***

При свете солнца тот мерцающий огонёк пропадает. Мы выезжаем рано утром, я и Арлан. Акку мы бы не потащили в горы, поэтому Айдар остаётся с ней. И я прошу Нурай присмотреть за обоими. Без жерёбой кобылы путь даётся легче, мы добираемся к горам уже после полудня. Дальше по склонам приходится подниматься медленней. Пока мы не натыкаемся на старый накренённый домишко.

Арлан ударяет пятками бока Бурыла, тот подрывается вперёд. Мы с Сабазом за ними. Спешиваемся прямо у порога. Арлан, не вынимая сабли, открывает дверь. В нос ударяет запах трав и затхлости. Внутри темно, глаза не сразу распознают очертания полок, стола, и девочки, словно дух парящей посреди комнаты. Волк даёт мне пройти вперёд к ней. Она держит метлу, прищуривается, прикрывая глаза от ворвавшегося света.

– Армысың, – приветствую её я, медленно приближаясь. – Мы пришли тебе помочь.

– Она, – одними губами отвечает девочка, – она может вернуться в любой момент, уходите.

– Не бойся, мы не дадим ей тебя обидеть.

– А ты кто? Почему лица не показываешь?

Я останавливаюсь. Не доверяет незнакомке в капюшоне. Девчушка старше своей сестры, вытянутые конечности и чуть нескладная фигура выдают в ней подростка. Она едва стоит, сжимая бледными пальцами метлу. Одна нога её опутана цепью, что теряется где-то в тенях землянки. Колено второй перевязано.

Арлан старается не делать резких движений, чтобы не напугать девочку, а только периодически оглядывается на лошадей.

– Мы не причиним тебе вреда, – говорю я.

– Тогда зачем оружие? – хмурится девочка.

– Тебе было бы спокойнее, если бы его не было?

Она кивает. Я без раздумий снимаю пояс и кладу на пол.

– Теперь покажи лицо! – требует она.

– Я боюсь тебя напугать, – честно говорю я.

– Ты тоже ведьма?

Арлан говорил, что девочку увела ведьма, жалмауыз кемпир112, вот и подтверждение.

– Нет, я не ведьма. Но магия у меня есть.

– Что ты умеешь?

– Я могу становиться невидимой.

– Врёшь, так не бывает.

– Показать?

Я тут же скрываюсь под покров. Девочка в удивлении раскрывает рот, а я снова появляюсь.

– Видишь? Я могу взять тебя за руку и тоже сделать невидимой. Мы тебя отсюда выведем.

Она топчется на месте, смотря в пол.

– Я не закончила работу. Она будет меня бить.

– Никто тебя бить не будет. Видишь этого парня? Его сабля заточена на таких, как она. Только позволь высвободить тебя.

Я указываю на железное кольцо вокруг её лодыжки. Девочка неуверенно кивает. Я без резких движений подхожу к ней и присаживаюсь, рассматривая.

– Тут нужен ключ.

– Она уносит его с собой, когда уходит.

– Надо осмотреть цепь, – говорит Арлан.

Он подпирает дверь, чтобы не перекрывать доступ света, так как это единственный источник здесь, не считая отверстия в крыше для выхода дыма. А потом подходит к нам, берёт звенья в руки.

– Ты ранена? – спрашиваю у девочки, снова обратив внимание на её перевязь.

Материя выглядит грязной – как бы не было заражения. Девочка молчит.

– Старуха пьёт её кровь, – холодно говорит Арлан.

– Из колена?

– Повреди колено и далеко не убежишь.

– Вчера она унесла в лес другую, – дрожащим голосом говорит девочка. – Со мной будет так же…

Плечи её начинают дрожать от плача, и я прижимаю её к себе.

– Всё будет хорошо, – говорю.

– Нашёл. Нужно ударить чем-нибудь тяжёлым.

Волк встаёт, направляется к двери, но меня вдруг прокалывает насквозь холодом.

– Арлан! – предостерегающе окликаю его я, но вдруг дверь перед ним захлопывается.

Девочка вскрикивает, но я ещё крепче её обнимаю. Ничего не видно. Слышу лязг металла.

– Змейка, спрячься. С девочкой.

Я подхватываю пояс с оружием с пола и скрываю нас.

Воздух в доме будто оживает. Холодный, тягучий и удушающий, лезет вверх, забираясь под одежду, поднимает волосы дыбом. Слышно беспокойное ржание наших лошадей снаружи и тихие всхлипы девочки. Глаза привыкают к тем крупицам света, которым удаётся попадать сюда сверху. В тенях вырисовываются чьи-то человеческие очертания.

– Где она? – шипит ведьма. – Я чувствую её запах. Куда ты её дел?!

Я тяну девочку, и мы отползаем к стене.

– Подальше от тебя, старуха, – слышится из темноты голос Арлана.

– Врёш-ш-шь!

Тень бросается в сторону, к нему. Сердце пропускает удар, но вижу, как его сабля блеснув во тьме, блокирует удар ведьмы.

– Во-о-ор! – возмущается она. – Не твоя, верни!

– И не твоя.

Слышу, как откупоривается бутылёк, а потом истошный крик тени, что забивается в угол.

– Она сама ко мне пришла, добровольно!

– Ты её обманула, не считается.

Арлан бросается к ней, но ведьма успевает отпрыгнуть и выкатывается к нам. Удивительно, старая, но такая ловкая. Она ведёт носом и вдруг вперивается сверкающими красными глазами прямо в нас.

– Наш-ш-шла!

Старуха пытается на нас накинуться, но Арлан хватает её за ногу.

– Не смей!

Я поднимаю девочку и оттаскиваю в сторону. Выйти отсюда мы не можем – длина цепи не позволяет. Ведьма яростно ударяет по лицу Арлана, он не успевает увернуться. Хватка его ослабевает, тень вырывается. Вдруг вся тьма вокруг оживает, шевелится и тянется к Арлану, окутывает его, не давая двигаться, разжимает его пальцы, вырывая саблю.

– Змей-ка… – хриплым голосом произносит он.

Душит. Она его душит.

Я оставляю девочку. Поднимаюсь. Достаю кинжалы.

– Наш-ш-шлас-сь, – сразу обращает на неё внимание старуха. – Кто тебя прятал?

Я иду к ней, пока она всматривается в каждый угол, но не видит меня. И липкие тени её тоже не видят. Надо освободить Арлана. Я обхожу старуху сзади. Тихо, как учила меня Нурай. Вижу, как Арлан цепляется руками за удушающую его ленту. Пульс подскакивает, но я пытаюсь успокоиться, как он меня учил. Буду волноваться – выдохнусь раньше времени. Делаю рывок вперёд, мои лезвия рассекают тени. Арлан оседает на пол. Старуха шипит и пытается теперь окутать меня. Всполохи слева, справа. Тянутся к рукам, к ногам. Я уворачиваясь, режу их, не давая к себе подобраться. Дыхание, не забывать про дыхание. Мои ноги будто сами знают, как правильно двигаться. Тело слушается, изгибается, позволяя уклоняться. Я делаю себя невидимой и ныряю прямо под руку ведьме. Она недоумённо оглядывается, разворачивается, пытаясь меня отыскать. Арлан как раз уже оклемался, поднимается. Но ведьма настолько ошеломлена моими проделками, что забыла про него.

– Куда ты делас-сь?! – кричит она.

– Я тут, – говорю я, снимая покров, но тут же прячусь, отпрыгиваю, потому что тени устремились ко мне. – А теперь тут. – Я возникаю в другом месте, и снова всё повторяется. Это злит её.

Арлан нападает на неё сзади, но тени успевают защитить старуху, не дают ему к ней подобраться, хотя он и продирается со всей мочи.

– Я вас всех сожру!

Она вспыхивает тьмой. Теперь перед глазами сплошная темнота. Не успеваю ничего понять, как когтистая рука хватает меня за шею и поднимает над землёй. Пальцы мои теряют рукояти, а я судорожно хватаюсь за руку ведьмы.

– Ты вкусно пахнешь, – слышится её голос. – Съем тебя первой.

Она сжимает руку сильнее. Либо сломает мне шею, либо задушит. Что можно сделать?

Яд!

Несмотря на пульсирующую боль в глотке и в висках, отчаянно тянусь к своей силе. Какие-то растения мы изучали недавно, должно что-то быть! Зеленовато-жёлтая аура откликается мне, я зову её наружу. Она лёгкая и невесомая, но колючая. В глазах темнеет, но я вижу, как мои руки начинают источать мелкие жёлтые частички. С каждой секундой их всё больше. Они поднимаются в воздух и летят к ведьме, окутывая её голову. Почти сразу это заставляет её разразиться кашлем, который никак не прекращается. Пальцы её слабнут, и в конце концов она отпускает, а я наконец вдыхаю драгоценный воздух и пытаюсь как можно быстрее прийти в себя, ожидая новой атаки. Но старуха отступает, хватается за горло и теперь сама никак не может сделать нормальный вдох. Куймесгуль! Не только сок ядовит, но и испарения тоже!

Нахожу кинжалы на полу, поднимаю, готовясь к любому выпаду ведьмы, но вижу, как куда-то вдруг исчезли все её тени. Сама она стала меньше размером и больше похожа на человека. Длинные седые неубраные космы, пятнистая коричневатая кожа, большой крючковатый нос. Маленькие глазки в ужасе бегают по комнате. Лицо изуродовано – наверное, той штукой из бутылька Арлана. В конце концов она заваливается на спину, издавая хрипы, скребёт шею и грудь. Наконец вижу самого Арлана. Тяжело дышит, но кажется, он в порядке. Подходит к ней и срывает ключ с её шеи, передаёт мне. Я, не медля, хватаю, кидаюсь к плачущей девочке и отпираю её оковы.

– Тише-тише, – пытаюсь успокоить её я. – Всё кончилось. Идём.

Поднимаю её, но ноги девочку держать отказываются. Закидываю одну её руку себе на плечи и приподнимаю, веду к выходу. Арлан достаёт саблю, чтобы покончить с ведьмой, как только мы выйдем, но тут я слышу её хриплое:

– Пощ-щади…

– Скорее, змейка, – торопит он меня, я ускоряюсь, насколько могу. Но снова:

– Пощ-щади, Волк… Я знаю… Что тебе нужно…

– Сомневаюсь. Пощажу – снова будешь детей воровать.

– Тебе нужно прощение.

Уже у входа я замираю, оборачиваюсь. Старуха так же на полу, Арлан занёс над ней саблю, но застыл.

Прощение. Откуда она?..

– Да, Волк?

– Что ты знаешь?

– Если отрубишь мне голову, никогда не узнаеш-шь.

Арлан молчит, задумавшись. Я окликаю его. Он убирает клинок в ножны, хватает ведьму за грудки, поднимает и усаживает к стене. Дотягивается до цепи и обматывает её вокруг тела старухи, пока она снова и снова пытается сделать вдох.

– Если ты не покинешь эти края, – говорит он, – я найду тебя, слышишь? Найду и тогда уж точно не пощажу, поняла?

– Два условия?.. Кхе-кхе. Жирно тебе…

Арлан ударяет кулаком в стену рядом с её головой так, что сверху что-то сыплется.

– Либо два моих условия, либо твоя голова на этом полу. Я готов на это, а ты, ведьма?

Жалмауыз кемпир пытается унять очередной приступ кашля, и в итоге выдавливает из себя:

– Ладно. Даю слово, Волк… что больше не трону этот аул.

– Теперь говори по делу.

Она криво усмехается, откашливается. А потом вдруг ещё лицо сменяется другим – лицом прекрасной девушки с большими чёрными глазами. Затем смотрю – снова другое лицо, детское. И снова, и снова. Всего семь разных лиц, включая то старушечье, в котором она предстала перед нами изначально. Они сменяют друг друга всё быстрее и быстрее, пока глаза не загораются белым светом, и она замирает. Кашель её совсем прекратился, поэтому она свободно говорит:

– Род твой омрачила вина. Тяжёлая. Тяжело её искупить, но возможно.

– Как?

Личины ведьмы снова начинают друг друга менять.

– Душе нужно переродиться.

– Как?

– Проси Великого кузнеца тебе помочь.

– Он ведь в Нижнем мире, как к нему попасть?

– Это не в моей власти, Волк. Я не проводница между мирами.

Арлан рычит.

– Ты обещал отпустить. Я больше ничего не знаю.

Он отстраняется от неё.

– Проваливай.

Старуха склоняет голову, темнеет, начинает таять, стекать на пол. Цепи с лязгом падают, а её уже и след простыл. Лишь шевельнувшиеся на миг волосы да холод в ногах подсказывают мне, что ведьма покинула дом через дверь.

– Идём.

Арлан аккуратно подхватывает девочку на руки, и мы наконец выходим наружу. Жмурюсь от яркого света. Сабаз и Бурыл приветственно ржут, завидев нас. Волк помогает девочке усесться в седло моего коня, а потом вдруг обхватывает меня за талию, тянет к себе и целует.

– Это за что? – удивлённо хлопаю глазами я.

– Горжусь тобой, – улыбается он.

Уши, щёки, шея мгновенно вспыхивают. А Арлан быстро запрыгивает на Бурыла, всё ещё продолжая улыбаться. Я забираюсь в своё седло.

– А ты совсем не страшная, – говорит девочка.

Тут я понимаю, что и капюшон, и повязка сползли с меня.

– Не хотела тебя пугать, – говорю. – Никого не хочу, поэтому прячусь.

– Я никому не скажу, обещаю.

Я улыбаюсь, ударяю пятками по бокам Сабаза, и он устремляется вслед за Бурылом.