Политическая стачка стала в России с самого начала XX века одним из главнейших орудий политического пробуждения и мобилизации широких рабочих масс. Можно сказать, что вся история рабочего движения в России отразилась в истории политической стачки. Для десятилетия 1895 —1904 гг. официальная (министерства торговли и промышленности) статистика стачек совершенно не выделяет из общей массы последних политических стачек. Она довольствуется рубрикой – случайные, профессиональные, по симпатии, вынужденные – и насчитывает таковых за все десятилетие в сумме всего 178 стачек с 34 703 участниками.

1905 г. приносит политическую стачку как массовое явление, уже не сходящее с арены русской жизни, хотя иногда – в годы особого разгула реакции – и дающее очень низкую цифру.

Следующая таблица наглядно рисует развитие политической (только политический) стачки. Надо принять лишь во внимание, что нижеследующие данные касаются лишь стачек в заведениях, подчиненных фабричной инспекции, и потому очень значительно отстают от действительных размеров стачечной волны.

В этих цифрах очень красноречиво отразилась вся история освободительного движения в России. Они рисуют громадную роль политической стачки рабочих во всем народном движении в России XX века. Для того, однако, чтобы определить точнее эту роль и понять самый механизм развития политической стачки, надо обратиться к более подробному разбору цифр.

Прежде всего, интересна роль, которую занимает политическая стачка в общем ходе рабочего движения. Это нетрудно выяснить из следующей таблицы, дающей процентное отношение числа политических стачечников к общему количеству стачечников данного года.

Эта таблица показывает, что в продолжение четырех первых лет рассматриваемой эпохи число политических «забастовщиков» составляло неуклонно более половины всего числа стачечников. Затем число политических стачечников сразу падает очень низко и держится на этом низком уровне в течение 3 лет. Из этого должно сделать один, и очень важный вывод. При всяком подъеме рабочей массы политические интересы выступают на первый план, не только не отставая, но даже обгоняя экономическую борьбу.

Эта крепчайшая связь между политической стачкой и всяким подъемом движения среди пролетариата России выступит еще яснее, если рассмотреть таблицу, рисующую сравнительные кривые падения всего забастовочного движения в целом и экономической и политической стачек в отдельности.

Сравнительно с предшествовавшим годом падение и возрастание стачечной волны рисуется в процентах в следующем виде:

Из этой таблицы явствует, что в эпоху падения движения политическая стачка падает быстрее и, так сказать, глубже всего забастовочного движения и в своем падении далеко обгоняет стачку экономическую. Сравнительно с 1905 г. движение экономическое к 1906 г. упало на 57%, а политическое на 65%. Сравнительно с 1907 г. (исключительный год, когда политическая стачка сделала последнее свое усилие) экономическое движение к 1908 г. упало на 58,5%, а политическое на 83%.

Уже 1909 г. знаменует начало перелома: показатель падения всего движения в целом и экономической стачки в частности уменьшается. Экономическая стачка падает лишь на 44%. Но падение политической стачки продолжается и достигает своего крайнего пункта: сравнительно с предшествовавшим годом она падает на 91%.

1910 г. есть момент уже ясно обозначившегося перехода от падения к повышению движения, и вместе с приостановкой падения экономической борьбы сразу замечается поворот и в истории политической стачки: она начинает расти. 1911 г. приносит сравнительный подъем всего движения. Число экономических стачечников возрастает сравнительно с предшествовавшим годом на 109%, а число политических на 111,9%. И, наконец, в 1912 г. число политических стачечников сразу дает такой процент роста, который может напомнить во всей истории стачки лишь один момент – 1905 г. Политическая стачка падает глубже, при общем падении движения рабочего класса, но, при малейшем оживлении в среде последнего, она очень быстро поднимается, обгоняя даже подъем экономической борьбы. Вот характернейшая черта рабочего движения в России XX века. Эта черта сразу рисует нам особенную обстановку, в которой проходит рабочее движение в России.

Политическая стачка есть неотъемлемая черта современного рабочего движения в России.

Политические домогательства неотделимы от него и выступают с чрезвычайной яркостью в каждый момент подъема рабочего движения – вот о чем говорят нам приведенные цифры.

После этого можно только удивляться ограниченности тех либералов и либеральствующих, которые, как г. Северянин в «Русских ведомостях» или меньшевик Ежов в «Невском голосе», изо всех сил предостерегают рабочих против политических стачек. Рабочий класс руководствуется не либеральными советами, а всей той обстановкой, в которой ему приходится вести свою классовую борьбу. А эта обстановка явно говорит за то, что либеральные советы безжизненны и вредны.

Что бы ни говорили либералы, борьба рабочих идет по пути выдвигания политических домогательств и не может идти иначе.