Был жаркий полдень.

Я подходил к огромному серо-зеленому ржаному полю. От него издали шел своеобразный, соломистый, пряный и сухой запах, и я видел, что небольшие струйки дыма отделялись от него.

Чем ближе я подходил к безграничной, раскаленной солнцем ниве, тем дымные струйки занимали большие пространства, поднимались выше... И вдруг, огромные клубы серого, слегка розоватого под солнечными лучами густого дыма застлали поле.

Я догадался, что это была пыльца.

В безмолвной тишине, в палящий зной, горя страстью, после долгого томительного напряжения миллионы колосьев извергали ее из себя.

Извергали потоками, и она поднималась, сильная, сверкающая, и расстилалась над нивой густым облаком и снова осаждалась вниз, где жадными, голодными рыльцами ловили ее женские цветки, изнывшие в ожидании, обезумевшие от сладких позывов...

Я пришел в поле на следующий день и опять на следующий.

Цветение продолжалось, но уже обычное, слабое. Оргия брака прошла. Энергия брачащихся упала.