Вечером после работы я зашел в ординаторскую в поисках Ян Кэ. Я хотел сказать ему, что он может либо поехать домой и отдохнуть, либо я могу составить ему компанию и поискать следы Чжан Цици в больнице, а потом отправиться на мероприятие Общества психиатров Гуанси. Прошлым вечером Ян Кэ так и не удалось нормально поспать, он был буквально изможден. Сразу после смены он завалился на нижнюю койку в ординаторской прямо в пиджаке и ботинках и лежал там, прикрыв глаза.

К этому часу в амбулатории стало темно и тихо. Отделение словно превратилось в царство мертвых. Я решил не будить Ян Кэ, а просто продолжил стоять на пороге ординаторской, думая о том, как сказать ему, что я не просто ненадолго переезжаю, а насовсем уезжаю за границу.

Я простоял так приличное время, но так и не осмелился заговорить. Тут мой телефон внезапно завибрировал, и Ян Кэ проснулся. Мне показалось, на его телефон в кармане пиджака тоже пришло сообщение, и аппарат Ян Кэ завибрировал вместе с моим. Он сел на кровати и заметил меня. Посмотрев в мою сторону, он опустил взгляд на экран смартфона. Мои глаза расширились. Оказалось, что это был Х – он отправил сообщение с телефона Сяо Цяо. Этот таинственный незнакомец некоторое время не трогал нас, но теперь он снова взялся за преследование.

Сообщение гласило:

Вечером Чжан Цици отправится в место проведения конференции Общества психиатров Гуанси. Ищите ее там. – Х

Я нахмурился. Как Х мог быть таким участливым? Зачем он давал нам подсказки? Мы с Ян Кэ смогли отыскать Ян Сэня только благодаря подсказкам от Х. Возможно, и на этот раз, видя, что мы никак не можем поймать неуловимую Чжан Цици, Х снова «смилостивился» и выдал ее планы. Казалось, что он всевидящ, словно бог, и держит все под контролем.

Прежде чем я успел обсудить это с Ян Кэ, наши телефоны снова завибрировали. Х отправил нам еще одно сообщение:

После сегодняшнего вечера Чжан Цици навсегда исчезнет. Сегодня – ваш единственный шанс. Время пошло. – Х

К сообщению было прикреплено фото. Помимо Чжан Цици, там еще была незнакомая юная девушка. На фото они стояли лицом к лицу и разговаривали, однако фоном картинки выступала белая стена, что не давало никакого намека на их местоположение.

Я не сумел узнать девушку, но Ян Кэ вскочил с кровати, словно с ней было что-то не так. Бросив взгляд на наручные часы, он сказал:

– Время поджимает! Надо выезжать.

– Что такое? Кто на фото? – поспешно спросил я. – Это же не Ян Янь? Разве твоя сестра не…

Ян Кэ поправил свой пиджак и галстук, а потом объяснил, что другая девушка – это Хэ Мэй, пациентка, выписанная из больницы после приветственной вечеринки. Он видел эту фотографию в первый раз и не мог сказать точно, была ли она сделана два года назад. Но раз уж Х сообщил нам, где искать Ян Сэня, то Ян Кэ решил рискнуть и пойти на конференцию Общества психиатров Гуанси. Так или иначе, там будет много людей, и он предполагал, что Х не посмеет вмешаться. Тяжело ведь претворять в жизнь коварные замыслы у всех на виду, не так ли?

Я собирался поехать туда с Чэнь И, но сообщение от Х нарушило мои планы. Прежде чем я успел объясниться, Ян Кэ сказал, чтобы я садился в машину. Пока автомобиль мчался под покровом тьмы, я незаметно отправил Чэнь И сообщение с извинениями, написав, что мы увидимся с ней в конференц-зале. Она совсем не рассердилась. Наоборот, напомнила мне, чтобы я не извинялся каждый раз и не сдерживал себя при общении с ней. Чэнь И хотела, чтобы я чувствовал себя свободно и спокойно. Именно таким я больше всего ей нравился.

– Ты правда уезжаешь? – внезапно спросил Ян Кэ.

Я сдерживал свои эмоции, и говорить мне было трудно. Когда он спросил меня об этом, мне пришлось ответить:

– Разве ты не жаловался на то, что я слишком шумный? Ты же сам хотел меня прогнать, вот я и ухожу. Теперь тебе будет спокойнее.

– Ты реально дурак или… или… – горестно сказал Ян Кэ. – Поезжай, поезжай со своей девушкой. Я и один не заскучаю.

Обстановка в машине как будто застыла во времени. И хоть мимо нас проносились неоновые огни, внутри салона все словно оставалось черно-белым. Мое сердце все-таки было не из камня, и я знал, что такое быть благодарным. Видя, как расстроился Ян Кэ, я хотел сказать ему что-нибудь приятное, но у меня вдруг зазвонил телефон. Вытащив его из кармана, я понял, что звонок был от моего партнера по рекламе в социальных сетях, который ранее организовывал мою автограф-сессию.

– Алло?

Я даже не успел спросить, в чем дело, как партнер принялся обвинять меня, недоумевая, как я мог раздуть такой скандал. Многие люди получили наводку, что я веду беспорядочную половую жизнь, а еще кто-то слил мои интимные фото, и хоть на них и не было видно моего лица, но партнер утверждал, что это я, – информация была получена из надежного источника. Видимо, эту дрянь прислали не только заместителю Цзи, но и другим людям. На самом деле все это было высосано из пальца. Вся шумиха затевалась, только чтобы опозорить меня. Партнер так сильно меня отчитывал, что одна часть меня хотела сдаться, а другая страшно негодовала: если ты мне не веришь, то с чего мне продолжать с тобой сотрудничать?

Мне совсем не дали возможности объясниться. Выплеснув свой гнев, партнер прервал звонок. Поскольку его голос звучал очень громко, Ян Кэ тоже его слышал. Когда звонок завершился, он решил приободрить меня:

– Быть знаменитостью – участь не сахар. Я тоже получил подобное сообщение, но я тебе верю.

– Почему? – непонимающе спросил я.

Ян Кэ не ответил, а просто молча вел машину, пока мы не доехали до нужного отеля. Он хотел мне что-то сказать, но Чэнь И уже ждала меня на месте, чтобы зарегистрироваться в лобби отеля. Когда она узнала, что Ян Кэ тоже тут, то тоже провела его с собой. Возможно, сказалось ее высокое социальное положение, но человек на ресепшен, занимавшийся регистрацией, не стал создавать нам лишних забот. Ян Кэ не был идиотом и не хотел восприниматься как третий лишний, когда увидел, как мы с Чэнь И идем впереди него, взявшись за руки. Он просто обратился ко мне, будто собирался сообщить мне нечто серьезное:

– Чэнь Путянь, сегодня мне нужно будет кое-что тебе сказать. Я подожду твоего возвращения.

– Аренду мне хочешь пересчитать или что? – спросил я.

– Не беспокойся о деньгах, – прошептала мне на ухо Чэнь И.

Раньше Ян Кэ частенько давил на меня с помощью денег, но теперь, когда мне на выручку готова были прийти Чэнь И, он, кажется, стал бессилен. Ян Кэ равнодушно сказал:

– Просто не забудь вернуться пораньше.

Но, к сожалению, тот разговор так и не состоялся, потому что потом произошло столько событий; Ян Кэ так и не сказал мне, чем он хотел со мной поделиться.

В тот вечер на мероприятие пришло очень много людей, и у нас с Ян Кэ совсем не было времени на разговоры, не говоря уже о том, что мы тайно искали Чжан Цици, из-за чего каждый из нас блуждал по залу: Ян Кэ ногами, а я – глазами. Чэнь И заметила, как я глазею по сторонам, и подумала, что я ищу Ян Кэ. Решив мне помочь, она вдруг указала пальцем в отдаленный угол зала:

– Тот, кого ты ищешь, там.

Когда я собирался ей все объяснить, сзади кто-то окликнул меня по имени и похлопал меня по плечу:

– А вы тут какими судьбами?

Обернувшись, я был вне себя от радости. Я никак не ожидал, что человеком, похлопавшим меня по плечу, окажется мой профессор У. Профессор вернулся в Наньнин, чтобы принять участие в конференции в качестве приглашенного эксперта и заодно навестить семью старшего брата. Мы с ним давно не виделись. После того как мы обменялись приветствиями, он поблагодарил меня за то, что я вылечил внука его брата, У Ганъи.

– Несколько дней назад Ганъи наказал, чтобы дядюшка передал доктору Чэню большое спасибо, – весело хохотнул профессор У. По его задорному тону было понятно, что результаты лечения были хорошими.

Я редко встречался со своим университетским наставником, поэтому я не преминул рассказать ему о старом сотруднике больницы Циншань – Су Вэне. Соблюдая профессиональную этику, я не стал раскрывать имя пациента, а просто сказал ему, что столкнулся с тяжелым случаем и что наша больница еще не приняла этого пациента на лечение. Так как у меня не было на руках ни результатов обследований, ни иных данных для ознакомления, профессор У, рационально проанализировав имеющуюся информацию, предположил, что возникновение конфабулеза возможно. В настоящее время лучшей методикой лечения данного заболевания является госпитализация пациента с последующим назначением ему суггестотерапии.

Суггестотерапия, или суггестивная терапия, заключается в устранении триггеров, которые могут стимулировать конфабулез больного путем внушения определенных установок. В то же время пациенту необходимо вести дневник, и врач должен побудить его записывать туда то, как больной провел день, детально описывать, что он ел, сколько раз ходил в туалет, с кем общался и все такое. Это делается для укрепления памяти и ослабления триггерной стимуляции. Таким образом, пациент будет самостоятельно постоянно вспоминать события из недавнего прошлого и с помощью этого сможет «разморозить» свои воспоминания. Суггестивная терапия требует долгосрочных усилий, и без госпитализации она может дать совершенно обратный эффект.

Осмотрительный профессор У напомнил нам, что у нас сейчас не консилиум и предложенная им суггестотерапия – это всего лишь рекомендация. Мы все профессионалы, и я прекрасно понял, какую мысль он хотел донести. Я сказал, что этого больного еще даже не госпитализировали и самое большее, что я могу для него сделать, – это предложить ему тот или иной вариант лечения. Однако я жаждал разузнать, может ли конфабулез носить групповой характер или быть заразителен. Раз Чжан Цици и Гуань Инь, как и Су Вэнь, упоминали о расколотой луне, то могли бы они вспомнить о крокодилах? Но профессору У уже надо было выходить на сцену. Он попросил меня никуда не уходить – профессор должен был еще многое мне сказать.

Мы с Чэнь И сидели в последнем ряду. Я блуждал взглядом по всей площадке, пытаясь разглядеть Чжан Цици. Однако видел только то, как Ян Кэ все ходит по залу, тщетно пытаясь отыскать девушку. Воспользовавшись перерывом между докладами, я оставил Чэнь И одну ненадолго – сказал, что мне надо отойти в уборную. На самом деле я тихонько подбежал к Ян Кэ и спросил у него, нашел ли он Чжан Цици. Вид у него был не очень дружелюбный. Впрочем, перепады настроения для него – обычное дело, я регулярно попадал то в милость, то в немилость. Не сдержавшись, я съязвил: мол, неудивительно, что результаты его миннесотского теста настолько специфические – у него же не характер, а настоящее испытание.

– Что? – не понял Ян Кэ.

Мы отошли в уголок конференц-зала, и я шепотом объяснил:

– Ну миннесотский многоаспектный личностный тест, который заведующий заставил всех пройти перед тем, как умер. Помнишь, я еще тогда лежал в больнице? Баллы подсчитывал.

– Но я же его не проходил? Заведующий тогда раздал тесты и аргументировал, почему мы должны их пройти, но я ничего не написал. Поэтому я сильно удивился, когда увидел тебя в больнице с этими тестами, – парировал Ян Кэ. – Думаю, у тебя тоже конфабулез.

– Погоди, ты в самом деле его не проходил? – поразился я.

Ян Кэ не было смысла лгать, и он кивнул. Я тут же подумал, что, получается, в тот раз некто прошел тест от его имени. Но кто же это мог быть? Это точно должен был быть кто-то из больницы. Боюсь, заведующий даже в страшном сне не мог представить, что вокруг теста разыграется такая драма. К сожалению, в больнице работает порядочно сотрудников. Бланки лежали в ординаторской, а потом ординаторы просто собрали их в одну кучу и передали заведующему. Любой, кто хотел сфальсифицировать прохождение теста, мог запросто это провернуть.

Пока я размышлял над этим, профессор У закончил свое выступление. Спустившись со сцены, он широким шагом подошел к нам. Я полагал, что профессор хотел пообщаться со мной, но он, заприметив Ян Кэ, вдруг крепко пожал ему руку и сказал, что в прошлый раз так был занят лечением У Ганъи, что вообще не успел нормально увидеться с ним.

– Что?

Я вдруг вспомнил, что когда профессор У в прошлый раз приезжал в Наньнин, он говорил, что знает Ян Кэ.

– Мы знакомы? – изумился Ян Кэ.

Я не знал, что и думать. А если с нами сейчас происходит то, о чем говорила Чжан Цици, и мы случайно оказались в параллельной вселенной, а наши воспоминания перепутались? Но тут я услышал, как профессор У сказал:

– Вы разве забыли? Вы позвонили мне и представились, а потом сказали, что хотели бы рекомендовать Чэнь Путяня для работы в вашей больнице, правильно? Я потом с ним связался и сообщил, что у вас появилось вакантное место и что он может попробовать поработать в больнице Циншань.

– Правда? Ты рекомендовал меня? Почему ты мне раньше об этом не говорил? – Я был очень удивлен, что Ян Кэ скрыл от меня этот факт.

Однако Ян Кэ ушел в отрицание:

– Я никогда вам не звонил.

Профессор У достал свой телефон и хотел просмотреть журнал вызовов, но все произошло так давно, что записей о звонке уже не было. Да и к тому же вряд ли он мог сопоставить голос звонившего с голосом настоящего Ян Кэ. С этого момента я стал чувствовать себя частью чьего-то коварного плана. Этот человек специально подстроил мой отъезд из Шэньяна и переезд в Наньнин. Вопрос в том, кто мог продумать каждую мелочь и разыграть такое представление? Ведь до того, как я приехал работать в больницу Циншань, я тут никого не знал, и уж тем более у меня не было никаких врагов среди персонала больницы.

Мой бывший преподаватель подумал, что Ян Кэ просто не хочет присваивать себе чужие заслуги, и похвалил его за скромность. Он собирался поболтать с нами еще немного, но к нему стали подходить сотрудники других больниц и оттеснили в сторону. Новой информации было так много, что мы какое-то время совсем не могли ее переварить. Однако мы четко расставили свои приоритеты и решили, что сейчас самое важное – это найти Чжан Цици. Для этого мы снова разделились, договорившись встретиться чуть позже.

Хоть зал, где проводилось мероприятие, был не очень большим, поток уходивших и заходивших людей не уменьшался. Если кто-то захочет затеряться в такой толпе, найти его будет совсем непросто. Как только мы разбрелись, пришли и другие знакомые лица из больницы Циншань, например главврач Чжан, Ли И, Юэ Тинши. Даже приятель У Сюна, Чжоу Пинь, тоже пришел. Чжоу Пинь работал в шестом отделении, в обычное время мы с ним очень мало контактировали и едва ли могли перекинуться даже парой слов. Однако он твердо верил, что я виновен в смерти У Сюна, поэтому всегда старался мне досадить.

Когда он подошел поближе и наши взгляды пересеклись, Чжоу Пинь намеренно достал книгу и потряс ею передо мной. Это был «Детектив-психиатр»: тогда главврач велел мне раздать по экземпляру каждому сотруднику больницы, поэтому я на свои деньги выкупил у издательства партию книг и лично их все подписал. Но в один прекрасный день я обнаружил один из экземпляров «Детектива-психиатра» в мусорном контейнере, и когда Чжоу Пинь это увидел, то стал высмеивать меня, говоря, что писатель «восемнадцатого уровня» вроде меня не должен быть таким самовлюбленным и считать себя знаменитым.

Тогда я подумал, что Чжоу Пинь сам выбросил книгу, чтобы унизить меня. И сейчас никак не ожидал, что книга по-прежнему у него. Прежде чем я опомнился, он кинул ее в мусорку, стоявшую неподалеку, и плюнул на нее. Он нарочно сделал мне гадость на глазах у всех. Возможно, на нее его вдохновил предыдущий инцидент, и он решил, что оскорбить меня таким образом наиболее приятно.

Довольный своим поступком Чжоу Пинь пошел занимать место вместе с остальными коллегами.

На душе у меня было горько. Мне хотелось погрузиться в чувство печали с головой, а заодно помечтать о возможном переезде из Гуанси в Ирландию. Может, тогда моя жизнь станет лучше? И вот тогда меня как будто окатило холодной водой: все беспорядочные подсказки собрались воедино, и ответ сам всплыл на поверхность.

– Боже! Я знаю, кто это сделал! Это он – Х!

Конечно же, я еще раз осмотрел зал и понял, что его там не было, чем подтвердил свою догадку. Все это было отвлекающим маневром. В это же время исчез и Ян Кэ – его машины тоже не было на парковке. Мне пришлось одолжить автомобиль Чэнь И: я сказал ей, что мне срочно нужно доехать до больницы Циншань. По моему голосу она поняла, что ситуация чрезвычайная и что я не могу взять ее с собой. Чэнь И отпустила меня, наказав мне быть очень осторожным.

– Не могу поверить! Человек, который был так добр ко мне, оказался Х!

Я весь дрожал, пока ехал обратно, потому что в моей голове наконец всплыла одна деталь, которая указывала, что никто другой подозреваемым просто не мог быть. Затем я стал вспомниать все новые и новые детали и в итоге понял, что все они прямо указывали на личность Х. Даже офицер Ляо, который расследовал «дело об убийстве Чжан Цици», обнаружил одну явную улику. Х, или же истинный убийца, все это время был у всех на виду.

Но если найденное тело не принадлежало Чжан Цици, то кто же это был?

Когда я подъехал к больнице, то заметил припаркованную машину Ян Кэ, а потом и увидел его самого. Ян Кэ сломя голову бежал к зданию стационара. Выйдя из машины, я поспешил за ним. Он мчался с такой скоростью, с какой мог бы бежать вожак волчьей стаи. Издалека я видел, как он приближается к подвалу стационара, и что есть мочи старался поспеть за ним, не оглядываясь и не задумываясь ни о какой опасности.

В ту ночь освещение в подвале еще было плохо настроено: лампочки беспрестанно мигали, словно то и дело происходили скачки электричества. Я крадучись в потемках пробрался на минус первый этаж. В морге, который находился там же, никого не было. Опираясь на стенку, я так же бесшумно спустился на этаж ниже. Минус второй этаж ранее был опечатан, потому что специалист по фэншуй сказал, что там сильный источник негативной энергии. Однако потом этаж снова открыли, поскольку обнаружили труп Чжан Цици.

– Ян Кэ?

Я задался вопросом, зачем Ян Кэ вернулся сюда, как вдруг увидел, как ко мне что-то подкатилось по полу.

Это были три больших яйца, чуть больше утиных. Пока я недоумевал, что они тут делают, из конца коридора появилась огромная тень. Присмотревшись, я понял, что это был крокодил, который, заметив меня, пополз в мою сторону с кровожадным рычанием.

– А-а-а-а-а-а!!!

У меня подкосились ноги. Я хотел убежать, но тут из-за крокодила показался Су Вэнь. С громким криком он набросился на рептилию сзади в попытке схватить ее. Эта сцена целиком выходила за рамки моего воображения. Я полагал, что у Су Вэня был конфабулез. Кто же знал, что в больнице Циншань на самом деле водятся крокодилы? В общем, я застыл на месте, но тут кто-то налетел на меня сзади. Я оглянулся и увидел Чжан Цици, с ног до головы перемазанную кровью. Пошатнувшись, она упала мне на руки.

Это было совсем неожиданно. Я поймал ее, но, не удержавшись на ногах, рухнул с ней на пол. Приподнявшись, я устремился проверить раны Чжан Цици, но внезапно у меня перед глазами появилась пара черных начищенных ботинок. Я поднял голову и увидел Ян Кэ, сжимавшего в руке нож. Его пиджак насквозь пропитался кровью, а рубашка из белой стала красной.

Сев на пол, я зажал ладонями кровотачащую рану на животе Чжан Цици. Я как мог старался ее спасти, но она потеряла даже больше крови, чем Лу Сусу, когда ее убили. Ей уже точно было ничем не помочь. В это мгновение я наконец вспомнил, что же сказала Лу Сусу перед смертью. Ее слова показались мне невероятными. Оказалось, что тайна Чжан Цици была неразрывно связана с тем, что произошло с Лу Сусу. Однако больше всего меня потрясла истинная личность Х.

Вся правда всплыла слишком неожиданно.