– Она красавица, спору нет.

Минотавр фыркнул мне в лицо. От жара захотелось зажмуриться, но я не могла. Мне оставалось лишь беззвучно кричать. Я пыталась издавать звуки, пыталась двигаться, но больше себя не контролировала. Мое собственное тело подчинялось чужим приказам. Я была заперта в своей голове, наблюдая за всем будто из зала кинотеатра. Мой разум был заполнен звуками моих же рыданий, но тело молчало. Я скучала по своим друзьям и по своему дому. Я скучала по прошлому.

– Именно, а кроме того, она – идеальное оружие. Самкиэль действительно отлично подготовил всех членов Руки. Во время последнего рейда ей потребовалось меньше часа. Мои солдаты не могли за ней угнаться.

Нивен, генерал орков, которому Нисмера меня продала, смеялся, глотая какую-то омерзительную жижу, от которой его острые зубы становились черными.

Мое сердце ныло. Каждый раз, когда они произносили его имя и смеялись над его смертью, я не могла сдержать слез. Я плакала, потому что не смогла ему помочь. Его смерть меня уничтожила. Я ненавидела себя за то, что не была достаточно сильной, чтобы освободиться, чтобы хотя бы попытаться спасти его и свою семью даже ценой жизни. Я желала настоящей смерти воина, и если бы я отказалась от своего света ради них, то погибла бы с честью.

– Кстати, – минотавр повернулся. – В чем еще она хороша?

Нивен рассмеялся еще громче.

– Если честно, я ее не пробовал.

Он выплюнул черную жижу на пол, и меня затошнило. Раньше он никогда не приводил меня сюда – обычно я оставалась с другой частью своего легиона. Они не раз зубоскалили и обсуждали меня, но никогда – так.

– Могу подтвердить, что и в этом она хороша.

Я узнала этот голос, и мой живот сжался. Джерайя, одетый в королевские одежды Ордена, и несколько солдат вошли в комнату. Изумрудно-зеленая ткань и золотые кисточки на его мундире напомнили мне наряд принца в одном из тех фильмов, которые я, Дианна и Неверра смотрели во время пижамной вечеринки. Это был любимый фильм Габби, и Дианна хотела показать его нам. Я так скучала по подругам, но боялась, что больше никогда их не увижу.

– Разве не для этого мы здесь? – сказал минотавр, и у меня похолодели руки.

Нивен солгал Нисмере. Он взял меня не для дополнительного обучения. Они платили деньги за время со мной, и Джерайя был этому только рад. Дверь в комнату закрылась, один из солдат запер ее на замок. Я отчаянно пыталась заставить руки двигаться – хотя бы пальцы ног, что угодно. Если бы у меня появилась хоть капля контроля, я бы разрубила их на куски. Джерайя направился в мою сторону, пряча деньги в карман сумки. Положив ее на маленький столик, он подошел вплотную ко мне. Его дыхание щекотало мне ресницы, когда он провел рукой по моему лицу.

– У вас всего час. – Он пристально посмотрел мне в глаза, проведя большим пальцем по моей нижней губе. – Не оставляйте на ней никаких следов, иначе Нисмера подумает, что она дефектная, и убьет ее.

Кто-то хмыкнул в ответ, и запах похоти наполнил воздух. Губы Джерайи изогнулись в болезненной, кривой улыбке. Мысленно я закрыла глаза и отвернулась. Я больше не чувствовала своего тела – теперь оно было моей ловушкой. Я могу притвориться, что ничего не вижу. Я могу сосредоточиться, заглушая звуки, но как только я освобожусь, тогда…

– Я не понимаю, – сказал минотавр, и все посмотрели на него.

Солдат фыркнул.

– Мы собираемся ее отыметь, чувак. Разве твоя раса не делает этого?

Другой солдат рассмеялся, и голова минотавра слегка наклонилась.

– О. – Он пожал плечами. – Ладно, я просто хотел убедиться, что все правильно понял.

Внезапно солдат, который ему ответил, закричал – его тело напряглось, и спустя мгновение кровь хлынула из его глаз, носа и рта. Он булькал и задыхался, разбрызгивая кровь во все стороны. Наконец, он упал на пол – кровь сочилась из всех отверстий на его теле, будто все его кровеносные сосуды лопнули одновременно. Все в комнате замерли, в ужасе глядя на минотавра. Его манера поведения резко изменилась – он стоял, вытянув руку в сторону мертвого солдата.

– Я ждал, когда ты облажаешься. И ты, наконец, меня порадовал, – сказал минотавр, только его голос уже был другим.

Он сделал шаг вперед, Джерайя отступил. Я знала этот голос, помнила его, будто он следовал за мной повсюду.

Исайя.

Джерайя поднял руки, выпучив от ужаса глаза. Чернильный дым окутал минотавра, и спустя мгновение на его месте стоял Исайя в доспехах из драконьей чешуи.

– Мы просто… Ну…

Исайя наклонил голову.

– Продолжай. Расскажи мне, что ты хотел сделать, и почему вы все находитесь вдали от своих постов рядом с этой элитной воительницей? Не нашли другого способа развлечься?

– Что ты сделал с Клуверном? – почти прокричал Нивен.

Улыбка, появившаяся на лице Исайи, напугала меня гораздо больше, чем то, что эти солдаты собирались со мной сделать.

– О, с ним? – усмехнулся Исайя. – Вот это.

В одно мгновение он оказался на другом конце комнаты, его клыки вонзились в горло орка-генерала. Он жадно пил кровь, прежде чем уронить на пол бездыханное пустое тело, словно это был просто мусор. Остальные солдаты в панике пытались сбежать из комнаты. Исайя схватил один из валявшихся на полу длинных мечей и бросил его в дверь. Лезвие пронзило дерево, лишив бегущих солдат возможности выйти. Комната наполнилась дикими криками. Я не могла повернуть голову, чтобы рассмотреть происходящее, – я видела лишь летающие по комнате конечности и пятна крови на стене, полу и потолке. Раздался омерзительный хруст, и я могла только догадываться, что могло издавать этот влажный, невыносимый звук.

Джерайя умолял о пощаде, и мое сердце бешено забилось.

– Это не то, что ты…

Исайя зарычал, низко и дико.

– Давай, солги перед смертью. Думаешь, после этого старые боги тебя примут?

Послышался сдавленный всхлип, словно Джерайя задыхался.

– Почему тебя это так волнует?

– Мне не нравится, когда трогают то, что принадлежит мне.

Принадлежит ему? У меня закружилась голова, страх парализовал мое и без того неподвижное тело. Крик Джерайи затих, и хуже всего было то, что я не видела, что произошло. Стало ужасно тихо, а затем я услышала хлюпанье сапог, шагающих по лужам крови.

Исайя остановился передо мной, но я видела только его нагрудную пластину. Прохладные пальцы коснулись моего подбородка, приподняв его так, чтобы я могла посмотреть в его бешеные темно-красные глаза. Они были так похожи на глаза Дианны и в то же время так сильно от них отличались. Его лицо было измазано кровью, и хотя это должно было вызвать у меня тошноту, алые брызги только подчеркивали его сильный точеный подбородок и темные брови, делая его взгляд еще более потусторонним.

Он был так похож на своих братьев. Тот же нос, те же пронзительные глаза и прежде всего та же красота. Эмоции захлестнули меня тяжелой волной, и мое сердце замерло впервые с тех пор, как я потеряла контроль над телом. Он нежно откинул волосы с моего лица. Мне хотелось смеяться. Он был таким противоречивым, в мгновение ока переходя от чистой жестокости к почти трогательной нежности. Минуту назад он превратил стражников и Джерайю в груду бездыханных тел, а теперь касался меня так, будто я была сделана из стекла.

– Что в тебе такого, что так меня очаровало? – спросил он пустую оболочку, в которую я превратилась.

Он молча смотрел на меня несколько секунд, прежде чем покачать головой.

– Нам нужно тебя помыть.

Он повернулся и выдернул длинный меч из двери. Отбросив его в сторону, он посмотрел на меня, и с его губ сорвалось то проклятое слово, которое было ключом к моему телу. Мысленно я кричала, боролась и сопротивлялась, но моя внешняя оболочка послушно последовала за ним прочь из залитой кровью комнаты.

– Ты что, с ума сошел? – выпалил Каден, пока Исайя смывал с себя следы побоища.

В центре просторной ванной комнаты Исайи располагался душ, стены которого были выполнены из стекла – казалось, оно никогда не запотевало, давая мне во всех подробностях рассмотреть то, чем его благословила природа. Я злилась, что не могу двигаться, злилась, что не могу отвернуться, но больше всего злилась из-за того, что такое идеальное тело было потрачено на такую ужасную душу.

– О чем ты? – невозмутимо спросил Исайя, выходя из душевой и обвязывая полотенце вокруг талии.

Он направился в комнату, вода стекала с его волос, оставляя крупные капли на мускулистых плечах. Он провел рукой по лицу, подходя к своему комоду.

Каден появился в поле зрения и указал на меня.

– О ней! Она не домашнее животное.

– Я и не собирался делать ее питомцем.

– Ты убил члена легиона.

Исайя поднял пальцы.

– Двоих.

Каден зарычал и ринулся к своему брату. Мое тело дернулось, как будто я хотела броситься на защиту Исайи. Постойте, нет. Это невозможно. Я не могла двигаться самостоятельно уже несколько недель. Нет, не может быть. Прошли месяцы. Месяцы, верно?

– Мера оторвет тебе голову.

Исайя сбросил полотенце и натянул пару домашних брюк, прежде чем похлопать Кадена по плечу.

– Нет, не оторвет. Двое других в их отряде получили повышение – я соблюдаю баланс. Если кто-то что-то скажет, мы просто сделаем вид, что они храбро погибли в бою.

Каден нахмурился.

– И она ничего не заподозрит?

– Абсолютно ничего. – Исайя рассмеялся. – О, брат, поверь мне. Ее солдаты приходят и уходят. Она к этому привыкла. Остальное – уловка, чтобы оставшиеся не чувствовали себя бездушным пушечным мясом. Но мы-то знаем, что это именно так. Они просто неизбежные жертвы войны и все такое.

Каден, казалось, расслабился.

– Пока ты не влип, мне все равно.

– Я в порядке. Имоджен теперь будет в моем легионе.

Исайя направился в дальний угол своей комнаты, и Каден последовал за ним – их голоса затихали по мере того, как они удалялись.

Исайя убил их из-за меня, а теперь я застряла в его огромной спальне. Что, если меня спасли от одних монстров, чтобы скормить другому, еще более жестокому? Дверь закрылась, и я услышала топот босых ног, а затем женский голос. О боги. Исайя снова появился в поле моего зрения, и я проследила за ним через пустые окна своих глаз.

– Куда умчался Каден? – спросила женщина.

Ее походка была кокетливо-соблазнительной, а позади развевался длинный лиловый хвост.

– Наверное, спешит к ведьме, Верука.

Она хихикнула.

– А что тут делает наша элитная гостья? Хочешь попробовать что-то новенькое?

Исайя усмехнулся, останавливаясь передо мной.

– Нет, я позвал тебя не поэтому. Ее нужно привести в порядок и подготовить для нее новый комплект боевой одежды. Желательно черный, как у меня. Теперь она в моем отряде.

Верука остановилась рядом с Исайей, положив руку на его голое плечо. По заостренным ушам, лиловой коже, хвосту и клыкам я поняла, что она эльфийка.

– Красивая. Значит, это твоя новая игрушка? Поэтому ты меня избегаешь?

Он бросил на нее безразличный взгляд.

– Ревность тебе не к лицу.

– Тогда обрати на меня внимание, – почти промурлыкала она.

Мне хотелось быть где угодно, только не в этой комнате.

– И мольбы тоже. – Он оттолкнул ее руку. – Разберись с ней.

Шаги Исайи исчезли в другой комнате, оставив меня наедине с Верукой. Ее глаза встретились с моими, прежде чем она произнесла проклятое слово, и мое тело сдвинулось с места.