Эва вышла из библиотеки, которая стала для неё уютным убежищем, и сразу столкнулась с жесткой реальностью. Холодный воздух коридора заставил поежиться, и в тот же миг раздался сердитый окрик:

– Эва! – голос выдавал напряжение. Арно буквально вынырнул откуда-то из-за поворота. – Где ты была? Я обошел весь чертов замок.

– Мне нужно было побыть одной, – сказала Эва тихо. – Я имею на это право.

– Сейчас нет! Ты что, не понимаешь, что происходит? – он взял ее за локоть, притягивая чуть ближе. – Эва, ты должна быть рядом. Со мной. Понимаешь? Если мы договорились, что ты поспишь в комнате, то именно там я и должен тебя найти, а не бегать по всем коридорам.

Эва еще не успела выдернуть руку из ладони Арно, как из-за поворота появился Савицкий. Брови были сведены в суровую линию.

– Почему вас нигде не могут найти? Я сказал не покидать территорию. – Его глаза сузились.

– Я просто хотела побыть в тишине и собраться с мыслями. Слишком много событий.

– Хорошо, что вы осознаете это. Эва, вы были последней, кто разговаривал с Аркадией. Вам нужно пройти со мной.

Арно резко выпрямился:

– Она никуда не пойдет одна, – сказал Арно и посмотрел на Савицкого в упор.

Савицкий повел бровью – улыбки не было, но в жесте читалось: "интересно".

– Это не обсуждается. – Капитан повернулся к Эве. – Ваш статус здесь не играет роли. Это убийство. И вы – ключевой свидетель.

– Она – иностранный гражданин, – ровно отрезал Арно. – И моя жена.

– Пока что свидетель, – подчеркнул Савицкий, – и я имею право с ней побеседовать.

– А я имею право уведомить посольство, – Арно достал телефон спокойно, словно собирался заказать кофе. Бегло просмотрел последние сообщения и улыбнулся: – Что, собственно, уже и сделал.

Савицкий резко перестал моргать.

Напряжение между мужчинами становилось ощутимым, как электричество перед грозой.

– Что вы… – начал капитан, но Арно не дал договорить.

– Капитан, вы прекрасно понимаете последствия незаконного давления на иностранного гражданина, – голос его был ровный, без эмоций, как у дипломата с большим опытом. – Допрос будет проводиться только в присутствии представителя посольства. Или вы хотите, чтобы дело ушло на уровень выше?

Савицкий медленно повернул голову к Эве. Его голос стал суше:

– Тогда вам пока запрещено покидать этаж. Не делайте ошибок.

Они вместе пошли в сторону столовой. Навстречу уже спешил Яромир Петрович.

Он протянул Савицкому свой телефон: звонок из Минска, не могут вас найти.

– Черт, пассажиры мне попались в этот раз… – Савицкий зло посмотрел на Арно, затем выпрямился, взял трубку и отошел в сторону.

Арно поправил волосы Эвы:

– Эва… – он смотрел хмуро и внимательно, а рука застыла на локте жены, и он не сразу понял, что сжимает чересчур сильно. – Прошу тебя… Никуда одна. Ни шага. Пока я не разберусь, кто здесь играет против нас.

Голос звучал уверенно, но она чувствовала испуг. Эта игра давно вышла из-под чьего-либо контроля. Чего он боится? – подумала Эва. – Волнуется за нее или за себя? А может за Диану?

– Отпусти, – сказала она спокойно.

Арно замер, но взгляд стал резче.

– Савицкий тебя не оставит в покое. Ты что, не понимаешь, к чему он клонит? Я пытаюсь защитить тебя… Ты не должна с ним говорить одна. Хорошо?

Она хотела ответить, но в этот момент к ним вернулся капитан и Яромир. Эва почувствовала, как Арно буквально закипал, хотя внешне держался ровно.

– Прошу в столовую, – сказал Яромир Петрович довольно буднично, будто речь шла не об убийствах, а о графике чаепитий. – Оксана подаст кофе. Капитану нужно отъехать по делу. Процедура, вы же понимаете.

Он хотел идти дальше, но вдруг обернулся:

– Кстати… вы Федора не видели?

– Да, он в библиотеке, – Эва кивнула. – Я разговаривала с ним недавно.

Арно повернулся так резко, что Эва физически ощутила, как напряжение режет воздух:

– Когда?

– Федор здесь работает. В замке есть орган XIX века. Я спросила у него о механизме…

– Вот именно, – перебил Яромир, – орган. Федор заказывал детали для органа. Их привезли поездом из Петербурга. Без этих деталей работа у Федора стоит уже неделю, поэтому забрать нужно сегодня.

Савицкий посмотрел на Яромира Петровича так, словно управляющий предлагал отпустить подозреваемого на экскурсию.

– Вы серьезно? – холодно уточнил капитан. – У вас два трупа. А по соседству на кладбище творится черт знает что. И вы хотите, чтобы я отпустил одного из… – он бросил выразительный взгляд в сторону Арно, – пока свидетелей, погулять по городу?

– Олег Витальевич, понимаю и вашу работу, но орган к открытию должен звучать на все сто, – невозмутимо ответил Яромир. – Мы готовимся полгода. Детали редкие, делали под заказ.

– Ваш орган стоял в таком состоянии лет сто, – сухо отрезал Савицкий. – И еще неделю переживет. Сейчас мы занимаемся делом потяжелее, если вы не заметили.

Управляющий выразительно посмотрел на следователя:

– Детали все равно нужно забрать. И желательно сегодня. Приставьте к нему кого-то из дежурных и пусть вместе съездят.

Савицкий зло выдохнул и щелкнул пальцем. Ему смертельно надоели трупы, замок и звонки сверху. Но именно этот орган почти добил.

– Если вы думаете, что работа следователя начинается словами “завезите свидетеля за запчастями”, вы ошибаетесь.

– Олег Витальевич, вы же сами понимаете, что будет, когда к нам республика приедет, а орган не полностью готов. До открытия осталось три недели, – стоял на своем Яромир.

– Вот если бы не пускали раньше времени кого ни попадя, – буркнул Савицкий, – глядишь, и с органом бы управились в срок.

Он уже развернулся, но вдруг резко остановился:

– Скажите вашему Федору, чтобы через пятнадцать минут был внизу у машины.

Яромир Петрович вопросительно смотрел на капитана.

– Возьму его с собой и по дороге заедем на вокзал. Что, почтой нельзя было отправить?

– Почтой две недели идти будет, – невозмутимо ответил Яромир. – А так, если найти людей, которые согласятся довезти, за сутки приходит.

Савицкий ушел отдавать распоряжения. Эва даже слышала, как он повысил голос – значит, Юля в ближайшие пять минут получит весь заряд его раздражения.

Арно что-то резко бросил Яромиру, но Эва уже ничего не воспринимала.

Все вокруг будто замедлилось: шаги, голоса, даже гул коридоров стал похож на звук под водой.

Федор через пятнадцать минут уедет с Савицким. Эти двое терпеть друг друга не могут – и от этого внутри становилось только тревожнее.

Внутри что-то тонко дрогнуло, будто маленькая струна, о существовании которой она не подозревала, сорвалась в тревожную вибрацию. Тревога нарастала быстро и тихо, как холодная вода.

Она и сама не заметила, как дошла до столовой, двигаясь вслед за Яромиром и Арно. Муж подошел к кофемашине, нажал кнопку – движение привычное, словно они сейчас не здесь, среди леса, а дома в лионской квартире, и ничего этого не было.

Большие окна пропускали серый утренний свет, и Эва подошла к стеклу так близко, что могла бы коснуться его лбом. Холод приятно отрезвил, но не успокоил.

Ее мир сейчас сузился до одного: машина, которая через несколько минут увезет Федора из замка.

И когда он уедет, здесь больше не останется ни одного человека, с которым она может говорить честно.

А рядом – ее муж. Спокойно делает кофе, будто ночь была самой обычной. Будто он не провел ее с женщиной, которая с первого дня смотрела на Эву так, как смотрит хищник на того, кто не знает правил. Будто возле флигеля не разыгралась непонятная драма, приведшая к смерти Аркадии.

Эва стояла у окна, касаясь лбом холодного стекла, и только так могла удержаться на поверхности, не утонув в собственных мыслях. Позади гудела кофемашина, а Арно сидел за столом ровно так же, как сидел бы утром дома, в Лионе: спокойный, собранный, будто эта ночь не расколола их жизнь.

Дверь столовой щелкнула, и Эва, даже не оборачиваясь, почувствовала, что атмосфера изменилась. В стекле она заметила отражение Дианы.

Но первое, что увидела Диана – это был Арно.– Приве… – начала она, распуская широкую, приторную улыбку. Но договорить не успела. Арно вскинул голову и специально, подчеркнуто громко, произнес:

– Эва, смотри – Диана заглянула. Приятно встретить соотечественницу в такой обстановке, правда?

Взгляд не задержался на ней ни на секунду, ни на мгновение дольше допустимого. И в голосе было больше льда, чем могло уместиться в целый замковый подвал. Улыбка Дианы дрогнула, и вид на мгновение стал таким, словно ее окатили холодной волной.

– О… – она вскинула руку к волосам. – Я просто хотела понять, что теперь дальше. Никого нигде нет… заметила свет, вот и пошла… а тут – вы.

Арно отодвинул чашку. Его глаза снова на секунду задержались на Диане. Пережатая эмоция, подавленное нетерпение, легкая тень раздражения. Он явно не хотел ее видеть. По крайней мере – сейчас.

– Савицкий с утра поднял весь этаж, а сам уехал, – сказал Арно.

– Уехал? – голос Дианы дрогнул. Эва сразу поняла, что почему-то это было важно для Дианы.

– Я позвонил в посольство. Пусть там разбираются.

Сказано было буднично, немного лениво, как будто он сообщал, что вызвал такси, а не вмешался в расследование убийства.

Диана едва заметно выдохнула. Ее плечи опали. Неясно: это был страх или облегчение? Но одно было очевидно – Арно смотрел на нее уже не так, как вчера. Холоднее. Жестче. Во взгляде считывалась опаска. Кажется, он тоже что-то заметил. И теперь Диана становилась для него проблемой, а не развлечением. Эва медленно повернулась к блондинке:

– Диана, ну что ты стоишь там? Заходи, присаживайся. Сделать тебе кофе?

Та метнулась глазами к Арно – и только потом снова к Эве.

– Нет, я… пойду. Хочу прогуляться.

– На выходе стоит дежурный, – мягко сказала Эва. – Тебе не дадут “прогуляться”. Садись. Ты же сама говорила, что мы с тобой “сестры по несчастью”.

Арно поднял бровь и теперь смотрел на Диану, требуя ответа на незаданный вопрос.

– Нас, так уж вышло, поселили в одну комнату сперва. У этого Савицкого свои заморочки.

Эва перехватила:

– У Дианы какая-то теория, – сказала она ровно. – О том, что мы с ней вроде как… сестры. Она пыталась объяснить, но наверное я была чересчур взволнована смертью Виктора Карловича.

Диана сглотнула. Арно смотрел на нее впервые за эту сцену по-настоящему внимательно. И вот тут Диана сделала то, что выдало ее чувства сильнее любых слов: она шагнула назад. Как бы она не вела себя наедине с каждым из них, вместе втроем они встретились впервые.

Диана не хотела садиться, это было видно по каждому движению: плечи подобраны, локти прижаты, будто она боялась оставить лишний след. Но Эва уже отошла от окна и теперь стояла у стула так, что отступить было бы демонстрацией слабости.

– Садись, – повторила Эва также мягко и Диана опустилась на край стула. Арно сидел напротив, положив руки на стол – открытая поза, но руки в напряжении постукивали по деревянной поверхности.

Эва села между ними. На секунду повисла тишина. Арно нарушил ее первым:

– Значит, «сестры», – он произнес слово так, будто уже попробовал его на вкус и обнаружил там яд. – Интересная теория.

Диана нервно провела пальцем по краю чашки.

– Я… неправильно выразилась… У меня просто ощущение, что… ну… мы обе оказались в странной ситуации… мы из одного города.

Эва вглядывалась по очереди в лица обоих и пыталась понять, кто из них и чего боится. Неужели простого разоблачения женой их связи? Нет, за всем этим было что-то другое, но что?

Эва улыбнулась:

– Арно, хватит. Диана пережила шок, как и все мы. Ей не нужно, чтобы ты превращал завтрак в протокол.

Он перевел взгляд на жену. В этом взгляде было что-то новое. Как будто он впервые увидел, что она не просто обижена или растеряна, а сейчас наблюдает за ними.

– К черту это бездействие! – вдруг взорвался Арно. Какой-то сельский сыщик закрыл нас всех здесь, а мы как дураки и сидим. Нет, мы решительно не станем подчиняться его идиотским приказам. Мы уезжаем.

Арно вскочил резко, стул ударил ножкой по полу. Эва с удивлением смотрела на мужа.

– Хватит этого цирка, – продолжил он тоном, от которого обычно у людей исчезает желание спорить. – Собирайся. Мы уезжаем.

– Что? Куда?

– Подальше от этого балагана, – бросил он уже по дороге к двери. – Мирон! – Голос его разлетелся по коридору, как команда на пожаре. Мирон выглянул из комнаты. – Быстро. Мои вещи. И… – он обернулся к Диане. – Ее чемодан тоже.

Диана дернулась, и наконец выдохнула.

– Арно, – сказала Эва ровно, – остановись.

Муж даже не посмотрел. Только сжал челюсть и пошел дальше.

– Да-да, все собрано, – забормотал Мирон и исчез обратно в комнате, откуда вышел буквально через пару минут уже с вещами.

Диана открыла рот, но не смогла выдавить ни слова.Эва видела – она не знает как поступить, но надеется на Арно. И чего-то боится.

Эва пошла за ним. Она не позволяла себе бежать, но сталась идти также быстро, как муж. Она видела как он схватил ее чемодан и сумку, бросил ей в руки бежевый кардиган и выскочил в коридор. По лестнице они чуть задели Юлю, которая только и успела спросить “Вы куда?”, и тут же начала набирать кому-то с мобильного.

Внизу уже стояли наготове Мирон и Диана. В глазах Дианы были одновременно страх, что ее оставят здесь и надежда, что Арно заберет ее с собой. Эва впервые почувствовала к ней жалость.

Арно шагнул к двери первым и, широко распахнув дверь, вышел на крыльцо. Но именно в этот момент молодой дежурный вынырнул у входа, резко преграждая путь.

– Вам запрещено покидать территорию замка! – сказал он удивительно твердым голосом.

Слова ударили по всем троим, как холодный порыв ветра.

Эва вдохнула:

– Арно, прошу тебя, пошли в комнату. Не надо горячиться.

Но в этот момент они все услышали хруст гравия и увидели как к крыльцу подъехала вернувшаяся из города служебная машина.

Федор и Савицкий вышли из нее одновременно. У каждого в руке было по посылке. Эва словила себя на мысле, что оба выглядят удивительно похожими и, если бы она не знала всей истории, могла бы принять их за команду. Оба хмурые, одинаково поджимают губу и у обоих есть какая-то необъяснимая тоска в глазах. Федор скользнул по ней взглядом, не пряча тревогу за вежливостью. Она кивнула, что все в порядке и заметила, как напряженно выдохнул Арно.

Савицкий же обвел всех взглядом и, ухмыльнувшись, выдал свое фирменное:

– О, полагаю, вы с чемоданами вышли не по саду погулять?

Улыбка была скользкой и хищной. Он был рад, что застал своих гостей на горячем и уже предвкушал разоблачение.

Капитан кивнул дежурному:

– Помогите донести вещи обратно в комнаты нашим… гостям. Уехать сегодня не получится.

И потом снова повернулся к Арно:

– Кстати, благодаря, вашему звонку в Посольство, к нам уже едет подмога из Минска. Разберемся в лучшем виде, не переживайте.

Арно сделал резкий шаг вперед, но Савицкий предупредительно выставил вперед руку:

– Тихо, тихо. Не так резко. К тому же, – он поднял коробку у себя в руке, – мы получили интересную посылку. Уверен, вам будет тоже любопытно взглянуть. Приглашаю всех в столовую.

Он обернулся к подоспевшей Юле:

– Юля, собери всех.

И, похлопав Федора по плечу с особой торжественностью, от которой Эве стало не по себе, объявил:

– Ну что, пошли подарки раскрывать?