Вика

Я все еще была обижена на Тима, и он пытался достучаться до меня. Буквально. Он пришел рано утром, каким-то образом забрался на второй этаж и постучал в окно, разбудив меня. Я знала, что прощу своего парня за его выходку, но сделаю это позже. Таким капризным будущим рок-звездам, как Тим, отрезвляющий игнор только на пользу. Но я знала, что он не отстанет, пока не добьется прощения.

Поэтому, безжалостно прогнав Тима, я спустилась на кухню, где отец готовил омлет, и решительно заявила:

– Я хочу поехать с тобой в клуб. Тебе же наверняка не помешает какая-нибудь помощь, да?

Отец сделал вид, будто нисколько не удивился. Он только изогнул губы в понимающей улыбке. Наверное, слышал наш разговор с Тимом на повышенных тонах и все понял.

– Да, помощь сегодня потребуется. В медицинском центре. – Он повернулся с кухонной лопаткой в руках и направил ее на меня. – У ребят медосмотр перед сборами в Сочи. Ты будешь рядом и следить за цифрами, которые записывают медики в журнал наблюдений, чтобы не было никаких ошибок. В прошлый раз один умник напутал цифры, а кто-то, как позже выяснилось, смухлевал. Так что за ними тоже нужен глаз да глаз.

– Идет, – хмыкнула я, поняв задачу, которая как раз растянется на весь день. Мне просто нужно было выбраться куда-нибудь подальше, где Тим меня не достанет. Тем более в прошлом году я уже помогала в оценке физических возможностей футболистов.

– А еще сними-ка немного фото и видео для контента. Фанаты любят такое, выложим потом на сайте.

– Все понятно, пап. Я быстро соберусь и поедем.

Медперсонал только обрадуется лишней паре рук и глаз.

Наибольший интерес всегда вызывал кабинет функциональной диагностики, где проводилось тредмил-тестирование, для которого футболисты вставали на беговую дорожку, к ним подключали датчики и надевали специальную маску, заставляя игроков разгоняться до максимальной скорости для оценки дальнейших показателей. И поверьте, это гораздо зрелищнее, чем в кабинете, скажем, офтальмолога. Заодно в отместку Тиму полюбуюсь на рельефные торсы полуголых парней и, может быть, даже вышлю фотографию с самым горячим из наших футболистов. И после этого пойду на мировую.

– Вы с Тимом поругались? – поинтересовался папа, обеспокоенно поглядывая на меня.

– Просто немного повздорили, – отмахнулась я. – Бывает.

Вечером в любом случае помиримся. Ведь завтра выйдет долгожданный клип нашей группы.

Артем

Совсем недавно я уже проходил медосмотр, когда присоединился к клубу, поэтому часть исследований, которые входили в углубленный список для допуска к соревнованиям, я мог благополучно пропустить.

Сейчас мы вместе с Даней направлялись на взвешивание, и он жутко нервничал по этому поводу.

– Там будет она, – прошептал он. – Я ее увижу.

– Пригласи ты уже ее на свидание. – Я рассмеялся и толкнул его в плечо. Даня с такой решимостью бегал по футбольному полю, но никак не мог заставить себя подкатить к девушке. Он часто заходил в медицинский центр, на консультации по несуществующим болячкам, чтобы лишний раз увидеть красотку, укравшую его покой. Она работала в кабинете терапевта медсестрой.

Даня направился к дверям первый, а через пару секунд врач крикнул, чтобы следующий тоже заходил, поэтому я шагнул вслед за ним. Я сразу нашел глазами девушку, о которой говорил Даня. Она сидела за столом и заполняла какие-то документы. Сам врач тоже что-то подписывал, а Даня неотрывно смотрел на возлюбленную. Она оказалась симпатичной шатенкой и, кажется, увидев Даню, сильно смутилась и изо всех сил прятала улыбку.

– Итак, Данилов. – Врач Аркадий Сергеевич кашлянул, обращаясь к Дане.

– Простите, Аркадий Сергеевич, но вас срочно позвали к стойке администрации, – вдруг вырвалось у меня.

– Кто?

– Не знаю, но сказали, что очень срочно.

Даня покосился на меня, не понимая, что я несу.

– Ну ладно, Мира, ты тогда сама заполни все данные, я сейчас подойду, – дал задание медсестре Аркадий Сергеевич и вышел из кабинета.

Я незаметно подмигнул Дане и попятился обратно к выходу. Надеюсь, влюбленный Ромео не упустит свой шанс пригласить даму на свидание. Зря я, что ли, старался?

– Данилов, тогда… снимай футболку и… на весы, пожалуйста, – тихо произнесла медсестра, поглядывая на парня.

Я заметил, как она густо покраснела. Да от этих двоих так искрило, только держись.

Едва я сделал резкий шаг из кабинета, как буквально врезался в девушку, которая, очевидно, в этот момент хотела зайти внутрь. И кажется, она стукнулась лбом о мой подбородок.

Я удержал ее от падения, поймав за талию. Я невольно привлек девушку к себе, удерживая равновесие, а затем шагнул в сторону от порога, увлекая ее за собой. В нос ударил какой-то знакомый цветочный аромат.

– Ой! – И возглас показался очень знакомым.

Спустя доли секунды я выпустил пострадавшую и понял, что передо мной Вика.

– Королев! – воскликнула она, потирая ушибленный лоб и недовольно глядя на меня. – Ты чего такой резкий и… и жесткий?

– Прости, Вика. Привет.

– Привет.

Я посмотрел на нее. Белый медицинский халат был Вике очень к лицу, а собранные в высокий хвост волосы подчеркивали образ. Не ожидал ее здесь увидеть!

– Пропустишь?

– Нет, туда пока нельзя, – ответил я, преграждая дверь.

– Почему? – Вика искренне удивилась.

– Ну, нельзя, – просто отозвался я.

Она посмотрела на меня, подозрительно сощурившись.

– Что такое? – Мне нравилось ее непонимание, и я не удержался от улыбки.

Интересно, сейчас происходит в кабинете? Может быть, Даня от стадии неловкости уже перешел к поцелуям?

– Тихо! В кабинете сейчас идет прием, – пояснил я.

– Королев, отойди, прошу. Мне срочно нужно к Аркадию Сергеевичу.

– Его там нет.

– А кто там?

– Там медсестра. И Даня Данилов.

– Медсестра и Даня Данилов, – медленно повторила Вика, пытаясь понять смысл слов.

– Угу.

– Королев! – вдруг раздался голос врача, который только что завернул из-за угла. – Похоже, ты что-то перепутал, меня никто не звал на ресепшен.

– Наверное, я ослышался, простите. – Я с извиняющимся видом улыбнулся Аркадию Сергеевичу, отходя от двери, и Вика бросила на меня странный взгляд.

Затем вслед за врачом мы вошли в кабинет, где Даня и Мира старательно прятали улыбки, хотя обоих явно распирало от радости. Даня толкнул меня в плечо, когда я прошел мимо него и встал на весы.

– С меня причитается, – шепнул он.

Футболист с довольным видом вышел из кабинета, бросив выразительный взгляд на свою медсестру. Бинго! Я не удержался от улыбки и затем поймал на себе веселый взгляд Вики. Она подписала какой-то документ у Аркадия Сергеевича и ушла.

Но когда я вышел от терапевта, Вика ждала меня в коридоре.

– Даня влюблен в Миру? – с ходу спросила она.

– Да, вроде об этом уже все знают, – отмахнулся я.

– Так ты, выходит, играл роль купидона?

– Что-то типа того, – улыбнулся я, пожимая плечами.

– Королев, у тебя слишком много талантов.

– Спасибо. Уверен, у тебя их больше.

Я зашагал дальше, но Вика тут же пошла рядом со мной.

– Эй, Королев. Куда идешь?

– На тредмил-тест.

– Я тогда с тобой. Я там сегодня как раз подрабатываю медсестрой и заодно папарацци. Будешь моей первой жертвой для съемок.

– Каких еще съемок? – нахмурился я.

– Будешь красоваться во всех наших социальных сетях, быстрее станешь узнаваемым. И вообще, радуйся, что я выбрала тебя.

– Что-то мне уже не нравится, как это звучит.

Я с сомнением посмотрел на девушку. Но когда мы оказались в кабинете и Виктория с хитрым видом сказала мне «раздевайся», это не понравилось мне еще больше.

Она была знакома со всем персоналом медицинского центра. Впрочем неудивительно, ведь она дочь главного тренера. И, насколько я успел узнать, Евгений Михайлович был двоюродным братом директора клуба. Видимо, поэтому Виктория и подрабатывала то тут, то там на добровольных началах, делая вклад в семейное дело. Так что я снова повторил себе, что не стоит строить на нее никаких планов. Тем более что с Викой все шло наперекосяк с самого начала.

– Тренер просил подготовить контент для социальных сетей, – сообщила она врачу, и тот ушел куда-то за перегородку, чтобы не мешать Вике.

Я снял футболку и встал перед беговой дорожкой, поймав взгляд Вики, которым она наградила мое тело. А затем девушка навела на меня камеру телефона и сфотографировала.

– Королев, сделай лицо попроще.

– Я думал, что тебе нужны кадры в процессе бега.

– Не переживай, их тоже сделаю. Будущие поклонницы будут рады фоточке твоих бубсов[3], пока ты еще без маски и не потный.

Она подошла ближе и сделала несколько кадров. Вот ей точно нечем было заняться. Пришла в медицинский центр с какой-то странной миссией.

– Королев, повернись чуть боком.

Я развернул плечо в другую сторону.

– Не так.

В следующий момент ее рука тронула мое плечо, заставляя развернуться. Кожу обожгло так, будто меня коснулись раскаленным предметом, а не просто теплыми женскими пальцами. Все это вдруг показалось мне дико возбуждающим, особенно когда я посмотрел на приоткрывшиеся пухлые губы Вики. Я тут же вспомнил, как приятно их целовать. И почему у дочери тренера такой лукавый вид искусительницы?

Я думал, что сейчас подойдет врач, чтобы начать процедуру и спасти меня от наваждения, которое заставляло пульс ускоряться вовсе не от бега, но ему вдруг кто-то позвонил, и он вообще вышел из кабинета, сделав нам знак подождать.

– Ну что, Королев, готов к кроссу? Покажешь высший класс? – Вика наконец прекратила съемку и убрала телефон. – Ты уже проходил такой тест?

– Да, однажды.

– Надеюсь, ты сможешь продержаться хотя бы десять минут.

– Ты что, хочешь, чтобы я принял вызов? Звучит как провокация.

– Мне просто интересно узнать, на что ты способен. Ты же новенький, никто о тебе еще ничего не знает.

– Давай, если я продержусь дольше пятнадцати минут, ты должна будешь мне желание. – Я вспомнил метод Матвея и решил позаимствовать его. Почему бы и нет?

– Ха! Нет, я не хочу рисковать разрывом твоего сердца, – усмехнулась Вика. – Вдруг ты перенапряжешься только ради того, чтобы загадать какую-нибудь гадость или разврат.

– Дольше двадцати минут, – повысил ставку я. – Я буду бежать на пределе возможностей, а ты выполнишь любое мое желание. И не переживай, оно не будет гадкого или сексуального характера.

Скорее всего, я просто загадаю, чтобы она вернула мою гитару.

– Ладно, Королев, пусть будет так. Только не упади замертво. Двадцать минут – это нереально долго.

Тредмил-тест был самой ненавистной процедурой для всех футболистов – выжиманием из организма максимума возможностей. Но бег в маске являлся обязательным элементом предсезонного обследования.

Присутствие Вики все же несколько напрягало. Она внимательно наблюдала, как меня обвешивали датчиками и скрывали за маской лицо. Эта чертовка еще и фотографировала процесс время от времени. Я совсем забыл спросить у нее про медиатор, но пообещал себе сделать это после процедуры.

Обследование началось с медленного шага по беговой дорожке, и постепенно, каждые две минуты, нагрузка увеличивалась.

Я бежал уже почти пятнадцать минут, то и дело поглядывая на Вику, которая сидела на стуле неподалеку. Бежать нужно было до отказа, но я еще не достиг предела своих возможностей. Неожиданный спор с девушкой мотивировал меня делать рывок по все ускоряющейся беговой дорожке.

– Королев, когда там у тебя уже будет состояние, которое называется «больше не могу»? – спросил врач, когда прошло уже двадцать минут.

Я был слишком взбудоражен и останавливаться не хотел, хотя легкие выворачивались наизнанку. Вика смотрела с беспокойством, наверняка жалея, что спровоцировала меня. Но дело было не только в ней. Я хотел иметь лучшие показатели среди команды. Я должен выжать из себя максимум.

На 26-й минуте я все же достиг своей предельной скорости, дорожка начала замедляться, и врач со вздохом облегчения принялся оценивать, как менялись показатели.

Я смотрел на Вику, тяжело дыша в дурацкую анаэробную маску, которая делала меня похожим на какого-то киборга, и хотел победно улыбаться, но не мог из-за того, что приходилось судорожно восстанавливать дыхание. Может, загадать ей что-то другое? Она явно не ожидала, что я продержусь так долго. Ты привыкла побеждать, избалованная девочка? Не в этот раз.

Вика

До чего же Королев был хорошо сложен физически. Но меня бесил тот факт, что, имея парня, я так жадно таращилась на Артема, готовая залить слюной пол в кабинете. Шорты на нем сидели низко, не скрывая идеальные мышцы пресса. Живое воплощение женской мечты! Думаю, когда папа выведет его на серьезные матчи, у Артема появится много фанаток, готовых потерять одновременно и трусики, и разум. Где только он откопал его? Такой смазливый, аж злость берет. Да еще милый. Посмотрим, насколько «милым» или «выдержанным» будет его желание. Я была готова проиграть ради одного лишь любопытства.

Не все парни могли продержаться на этом стресс-тестировании так долго, но Артем продемонстрировал высший класс. Видимо, не зря все же папа делал на него ставку.

А еще он умудрился выиграть желание. Черт.

* * *

После обследования я вышла вслед за Артемом в коридор.

– Ну и что ты загадаешь? – полюбопытствовала я, шагая рядом с ним.

– Еще не придумал. Но зато у меня есть вопрос.

С этими словами он поманил меня к окну, а затем достал из кармана что-то и протянул мне. Это был мой розовый медиатор. Вроде бы я играла вчера на стадионе.

– Твое?

– Нет. – Я пожала плечами, решив не выдавать правду. Не хотелось, чтобы Артем знал о моей ночной вылазке.

– Странно. Я нашел его посреди поля и был уверен, что он твой.

Я развела руками, и он убрал медиатор обратно в карман.

– Так каким будет твое желание, Королев?

– Мне нужно подумать. Как только придумаю, ты сразу об этом узнаешь, договорились? – Он хитро подмигнул.

– Ладно. Сейчас тебе надо сосредоточиться на матче с «Быками».

– Да, важная игра уже через несколько дней.

– Надеюсь, в этот раз тебе не придется сидеть на скамейке запасных, – подколола я его.

– Если выйду на поле, я забью для тебя гол.

– Если забьешь, то можешь просить у меня целых два желания, Королев.

– Вот как?

Боже. Дернул же меня черт сморозить эту глупость в порыве эмоций. Но сказанных слов не вернешь, однако можно было попробовать схитрить:

– Два гола, Королев.

– Вроде речь шла об одном.

– Тебе послышалось. Я имела в виду два.

– Любишь ты вызовы, Виктория, – улыбнулся он.

– А ты любишь их принимать, Артем.

– Впервые слышу, что ты обращаешься ко мне по имени.

– Два гола, Артем, – выразительно повторила я.

– Даже на чемпионатах мира два забивают порой с трудом.

– Тогда удиви меня, одиннадцатый.

С этими словами я развернулась и с гулко стучащим сердцем зашагала прочь. Мне нужно было вернуться в кабинет функциональной диагностики и подготовить контент с другими футболистами. Хотелось еще поболтать с Королевым, но после брошенного ему вызова самым правильным показалось ретироваться. Как и говорил отец, пусть помучается. Это ему только на пользу! Кажется, я выполнила свою миссию перед завтрашней важной игрой. Если не два, то пусть хотя бы один гол он должен забить.