Верука закончила заплетать волосы Имоджен и вздохнула.

– Сколько ты планируешь держать ее тут? – спросила она, перекидывая косу на плече Имоджен.

Я прикусил подушечку большого пальца.

– Я ее не держу. Я защищаю.

– Другие солдаты так не думают. Они считают, ты сделал ее своей личной куклой для утех, – сказала Верука, уперев руку в бедро и тряхнув хвостом.

Я фыркнул.

– Мы оба знаем, что мне такое не нравится.

Ее лиловые щеки потемнели от желания, но воспоминания о нас ничего для меня не значили. Больше ничего не значили.

– Ну, если ты не используешь ее, я…

– Нет, – я выпрямился и выдохнул. – Разве ты не должна помогать разгружать товар?

Верука фыркнула, но все равно ушла. Я подошел к Имоджен и еще раз проверил ее лицо. На ее щеках не было крови, и волосы были в порядке – было трудно удержаться и не прикоснуться к ней. Выругавшись про себя, я опустил руку.

– Извини, что все так… – Я изобразил взрыв руками. – Честно говоря, я думал, что они сдадутся. Повстанцы стали смелее.

Она ничего не ответила и смотрела сквозь меня. Я подумал, не испугалась ли она, увидев, как их головы отлетают от тел, зная, что я сделал это, даже не пошевелив пальцем. При мысли о том, что она меня боится, у меня все сжалось внутри, но я не понимал, почему мне так неспокойно.

– Я никогда не причиню тебе боль. Ты ведь знаешь это, правда?

Никакого ответа. Каждый раз никакого ответа.

Раздался стук в дверь, и я обернулся, когда вошел Каден. На нем не было доспехов, только свободная рубашка и такие же темные брюки.

– Выглядишь расслабленно, – сказал я.

Он пожал плечами, засовывая руки в карманы.

– Сегодня не на дежурстве. А ты?

Я улыбнулся

– Только что вернулся.

Каден оглянулся, прежде чем поднять руки, и дверь за ним захлопнулась. Он уставился на Имоджен.

– Она не может тебе ответить, помнишь? Ты всем им промыл мозги.

Он смотрел на меня, пока я шел к своему комоду.

– Кажется, ты расстроен. Становишься более терпимым к Небожителям, брат?

Я рыскал в ящике в поисках рубашки.

– Почему все думают, что я буду заниматься сексом с кем-то, кто этого не хочет?

Каден фыркнул.

– Я этого не утверждаю. Просто заметил, что ты, кажется, привязался этой малышке.

– Тех, кто пытался прикоснуться к ней без ее разрешения, я превратил в суп – куда хуже того, который готовит Фригг.

Каден усмехнулся и сел на мою кровать.

– Именно об этом я и говорю. Привязанность.

Я не стал оспаривать его утверждение. Не знаю почему, но с тех пор, как я обратил внимание на Имоджен, она занимала все мои мысли. Это стало проблемой. Даже ночью, когда я закрывал глаза, она – все, о чем я мечтал. Привязанность – это мало сказано.

Я искал способ исправить то, что сделал мой брат, и освободить ее. Должен быть способ. Я брал Имоджен с собой на каждое задание, которое давала мне Мера, и когда находил шамана или целителя, приводил ее к ним. Все они говорили, что лекарства нет. Обычно в ответ я выходил из себя, и они лишались голов. Но по крайней мере, я пытался.

– Ты для этого пришел? Чтобы поиздеваться надо мной? – спросил я, скрестив руки на груди.

Каден покачал головой.

– Нет, я здесь не для этого.

– Тогда в чем дело?

– Помнишь, когда мы были моложе? Мы договорились, что все, что мы знаем друг о друге и о наших силах, останется между нами.

Я кивнул.

– Это снова тот самый случай? Из-за ведьмы? Ты знаешь – я никогда не осуждаю. Если ты скажешь, что любишь Дианну, я поверю. Но мне также известно, как никому другому, что, особенно в этом мире, нужно выпустить пар.

Каден встал, выдавив улыбку, и заложил руки за спину. Я так давно не был с ним рядом, что забыл, какая сила в нем таится.

– Я не о ней. Я о тебе.

Я скрестил руки и нахмурился.

– Обо мне? Почему?

– Почему у Нисмеры твоя кровь?

– Моя кровь? – Потом до меня дошло. – А, да, она попросила, и я дал. Честно говоря, я не спрашивал.

Каден наклонил голову, когда я прошел в ванную.

– Вообще?

Я пожал плечами.

– Зачем? Это же Мера. Единственная, кому было не плевать на нас, когда Унир нас запер. Единственная, кто спас нас и кому было не все равно, в отличие от остального мира. Если бы она попросила мою печень, я бы отдал. Разве ты нет?

Что-то промелькнуло во взгляде Кадена, и он отвернулся. Я схватил его за плечо.

– Я бы поступил так и для тебя. Ты по-прежнему мой любимый брат.

Каден улыбнулся, хоть и не очень широко.

– А ты мой.

– К чему эти вопросы? И как ты вообще об этом узнал?

Каден чуть отступил.

– Тебе стоит прибраться. Нисмера рада, что ей достались несколько реликвий и существ из Потустороннего мира, даже несмотря на то, что она не получила муррака. Думаю, она захочет поужинать сегодня вечером.

– С тобой все в порядке?

Каден ничего не сказал, развернулся и направился к двери.

– Эй, – окрикнул я его, и он остановился, уже держась за ручку. – Ты для меня целый мир, Каден. Ты никогда не отказывался от меня, даже когда был заперт. Нисмера рассказывала мне, как часто она разговаривала с тобой, когда я не мог, и как отчаянно ты хотел вернуться ко мне. Ты всегда заботился обо мне и защищал меня, и я люблю тебя, но это Мера, Каден, а не очередной монстр.

Он посмотрел на меня через плечо и еще раз натянуто улыбнулся, прежде чем выйти из комнаты. Дверь за ним захлопнулась.