Я обрел себя.

Сначала, в сутолоке повседневных событий, потом, среди красок ласкающей природы — я не замечал себя. Пестрые и крикливые, нежащие и возбуждающие — они заслоняли от меня мое духовное существо.

И они казались мне значительнее.

Мне казалось значительным то, что делалось вне меня, а того, что жило внутри, я не замечал.

В погоне за созданием руководящего жизненного идеала, я не видел, что сам по себе я уже составлял законченную идею, перл создания, что я носил в себе целый мир — сложный, утонченный, возвышенный.