Кто я такая, если не могу это преодолеть?
Муж Наимы, Эрик, слишком часто пользовался телефоном. Свою одежду он оставлял на полу, а когда жена просила его убрать за собой, собирал белье в кучу и складывал на стул. Газон не был подстрижен, раковина в ванной комнате засорилась, а двое сыновей без устали проказничали. Но Эрик ничего этого не замечал. Он был слишком занят — ворчал на что-то в интернете.
Познакомились Наима и Эрик на работе, когда были чуть старше двадцати и получили задание сделать сюжет о заседаниях городского совета. Наиме понравились спонтанность Эрика и его тяга к приключениям: он был готов съехать с шоссе и остановиться в каждой ловушке для туристов[25]. Эрик же восхищался упорством Наимы, ведь она изо всех сил стремилась сделать репортаж, даже когда люди пытались закрыть ей доступ к информации. Они отлично дополняли друг друга — пока у них не появились дети.
Вскоре после того, как младшему сыну исполнилось четыре года, Эрик свою работу в СМИ потерял. Пока искал новую, все его более-менее благопристойные качества, казалось, испарились. Видя, как муж теряет уверенность в себе, Наима стремительно перехватила инициативу. Позже Эрик нашел работу, но со своими домашними обязанностями на прежнем уровне уже не справлялся. Совместимость в этой паре теперь была похожа на сломанные качели-балансир.
Поначалу Наима тихо кипела от негодования и, чтобы найти себе оправдание, читала статьи об эмоциональном грузе, выпадающем на долю женщин. А потом она — уже не так тихо, как раньше, — начала жаловаться, требуя, чтобы Эрик стал более ответственным. Он менял поведение на несколько дней — мыл посуду или, например, сам решал постирать белье, не ожидая просьб. Но когда жена давала ему подсказки, Эрик сердился и продолжал недорабатывать, после чего замкнутый круг начинался по новой.
Когда приближалась десятая годовщина их свадьбы, Наима не видела дальнейшего развития отношений до тех пор, пока все в их браке не перестанет вертеться вокруг дистанцирования, критики и подстраивания. Она мечтала уйти от Эрика, а еще грезила о том, как муж умоляет простить его и волшебным образом становится более самостоятельным. Наима чувствовала, что правильный путь для них обоих лежит где-то посередине между двумя этими крайностями.
Будучи журналисткой, Наима всегда готовилась к работе как следует. О теории Боуэна она прочла многое и теперь стремилась сломать паттерны, действовавшие в ее с Эриком отношениях. Она понимала, что в браке перерабатывает, и готова была приложить все усилия, чтобы Эрик ответственнее подходил к своим домашним обязанностям. В этом-то и заключалась проблема. Наима верила, что, если прекратит перерабатывать — позволит их газону изрядно зарасти или не будет покупать бумажные полотенца, — муж что-нибудь предпримет. Но шли недели, а она уже который раз вытирала руки о собственные штаны и наблюдала, как их двор превращается в заповедную зону. Почему же ее стратегия не сработала?
Люди, как никто другой, умеют сами себя вводить в заблуждение. Зачастую, когда нам кажется, что мы делаем что-то ради себя, мы ошибаемся. Мы просто пытаемся манипулировать другими, экспериментируя с собственным поведением. Цели, которые заявлены нами как свои, на деле оказываются тем, чего мы хотим получить от окружающих.
Иногда мы меняем свое поведение в надежде на то, что:
• другие станут более ответственными;
• другие станут спокойнее;
• наш ребенок начнет лучше себя вести;
• друзья начнут с нами соглашаться;
• люди осознают, насколько они неправы;
• отдалившийся от нас родственник снова захочет общаться;
• незнакомцы подумают, что мы крутые.
Таковы подводные камни, на которые наталкивается человек, когда начинает изучать теорию Боуэна. Да, согласно ей система взаимоотношений действительно может стать более гибкой, если один из ее участников прилагает усилия и становится более зрелой личностью. И когда кто-то совершает более взрослые шаги, он ожидает, что остальные поведут себя соответственно, то есть тоже перейдут на более высокий уровень. Однако позже он обнаруживает, что его маленькие дети все так же кричат, его мать продолжает названивать по десять раз в день, а супруга опять положила в морозильную камеру пустую форму для льда. Ну разве можно так себя вести?
Я не знаю, как заставить людей измениться. Особенно тех, кого я никогда не встречала. Но я знаю, что дифференциация — не видеоигра. Невозможно, нажав пару кнопок, получить желаемый результат. Люди намного хитрее, чем кажется. Они способны почувствовать, когда ими пытаются манипулировать. А еще — и это хуже всего — у них есть то, что принято называть свободой выбора.
Наима свой подход, может, и изменила, но степень слияния в отношениях с Эриком осталась прежней. Ее сфокусированность на муже не изменилась, а возможно, даже стала сильнее. Она наблюдала за ним, как ученый, ожидая, когда ее эксперимент принесет плоды. Готова ли она была делать для Эрика все, что могла, или, наоборот, ничего, в любом случае уровень интенсивности этих состояний оставался неизменным. Но, по крайней мере, когда она перерабатывала, то не боялась подцепить болезнь Лайма из-за того, что подошла к почтовому ящику.
Изменения, основанные на агрессии и тревожности, не помогут добиться реальных перемен в отношениях. Желаемый результат можно получить, если начать думать о проблеме по-новому. Нестриженый газон был одной из трудностей, но не их первопричиной. Препятствие для Наимы заключалось в том же, с чем сталкивается любой из нас: мы не знаем, как реагировать на незрелость, которая неизбежно проявляется в ком-то из окружающих. Пускать ли в ход собственные проявления незрелости или прибегнуть к чему-то более осмысленному?
Тот, кто работает над дифференциацией своего «я», обычно задумывается над вопросами, в которых акцент сделан на его реакциях, а не на желании сделать другого человека более зрелым. Так происходит переход от сфокусированности на отношениях к работе над собой.
Сфокусированность на отношениях: «Как заставить мужа быть более ответственным?»
Акцент на собственном поведении: «Какой была бы моя более взрослая реакция на незрелое поведение мужа?»
Сфокусированность на отношениях: «Как мне побудить друзей чаще встречаться?»
Акцент на собственном поведении: «Каким, на мой взгляд, может быть более уважительный способ общаться с друзьями?»
Сфокусированность на отношениях: «Как заставить ребенка вести себя хорошо на людях?»
Акцент на собственном поведении: «Как бы я могла справляться со своими эмоциями, когда у моего ребенка случается истерика?»
Сфокусированность на отношениях: «Как мне уговорить свою девушку сходить к психотерапевту?»
Акцент на собственном поведении: «Возможно, стоит подумать, что я в состоянии и не в состоянии сделать для нее?»
Наима осознавала, что на незрелость Эрика реагировала собственными проявлениями незрелости. Под влиянием пассивной агрессии она переставала покупать бумажные полотенца, и это было ничуть не эффективнее наклеивания записок с напоминаниями на руль автомобиля мужа. А тревожное наблюдение за тем, как супруг купает детей, приносило не больше пользы, чем решение Наимы сделать это самой. Высокий уровень слияния проявлялся в поведении обоих.
Наима старалась думать о том, как на самом деле должен происходить ее отказ от перерабатывания. Он не требовал играть роль беспокойной надсмотрщицы или прекращать отношения. Скорее нужно было стать терпеливым наблюдателем. Когда Наима стала делать несколько глубоких вдохов, чтобы замедлить сердцебиение, и внимательнее наблюдать за происходящим, она кое-что заметила. Например, ее муж становился намного терпеливее, когда сыновья помогали ему по дому. К тому же он не так уж сильно беспокоился, если кто-то из них немного отставал в развитии от ровесников. А еще Эрику больше не наскучивало в тысячный раз играть в динозавров. Разумеется, у мужа все еще были определенные трудности. Например, если кто-то из детей отказывался чистить зубы или делать уборку в своей комнате, Эрик нервничал и звал на помощь Наиму. Но она уже могла объективно оценивать его поведение и видела как плюсы, так и минусы. Она лучше понимала, как реагировать, если Эрик своими действиями подталкивал ее к перерабатыванию.
Люди любят отпускать шутки по поводу очень известной книги Гэри Чепмена «Пять языков любви»[26]. А он, уверена, посмеивается в ответ и зарабатывает на этом деньги. В своей книге он рассматривает такую идею: многие проблемы в отношениях возникают из-за разницы в проявлениях любви. Иными словами, не стоит снова и снова покупать партнеру цветы, если на самом деле он хотел бы услышать от вас несколько приятных слов.
Уверена, здесь есть немалая доля истины. Однако, когда кто-нибудь из клиентов начинает обсуждать со мной языки любви, я говорю, что мне интереснее услышать о его языке тревожности. Что именно делает человек, стремясь поддерживать в отношениях атмосферу стабильности? А каких действий, нацеленных на ее сохранение, от него ожидает партнер? Ведь зачастую никакого различия в способах выражения любви нет. Просто оба партнера находятся под влиянием взаимодополняемого паттерна: каждый отдает часть своего «я» другому и при этом берет его «я» взаймы. А действие паттерна сопровождается относительно низким уровнем стресса. Получается образцово неидеальная пара.
Взаимодополняющие паттерны в отношениях
• Один партнер делает слишком многое, а другой ему это позволяет.
• Один партнер в роли избегающего, другой — тревожно преследующего.
• Оба пытаются изменить друг друга.
• Оба беспокоятся о ребенке.
Человек, мыслящий такими категориями, как языки любви, может задать себе вопрос: «Удовлетворены ли мои потребности?» Это один из самых щекотливых вопросов, над которыми можно задуматься в отношениях, ведь из-за него тревожность может усилиться. Попытки заставить партнера выражать любовь конкретным способом могут оказаться скрытым признаком слияния, и зачастую это приводит к обратному эффекту. Речь не о том, что нельзя просить партнера обнять вас или устроить романтический уикенд. Но ваша тревожная сфокусированность на человеке может плохо повлиять на атмосферу интимности и творчества в ваших отношениях. Это достижение общности в ущерб индивидуальности.
Вместо того чтобы думать, удовлетворяет ли другой человек ваши потребности, спросите себя: «Что я делаю для того, чтобы мои потребности в этих отношениях были удовлетворены?» Приведу несколько примеров.
Попытка подтолкнуть к удовлетворению ваших потребностей: «Почему мы никогда не устраиваем себе романтические путешествия?»
Готовность самостоятельно удовлетворить свои потребности: «Я бы хотела отправиться с тобой в романтическое путешествие. Могу забронировать билеты, если ты готов спланировать, чему мы во время путешествия будем посвящать время».
Попытка подтолкнуть к удовлетворению ваших потребностей: «Почему ты не отправил мне сообщение? Ты обо мне совсем не думаешь?»
Готовность самостоятельно удовлетворить свои потребности: «Пока тебя нет, буду присылать тебе письма по электронной почте. Мне кажется, это интересно. А еще я бы с удовольствием услышала от тебя, как дела».
Если мы ценим другого человека, то не забываем о еще одном важном слагаемом: уровне хронической тревожности в системе взаимоотношений. Вы замечали хоть раз, что в спокойные дни странности окружающих беспокоят вас меньше всего? Чем мы раздражительнее, тем меньше в нас терпимости. Сдержанный поцелуй или брошенные на пол штаны влияют на нас так же, как пожар высшей категории сложности. Задайтесь вопросом: «Такое поведение моего партнера действительно стало для меня серьезной проблемой? Или я заостряю на этом внимание, чтобы справиться с собственным стрессом?» Иногда проблема по-настоящему существенна, и о ней необходимо поговорить. А затем установить личные границы или более равномерно распределить обязанности. В других же случаях имеет место второй вариант, и тогда придется найти новый способ справляться с собственной тревожностью.
Подозреваю, что именно это и оказалось главной проблемой Наимы и Эрика. Переживания, связанные с воспитанием детей, стрессы из-за смены работы, финансовых трудностей накапливались, а Наима и Эрик становились экспертами по части выявления недостатков друг у друга. Наима тщательно изучала привычки и изъяны мужа. Чувствуя, что сама не справляется с материнскими обязанностями, она зачастую пыталась учить Эрика правильному общению с детьми. Она внимательно следила, как сын пользуется мобильным телефоном, потому что волновалась о том, сколько времени сама проводит в обнимку с гаджетами. Когда атмосфера хаоса в доме была слишком ощутима, Наима сосредоточивалась на том, как муж ухаживал за газоном, и каждый раз при ее взгляде на траву звучал сигнал тревоги. «Могу ли я рассчитывать на этого человека?» — спрашивала себя Наима.
Эрик, разумеется, был не безгрешен. Он допускал ошибки, и это не могло не привлекать внимание Наимы. К тому же его очень раздражали попытки жены изменить его. Когда он чувствовал, что может ее разочаровать, его работоспособность понижалась. Гнев супруги стал для него удобным оправданием собственного незрелого поведения. Зачем что-то делать, если она все равно будет критиковать?
Когда два человека чувствуют, что зашли в своих отношениях в тупик, обычно это значит, что минимум одному из них нужно чуть отстраниться и взглянуть на происходящее шире. Очень часто мы способны заметить у представителей предыдущих поколений то, чего не видим в своем. Убеждения, которыми руководствовалась Наима, сформировались не в нынешнем ее браке, а на основе того, что она видела, наблюдая за отношениями родителей. Она помнила, как отец с радостью делал для матери все, что мог. Наима время от времени распекала маму, замечая, что той необходимо изменить свое поведение и помогать отцу по дому. «Оставь мать в покое, — говорил отец. — Все с ней в порядке». Наима осознала, что ее родители взаимодействовали по удобной схеме перерабатывания и недорабатывания, а она, их дочь, не обязана была это прерывать.
Думая о семье, в которой вырос Эрик, Наима и там обнаружила действие определенных паттернов. Эрик воспитывался в среде, где мужчины получали много заботы и внимания, а женщинами было принято командовать. У отца Эрика еще в молодости диагностировали рассеянный склероз, поэтому его мать и старшая сестра сосредоточились на заботе об отце. Ни от Эрика, ни от его брата участия никто не ждал. Неудивительно, что из него и Наимы получилась образцово неидеальная пара.
Повторять паттерны предыдущих поколений Наиме хотелось меньше всего. Но стремление поступать наоборот, по иронии судьбы, тоже не приносило пользы. Люди часто прибегают к такому подходу, когда речь заходит о том, как строились взаимоотношения в семье их родителей. Но результатом нередко становится новая форма незрелости. Например, те, у кого родители были эмоционально холодными, иногда фокусируют на своих детях слишком много тревожного внимания. Тот, кто воспитан в семье со строгими религиозными правилами, может испытывать трудности при поиске собственных жизненных ориентиров. А человек, выросший в атмосфере полного отсутствия правил, порой предпочитает в своей семье держать родственников в ежовых рукавицах, и это скорее реакция на жизнь предыдущих поколений, чем попытка прийти к самоопределению.
Мечтая о браке, Наима рисовала в воображении отношения равных друг другу людей с разделением обязанностей по принципу пятьдесят на пятьдесят. Она судорожно пыталась установить в отношениях с Эриком эти стандарты. Однако в результате обстановка в их доме стала даже более напряженной, чем была у ее родителей, без лишнего стресса распределявших свои обязанности в пропорции восемьдесят на двадцать.
Наима не хотела сдаваться и продолжать перерабатывать в угоду Эрику следующие полвека. Но она также понимала, что, если использовать прямо противоположный подход, требуя от Эрика вести себя так же, как она сама, ни о какой дифференциации речи быть не может. Ошибкой Наимы было решить, что равенство партнеров — то же самое, что и одинаковые обязанности. Что же им нужно сделать, чтобы союз стал более равноправным и давал каждому больше возможностей быть собой? Наима чувствовала, что нужно сформировать более реалистичные ожидания от того, как изменилась бы жизнь их семьи, если бы Эрик стал более ответственным как личность, а не как близнец Наимы или ее прилежный помощник. Решение сделать шаг за рамки сфокусированности на отношениях потребует от Наимы определенных усилий, но они будут гораздо менее болезненны, чем цена за ее привычку выполнять всю работу за Эрика.
Кратковременные последствия отказа от перерабатывания
• «В качестве перекуса в школу дети могут получить что-нибудь странное».
• «Некоторое время наш газон будет выглядеть так себе».
• «На одном из стульев в нашем доме может скапливаться одежда».
• «Кто-нибудь из сыновей, возможно, будет расстроен тем, что список действий, которые надо совершить для подготовки ко сну, немного изменится».
Отдаленные последствия нежелания отказываться от перерабатывания
• «Мой муж никогда не научится планировать дела на день».
• «Я так и буду чувствовать сильную усталость и эмоциональное выгорание».
• «Мы снова и снова будем спорить о распределении обязанностей».
• «Муж едва ли сможет оставаться спокойным, когда наш сын будет расстраиваться».
Глядя на два эти списка, вы поймете, как долгосрочные последствия обычно оказываются более важными, чем краткосрочные. Но даже если человек знает об этом, ему все равно порой трудно применять такую мудрость на практике. Тяжело позволять коллегам проводить собрания медленнее, чем это сделали бы вы, и допускать, чтобы кто-то устраивал на кухне беспорядок, в то время как вы сами после готовки всегда прибираетесь, тоже нелегко. Но иногда, если мы действительно хотим, чтобы отношения стали более гибкими (и стремимся сохранить собственное душевное равновесие), необходимо разрешить людям поступать не так, как мы, пусть даже менее эффективно или более творчески.
Подобные парадоксы очень часто встречаются в семейной жизни. Детям нужны порядок и режим, но, даже если один из родителей сделает что-то не так, как обычно, это тоже может пойти им на пользу. А если, например, вы выносите мусор по вторникам — это, конечно, хорошо, но иногда полезно позволить ему накопиться и при этом самостоятельно справиться с собственной тревогой. Нам необходимо не только развивать способность обсуждать с партнером его поведение, но и уметь не лезть не в свое дело. Никто вам не скажет точно, как именно нужно реагировать в той или иной ситуации. Вот почему дифференциация своего «я» не может выражаться в выполнении каких-нибудь пяти простых шагов. Проблемы, вызванные недостаточной опорой на себя, требуют решений, основанных на обращении к своему «я», а не удобных советах от окружающих.
Наверное, отношения Наимы и Эрика могли бы быть более равноправными. Но ей пришлось бы принять, что формат пятьдесят на пятьдесят в понимании мужа отличался бы от того, который рассматривала она. Каждый из них мог стать более ответственным, но в разных формах.
Люди не смогут вас удивить, пока вы не дадите им такую возможность. Однако удивления не будет и в том случае, если вы с ними очень тесно связаны. Отношения с высокой степенью слияния сопряжены с трудностями. Чем усерднее мы пытаемся вовлечь других в тот или иной проект, тем чаще они будут казаться нам скучными или раздражать нас. В начале отношений мы зачастую свободны быть собой и позволять то же другому. У нас много энергии, благодаря которой сохраняется взаимный интерес. Но проходит время, и мы перестаем видеть друг в друге что-либо достойное внимания. К тому же каждый становится более восприимчивым к уровню стресса партнера, и из-за этого может сформироваться нетерпимое отношение к проблемам друг друга.
Именно поэтому более тесная связь не всегда оказывается правильным решением, когда отношения — романтические или платонические — хочется улучшить. Иногда избыточное внимание — первопричина того, что отношения становятся пресными. Хроническая тревожность — главный убийца хорошего диалога. Когда вы начинаете думать, что ничего нового о партнере вы уже не узнаете, исчезает любопытство. Чтобы человек в ваших глазах стал более интересным, нужно воспринимать его как отдельную личность, а не половинку пузыря под названием «отношения».
Все это было знакомо Наиме не понаслышке, ведь она занималась журналистикой. Ее работой было вовлекать людей в разговор и находить интересные способы освещения событий. Но когда Эрик начинал говорить о местных политических проблемах или стрессе на работе, Наима ловила себя на том, что отвлекалась и кивала, будто зомбированная. Чувствуя разочарование жены, Эрик тоже не проявлял интереса к ее трудностям. Когда Наима начинала о них рассказывать, он торопился покинуть комнату. Почему же они стали так друг на друга реагировать?
Наима осознала, что чувствовала себя излишне ответственной за трудности Эрика на работе или, по крайней мере, за его тревогу, вызванную ими. Неудивительно, что она предпочитала выключаться из диалога. К тому же ей не хотелось выслушивать мнения мужа о местных политических вопросах, поскольку она не была с ним согласна. У нее вызывала отвращение готовность Эрика доказать, что она неправа, и в такие минуты она его игнорировала. В череде этих проблем ей был необходим «третий путь» — возможность наладить с Эриком контакт так, чтобы, не слишком часто уступая ему и не перерабатывая ради него, при этом не прекращать отношения и не отдаляться. Наиме пришлось поискать варианты, побуждавшие не заканчивать диалог с мужем, но и не превращать их общение в дебаты.
Она ждала подходящую минуту. Как-то раз, когда Эрик разразился тирадой по поводу работы городского совета, Наима дотронулась до его плеча и сказала: «Позволь задать вопрос. Если бы ты состоял в городском совете, чего бы ты постарался добиться в первый год?» Поначалу Эрик обомлел (в жену как будто кто-то вселился), но потом, кажется, успокоился и задумался. К своему удивлению, Наима почувствовала, что ей интересно услышать ответ. Более того, она поняла, что и сама хотела бы дать ответ. У них обоих на короткий момент появилась возможность понять, каково это — действовать за рамками привычной борьбы противоположностей. Они начали мыслить и относиться друг к другу как личности.
Мы рассмотрели преимущества, которые появляются, если сделать шаг в сторону и позволить людям удивить вас — а еще, не прекращая контакт, перейти в общении с ними на новый уровень. Однако, когда степень тревожности высока, полезно сделать шаг вовне, чтобы приблизиться к своим целям. На отношения можно повлиять положительно, если и внутри них, и за их пределами действовать с опорой на свое твердое «я». Выходя за рамки отношений, нужно работать над тем, чтобы стать личностью с собственными целями и интересами.
Дифференциация может выглядеть так
• Вы делаете шаг в сторону, чтобы позволить людям самим за себя отвечать.
• Вы поднимаетесь на более высокую ступень путем сохранения контакта с людьми.
• Вы делаете шаг за рамки отношений, чтобы достигать важных для вас целей.
Это чем-то похоже на вопрос: «Что появилось раньше — яйцо или курица?» Если меньше фокусироваться на отношениях, станет ли легче добиваться личных целей? Да. А работа над достижением своих целей поможет меньше фокусироваться на отношениях? Тоже да. Речь не о том, что, если вы научитесь играть на валторне, ваша жена начнет внимательнее вас слушать. Но иногда наши индивидуальные устремления оказываются недостающим слагаемым, которое помогает избавить систему взаимоотношений от тревожности. Занимался ли кто-то из ваших родителей достижением собственных целей, когда вы были ребенком? Или же они сосредоточивали свое беспокойное внимание на вас либо на ком-то другом? Отношения с тем, кто увлечен собственными устремлениями, может очень сильно на нас влиять.
Для матери двоих маленьких детей обзавестись хобби — неосуществимая мечта. Но Наима решила хорошенько подумать о том, как сделать свое «я» более надежной опорой в минуты, когда обстановка в доме становилась напряженной. Некоторую часть энергии, которую Наима тратила на изучение привычек Эрика, она могла перенаправить и использовать для себя. Она начала ходить на плавание с подругой, жившей по соседству, и посещать занятия по американскому жестовому языку в библиотеке. Вместо того чтобы негодовать из-за поездок Эрика с друзьями, Наима сама теперь планировала куда-нибудь съездить с одной из подруг. Муж, к ее удивлению, это ее желание приветствовал. Он стал все увереннее себя чувствовать, когда проводил время с детьми без жены.
Наима начала замечать, что, находя сама для себя какие-то занятия — как в отношениях с мужем, так и за их пределами, — она становилась менее сфокусированной на том, как одежда Эрика скапливалась на стуле или как долго он чистил детям зубы. Помимо этого, женщина старалась стать более зрелой личностью и в других своих отношениях. Выстраивая общение с родителями, детьми и даже коллегами, она все больше опиралась на принцип индивидуальности, а не общности, и от этого ее брак только выигрывал.
Наверняка вам интересно, подстриг ли наконец Эрик газон. Честно скажу: не знаю. Наима об этой проблеме со мной больше не говорила, поскольку, думаю, стала меньше фокусироваться на оценке того, как муж выполнял свои бытовые обязанности. Взрослеть — не значит заставлять других становиться более ответственными или мириться с их неподобающим поведением. Люди не всегда будут приятно нас удивлять. Но мы даем им для этого лучший шанс, если относимся к ним как к личностям.
Упражнение 1. Нажми на кнопку — получишь результат.
Пытались ли вы манипулировать другим человеком, чтобы он начал вести себя лучше? Старались ли применять определенные методы воспитания к своему ребенку, но в итоге разочаровывались, потому что он все равно продолжал вести себя ужасно? Может быть, вы стали меньше сплетничать на работе, а в результате обнаружили, что слухи как распространялись, так и продолжают распространяться? Возможно, вы когда-то пробовали научить партнера быть более романтичным, но в итоге это дело с треском провалилось? Запишите несколько подобных примеров и оцените по шкале от 1 до 10, насколько высока была степень вашей тревожной сфокусированности на этих проблемах. Подумайте, как в таких ситуациях можно было больше сосредоточиться на себе и меньше — на другом человеке.
Упражнение 2. Каков ваш язык тревожности?
Какими способами, в соответствии с вашими ожиданиями, партнер должен вас успокаивать? А каких способов успокоения ждет от вас он? (Если вы сейчас не состоите в романтических отношениях, задайтесь приведенными вопросами применительно к любым другим своим отношениям.) Как бы вам хотелось удовлетворять собственные потребности и справляться с дистрессом? Как можно было бы строить отношения с людьми так, чтобы и они тоже имели возможность удовлетворять свои потребности и справляться со своим дистрессом?
Упражнение 3. Развивайте чувство собственного «я».
Бывало ли так, что сосредоточенность на личных целях помогала вам улучшить отношения с другим человеком? Какие инструменты позволили бы вам поработать над развитием чувства собственного «я»? Как, находясь в отношениях, оказывать меньше давления на другого человека и не заставлять его удовлетворять все ваши потребности? Что помогло бы вам чувствовать себя уверенными и работоспособными на этой неделе? А в течение этого года?
• Зачастую мы корректируем свое поведение, чтобы изменить другого человека. От этого слияние, или незрелость и зависимость в отношениях, никуда не исчезает.
• Тот, кто работает над собственной дифференциацией, должен стремиться к зрелой реакции на незрелость другого человека.
• Не пытайтесь заставить других удовлетворять ваши потребности. Попробуйте сделать это самостоятельно, подумав, как вы преподносите себя во взаимоотношениях с людьми.
• Чем выше уровень стресса в системе взаимоотношений, тем чаще мы чувствуем, что другой человек о нас не заботится или раздражает нас.
• Если кто-то вам наскучил, это может говорить о том, что вы не относитесь к этому человеку как к личности. Считая его продолжением себя, вы порой проявляете излишнюю эмоциональную вовлеченность в его проблемы и становитесь чрезмерно восприимчивыми к его эмоциональным реакциям.
• Дифференциация может выражаться в готовности сделать шаг в сторону, чтобы позволить людям самим за себя отвечать; сделать шаг на более высокую ступень и при этом не прекращать с ними контакт; сделать шаг за рамки отношений, чтобы заняться достижением собственных целей.
• Тот, кто развивает чувство собственного «я» за рамками отношений, получает возможность проявлять в этих отношениях больше гибкости.