Вечернее солнце ласково глядело на меня сквозь густую стену дремучего леса.

Милое, золотое солнце! Как давно не видал я твоих мягких, приветливых лучей! Весь свой трудный путь я совершил в темноте.

И я набожно поклонился золотому солнцу.

Легче и веселее мне стало идти дальше.

Вокруг меня цвела весна — тихая, томная, ароматная. Ароматная, не смотря на то, что еще ни один цветок не украсил едва зеленеющую молодую травку.

Весна только что началась. Ароматом прелой земли, ароматом свежих сосновых почек был наполнен воздух.

Птицы замолчали. Только кукушка бодрым и веселым голосом повторяла еще свое бесконечное ку-ку, да дятел неутомимо стучал носом в твердое дерево, и стук этот гулким эхом разносился по лесу.

Дорогие, бесценные звуки! Вы напомнили мне далекую родину, где теперь тоже весна, теплая и благоухающая, те же птицы, та же красота.

Родина! Родина!

Но мне надо идти. И я иду — неутомимый пилигрим своего бога. Лес начал редеть. Между деревьями мелькнуло зеленое поле. Молодые озими пшеницы уже приняли свой отличительный яркий оттенок, и зелень их казалась особенно чистой и свежей.

Я с радостью вышел из леса. В поле дышалось свободнее. Широкий простор манил своей безграничностью.

И я шел и шел.

Солнце закатывалось. Из туманной дали стали выступать неопределенные контуры высоких домов, храмов и башен.

Это был город.