Через десять минут всех собрали в столовой. Никто толком не понимал, зачем, но атмосфера была такой, что никто и не рискнул спросить. Люди рассаживались осторожно, словно под каждым стулом могла оказаться мина. И, учитывая события этого утра, такие мысли уже не казались преувеличением.

Галина была расстроена и просто села рядом с Яромиром. Его забота стала для нее чем-то естественным, и вот уже несколько дней она не спорила и не упоминала Леонида Феофановича. Смерть Аркадии, очевидно, выбила у нее почву из-под ног, и под аккуратно накрашенными глазами залегли тени.

Федор едва скрывал нарастающее волнение и время от времени посматривал на Савицкого. Что-то изменилось с момента их поездки в город – Эва поняла это сразу.

Диана застыла в напряжении. Эва чувствовала: блондинка опасается содержимого посылки, хотя, похоже, и сама не знает, что именно внутри.

Арно был сосредоточен на своих мыслях и почти следил за происходящим. Мирон нервно поглядывал на всех по очереди.

Оксана и Илья сели за стол, но чувствовали себя неловко среди гостей. Эва подумала, что каждый что-то скрывает и чего-то боится. Только Яромир Петрович вел себя, как и полагается управляющему.

В центре большого стола стоял короб. Обычный на первый взгляд запечатанный плотной упаковочной лентой картонный ящик. На нем не было почтовых наклеек, штампов или адреса. Но прямо на картоне отчетливо виднелась надпись, сделанная черным фломастером: “Передать лично в руки Виктору Карловичу на указанной в сообщении станции”.

Ящик был чужеродным элементом в светлой столовой – как заноза в белой коже. Эва поймала себя на том, что не может отвести от посылки глаз.

Савицкий обошел стол, как учитель, демонстрирующий учебный скелет перед классом.

– Вот такую… интересную находку, – произнес он, – мы с Федором обнаружили на вокзале. Детали для органа, заказанные Федором, лежали там же у диспетчера. Только вместо одной коробки оказалось две. Самое интересное, что никто даже не удосужился прочитать имя на этой коробке. Убрали в шкаф и забыли. Вторую – туда же. И только когда мы с Федором приехали за его деталями, выяснилось, что уже неделю у них лежит вторая коробка, – он коснулся картона двумя пальцами. – Поезд стоял всего десять минут, а своего адресата курьер так и не встретил. Передал посылку, решив, что кто-то просто опоздал к поезду, но заберет позже. И коробку оставили «до востребования». Такое на маленьких станциях еще возможно. Люди у нас… человечные, могут поверить на слово.

Савицкий остановился – пауза тянулась ровно столько, чтобы гости успели затаить дыхание. Он уже собирался открыть ящик, но тут дверь распахнулась. На пороге стоял крупный мужчина лет шестидесяти, тяжело дыша, будто поднимался бегом. Пальто он сбросил прямо в кресло у двери и сразу же шагнул в сторону стола.

Савицкий приподнял бровь и ухмыльнулся, будто его личный спектакль стал еще интереснее.

– О, – протянул капитан с ядовитой вежливостью. – Как удачно. Леонид Феофанович. Вот кого нам явно не хватало.

Галина встала, но тут же села и просто кивнула мужу. Тот, подойдя, коснулся ее плеча, показывая всем, что он здесь исключительно ради жены и никакого отношения к погибшей утром девушке точно не имеет.

Вдруг его взгляд остановился на муже Эвы:

– Арно?! И вы здесь? – он протянул мужчине руку. Арно, привстав, пожал ее, но по лицу читалось, что он не особо рад такой встрече и узнаванию.

Галина смотрела то на мужа, то на Арно, не пытаясь скрыть интереса:

– То есть… вы знакомы?

Арно слегка пожал плечами, сохраняя безупречный тон делового французского мужчины: – Пересекались как-то по работе. В Страсбурге или Вене, не помню точно.

Савицкий тут же вскинул голову и поджал губы. В комнате это заметили сразу.

– В Женеве, – поправил капитан. – Хотя у вас, господа, действительно много поездок… тут легко запутаться.

Леонид Феофанович фыркнул и откинулся на спинку стула, возвращая себе уверенность:

– Да, кажется, это было на конференции в Швейцарии год или два назад, – проговорил он, опускаясь в единственный свободный стул.

Савицкий медленно обошел стол, как хищник вокруг двух оленей, которые внезапно заметили опасность.

– На конференции? – повторил он с мягкой насмешкой. – Ну да, наверное. А после этого вы оказались также случайно в Бутике «Maison Laurier». Маленький дом, частные торги. Там, как ни странно, до сих пор работает одна очень разговорчивая девушка. Она обожает рассказывать о… нестандартных клиентах и их еще более нестандартных просьбах. А у меня как раз сейчас товарищ случайно оказался в Женеве. Бывают же такие совпадения.

На секунду за столом повисла густая тишина.

– Так вот, – Савицкий сделал паузу, – в тот день там проходила редкая акция: четыре браслета по цене двух. И вы, господа, оказались такими удачливыми покупателями…

Он резко выпрямился:

– Оплата прошла с карты месье Арно де Ренье. И продавщица помнит, что покупатель сначала просил оформить две покупки. А потом передумал, оплатил все сам и настоял на четырех подарочных коробках.

Арно дернулся, но промолчал.

– Но почти в ту же минуту, – Савицкий выдержал взгляд местного олигарха, – Леонид Феофанович перечислил ему ровно половину суммы. До цента.

Арно и Леонид замерли – один побледнел, другой чуть покраснел.

Савицкий ухмыльнулся:

– Полагаю, загадку четырёх браслетов можно считать раскрытой.

Галина моргнула несколько раз – быстро, судорожно, как человек, который пытается проглотить слишком большую правду. Под глазами дрогнули тени, она медленно повернула голову к мужу.

– Леонид?.. – голос был необычно тихим, но в нем было слышно унижение гордой женщины, – Значит, это тогда, когда ты рассказывал про инвестиции в часовой бизнес?

Олигарх не успел ответить, потому что она уже отвернулась. Кажется, Галина только сейчас наконец увидела всю ложь своей жизни. Яромир притронулся к ее локтю, стараясь поддержать и беззвучно давая понять, что он рядом. Галина не отстранила руку. Несколько секунд она сидела, боясь пошевелиться. А потом сняла браслет и бросила его на стол.

Диана откинулась на спинку стула, но в ее жесте не было ни грамма расслабленности. Скорее так делают кошки, когда загнаны в угол и готовятся к прыжку. Она все еще пыталась выглядеть элегантной. Но ее подбородок дрогнул.

– И что?– выдохнула блондинка. – Какая разница, где были куплены браслеты и как? Это преступление – делать женщинам подарки?

– Зависит от того какие. И за какие деньги и где куплены, конечно, – парировал Савицкий.

– И для какой именно женщины, – добавила Эва, снимая свой браслет вслед за Галиной.

– Ну с женщинами, кажется все более менее понятно. – подытожил капитан. Вы и сами все поняли. А ваш адвокат, Леонид Феофанович? Полагаю, ждет внизу в машине? Вы обычно предусмотрительны в таких вопросах.

– Работаю на упреждение, чтобы кому-нибудь в голову не взбрели дурные мысли. Адвокат в коридоре, но, как правильно сказала девушка… Диана, кажется? Дарить женщинам украшения – это не преступление. Хотя и понимаю, моя Галина расстроена. Имеет право.

– А это мы еще выясним. Не переживайте, во всем разберемся. Чай не впервой нам с вами, верно, Леонид Феофанович?

Савицкий прошелся по комнате и обвел присутствующих взглядом. Тон его изменился и он стал говорить чуть тише:

– А вот еще одна интересная история. И начинается она с того, что у некоторых… особо предприимчивых мужчин появляется новая тема для заработка. Он перевел взгляд с Леонида на Арно. Оба чуть напряглись, словно им пытались предъявить обвинение. Капитан постучал в задумчивости по спинке стула и продолжил:

– И вот тут в деле появляется Мирон.

Эва мгновенно подалась вперед:

– Мирон? Но он-то точно здесь случайно! Мы ехали вместе к границе и просто сбились с пути… Если бы тогда в лесу не встретили Федора, Мирон бы вообще про замок не узнал!

– То, что вы вдвоем оказались здесь – случайность, – согласился Савицкий, – спорить не буду. И то, что встретили Федора – тоже, хотя поначалу у меня и были другие мысли на этот счет. Про то, что Мирон не знал о замке – заявление спорное, он все-таки родился в пятидесяти километрах от этого места.

– Как? – Эва переводила взгляд с Мирона на Савицкого.

– Ну допустим, это тоже не преступление, – капитан развел руками. – Но мне стало интересно, почему ваш помощник не упомянул вам о том, что хорошо знает этот район и даже предпочел поехать в лес, лишь бы не просить помощи в замке?

Мирон беспомощно посмотрел на Арно, но тот не произнес ни слова, слушая следователя. А Савицкий продолжил подводить к какой-то своей мысли, пока не до конца понятной остальным.

Эва отметила, что Оксана и Илья заметно расслабились. Даже Диана перестала выглядеть напряженной. Капитан выдержал эффектную паузу и продолжил:

– А вот то, что антиквар, с которым Яромир Петрович вел переговоры несколько месяцев, не приехал, хоть и обещал, – это навело нас с Юлей на определенные мысли. Точнее даже именно Юля и обратила внимание на эту историю. Помните, что сразу после убийства Виктора Карловича, мы устроили свой штаб в Голубой комнате. Может кто помнит, почему Яромир Петрович возражал против нашего вселения туда?

– Там хранилась полная опись всех экспонатов и, собственно, многие вещи, оставшиеся от владельцев замка или купленные на аукционах и совпадающие по эпохе, – Эва ответила, не раздумывая, потому что хорошо помнила, как сетовал Яромир Петрович, что все сложил и подготовил к приезду антиквара, но тот так и не появился. И даже перестал выходить на связь.

Эва увидела, как побледнел Мирон.

– Дайте мне ваш телефон, – Савицкий протянул руку, но Мирон не ответил.

– Замок напичкан милицией так, что вариантов у вас все равно не будет. Но, впрочем, с этим можно подождать.

Он обернулся к гостям и сейчас был скорее похож на шоумена, увлекающего за собой публику, чем на следователя.

– Так вот, все сообщения от некоего месье с красивым именем отправлялись с телефона Мирона. И судя по тому, что нам с Юлей удалось выяснить, помощник должен был отвезти вас, Эва, в аэропорт, а на следующий день спокойно вернуться сюда уже под другим именем. Именно поэтому ему нельзя было в замок до срока.

– Но зачем?! В чем смысл? – голос Эвы прозвучал глухо, словно она отказывалась в это верить.

Арно поджал губы и вытянул руки, сложив пальцы в жесткий замок, жест, который Эва видела у мужа только в моменты сильного замешательства.

Савицкий заметил это тоже и улыбнулся, как опытный боксер, увидевший, что соперник впервые дрогнул.

– В чем смысл? – повторил капитан. – В деньгах, Эва. Как и в большинстве подобных историй.

Он кивнул на Мирона:

– Ваш помощник не такой наивный, как вам казалось. Он, кстати, неплохой специалист, но подмочил репутацию в свое время. А потом ваш муж, который не раз пересекался с ним, покупая или продавая на черном рынке фамильные предметы искусства, предложил ему работу у вас.

– Нет, я сама выбрала Мирона. Он пришел по объявлению.

– Верно, только в объявлении была допущена ошибка. Покажи, Юля, – капитан потянулся к девушке, и она достала из папки скан. – Всего одна другая буква в имейле, и все резюме полетели на какой-то иной ящик. А вам пришли три абсолютно выверенных анкеты, из которых вы должны были без сомнений выбрать именно Мирона.

– Да, двое остальных мне определенно не могли подойти, – согласно кивнула Эва.

Савицкий перевел взгляд с Мирона на Арно.

– Интересно, – произнес он задумчиво, – что мысль о новой схеме возникла у месье Арно именно после свадьбы. До этого он не раз становился участником таких торгов, но никогда ранее не был организатором.

Воздух в комнате стал еще более наэлектризованным. Галина тихо ахнула. Диана замерла, а Эва побледнела.

Арно чуть приподнял подбородок:

– Что вы несете…

Савицкий мягко улыбнулся:

– Да ладно вам. Вы же умный человек. Понимаете лучше других. Честное имя жены – лучшая ширма для ваших дел. – Савицкий говорил негромко, буднично, словно перечислял очевидные вещи. – Кто посмеет заподозрить благополучную пару с таким именем? Кто заподозрит женщину, известную личной порядочностью и репутацией родителей? Кто подумает, что под ее крылом готовятся крупнейшие нелегальные сделки с антиквариатом?

Следователь сделал паузу.

– Правильно. Никто.

Эва закрыла рот ладонью. Она ловила себя на том, что ищет ошибку в формулировке, а не в фактах.

Арно усмехнулся:

– Вы обвиняете меня в каком-то… мошенничестве? В подпольной торговле? Это абсурд!

– Абсурд? – спокойно повторил Савицкий.– Тогда почему Мирон несколько месяцев общался с Яромиром под видом антиквара? Почему использовал телефон, который вы, месье Арно, ему выдали “для работы”? Почему деньги на “командировки” перечислялись ему с ваших счетов? И почему время покупки браслетов совместно с Леонидом Феофановичем совпадают по времени с началом организации ваших первых торгов?

У Леонида дрогнул глаз и он потер затылок.

– Это совпадение, – хрипло произнес олигарх.

– Да? – Савицкий слегка наклонил голову. – А то, что ваш фонд выделил басносновные деньги на спонсорскую помощь музею для покупки экспонатов? И еще столько же Яромир Петрович убедил министерство выделить ему из бюджета?

– Во все времена меценаты попадали под раздачу. История не нова, Олег Витальевич.

– Но судя по переписке из нескольких сотен сообщений, схема современных меценатов была следующая: Мирон осматривает фонды музея и ищет самые дорогие экспонаты, объявляет их подделкой. Убеждает Яромира Петровича подменить их с небольшой доплатой на настоящие, пока новодел не обнаружил кто-то другой. И параллельно предлагает, конечно же по лучшим ценам, настоящий антиквариат из Европы. Деньги переводятся на фонд Арно, все необходимые бумаги готовит Мирон. Эва никогда не прятала от помощника печати, не так ли?

– Я бы до такого не додумалась… – изумленно выдавила из себя слова Эва.

– А я сразу заподозрил что-то в этом роде. И именно поэтому вначале подозревал, что и вы в деле.

Эва вздрогнула, будто Савицкий ударил ее по лицу.

– Я бы никогда в жизни… Я… – она осеклась, чувствуя, как во рту пересохло. – Я не видела ничего плохого в том, что документами занимался Мирон. Счета, договора… Он разбирался лучше в этом, и я радовалась, что у меня освободилось время на работу с антиквариатом. Я думала, так и должно быть.

– Именно, – мягко кивнул Савицкий. – Вы так и должны были думать. Идеальная ширма не подозревает, что она – ширма.

Он обернулся к Мирону:

– Вы оформляли документы от имени Эвы. Доверенности, счета, подтверждения. Печать всегда была под рукой. Но настоящие решения… принимались не вами.

Он перевел взгляд на Леонида и Арно.

– Схема проста, как табуретка.

– То есть они выдавали подлинники за новодел, – медленно проговорила Эва. – Забирали их, а музею подсовывали копии с настоящими документами?

– Браво, – кивнул Савицкий. – Именно так это и работает. А количество непрофессионалов на местах играло только на руку. Яромир Петрович – прекрасный управленец и человек порядка. Вот только возраст изящных статуэток и старых картин – вещь тонкая. Уставу не подчиняется. И дисциплина тут мало помогает.

Он прошел по комнате и пригладил коротко стриженные волосы.

– Только представьте. Яромиру Петровичу предлагают щедрое финансирование на обновление коллекции музея. Часть денег – через фонд Леонида Феофановича. Отказываться от такого предложения – глупо, верно? Вот только управляющий с безупречной биографией не подозревает, кто приедет в замок вместо антиквара и куда в результате уйдут средства.

Следователь стукнул костяшками пальцев по столу.

– Система идеальна и все стороны довольны. Леонид Феофанович, кстати, щедро делился этими контактами с состоятельными друзьями. Сейчас, знаете ли, модно иметь дома статусные вещи.

– Это все домыслы – сорвался Мирон. – Вы сами сказали, что этот антиквар так и не приехал сюда.

– Верно, но схема уже сработала в нескольких таких же, готовящихся к открытию замках. Вас опознали по фотографиям. Историю денежных потоков мы тоже проследили. Вот такая история, а я, дурак, ругал Юлю за ее одержимость искусством.

Савицкий хотел еще что-то добавить, но в этот момент у него в руке резко завибрировал телефон. Он взглянул на экран, нахмурился и ответил:

– Савицкий, слушаю.– в комнате повисла пауза. – Нашли?

Ещё секунда и тишина в столовой стала оглушающей.

– Хорошо. Ведите сюда. А по второму вопросу? Ладно.

Капитан отключил телефон, вздохнул, собираясь с мыслями, и хлопнул ладонью по столу.

– Ну что ж… как-то так.

Потом перевел взгляд на коробку, по-прежнему стоявшую в центре:

– А теперь, – сказал он, ткнув пальцем в картон, – пришло время узнать, что же так хотел получить Виктор Карлович, что отправил посылку именно сюда.

Савицкий обвел взглядом всех по одному.

– Напомню: в этот замок историк, согласно основной версии, попал случайно, из-за урагана. Но кто-то же отправил ему коробку сюда.

В зале стояла такая тишина, что было бы слышно, если бы пролетела муха.

– Тогда открываем?