Все говорили, чтоб я была послушной и покорной. Но я сбежала из дома. Все говорили, чтобы я научилась в совершенстве вести домашнее хозяйство. Но я собственноручно убила трёх кульдиргиш. Все думали, что я не выживу после ран жезтырнак. Но я выжила. Все просят меня уйти отсюда, покинуть озеро и двинуться дальше. Но я точно знаю, что я там, где должна быть. Проводник, который знает это место, не велит заходить в воду.

Я подскакиваю и сажусь.

– Что случилось?

Мы, кажется, немного задремали. Арлан, чуть сонный, дотрагивается пальцами до моей поясницы, которая покрылась мурашками. Да я вся ими покрылась! И это не от холода, которым вечер уже окутал горы. Осознание захлестнуло меня до самых кончиков пальцев. Начинаю шарить руками по одежде, пытаясь найти свою, наспех одеваюсь.

– Мне нужно к озеру.

– Что?

– Озеро. Там разгадка.

Пальцы не слушаются, дрожат. Бежать, скорее бежать. Арлан поддаётся моему волнению и тоже быстро одевается.

– Скорей!

– Ну наконец-то! – возмущённо кричит Нурай, завидев нас издалека. – Мы уж подумали, что с вами что-то стряслось!

Я подбегаю, пытаюсь отдышаться. Они уже собрали все вещи запрягли лошадей.

– Нет… Стойте…

– Да что случилось? – хмурится Айдар.

– Озеро. Мне надо туда. Подождите.

Бегу вверх по тропе, ведущей к нему.

– Мы уже сотню раз всё проверили! – кричит вслед друг.

– Значит, надо в сто первый! – не оборачиваясь, кричу я и бегу дальше.

Сумерки уже накрывают это место. Луна ещё не взошла. Без огня всё кажется серым и расплывчатым. Озеро чернеющей плошкой лежит передо мной.

– Инжу! – Ребята тоже добежали сюда. – Что ты задумала?

– Зайти в воду.

– Эм, – тут же отзывается Ултарак. – Я же говорил, что…

– Я знаю. Но это единственное, что мы не пробовали.

Я отвязываю пояс с кинжалами и бросаю его на берегу. Делаю шаг вперёд, затем следующий, пока не оказываюсь по пояс в воде. Дно довольно круто уходит вниз. Холодно. Но ничего не происходит.

– Инжу, выходи.

Нет. Если он тут, то почувствует меня. Я закрываю глаза, взываю к своим силам. Ни к какой-то способности в отдельности. Пусть я стану ими всеми. Пусть магия заструится во все стороны. Пусть пропитает землю, воздух и воду.

Тут раздаётся протяжённый утробный гул. Или рык? Я вздрагиваю от неожиданности и распахиваю веки. Замечаю слабое свечение, исходящее откуда-то из глубины. Водная гладь, спокойная до этого, теперь нарушена. Впереди появляется какое-то движение, поверхность разламывается.

– Инжу!

Но я стою. Хоть и сердце безумно скачет в груди, а кулаки сжаты до боли. Вода бурлит. Что-то поднимается из неё, что-то большое. Огромное. Оно раздвигает воду, отчего она волнуется всё больше. Теперь уже гигантская змеиная голова возвышается над озером. Мне приходится задирать голову, чтобы её увидеть. Крупные капли стекают с морды и вниз по телу, что исчезает в воде.

– А-а, – шипящим голосом вдруг говорит айдахар, и голос этот пробирает до костей, разносится волной по всей округе, заглушая всякий остальной звук. – Ты приш-шла.

С ума сойти. Он похож на Айзаду в змеином обличии, только крупнее. Гораздо крупнее.

– Что же ты молчишь, дитя?

Я осознаю, что стою как истукан перед величественным существом. Прикладываю руку к груди и кланяюсь.

– Армысыз, великий айдахар.

– Зови меня Байсу́, – перебивает он меня. – А как тебя зовут?

– Инжу.

– Инж-жу…

Он прокатывает шёпотом моё имя по вершинам и склонам.

– Что привело тебя сюда, Инж-жу?

– Я… – чуть повышаю голос, потому что кажется, что оттуда, сверху, он может меня не услышать. – Я балгер и иду в Таниртау, чтобы поговорить с Духами. Но узнала, что здесь живёте Вы, и…

Кажется, он смеётся. Не злобно, а как смеются взрослые, когда умиляются детям.

– Почувствовала, да?

Да. Именно. Он всё понял.

– Ты верно пришла сюда, Инжу. Потому что что-то почувствовала. У провидцев очень тонкое мироощ-щущение, даже тоньше, чем у баксы. До вас доходят мельчайшие колебания во Вселенной. Наверняка ты уже научилась предчувствовать опасность?

Моё чутьё!

– Да-да! – облегчённо улыбаюсь я. – Откуда Вы знаете?

– Потому что я змея. Так же как и ты, Инжу.

У меня перехватывает дыхание.

– Д-да, – киваю. – Да, это так. Моя прародительница, Айзада, была айдахаром.

– Я знал её. – Байсу ведёт головой вверх, к небу, будто вспоминая что-то. – У неё было всё. Но почему-то её тянуло в Срединный мир, к людям. Отчего-то её манили все ваши человеческие радости. И Айзада поплатилась за это, не смогла сдержать свою природу.

– А что делать мне? – спрашиваю. – По заветам Айзады я и родилась. Но что дальше? Я не слышу Духов, не знаю, чего они от меня хотят.

– Не знаеш-шь… – Айдахар снова поворачивает голову ко мне и наклоняется чуть ближе. – Я чувствую силу в тебе. И восхищён твоей стойкостью, что ты проявляла целых шесть лет. Не зря Духи тебя выбрали. Но ты сдерживаешь силу внутри себя.

Сглатываю.

– Боиш-шьс-ся?

Сердце снова стучит быстрее.

– Что мне делать? – решительно повторяю я.

– Предыдущий балгер долго удерживал магию у себя. Жил и не хотел возвращаться в цикл. Сейчас он мёртв, остатки его сил бродят по Вселенной, заплутавшие, сбитые с толку. Они нужны тебе, но сложно будет совладать с такими, если откроешься. Они захлестнут тебя с головой. Но ты балгер, ты должна что-то увидеть. Должна была уже давно. Поэтому я помогу тебе.

– Как?

– Ты должна подойти.

От айдахара ко мне вмиг прокладывается светящаяся зеленовато-голубоватым светом дорожка. Я понимаю, что могу ступить на неё, подняв ногу. Что я и делаю. Оказываюсь над водой. На воде. Она ощущается твёрдой, как земля, но я делаю шаг и не проваливаюсь.

– Инжу! – окликает меня Арлан с берега.

Я оборачиваюсь. Улыбаюсь.

– Всё будет хорошо.

И я иду. Иду к айдахару. Байсу подносит голову ко мне так близко, что теперь я могу разглядеть каждую чешуйку на морде. Между ними волнами струится слабый свет.

– Ты готова?

Я делаю глубокий вдох.

– Да.

Вмиг зубастая пасть змеи раскрывается передо мной и я оказываюсь во тьме.