь взять у меня гитару. Когда она тебе нужна?

– Завтра.

– Хорошо, я завтра принесу ее и передам тебе. И какой у вас план?

– Даня говорил, что хочет пригласить Миру на прогулку. Он приведет ее на берег озера, туда, где у нас был пикник. Я заранее там спрячусь, в определенный момент выйду из кустов и начну что-нибудь играть, а он романтично зачитает ей свое признание в любви. Вроде ничего сложного. – Я усмехнулся.

– Это здорово. Конечно, ты просто обязан в этом участвовать.

Вика

– Это секрет, я рассказал его тебе, но обещай, что будешь молчать.

– Конечно. – Я улыбнулась, представляя, как пальцы Королева перебирают струны. Мне бы определенно хотелось это увидеть и понять, как он выразит себя через музыку. Ведь музыка – это не просто звуки, это эмоции.

– Я тоже хочу принять в этом участие! – вдруг вырвалось у меня.

– Ммм… – начал Артем, но я не дала ему оформить мысль до конца.

– У меня есть план получше! – воскликнула я. – Мире это точно понравится!

Артем вопросительно уставился на меня.

– Ваша идея, конечно, хороша, но предлагаю ее доработать.

* * *

Я не знаю, в какой момент мне пришла эта замечательная мысль, но я смогла убедить Артема.

Так что на следующий день, вернее, уже поздним вечером, мы стояли в центре футбольного поля и с довольными улыбками смотрели на результат нашей работы.

– Им понравится, – сказал он, и я закивала. Мне просто хотелось прыгать от восторга, как здорово я все придумала.

Их первоначальная задумка не была настолько эффектной, как эта.

Я еще раз обвела восхищенным взглядом небольшой круглый столик, накрытый белоснежной скатертью, на котором выстроились закуски, фрукты, а также шампанское в ведерке со льдом. Мы с Артемом установили его в самом центре поля под лучами двух прожекторов, единственных, что освещали ночной стадион. Это было завораживающе красиво. Я договорилась с охранником, который нехотя, но согласился закрыть глаза на происходящее и пропустить влюбленную парочку.

Свидание и ужин на пустом стадионе под звездами – что может быть романтичнее для девушки, которая влюблена в футболиста? Вот если бы мне устроили подобный сюрприз, я бы очень сильно впечатлилась. Сначала Артему не понравилась моя затея, но я умела быть настойчивой. Так что теперь ему не придется прятаться в кустах. Вместо этого он выйдет на футбольное поле и в нужный момент сыграет им композицию для создания еще более романтического настроения.

Как же здорово я все продумала! Я была просто взбудоражена и рада тому, что способствую соединению двух сердец.

– Как ты до этого додумалась! – изумился Артем.

– В кино увидела, – рассмеялась я.

А потом мы сидели за стенкой в коридоре, слушали романтическую музыку, которая доносилась из колонок на стадионе, и ждали свистка, который должен был дать Даня. Это была тоже моя идея для сигнала о том, когда Артему выходить с музыкальным фоном. Вообще, Королев пытался подбить меня, чтобы я играла на гитаре, со словами о том, что у меня это получается лучше. Но игрока из своей команды он должен выручать сам, и никак иначе. Тем более я хотела послушать, как он играет.

Королев справился шикарно. Я наблюдала, как уверенно пальцы двигались по струнам, и поражалась его талантам. Он был хорош не только в футболе, при желании мог стать отличным музыкантом. Зачем только я отобрала у него гитару?

* * *

Даня и Мира пробыли на стадионе примерно час, а потом ушли, от души поблагодарив нас за организацию необычного свидания.

– Это была действительно крутая идея, – сказал мне Королев, когда мы снова вышли в центр поля к столику.

Мы сложили пустые одноразовые тарелки в мусорный мешок.

– Теперь наша очередь. – Он плюхнулся на стул и отправил несколько виноградин в рот.

Я тоже села напротив него и, наклонившись, принялась шарить рукой под столом.

– Та-дам! – Я вытащила новую бутылку белого вина, которая была куплена про запас, но не пригодилась. – Давай выпьем за счастливых влюбленных! – И протянула Артему бутылку, чтобы он ее открыл. – Мы тоже заслужили.

Я достала из коробки чистые пластиковые фужеры и поставила на стол.

Наблюдая, как Артем наливает вино, я попыталась представить, что чувствовала Мира – атмосфера на ночном стадионе была волшебной. В колонках по-прежнему играла тихая ненавязчивая музыка, и сейчас как раз включилась песня Элтона Джона And can you feel the love tonight. Ты чувствуешь любовь сегодня ночью? По коже побежали мурашки.

Мы с Артемом словно сами оказались на свидании. В воздухе витало ощущение близости и взаимопонимания. Мы молча чокнулись пластиковыми фужерами.

– Расскажи, где ты так круто научился играть в футбол, – попросила я, вспомнив его вчерашние уверенные голы.

– В школе, – ответил он.

– Не в приюте? – решила уточнить я.

– Я жил в приюте, но ходил в обычную школу. Именно там я начал посещать детскую футбольную секцию. Мне было тяжело смириться со смертью родителей и с тем, что совершенно неожиданно я оказался в детском доме, и поэтому загружал себя дополнительными занятиями. Я задерживался после уроков, приходил в спортзал, просил школьного тренера, чтобы он разрешал мне оставаться и на занятия с группой учеников постарше. Я не мешался, просто сидел в сторонке и наблюдал. Иногда, правда, подключался и к их тренировкам тоже. Я старался найти причину, чтобы не возвращаться сразу после уроков в приют, и футбольная секция служила хорошим поводом. Наш школьный футбольный тренер проникся ко мне искренней симпатией и научил всему, что знал сам. Ну вот, как-то так, никакой сверхъестественной истории. Я просто много и упорно работал.

– Ты не хотел возвращаться в приют после школы… тебя там обижали?

– Задиры есть в любом детском коллективе. Но меня тяготило не это, и с ними я справлялся. В приюте многие дети думают только об одном – когда придут те люди, которые заберут их в семью. Это всегда витает в воздухе. Мучительное ожидание. Осознание, что ты никому не нужен. Люди приходят, смотрят на детей и выбирают.

– Ты тоже хотел, чтобы тебя забрали?

– Я делал все, чтобы этого избежать.

– Почему?

– Я ждал своего дядю. Знал, что он единственный родственник. И мне не хотелось попадать к неизвестным людям, которые могли забрать у меня мою отдушину – школьную футбольную секцию, мою команду, моего тренера, которые успели стать в каком-то смысле моей семьей.

– И много раз тебя хотели усыновить?

– Много, – ответил он и тяжело вздохнул.

– Прости за вопрос, – осторожно произнесла я, надеясь получить еще одно откровение. – Но почему твой родной дядя не позаботился о тебе?

– Честно, я не знаю. – Он пожал плечами, а затем сделал глоток вина.

– Ты до сих пор ждешь его?

– Ну, по идее, я дождался. В этом году он внезапно появился в моей жизни и, кажется, сделал что-то, чтобы ваш клуб заметил меня. Я не знаю, что побудило его принять участие в моей судьбе. Мне хватало всего, что у меня было без него. То, чего я смог добиться сам. Я поступил в университет, был капитаном футбольной команды и, можно сказать, все в моей жизни было на своих местах.

– Королев, раньше ты был не на своем месте, – заявила я, проникновенно глядя на него. – А теперь – на своем.

– Мне нравится «Тор». – Он улыбнулся.

Что за вечер откровений? Я тоже улыбнулась ему и пригубила вино. Так необычно сидеть сейчас с Королевым и… Что мы делали? Если нас увидят со стороны, то что подумают? Я испуганно обшарила взглядом выход со стадиона, но потом отмахнулась от этого ощущения. Королев же не переживает по этому поводу, вот и мне незачем.

– Итак, я рассказал тебе о себе, – вдруг заявил парень, внимательно глядя на меня. – Теперь ты что-нибудь тоже поведай.

– Мне особенно нечем поделиться, вся моя жизнь налицо, – выдала я, и в панике схватилась за виноград, засовывая ягоды в рот одну за другой.

– Ну, кто тебя знает, может, ты иногда надеваешь на лицо маску и выступаешь в клубах? Поешь песни и…

Мое сердце ухнуло куда-то вниз, и я замерла от этого неожиданного заявления. Хотя нет, признаться, я уже давно его ждала. Вот такого, чтоб прямо в лоб. Я едва не подавилась чертовым виноградом.

– И… скрываешь ото всех, что ты… – Он не сводил с меня глаз, а потом выдал: – Суккуб.

– Королев, что за бред ты несешь? – Я спрятала все свои эмоции подальше и приняла беззаботный вид. – Какой еще суккуб?

– Я знаю, что это ты, – продолжал он, поймав мой взгляд и пытаясь прочесть в нем ответы. Черт, как опасно! Он реально убежден в этом.

– С чего ты решил, что я какой-то там суккуб? – Я издала смешок и поставила фужер с остатками вина на стол, потому что руки начали трястись.

– Это ты, – повторил он. – Просто признайся в этом, Вика.

Я посмотрела на него. Он ведь сейчас блефовал?

– Королев, по-моему, тебе от вина уже башню снесло. Похоже, тебе хватит.

– Да брось притворяться, Вика.

В этот момент в колонках прозвучал голос Никиты Киоссе будто бы нарочно:

Артем

Если это все-таки не она, то она действительно считает, что я несу бред. Но пусть лучше так – зато у меня есть шанс вывести ее на чистую воду. Слишком многое сходилось: она прекрасно играла на гитаре, у нее профессионально поставленный голос, у нее те же пропорции тела, цвет волос. Надо быть совсем слепым, чтобы не увидеть этого поразительного сходства. И я же не персонаж глупого мультика или книжки, чтобы не сопоставить все эти очевидные вещи.

Сегодня я еще больше уверился в том, что вокалистка «Адского пламени» и Вика – это одна личность. Теперь нужно было подловить ее на какой-нибудь ошибке (хотя она и так пару раз оговорилась, правда?), потому что мое любопытство и желание докопаться до истины уже вышли за рамки терпения. Спортивный азарт существует не только на футбольном поле, но и в обычной жизни. И этот азарт создала для меня Вика. Только вот я не понял, почему полез к ней с поцелуем, хотя был почти уверен, что это она. Что я хотел доказать этим поступком и кому? Матвею? Показать ему, что я могу быть первым. Или я просто ухватился за случайно выпавшую возможность поцеловать ее? Какая же каша в голове!

Если я все же выясню, что это она, то что мне дальше делать с этой информацией? Не усложню ли я жизнь нам обоим, сорвав маски? Впрочем, как я уже говорил, спортивный азарт перевешивал доводы разума.

– Я не притворяюсь, – ответила Вика. Глубоко погрузившись в свои мысли, я уже забыл, что говорил ей. Ах, ну да, прямо в лоб и заявил, чтобы она призналась и перестала притворяться.

– Да, именно поэтому ты пойдешь в следующие выходные со мной на их концерт, верно? Раз она это не ты. – Я устремил на девушку пытливый взгляд.

«Теперь я знаю твой секрет, мм,

И никому не расскажу».

Забавно, но даже эта песня, звучавшая в колонках, вторила моим мыслям. Это определенно знак.

Вика долго смотрела на меня, не моргая, а потом заявила:

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, Артем, но хорошо, я пойду с тобой на этот дурацкий концерт, потому что ты вбил в голову какую-то чушь.

– Ладно, тогда договорились.

Вика встала из-за столика и бросила свой пластиковый фужер в мусорный пакет.

– Что-то мы засиделись, – забеспокоилась она. – Давай приберемся и отправимся по домам.

Я улыбнулся. Как же она напряглась! Ну вот ты и попалась. Я теперь даже на один процент не сомневался, что это моя Вика прячется за той черной маской.

Стоп! Я только что мысленно назвал ее своей. Я растерянно заморгал, наблюдая, как она идет с огромным мусорным мешком, волоча его по траве, а потом случайно наступает на его краешек, поскальзывается и неуклюже падает, громко ругаясь. Мешок порвался, и из него вывалились пластиковые тарелки и стаканчики.

– Королев, это все из-за тебя! – крикнула она, неуклюже рассевшись на траве и с досадой глядя на это маленькое крушение.

Я рассмеялся и подошел к ней, чтобы помочь подняться.

– Из-за меня? – с сомнением спросил я и протянул ей руку.

– Именно, – подтвердила Вика, и, когда она схватилась за мою ладонь, я мягким рывком поднял ее. – Наверно, ты смотрел на меня каким-то косым взглядом, и поэтому я запнулась! Да, Королев?

Наши глаза встретились, а руки так и не расцепились, даже когда она уже стояла. Мое сердце пропустило удар, а время словно замедлилось. Внезапно я понял, что она была права. Это я взглядом сбил ее с ног. Вот и сейчас я не мог отвести от нее глаза и полностью погрузился в этот момент…

– Королев, – тихо произнесла она, и моя фамилия прозвучала из ее уст как музыка.

Внутри меня все замерло, но я наконец опомнился и выпустил руку Вики.

Не знаю, как и когда это произошло, но я… Я, черт возьми, влюбился! Кажется, только что. Влюбился в эту девушку, наблюдая, как она тащит мусорный мешок, а потом падает и, ругаясь, обвиняет в этом меня.

А может, это произошло раньше, просто я не понял. Сейчас же меня накрыло волной невероятных ощущений.

Стоп! Нет! Внутри меня все воспротивилось этим чувствам. Они были совершенно неуместны, я был не готов терять голову от любви, да еще к дочери тренера.

Пытаясь разобраться с противоречивыми эмоциями, я схватил мешок с мусором, и, нервно сжимая его в руках, понес прочь. Затем утащил с поля круглый столик и стулья, в то время как Вика убрала остальные вещи. Мы справились со всем буквально за пять минут, после чего снова остановились лицом к лицу.

– Мы с тобой такие молодцы, – провозгласила Вика с нотками гордости в голосе.

– Это была твоя идея, – улыбнулся я. – Ты сегодня подарила им волшебный вечер.

– Ну, ты тоже неплохо постарался, так что мы с тобой два купидона. – Ее глаза радостно сияли.

– Пора по домам.

– Я провожу тебя.

– Просто посади меня в такси.

Спустя десять минут я наблюдал, как она уезжает, чувствуя, как сердце сжимается от тоски. Не только у Дани с Мирой был сегодня волшебный вечер. Что-то волшебное произошло и со мной.

Я вернулся в общежитие и долго не мог уснуть. Перед глазами все время стояло прекрасное лицо Вики.

«Наверно, ты смотрел на меня каким-то косым взглядом, и поэтому я запнулась!» – вспоминались мне ее слова.

Я сбил Вику с ног взглядом, а меня самого сегодня сбила любовь. Этой ночью мимо пролетел третий купидон, выпустивший стрелу, которая пронзила мое сердце. Только я не мог понять, что мне с этим теперь делать. Слишком много было запретов на чувства по отношению к ней.

Во-первых, она дочь тренера.

Во-вторых, у нее есть парень.

В-третьих, я должен играть в футбол, а не в любовь.

Итак, я определенно влип. Я безумно влюблен, и это я знал так же точно, как собственное имя.

Вот только когда это произошло? Мы совсем недавно познакомились, но, видимо, мне хватило времени, чтобы впустить ее в свое сердце. В последние дни мы часто пересекались и проводили время вместе.

Хотя, наверное, многие другие футболисты клуба тоже тайно грезили о дочери тренера. Я вспомнил их пошлые шуточки в ее адрес, которыми они иногда обменивались в раздевалке, и тотчас внутри меня все напряглось. Это было другое.

Да, Вика слишком яркая и красивая, в нее сложно не влюбиться. А еще в ней есть загадка: передо мной появилось лицо в таинственной черной маске. Скорей бы наступили выходные – я надеялся, что мой план сработает.