Многочисленные извилистые притоки реки сходились к широкому руслу в центре города. У побережья виднелись лодки, перевозившие грузы и толпы рыбаков, – в маленькой деревне кипела жизнь. Казалось, Нисмера успела отправить солдат даже в самые удаленные мирные уголки, что было для нас одновременно и хорошо, и плохо.

– Если ты продолжишь его удерживать, он захлебнется, – сказал Реджи, стоявший позади меня.

Солдат Нисмеры отчаянно замахал руками. Я вздохнула и вытащила его голову из воды.

Когда мы встретили воинов Нисмеры и потащили их на лесную поляну, Миска поспешила уйти. Она сказала, что отправилась на поиски какого-то растения, но я знала, что она просто не хотела смотреть на кровопролитие.

– У него же жабры на шее, – сказала я Реджи, когда солдат закашлялся.

– Это раны, моя королева. Он не может дышать под водой.

Я закатила глаза и дернула мужчину вверх. Его синяя кожа стала почти фиолетовой, и он отчаянно глотал ртом воздух.

– О. – Я пожала плечами. – А мне они показались жабрами.

Солдат уставился на меня четырьмя глазами, а затем перевел взгляд на Реджи. Он что-то бессвязно бормотал на неизвестном мне языке. Реджи ему ответил, и парень задрожал. Посмотрев на меня, он покачал головой, после чего снова повернулся к Реджи. Он дергался в моих руках, пытаясь вырваться, и тараторил так быстро, что я усомнилась, сможет ли Реджи перевести его слова.

– Что он говорит?

– При всем уважении, но он думает, что ты безумна, – сказал Реджи и прочистил горло.

Я сжала кулаки.

– Это очевидно, но знает ли он, куда направляется караван?

Реджи прикусил губу.

– Он отказывается говорить.

Я резко повернула голову к солдату.

– Скажи мне куда.

Низкий рык вырвался из моего горла, и, судя по тому, как парень задергался, я поняла, что мои глаза загорелись красным. Рот солдата раскрывался в такт с резаными ранами на его шее.

Реджи повторил мои слова, и взгляд солдата метнулся между мной и ним.

– Он просит убежища в обмен на информацию.

Я вздохнула, закатив глаза.

– Ладно. Как хочешь. Убежище. Теперь говори.

Напряжение солдата, казалось, спало, когда Реджи передал ему мои слова, и он снова заговорил.

– Он сказал, что в последний раз караван Нисмеры видели на Кливере, – сказал Реджи, кивнув в мою сторону.

Ладно, это неплохая зацепка. Меня охватило волнение.

– Но это было три дня назад. Они прошли через портал, и с тех пор их никто не видел.

Мое сердце сжалось от разочарования – надежда, которая охватила меня несколько мгновений назад, умерла мучительной смертью.

– Дианна.

Я уже не слышала слов Реджи. Я снова опоздала. Кожу покалывало, внутри бурлила ярость. Прошло полторы недели с тех пор, как они забрали его у меня, и страх за его жизнь сводил меня с ума. Миска сделала противоядие, но это бессмысленно, если я не смогу его найти.

Я не находила себе места от беспокойства. Прочесывания местности и допросов солдат Нисмеры было недостаточно. Все это занимало слишком много времени, и я боялась, что снова опоздаю. Я была чертовым горящим маяком, но солдатам все равно требовалось несколько дней, чтобы меня найти. У нас мало времени, и вполне вероятно, что Самкиэль был уже у порога Нисмеры. Хуже всего то, что я даже не знаю, в каком гребаном мире она находится. Я не смогла спасти свою собственную чертову сестру. Почему я решила, что смогу спасти его?

Рычание сорвалось с моих губ, и я потянула солдата к себе. Мои клыки впились ему в шею, пока он в отчаянии цеплялся за меня пальцами. Кровь полилась мне в горло, заполняя тревожную пустоту в желудке.

Я отстранилась и отбросила бездыханное тело в сторону, прежде чем вытереть кровь со рта тыльной стороной ладони.

– Ты теряешь контроль.

Горький смех сорвался с моих губ.

– Ты думаешь?

– Я не хочу видеть, как ты превращаешься во что-то…

– Во что? – резко бросила я, делая шаг к нему. – В монстра? Насколько мне известно, именно им я и являюсь. Доброе утро! Я Иг'Моррутен, а не какая-то небесная принцесса.

Глаза Реджи впились в мои.

– Мы не на останках Раширима, Дианна.

– Не надо.

– Еще есть надежда.

– Прошла неделя. – Я почти кричала. – Мы потеряли его след несколько дней назад, и я до сих пор не знаю, на какой планете он сейчас. Этих солдат сотни, Реджи. Если он…

Я не закончила. Я не хотела.

– Неужели ты думаешь, что ты бы не почувствовала, если бы он оказался у нее? Если бы она его убила? Посмотри на меня и скажи, что ты бы ничего не почувствовала.

– Как я должна это почувствовать? – резко спросила я, подняв руку и показывая ему голый палец без метки. – Я сдалась, помнишь? Из-за него. Я ничего не чувствую, Реджи. Никакой искры или связи, только голод и пустота и…

Страх.

Но этого я не сказала. Развернувшись, я провела руками по лбу.

– Черт. Мы не должны были оставлять его в этом дурацком городе. Я виновата в том, что доверилась им. Когда мы встречали кого-то без скрытых мотивов?

– Это не твоя вина. Все это.

– Разве? Он ослаблен из-за раны и слабеет с каждым днем. Жалкие искры его силы – все, что у него есть. Остальное рассеялось в небе. Он нуждается во мне, а я даже не знаю, откуда начать поиски.

Я пнула большой кусок дерева. Он пролетел по воздуху, ударился об ствол и разлетелся на куски, едва не задев хромую фигуру, которая только что вышла из леса. Мужчина схватил свою удочку, посмотрел на меня, на Реджи и гору мертвых солдат, прежде чем побежать.

Мои губы скривились в кровожадной ухмылке.

– Он слишком много увидел.

Реджи крикнул мне вслед, но я его не услышала. Мужчина бросил свои припасы на землю и что есть сил бежал в сторону деревни. Мне потребовалось не много усилий, чтобы его обогнать. Я встала у него на пути, и, столкнувшись со мной, он упал на землю. В жалкой попытке защититься, он поднял руку и мотал головой. Я подхватила его и вонзила клыки ему в шею. Спустя несколько секунд подошел Реджи, и я отбросил рыбака в сторону, позволив ему с глухим стуком упасть на землю.

– Дианна, – Реджи потер лоб, – я просто беспокоюсь за тебя, вот и все. Ты уже многого добилась. Я не хочу видеть, как ты регрессируешь.

– Я знаю. Просто я люблю его, Реджи. Той самой глупой, сентиментальной любовью, а теперь боюсь, что не смогу ему об этом сказать. – Я вытерла подбородок рукавом. – Он даже не помнит, что случилось в туннеле и о чем мы говорили… Я просто…

Миска напевала в нескольких футах от нас, ее маленькие ножки бесшумно ступали по лесной траве. Не сговариваясь, мы с Реджи загородили собой тело рыбака, чтобы спрятать от ее глаз.

– Вот вы где, ребята. Я нашла еще тра́вы, которые мы можем использовать… Дианна, почему у тебя красное лицо?

Я вытерла кровь рукой.

– Я съела охранников.

Миска посмотрела на меня и пожала плечами.

– Ладно. Мы уже уходим? Ты узнала, где Самкиэль?

Реджи прочистил горло и сказал:

– Давай сходим в город и купим тебе еды? Дианна нас догонит.

Она кивнула и повернулась в сторону поселения. Подождав, пока они с Реджи отойдут, я оттащила тело рыбака туда, где оставила солдат, и подожгла их, дождавшись, пока останки не превратятся в кучку пепла.

Холодный ветерок пощипывал кожу, пока мы шли по оживленной улице. Вдоль деревянных пирсов толпы смеющихся рыбаков грузили в свои лодки ящики и сумки, а люди толпились у маленьких лавок с едой.

Реджи бросил продавцу несколько монет, которые я забрала у мертвых солдат. Миска подскочила ко мне с небольшим мешочком угощений в руках, рассказывая, что она подарит их Самкиэлю, когда мы его найдем.

Ее энтузиазм и доброта, казалось, разжигали в моей груди давно потухшее пламя. Ее искренность так сильно напоминала мне Габби. Я ничего не ответила, просто улыбнулась, когда мы вышли из магазина и направились в глубь деревни. Даже несмотря на процветающую торговлю, местные все еще использовали длинные лоскуты ткани вместо одежды. Этот город боролся за выживание, как и многие другие, в которых мы побывали.

– Правление Нисмеры выглядит мрачным, – сказала я, нарушая тишину.

Реджи молчал с тех пор, как мы покинули лес.

– Она думает только о себе, – сказал он, наконец встретившись со мной взглядом.

– Это камень в мой огород?

– Твоим основным инстинктом не должно быть убийство. – Он поджал губы, как отец, разочарованный в своем ребенке. – Есть и другие пути.

– Мне кажется, ты забываешь, с кем разговариваешь. Ты провел со мной многие месяцы. Я не милосердна. Это Сам… – Я откашлялась, боясь называть его имя прилюдно. – Это он милосердный, а не я.

– Дианна.

– Я бы сделала ради тебя, ради твоей безопасности то же самое. Как думаешь, что случится, если кто-то проболтается и нас поймают? Думаешь, Нисмера будет милосердна к Судьбе, которая ее предала? А что насчет последнего живого целителя из Нефритового города? Думаешь, она примет в свои ряды ребенка?

Миска улыбнулась мне, крепче сжимая сумку, пока мы пробирались сквозь толпу. Реджи, вопреки здравому смыслу, позволил своим глазам смягчиться, и я могла поклясться, что уголок его губ чуть заметно дернулся под темным капюшоном. Не думаю, что когда-либо прежде у Судьбы были друзья, не говоря уже о тех, кто готов был встать на его защиту.

Я натянула капюшон чуть глубже, пряча лицо.

– Так что да, я буду плохой. Пусть вы будете меня осуждать или ненавидеть, но зато я смогу вас защитить. Можешь считать это неправильным, но если бы он хотя бы заикнулся о том, кто мы или кого ищем, его смерть оказалась бы в сто раз хуже.

Мы прошли мимо еще нескольких человек, толкаясь плечами, поскольку на улице становилось все более и более многолюдно.

– Ты не можешь править лишь с помощью страха. Так ты только наживешь себе новых врагов, а не союзников.

– Кто сказал, что я хочу править? – Я сердито посмотрела на Реджи, который еще сильнее натянул капюшон на голову. – Думаешь, я хочу носить корону круглые сутки? Только представь, как это будет портить прическу. Кроме того, придется обновлять под нее весь гардероб.

Миска хихикнула над моей шуткой, однако Реджи остался серьезен. Мы прошли через небольшое скопление людей, собравшихся вокруг прилавков, полных фруктов и буханок хлеба. Я протянула руку и незаметно схватила небольшой фиолетовый фрукт.

Не сбавляя шаг, я повернулась к Миске.

– Ему нравятся фрукты, – прошептала я ей, незаметно передавая ей плод.

Она улыбнулась и засунула его в сумку. Если она решила сохранять позитивный настрой, то я, черт возьми, сделаю то же самое.

– Ах да. Твои волосы – серьезная проблема по сравнению с миром в королевствах, – сказал Реджи, похоже, не заметив наших перешептываний.

Я фыркнула.

– Ты думаешь, со мной королевства ждет мир? Ты вообще меня видел, а?

Реджи приподнял бровь, проходя мимо семейства крупных многоногих существ, которые о чем-то спорили.

– О, так ты ждешь, что он возьмет в королевы кого-то другого? Вы же принадлежите друг другу, верно? Разве не об этом вы оба неустанно кричите по ночам?

Я прищурилась, посмотрев на него укоризненным взглядом.

– Напомни мне сделать звуконепроницаемые стены, когда мы в конце концов найдем его и построим нам дом.

– Мой вопрос остается прежним. Тебе придется править рука об руку с ним. Другие уже воспринимают тебя такой, какая ты сейчас. И ты лишь подтверждаешь их мнение, оставляя за собой реки крови.

Я замолчала. Так далеко вперед я не думала. Каждый чертов день я была сосредоточена на выживании, и думать о будущем было некогда. Моей главной заботой было найти и исцелить Самкиэля. Короны, троны и спасение королевств сейчас на втором плане.

– Давай просто найдем его. Тогда мы сможем спасти его, членов Руки и королевства. О политике будем беспокоиться позже.

Реджи вздохнул. Я замерла и протянула руку, останавливая и его, и Миску. Толпа двигалась в обычном темпе, но по моей спине пробежал холодок. Это было ощущение, которое я отлично знала. Я резко повернула голову. На другой стороне улицы, между двумя зданиями, стоял человек, полностью одетый в черное. Темный капюшон скрывал его лицо. Мое сердце забилось от гнева, ярость вытеснила все остальные эмоции. Пламя вспыхнуло в моих руках, и я бросилась сквозь толпу, игнорируя крики Реджи у меня за спиной.

Толпа визжала, пока я пробиралась через переполненную улицу, жар от пламени расчищал мне дорогу. Фигура в капюшоне опережала меня всего на несколько шагов. Когда он свернул в переулок, я перепрыгнула через тележку, сбив ее владельца на землю.

Промчавшись мимо торговца рыбой, я резко остановилась у начала проулка. Шипящий огненный шар вылетел из моей руки с ураганной скоростью, но разбился о каменную стену – впереди был тупик, и в нем было пусто. Я остановилась и осмотрела каждый угол, но не нашла ничего, кроме переполненных мусорных бочек и нескольких слизней. Глухая стена в конце переулка было частью другого здания. Куда же он делся?

– Что ты делаешь? – спросил Реджи, приближаясь ко мне сзади, Миска держала его за руку.

– Ты его не видел?

– Видел кого?

– Кадена, – рявкнула я. – Он стоял там, прямо на улице. Наблюдал за нами.

– Дианна. – Реджи посмотрел мне за спину, в его глазах читалось беспокойство. – Кадена здесь нет.

– Я его видела, – сказала я. – Я его чувствовала.

– Со всем уважением, моя королева, Кадена здесь нет. Сейчас ты – единственная мощная сила в этой деревне. Если бы он решил сюда явиться, то привел бы с собой легион. Нисмера никогда не позволит ему действовать в одиночку, особенно когда дело касается тебя.

Моя грудь вздымалась, Иг'Моррутен во мне был готов убивать. Я покачала головой, оглядываясь на пустой переулок.

– Я знаю, что я видела, что я чувствовала, Реджи.

– Ты уверена, что с тобой все в порядке?

Он обеспокоенно нахмурился.

Я бросила последний взгляд на тупик и обгоревшую стену, прежде чем кивнуть и отправиться дальше.

– Я в порядке.

Ни Реджи, ни Миска ничего не сказали, когда мы направились обратно в центр города. Несколько человек испуганно смотрели в нашу сторону, стараясь держаться подальше. Другие делали вид, что ничего не замечают, отодвигая тележки с едой с нашего пути. Владелец одной из лавок проводил меня настороженным взглядом. Вся деревня, вероятно, думала, что я сумасшедшая, и, возможно, так оно и было. Но я его видела. Клянусь, что видела.

– Это уже случалось? – спросил Реджи. – Ты видела или чувствовала его после того, что произошло на Рашириме?

– Нет. Может, только его тень, но ничего настолько ясного, как сейчас. – Я бросила на него взгляд. – Единственное, что я еще видела, – человека с оранжевыми глазами, но только во сне.

– Почему ты не говорила о том, что видишь кого-то во сне?

– Потому что нас должны беспокоить более важные вещи, и я списала все это на стресс.

Реджи остановился передо мной, Миска встала рядом с ним, наблюдая за нами. Судьба скрестил руки на груди, плащ развевался на ветру.

– Именно поэтому ты должна была об этом рассказать. Миры открыты, а значит, и Потусторонний мир тоже. У Нисмеры есть могущественные союзники, которые могут почувствовать твою силу и следить за тобой через сны.

– И что, хочешь сказать, они меня преследуют? Во сне и в реальности, за каждым углом?

– Возможно. – Он почесал затылок. – Я не уверен.

Громкие крики прервали наш разговор. Мое сердце бешено забилось. Я была права. Каден был здесь, и он привел с собой легион. Я схватила кинжал, прицепленный к моему бедру, и выставила его вперед. В другой руке загорелся огненный шар – я приготовилась к бою. Люди в панике метались по улице, а Реджи схватил Миску, прижимая ее к себе.

– Небо. – Миска указала наверх.

Мы с Реджи подняли головы – даже облака, казалось, затрепетали от ужаса. Нет, не затрепетали – они разверзлись, и прямо из них вырвался огромный зверь. Его широкие светлые крылья рассекали облака, и направлялся он прямо к нам. Спустя пару секунд зверь сложил крылья и стрелой устремился к земле. К тому моменту все люди разбежались – улица была совершенно пуста.

Существо приземлилось, выставив вперед когтистые лапы. Перья покрывали его голову и грудь, клюв сверкал на солнце. За его спиной виднелся длинный хвост с кисточкой на конце, а огромные задние лапы скрывали громадные когти, способные в мгновение ока разорвать жертву на куски.

Огромный клюв открылся, и зверь издал крик – от этого звука треснули стекла и задрожали стены. Он зарычал на меня со смертоносной грацией хищника, его горячее дыхание сдуло волосы с моего лица.

– Твой кинжал, – крикнул Реджи, стоявший чуть поодаль. – Опусти его.

Я послушалась – кинжал лязгнул об землю, когда мои руки поднялись. Пламя в ладони погасло, и огромный клюв закрылся.

– Ты пахнешь королем Раширима.

Голос существа напоминал замысловатую мелодию.

Мое сердце затрепетало – до меня дошел смысл ее слов.

– Самкиэль. – Я покачала головой. – Подожди, но почему я тебя понимаю?

Глаза цвета теплого золота сузились до щелочек и уставились на меня.

– В тебе течет кровь Ро'Викиина. Все звери говорят на языке Зверей.

– Ро'Викиин? Каден?

Большая голова наклонилась, два пера на макушке поднялись, словно уши.

– Я не знаю этого имени.

Я покачала головой.

– Ладно, тогда двигаемся дальше. Ты знаешь Самкиэля? Ты знаешь, где он?

Клюв существа прижался к моему подбородку. Я не отступила, но отвернула голову. Птица сделала один большой вдох, и мне пришлось сдержаться, чтобы не вздрогнуть.

– Переплетены, но я не вижу Знака Дисин. – Голова зверя снова приблизилась ко мне, острый клюв завис над моей грудью. – Странно.

Мне было все равно, что он говорит. Существо знало, где Самкиэль. Это было все, что мне нужно.

– Где он?

Существо наклонило голову, золотые перья на его груди распушились.

– Ты не можешь командовать мной, зверь.

– Зверь? – усмехнулась я. – Ты давно смотрелась в зеркало? А теперь скажи мне, где король Раширима?

Гигантская птица меня проигнорировала, решив вместо этого распустить перья.

– Я знаю кровь, которая течет в твоих жилах. Ее невозможно не узнать. Иг'Моррутен. – В устах птицы это прозвучало как проклятье. – Мои глаза с тобой не работают, поэтому я спрошу – что для тебя значит король Раширима?

– Всё.

Я не колебалась ни секунды. У меня не было времени, чтобы думать над ответом, и я не отрицала этого, как прежде. Я больше не буду бежать от своих чувств и заставлять мир страдать из-за своей нерешительности. Я потеряла его, потому что не смогла вовремя признаться, потому что слишком боялась сказать ему правду. И я не готова потерять его снова.

– Он для меня всё.

Если бы птица-зверь могла улыбаться, то, даю слово, она бы это сделала. Ее взгляд метнулся к Реджи, и он кивнул. Интересно, как много он знает об этом существе.

– Такое не часто увидишь. – Она снова наклонила голову. – Кажется, сердце короля Раширима бьется для тебя так же, как твое – для него. Я слышу это даже сейчас.

Я хотела спросить, что она имеет в виду и где мой Самкиэль, но птица подняла свое огромное крыло. Я пригнулась, чтобы избежать удара. Царственная и величественная – именно такой она была. Я стояла в изумлении, пока не увидела серебряную цепочку и кулон, завернутые в кусок потертой бумаги.

Потянувшись, я дрожащими руками вытащила сверток из мягких и удивительно теплых перьев. Живот сжался от страха, грудь сдавило в тиски. Мой разум, мое сердце и все мое существо дрожали, вспоминая о прошлом полученном мной письме. Если это окажется прощальная записка, я обращу города в пепел, а реки – в пар. Сжав в руке ожерелье, которое я ему подарила, я развернула записку.

Моя акрай,

Я не знаю, как быстро летает торук. Прошло много времени, но я надеюсь, что это письмо дойдет до тебя как можно быстрее. Я в порядке. Я жив. Пожалуйста, подави гнев и ярость, которые бурлят в тебе из-за предательства. Боюсь, сейчас нам нужно беспокоиться о более важных вещах. Нефритовый город поставлял яды для Нисмеры, и, судя по всему, уже давно. Кроме того, я полагаю, что они использовали яд и на мне, – именно поэтому мое исцеление затянулось. Нас переводят во Фладжеран. Это крепость, похожая на тюрьмы вашего мира. Роккаррем знает. Пусть он покажет тебе путь, но, пожалуйста, постарайся вести себя тихо. Мне нужно выяснить, что именно там содержится. Я объясню подробнее при встрече. Вероятно, ты скажешь, что я снова геройствую, но если я не смогу помочь тем, кто в этом нуждается, то спасение миров кажется мне бессмысленным. Пожалуйста, будь осторожна и постарайся не злоупотреблять огнем, пока не вернешься ко мне.

Я…

Здесь он зачеркнул несколько предложений, оставив только подпись.

Будь осторожна. Всегда твой, Самкиэль

Сдавленный звук сорвался с моих губ, и я поднесла записку к груди. Тяжесть, которую я тащила за собой последние десять дней, исчезла. Я схватилась за серебряную цепочку, на конце которой болталась подвеска. Застегнув его ожерелье на своей шее, я повернулась к Реджи:

– Я знаю, где он, и мне нужно, чтобы ты объяснил мне, как туда добраться.

– Конечно, – сказал Реджи.

Затем я повернулась к своему новому другу-птице.

– Мне нужна твоя помощь.

Она высокомерно усмехнулась, вытянув шею.

– Я тебе не подчиняюсь.

– Я об этом и не прошу. Эти люди для него очень важны. Мне нужно, чтобы ты отвела их в безопасное место, пока я не вернусь к вам с Самкиэлем.

Птица посмотрела на меня так, будто у меня выросло три головы.

– Ты пойдешь и спасешь короля Раширима?

Я уперла руки в бока.

– Ради него я готова сровнять с землей целую вселенную, но он попросил меня быть потише, так что я просто займусь его спасением.

– В этих мирах не осталось доброты. Король Раширима добр. Если ты искренна в том, что говоришь, то я помогу. Мое единственное желание – чтобы ты защитила миры, защитила его.

Реджи шагнул вперед, Миска дрожала рядом с ним, испуганно глядя в сторону птицы. Я передала ему записку. Он прочитал ее, кивнул и положил в карман.

– Я знаю, где находится этот мир и как туда добраться, но ты должна дождаться ночи.

– Хорошо. Я дам тебе знать, когда найду его и буду уверена, что мы в безопасности.

Реджи кивнул. Птица опустила крыло и присела. Я до конца не осознавала ее размеры, пока Реджи не помог Миске забраться к ней на спину и не запрыгнул вслед. Миска полезла в свою сумку, вытаскивая мешочек с угощениями, который она приберегла.

– Вот, передай, когда ты его найдешь.

– Спасибо.

Я улыбнулась Миске, прежде чем повернуться и встретиться взглядом с птицей, убедившись, что она увидела ярко-алое сияние моих глаз.

– Позаботься о них. Уведи их в безопасное место, или я зажарю и подам тебя на ужин.

Существо недовольно щелкнуло клювом, прежде чем издать пронзительный визг, – казалось, меня послали на незнакомом мне языке. Широко расправив крылья, птица поднялась в небо одним резким рывком. Раздался оглушительный грохот, словно само небо раскололось на части, а затем они исчезли из виду.