Я вздохнула, стараясь не обращать внимания на растущую головную боль. Осколки медальона никак не хотели собираться воедино, как бы я ни старалась. Полусонная Хильма лениво за мной наблюдала. Зевнув, она подперла щеку рукой, каштановые волосы ниспадали на ее плечи.

Она была на несколько лет моложе меня, но по какой-то причине Нисмера назначила ее следить за моей работой. Я все еще не понимала, почему первым делом Нисмера потребовала от меня восстановить миллионы осколков этого чертова медальона, но у меня не было никакого права на возражения. Даже если чутье подсказывало, насколько это неправильно, а магия умоляла меня остановиться.

– Ну, по крайней мере, ты соединила несколько частей, – сказала она, лениво мне улыбаясь.

– Не говори под руку, – буркнула я.

Для Хильмы это были всего лишь осколки, но я знала, что в них кроется нечто большее. Этим кулоном я занималась с тех пор, как попала сюда. Когда мне впервые приказали за него взяться, я твердо ответила «нет», после чего охранник вывернул мне запястье, а Нисмера наблюдала, как оно ломается. Тогда я в первый раз осознала степень своего одиночества. Никому не было до меня дела, даже Винсенту. Он просто стоял рядом, но… Позже, когда я вышла из ванной, то нашла в своей комнате пакет со льдом. Он так и не признался, но я знала, что Каден никогда бы этого не сделал. Вздохнув, я положила руки на стол. Прошло несколько месяцев с тех пор, как я оказалась здесь, и мне все еще предстоял долгий путь.

Хильма пожала плечами, пытаясь сложить два фрагмента вместе, как кусочки пазла. Я подняла голову – Тесса и Тара смеялись, убирая последствия неудавшегося заклинания, которое им поручили. Всякий раз, когда я их видела, во мне росла зависть. Тесса ни на шаг не отходила от Тары.

Их отправили в эту мастерскую некоторое время назад. Думаю, Нисмера послала своих сильнейших ведьм, чтобы присматривать за мной или помогать мне с кулоном. Вероятно, и то и другое.

Я вздохнула. Все это мало меня заботило. Я понятия не имела, что случится со мной, когда я починю этот медальон. Сделает ли Нисмера меня своим личным оружием? Проведу ли я здесь целую вечность? Или, что еще хуже, она узнает о моем шпионаже и убьет меня? Я провела рукой по лицу. Было поздно, и у меня не было сил об этом думать. Я подыграю, потяну время, разбираясь с этим проклятым кулоном, и постараюсь найти выход.

– На сегодня с меня хватит, – сказала я, и все головы повернулись ко мне.

Тесса и Тара взвизгнули, радуясь возможности уйти. Хильма вздрогнула, едва не выронив осколки, с которыми она возилась.

– Уже? – спросила она.

Я кивнула.

– Да. Я устала.

В этом была доля правды.

– Тебе, наверное, стоит беречь силы и поменьше общаться с Высшей Стражей, – подмигнула Хильма.

– Что? – пробормотала я.

На секунду она растерялась, стражники у двери хихикнули.

– Каден?

Я выдохнула. Точно. Та глупая уловка, о которой мы договорились, пока выясняли, для чего Нисмере нужна их кровь. Пока мы так ничего и не узнали. Даже вторая вылазка в ту комнату оказалась бесполезной – тела исчезли, и помещение выглядело безупречно. Было трудно поверить, что Кадену не все равно. Я видела лишь слабые просветы искренних эмоций, когда он был со своими братьями и сестрами. Он был злом. Мне приходилось напоминать себе, что он не на моей стороне. На моей стороне вообще никого не было.

– Да, – сказала я и встала, отодвигая стул от стола. – Я пойду.

Хильма улыбнулась, собрала осколки медальона и направилась к выходу. Я поплелась за ней, стражники, как обычно, сопроводили меня в комнату. Я заставила себя не смотреть на дверь Винсента и в миллионный раз задалась вопросом, почему он меня избегает. Вероятно, он занят Нисмерой. Я зашла внутрь своих покоев, закрыла за собой дверь и рухнула на кровать. Обхватив руками подушку, я позволила своим глазам закрыться.

Мои туфли бесшумно ступали по каменным ступеням – я старалась не упасть, придерживаясь рукой за стену. Чем ближе я подходила, тем громче становились голоса. Наконец, оказавшись перед огромной комнатой, я ахнула. Там, в самом центре, располагался темный бассейн. Поверхность воды рябила, будто внутри плавали большие черные угри. Несколько фигур в капюшонах окружили водоем. Они подняли руки, и ярко-зеленая магия заискрилась на их ладонях – спустя несколько мгновений она соединилась в единый поток, образуя над головами магов светящийся круг.

Тишину прорезал леденящий душу крик. Две фигуры потащили еще одно безликое, бесформенное существо к центру зала. Я прищурилась, чтобы лучше видеть, как вдруг один из магов поднял руку над бассейном, и комната содрогнулась.

Я схватилась руками за стену, пытаясь удержаться на ногах. Рябь в бассейне утихла, но затем его центр закипел. Сначала всего несколько маленьких пузырей, а затем сотни и тысячи. Из середины темных вод поднялась фигура, и мое сердце было готово выскочить из груди. Я сделала шаг вперед, чтобы разглядеть получше. Вдруг чья-то рука опустилась мне на плечо. Я развернулась, крик замер в горле. Худая фигура уставилась на меня четырьмя белыми мутными глазами.

Она указала мне за спину и прошептала:

– Из одного восстанут все.

Я подскочила на кровати, вся мокрая от пота, волосы прилипли к лицу. На этот раз я закричала по-настоящему, заметив, что из угла на меня смотрит чья-то тень. Магия вспыхнула в моей руке, осветив комнату изумрудно-зеленым светом. Единственным, что я увидела, был комод с одеждой, наполовину вытащенной из ящика. Я затушила зеленый огонек и посмеялась сама над собой, прежде чем потереть сонные глаза. Никого не было. Я сжала простыню, пытаясь отдышаться. Это лишь сон.

– Просто сон. Не знамение, – повторила я себе, хотя и знала, что ошибаюсь. – Просто странный сон, а не призрак в моей комнате. Просто недосып.

Когда я снова улеглась в кровать, то повторяла эти слова, как мантру.

Несколько минут, и уже из коридора раздался чей-то стон. Это был определенно не призрак. Я подумала, что ослышалась, но затем стон повторился. Меня передернуло от отвращения. Если мне снова придется слушать Нисмеру и Винсента, клянусь, я отрежу собственные уши. Я подняла руку, чтобы произнести заклинание шумоподавления, когда из-за стены раздался еще один стон, но на этот раз за ним последовало шипение. Это напоминало звук боли, а не удовольствия.

Я вскочила на ноги быстрее, чем осознала, что делаю, и спустя мгновение оказалась у двери. Схватив свое ожерелье, я произнесла короткое заклинание и выскользнула наружу, бросив быстрый взгляд на пустую спальню. Если у моей двери нет охранников, то Винсент определенно вернулся. Отлично. Я поспешила через коридор и буквально ворвалась в его покои.

Я едва успела осознать происходящее, как обнаженный Винсент толкнул меня к стене. Даже несмотря на прижатое к моему горлу холодное лезвие, я успела окинуть его быстрым взглядом. О нет. Это был не просто раздетый Винсент, а очень-очень раздетый и безусловно одаренный природой Винсент.

– Ты голый, – прошептала я, крепко зажмурившись. – О боги, мне жаль.

– Это моя комната. Я могу ходить голым, – резко ответил он, явно взволнованный.

Половина его тела была прижата ко мне, и я не осмелилась снова посмотреть вниз, чтобы увидеть то, чем он меня касался.

Перестань думать о голом Винсенте, ты, изголодавшаяся идиотка!

Я покачала головой.

– Как ты смог увидеть меня через маскирующее заклинание?

– Проведи столетия рядом с богиней, сотворившей ведьм, и ты кое-чему научишься. Например, тому, что определенные заклинания имеют запах.

– Есть ли причина, по которой ты все еще голый и все еще меня обнимаешь? – спросила я.

– Есть ли причина, по которой ты ворвалась в мою комнату за полночь?

Я сглотнула.

– Справедливо. Ты можешь убрать нож от моего горла?

– Убери заклинание.

Я прошептала нужные слова себе под нос и снова стала видимой. Винсент тут же отступил. Он повернулся, давая мне возможность рассмотреть его безупречный мускулистый зад, но мое внимание привлекли зигзагообразные шрамы, покрывающие его спину. Длинные темные локоны частично их закрывали. Не потому ли он всегда ходил с длинными волосами? Что, если эти шелковистые пряди были вуалью, призванной скрыть от других то, чем он не хотел делиться?

– Я услышала стон.

– И твоей первой мыслью было ворваться сюда? Я мог быть с кем-то, – сказал он, натягивая штаны.

– Нисмера никогда не позволит другим тебя тронуть. Я видела, как она с тобой обращается. Все это знают. К тому же я могу отличить звуки удовольствия от звуков боли.

Он слегка приподнял брови, и до меня дошло, что я сказала.

– Я имею в виду, что вы, ребята, довольно громкие. – Я махнула рукой. – Ладно, забудь.

Он скрестил руки на груди. От этого движения его бицепсы напряглись, и вопреки здравому смыслу мой рот наполнился слюной.

– Чего ты хочешь, Камилла?

Его слова отвлекли меня от неуместных мыслей.

– Я не знаю. Наверное, я просто хотела убедиться, что с тобой все в порядке.

Это была правда, и его взгляд, казалось, смягчился.

– И, может, поговорить с кем-то, кого я действительно знаю. Я не видела тебя несколько дней.

Горький смешок сорвался с его губ.

– Я удивлен, что ты это заметила. Думал, ты слишком занята Каденом.

От этих слов мои щеки покраснели – не только от смущения, но и от злости. О великие боги, я ненавидела эту чертову легенду.

– Ничего подобного. – Взгляд Винсента скользнул по мне, и я покраснела еще сильнее.

– Если честно, мне плевать на то, с кем развлекается Каден.

– А ведешь себя так, будто тебя это волнует.

– Это не так.

Я фыркнула.

– Тогда почему ты меня избегаешь?

– Забавный вопрос, Камилла. Мой мир не вращается вокруг тебя.

На этот раз во мне закипела чистая ярость. Я шагнула вперед и почувствовала, как волосы у меня на затылке встали дыбом.

– Чертовски похоже на то. Ты притащил меня сюда, ты бросил меня в чертов портал, и теперь твоя сумасшедшая подружка сделала тебя моим личным охранником. Единственное время, когда я могу выйти на улицу и поесть что-то, кроме холодного супа, это когда ты со мной. Каждый чертов день, когда тебя нет, я ем, сплю и работаю в своих четырех стенах. Другим охранникам наплевать. Так что да, твой мир вращается вокруг меня. Я этого заслуживаю.

Услышав мои слова, Винсент нахмурился и опустил глаза. Явный признак того, что все сказанное беспокоило его больше, чем он показывал.

– Ладно.

– Ладно, – фыркнула я.

Он отвернулся, чтобы сесть на кровать, и я заметила длинные красные полосы на его боку. На коже еще виднелась засохшая кровь – кажется, он пытался ее очистить, но не смог. Вот почему он стонал.

– Что случилось? – спросила я, указывая на раны.

– Миссия. Довольна?

– Обработка ран – явно не твой конек. – Я кивнула в сторону стола, заваленного ватой, бинтами и бутылками с какой-то странной жидкостью.

– Почему ты не исцелился, как обычно?

– Небесное исцеление, хоть и быстрее обычного, но все равно требует времени. Честно говоря, мой бок был полностью растерзан. То, что ты видишь, – лишь остатки. Так что… – Он махнул рукой, слегка поморщившись. – Я доволен результатом.

– Растерзан? – практически пискнула я. – Кем?

– Теми, кто не согласен с властью Нисмеры. Теми, кто не хочет преклонить голову.

– О.

Винсент застонал, потянувшись за еще одним медицинским тампоном.

– Возвращайся к себе, Камилла. Мне не нужна жалость – ни от тебя, ни от кого-либо еще.

– Я пришла сюда не за жалостью. Мне просто был нужен друг. Там, на Рашириме, мы разговаривали, и я скучаю по этому. Мне больше не с кем поговорить.

И это было правдой.

Он взглянул на меня – в его глазах не было ничего, кроме холодной, твердой стали.

– Мы не на осколках Раширима, и я тебе не друг, Камилла. Я никому не друг. Сделай себе одолжение и найди другого.

Мне было больно на него смотреть, но в глубине души я знала, что он прав. Мы не были друзьями, потому что я ему не доверяла. В нем не было жалости, и он предал всю свою семью ради Нисмеры. Он передаст Нисмере все, что я ему скажу. Он предан ей, только ей. Все остальные были на втором месте.

Я хотела рассказать ему о своих кошмарах, поговорить, как мы говорили на руинах Раширима. Это казалось глупостью, но что-то подсказывало мне – во всей этой ситуации есть второе дно. Не важно, что он говорил или делал, но я знала, есть что-то еще. Я хотела выяснить, сломать эту чертову стену, но он был прав. Это бесполезно. В конце концов я сделаю только хуже. Он не был моим другом. Никогда не был. Я просто себя обманывала.

У меня никого не было, и я сама в этом виновата.

– Ты прав. – Я выдавила холодную улыбку и повернулась, чтобы выйти из комнаты. – Извини, что побеспокоила.

Я могла поклясться, что слышала, как скрипнула его кровать. Я могла поклясться, что почувствовала, как его рука потянулась ко мне, но он меня не остановил.

Я остановилась у двери.

– Глаз Левира отлично подходит для лечения глубоких ран. Я не уверена, что здесь есть это животное, но должно хватить и сухого. Спроси у целителя.

Я закрыла за собой дверь и могу поклясться, что слышала, как Винсент прошептал «спасибо».