Эдомитяне представляли собой самый близкий к древним евреям народ. И те и другие были одного и того же этнического происхождения, говорили на одном языке, имели общее родоплеменное происхождение, жили рядом друг с другом и находились на одном уровне социального и культурного развития. Если же брать доегипетский период, то оба эти народа имели общую историю и общих богов. Одним словом, до ухода «дома Иакова» в Египет древние евреи и эдомитяне являлись одним народом, точнее, двумя частями одного и того же народа, которые только назывались по-разному: Иаков и Эдом. Родоначальником Эдома считался Эсав (Исав), родной брат, более того, близнец Иакова – родоначальника древних евреев. Из всех кочевых аморейских народов, приведенных библейским патриархом Авраамом в Ханаан, только два из них – древние евреи и эдомитяне – возводили свое родословие сразу к двум патриархам: Аврааму и Исааку.
Библия не скрывает, что Исаак, отец близнецов, отдавал явное предпочтение Эсаву, и не из-за того, что тот считался старшим, а потому, что он был ему душевно ближе. Это обстоятельство заставило авторов Библии – потомков Иакова – приглушить роль Исаака в родословии своих праотцев. Зато его жене Ревекке, ревностно отстаивавшей интересы своего любимого сына Иакова, они уделили несравненно больше внимания, чем ее мужу Исааку. Именно на этой ступеньке родоплеменной иерархии составителям Библии пришлось внести существенные изменения в доставшийся им эпос. Первая трудность была связана с первородством Эсава.
По закону того времени старшему сыну или первому от главной жены доставалось не только все наследство отца, но и главенство над всем родом или племенем. Вот почему разгорелась борьба за первородство между Иаковом и Эсавом. Будучи близнецами от одной матери, Эсав считался старшим и к тому же любимым сыном Исаака. Однако идея старшинства эдомитян над евреями была неприемлема для составителей Библии, тем более что они занимались этой работой в период, когда Эдом являлся данником объединенного Израильско-Иудейского царства. Поэтому в библейский канон были включены два предания, целью которых было обосновать право Иакова на первородство. Первым из них стало предание о продаже Эсавом своего первородства за чечевичную похлебку, а вторым – как Иаков обманным путем получил благословление отца, предназначенное для Эсава. Оба они далеко не лучшим образом изображают лукавого Иакова, хотя и пытаются возложить всю ответственность на его мать – Ревекку, благоволившую к младшему сыну. Как бы то ни было, первородство, заполученное Иаковом таким путем, выглядит неубедительно. Попытки редакторов Ветхого Завета доказать право Иакова – их родоначальника на первородство получили продолжение и в поздней раввинистической традиции, которая рассматривает Эсава и его потомков в откровенно негативном свете.
Возвращение Иакова из Харрана в Ханаан, его страх перед Эсавом и неожиданно сердечный прием Эсавом провинившегося перед ним брата свидетельствуют сразу о нескольких фактах. Во-первых, несмотря на предания о переходе первородства, в действительности это Эсав, а не Иаков стал наследником Исаака и главным в их родоплеменной иерархии. Во-вторых, Эсав был явно сильнее Иакова, то есть в доегипетский период колена Иакова в военном отношении уступали предкам эдомитян. Не зря Иаков был напуган количеством воинов у Эсава (Быт. 32: 6–7). В-третьих, Эсав проявил благородство и великодушие, не только простив своего брата, но и предложив ему всяческую помощь. «И побежал Эсав ему навстречу, и обнял его, и пал ему на шею, и целовал его, и они заплакали» (Быт. 33: 4). Да и сам Иаков признавался, что «поистине увидел я лицо твое, как видят лицо ангела, и ты благоволил ко мне» (Быт. 33: 11). Все это говорит об очень хороших отношениях между предками древних евреев и эдомитян в доегипетский период их жизни в Ханаане. И наконец, еще до ухода «дома Иакова» в дельту Нила Эсав обосновывается на горе Сеир в Юго-Восточном Ханаане. Тем самым Эсав уступает своему брату-близнецу «родовое гнездо» их отца Исаака в районе Хеврона, а также пастбища с выкопанными колодцами в Беэр-Шеве в Северном Негеве (рис. 20 и 21).
Начальная история эдомитян связана еще с двумя этносами: народом Хори – коренными жителями Юго-Восточного Ханаана и амалекитянами – западносемитскими кочевниками Негева и Северного Синая. Народ Хори был несемитского происхождения и жил со времен неолита в районе горы Сеир. Придя туда, эдомитяне потеснили местных жителей, но не изгнали их. Со временем между пришельцами и коренными жителями горы Сеир сложились дружественные и даже родственные отношения. Одна из жен Эсава – Охоливама – происходила из рода вождя народа Хори. Впоследствии хореи быстро ассимилировались с эдомитянами. Второй народ – амалекитяне – возник, вероятно, от смешения кочевых эдомитян с теми же хореями, но проживавшими в Негеве и в Северном Синае. Книга Бытие выводит происхождение Амалека – родоначальника амалекитян от Элифаза, старшего сына Эсава, и его наложницы Тимны из хореев. Из-за того что Ветхий Завет характеризует амалекитян как врагов «дома Иакова», часть этого негатива неизбежно проецируется и на самих эдомитян, «породивших» этот этнос.
Эдом и Иаков стали разными народами лишь после возвращения древних евреев из Египта. За 430 лет пребывания «дома Иакова» в нильской дельте к нему присоединились другие аморейские племена. Вместе с «домом Иакова» они столетиями находились под влиянием египетской культуры и традиций, они совместно пережили период процветания под властью западносемитских (гиксосских) фараонов и время порабощения при Рамсесе II. В добавление всего, драматический исход из Египта и принятие Завета с единым Богом Моисея превратили древних евреев в народ, отличный от их эдомитянских братьев, которые никуда не уходили со своей племенной территории в Юго-Восточном Ханаане. По возвращении из Египта встреча Иакова-Израиля с близкородственным Эдомом произошла совсем по-другому. Вот как ее описывает библейская Книга Чисел: «И отправил Моисей послов из Кадеша к царю Эдома: „Так сказал брат твой Израиль… мы в Кадеше, на краю границы твоей. Позволь нам пройти через страну твою! Не пойдем мы по полям и виноградникам и не будем пить воду из колодцев; главной дорогой пойдем, не свернем ни вправо, ни влево, пока не перейдем границы твоей44. Но сказал ему Эдом: „Не пройдешь ты через меня, а то я с мечом выступлю против тебя44… И выступил Эдом против него с многочисленным народом и с рукой сильной. И отказался Эдом позволить Израилю пройти через границу его; и отошел Израиль от него» (Числ. 20: 14, 16–21). Так закончилась дружба между потомками Эсава и Иакова.
Со временем взаимоотношения между братскими народами – эдомитянами и южными древнееврейскими коленами (иудеями) – стали еще хуже. В то же время их отношения с северными племенами, в частности с «домом Иосифа», были несравненно лучше, чем друг с другом. Неприязнь эдомитян к иудеям бросалась в глаза даже в те времена. Например, именно эдомитянин Доэг выдал царю Саулу тех, кто помог бежать иудею Давиду, хотя это отказались сделать соплеменники царя, свои же биньяминяне.
В годы существования объединенного Израильско-Иудейского государства царь Давид подчинил Эдом, сделав его своим данником. Покорение Эдома было поручено полководцу Давида – Авишаю. «И Авишай, сын Церуи, поразил эдомитян в Соляной долине – восемнадцать тысяч человек. И поставил он в Эдоме наместников, и стали все эдомитяне рабами Давида» (1 Пар. 18: 12–13; 2 Цар. 8: 14). Но Ададу, наследнику эдомитянского царя, удалось бежать в Египет. Там, как сообщает Книга Царств, фараон «дал ему дом и назначил ему содержание, и дал ему землю. Адад снискал у фараона большую милость, так что он дал ему в жены сестру своей жены, сестру царицы Тахпенес. И родила ему сестра царицы Тахпенес сына Генувата… и жил Генуват в доме фараона среди сыновей фараона» (3 Цар. И: 17–20). Причина столь теплого приема наследника эдомитянского престола заключалась в намерении египтян использовать Эдом против резко усилившегося Израильско-Иудейского царства. Держава Давида, ставшая их ближайшим соседом, внушала им серьезные опасения, поэтому египтяне рассматривали Адада в качестве своего потенциального союзника. В годы правления сына Давида – Соломона эдомитянский царь Адад попытался восстановить независимость своей страны, но потерпел поражение и снова бежал в Египет. Раскол Израильско-Иудейского царства мало чем помог эдомитянам: подчинение объединенному царству сменилось еще большей зависимостью от Иудеи. Младший брат надолго поработил старшего. Периодически эдомитянам удавалось освободиться от власти младшего брата, но только либо во время войн между Израилем и Иудеей, либо в годы завоевательных походов царей арамейского Дамаска (например, Хазаэля). Именно таким оказался период правления иудейского царя Иеорама. «Во дни его отложился Эдом от Иудеи; и поставили они над собою царя» (4 Цар. 8: 20). Война Иеорама с эдомитянами сильно затянулась и шла с переменным успехом. В открытых сражениях побеждала иудейская армия, тогда эдомитяне перешли к партизанской войне в хорошо знакомой им пустынной местности: «И прошел Иеорам в Цаир, и с ним все колесницы; и было встал он ночью и поразил эдомитян, окружавших его, и начальников над колесницами, но народ убежал в шатры свои» (4 Цар. 8: 21). В конце концов Иеорам предпочел отказаться от бесконечной и дорогостоящей войны за власть над Эдомом, и «старший» брат стал снова независимым от «младшего». Однако иудейские цари рассматривали это небольшое соседнее царство в качестве своего традиционного вассала и воспринимали его самостоятельность как вызов для себя. Именно поэтому иудейский царь Амация считал организацию военного похода против Эдома первоочередной целью своего правления. В этот раз, в отличие от времен Иеорама, успехи иудейской армии превзошли все ожидания. «Побил он (Амация) десять тысяч эдомитян в Соляной долине и захватил в войне Сэлу, и назвал ее Иоктеэль, как (это) доныне» (4 Цар. 14: 7). В числе богатых трофеев, которые он привез из Эдома, были статуи богов эдомитян, многочисленные предметы их культа и даже жрецы главного эдомитянского бога Кауса. Стараясь ослабить влияние яхвистских священников, он разрешил поклонение эдомитянским божествам в Иудее (рис. 22 и 23).
Власть Амации над Эдомом продолжалась недолго. Переоценив свои силы, иудейский царь затеял войну с Израилем и потерпел сокрушительное поражение, которое дало возможность эдомитянам восстановить свою независимость от Иудеи. Правда, сын Амации – Азария (сменивший затем имя на Узию) сумел снова покорить Эдом и сделать его своим данником. Еще один шанс освободиться от власти Иудеи у эдомитян появился лишь в правление иудейского царя Ахаза, когда израильтяне и арамейцы Дамаска пытались заставить его присоединиться к их союзу против Ассирии. Союзники осадили Иерусалим и в очередной раз помогли Эдому освободиться от господства иудеев. Однако Ахаз, оказавшись в безнадежном положении, обратился за помощью к Ассирии. Последовавшее за этим нашествие ассирийцев поставило эдомитян в еще более трудное положение: зависимость от Иудеи сменилась несравненно более тяжкой данью ассирийским царям. Приход вавилонян облегчения эдомитянам тоже не принес. Иго месопотамских правителей оказалось куда тяжелее и унизительнее власти иудеев (рис. 24).