Ошеломленный, Сева остановился и оглянулся. Позади него был ночной заснеженный переулок, ярко освещенный уличными излучателями. Он попытался сориентироваться. Он помнил, что шел по бульвару, что поскользнулся и упал. Но что было потом?..

Сева нажал кнопку в кармане спецкостюма и узнал время. Получалось, что полтора часа куда-то выскочили из его жизни, но он никак не мог вспомнить, где он был все это время и как в результате оказался в этом переулке. Никогда прежде Сева не испытывал провалов в памяти, он всегда был человеком трезвым и здравомыслящим и никогда не позволял себе выпускать ситуацию из-под контроля. Однако сейчас посреди пустого переулка в центре города его как будто парализовало, и, как ни силился, он не мог проникнуть вглубь этой странной пустоты, образовавшейся в его голове.

Постояв так в безмыслии еще немного, он снова посмотрел по сторонам, припоминая, что должен был купить себе кое-какие предметы первой и второй необходимости. Нажав пару кнопок в кармане спецкостюма, он включил в капюшоне приятную спокойную музыку и неровным шагом двинулся в сторону своего любимого потребительского центра под названием «Просто Филя».

Пройдя переулком, он свернул на широкую улицу. Свет многочисленных излучателей создавал приятную радужную атмосферу, и, несмотря на холодное время года, на улице было уютно и спокойно, все вокруг искрилось и играло в лучах этого искусственного света. Сева привычно шел своим излюбленным городским маршрутом, отрешившись от беспокойных мыслей и чувств, как будто в пузыре вакуума. Он блаженно поглядывал по сторонам и любовался. Им овладело сентиментальное чувство, пару раз он даже вздохнул, с удовольствием насыщая легкие морозным городским воздухом.

ПЦ «Просто Филя» находился в самом конце улицы. Около входа суетились рекламные роботы, извещавшие посетителей обо всех диковинных увеселениях и окончательных распродажах. К Севе, лишь только он подошел достаточно близко, подскочил плюгавый механический колобок и стал требовать пожертвований на содержание знаменитых роботов прошлого поколения. Здоровенный тираннозавр вручил ему пару чип-листовок: одну с проходом на бесплатный сеанс в экспериментальном виртуальном зале, другую – с девяностопроцентной скидкой на целый список новых информационных каналов. Сева машинально сунул их в карман спецкостюма и, отмахнувшись от дотошного супердятла, набивавшегося к нему в персональные гиды по ПЦ, прошел внутрь.

На первом и втором этажах «Просто Фили» располагались общедоступные ресурсы. Внизу, в самом центре зала общих развлечений, был устроен огромный виртуальный бокс-ринг, где каждый желающий мог получить виртуальный костюм боксера и подраться с кем угодно или же сделать ставку на любую схватку в тотализаторе. Вокруг было несколько ресторанов и баров и множество игровых и увеселительных комнат и аппаратов. На втором этаже находился зал потребления, где продавалось все, что можно купить за деньги.

Этажи ниже первого предназначались для посещения «средних» статусов, которые в основном и прибывали в ПЦ при помощи подземного перемещения, а верхние были, соответственно, для «верхних». Для «нижних» в этом ПЦ посещение не было предусмотрено, да им и не откуда было бы тут взяться, в самом центре города.

Сева некоторое время понаблюдал за рингом, но там орудовал автопилот, и никакого интересного действия не развивалось. Народу вокруг почти не было, если не считать нескольких подростков, забавлявшихся Звездными Войнами на недавно установленном самом современном симуляторе. Оглядевшись, он отправился на второй этаж, чтобы прежде всего решить вопрос с покупками.

Собственно, сегодня тут его интересовали две вещи. Во-первых, от своих коллег по работе он узнал, что в продаже, наконец, после долгих перебоев с поставками появился настоящий юго-восточный чай. Во-вторых, ему очень хотелось лично пощупать и понюхать последнего призера Клуба виртуальных генетиков – лианистое растение «Костис Мутантис», ветки которого были полностью съедобными и меняли вкус в зависимости от подкормки, которая вносилась в процессе вегетации. В каталоге говорилось, что одной из уникальных особенностей этой лианы является то, что в случае одновременного использования нескольких различных подкормок лиана демонстрирует в итоге не просто некое усредненное качество, но проявляет явное разделение слоев. Другими словами, если смотреть на срез ветки, которую поливали, скажем, тремя различными удобрениями, можно увидеть три ярко выраженных сектора, каждый из которых обладает своими специфическими запахо-вкусовыми свойствами.

Центр потребления редко посещают непосредственно. Обычно сюда заходят в виртуальных костюмах, а покупки отправляют потом домой через шлюз доставки. Несколько таких виртуанов как раз и околачивались сейчас тут и там около разных полок и стеллажей. Но Севин интерес сегодня состоял именно в том, чтобы лично продегустировать интересующие его ППНы, и поэтому он сразу же направился в отдел натурально-биологических продуктов, где должна была происходить продажа чая.

Лавка юго-восточных чаев располагалась в небольшом бамбуковом павильоне, расположенном в глубине потребительского центра. Внутрь лавки вел большой круглый проем в одной из стен, над которым висели традиционные фен‑шуйские колокольчики. Прямо за проемом, на расстоянии метра от входа, стояла чуть бо́льшая по размеру круглая витрина, так что снаружи было совершенно непонятно, что находится и происходит внутри. Сева для порядка порассматривал всякие диковинные штучки, выставленные в этой витрине, и, полный торжественных предвкушений, прошел внутрь, звякнув колокольчиком.

В лавке царил полумрак, только стены были слегка подсвечены несколькими бледно-желтыми излучателями. Сева остановился при входе и в нерешительности осмотрелся. Пол был приподнят и застелен циновками. Посреди лавки располагался низенький столик, вокруг которого стояло несколько непривычного вида скамеечек. Стены представляли собой целые лабиринты полочек, на которых были расставлены еще более изощренные штучки, чем в витрине. Тут были малюсенькие статуэточки, всякие чашечки и чайнички и всякие прочие непонятные, но удивительно привлекательные вещички.

Пока Сева в задумчивости разглядывал рисунки на большой фарфоровой вазе, стоявшей в одном из углов пространства, откуда-то появилась маленькая узкоглазая девушка в плотно облегающем шелковом платьице и, вежливо поклонившись, жестами предложила Севе присесть. Когда он расселся на одной из скамеечек в центре комнаты, она так же молча сняла с него спецкостюм и повесила на вешалку в углу, а потом, усевшись прямо перед ним на колени, принялась расшнуровывать ему ботинки. Сняв их, она взамен надела Севе на ноги экзотического вида тапочки, а ботинки отнесла в тот же угол, где висел спецкостюм. Освободившись от верхней одежды, Сева еще более смутился, но виду не подавал.

Девушка опять вежливо поклонилась и скрылась за одной из лабиринтных стен пространства, откуда практически сразу же ей на смену вышел низенький узкоглазый седовласый мужчина в шелковом халате и больших узконосых тапочках. Он молча прошел, сел напротив Севы за столик и, сложив худенькие ручки на животе и слегка поклонившись, выдержал долгую паузу. Наконец он посмотрел прямо на Севу и тоненьким голоском произнес:

– Мы очень рады приветствовать такого высокого гостя в нашем скромном чайном заведении. Меня зовут мастер Кхунь. Позвольте мне сразу же предложить вам пятидесятипроцентную скидку на все, что вы пожелаете сегодня и в последующем приобрести в нашей чайной лавке.

Сева довольно ухмыльнулся и кивнул.

Выдержав еще одну продолжительную паузу, узкоглазый мастер Кхунь продолжал:

– Позвольте мне предположить, что наш замечательный высокий гость посетил наше скромное заведение в надежде лично продегустировать недавно поступившие к нам сорта натурального юго-восточного чая?

– Именно так, – обрадовался догадливости мастера Кхуня Сева, – мне говорили, что у вас имеется чай, выросший естественным образом…

– Вас совершенно верно уведомили, но позвольте сделать маленькое уточнение. В нашей коллекции имеется не только чай, выросший на настоящих деревьях, но также чай, собранный с этих деревьев вручную. Сбором данного чая занимаются специальные исследователи в далеких областях юго-восточного биорегиона. При этом используются технологии сбора и приготовления чая, которым уже более пяти тысяч лет. Поистине, нет в нашем мире другого столь натурального продукта, как чай, который вы можете приобрести исключительно в одной из чайных лавок нашей сети.

– Замечательно! Это именно то, чего я и хотел, – согласился Сева.

– В таком случае позвольте мне начать знакомство с чаем? – после очередной паузы поинтересовался седовласый мастер. Он дважды хлопнул в ладоши, и немедленно из угла выехал низенький столик, на котором стояло десятка два разного вида коробочек и баночек. Мастер Кхунь принялся открывать баночки и с великим благоговением передавать их Севе. В баночках были насыпаны различного вида сушеные листочки и шарики. Каждый раз, когда мастер передавал очередную баночку Севе, он озвучивал название сорта странными именами и приговаривал: «это очень хороший» или «очень редкий», а иногда – «высшего качества». Сева решительно ничего не понимал, но с выражением задумчиво-глубокомысленным принюхивался и рассматривал содержимое баночек. После того как все баночки были осмотрены, мастер Кхунь предложил выбрать какой-нибудь чай для дегустации. Сева выбрал какой-то высокогорный, «высшего качества».

– О! – восхитился узкоглазый мастер, – ваш выбор поистине замечательный! Сразу видно, что вы истинный ценитель настоящего чая!

Сказав это, он снова хлопнул в ладоши, робот с чаем уехал, а вместо него приехали робот с подносом, уставленным посудой, и робот-водовоз. Мастер Кхунь поставил на стол чашечки и чайнички и, набрав кипятку в сосуд побольше, принялся колдовать, переливая воду из одного чайничка в другой, из чашечки в чашечку. Через несколько минут всех этих замысловатых процедур он наконец поставил перед Севой крошечную пиалку на небольшой подставочке, внутри которой была налита капелька чая.

– Вот, прошу вас отведать! – вежливо предложил Кхунь и опустил глаза.

Сева сглотнул каплю чая и… ничего не понял. Он поставил чашку на подставочку и выжидательно посмотрел на мастера. Тот, снова выдержав продолжительную паузу, искоса глянул на Севу и поинтересовался:

– Ну как?

– Не знаю, – откровенно признался Сева, – что-то не распробовал.

– Хмм, – заключил Кхунь. – Может быть, вы хотите заказать еще одну дегустацию?

– А что, это все? – изумился Сева.

– Ну конечно, – убедительно кивнул своей седой головой мастер Кхунь, – хотите теперь заказать еще одну?

– Маловато как-то, так и не распробуешь ничего… – смутился Сева. – Скажите, а сколько стоит такая дегустация?

– Сто…

– Сто?.. – не поверил своим ушам Сева. – Сто за вот эту дегустацию?

– Но, как я уже сказал, вам мы предоставляем скидку, поэтому с вас – всего пятьдесят, – тут же заверил его маленький Кхунь.

– Безобразие! – закричал Сева. – Это какое-то вымогательство! С какой стати так дорого?

– Понимаете, – совершенно спокойно принялся объяснять мастер Кхунь, – дерево, с которого были получены листья для приготовления этого сорта чая, – одно-единственное на всей Земле. Ежегодно с этого дерева получают порядка трехсот граммов чая. Кроме того, сама процедура приготовления этого чая чрезвычайно сложна: тут имеет значение каждая малейшая деталь, очень четко выверено каждое действие, все это производится высочайшими специалистами в данной области и… Но, раз уж вы так настаиваете и с учетом того, что это ваш первый визит, я лично готов увеличить вам скидку до семидесяти пяти процентов. Итого с вас за дегустацию – всего двадцать пять денег.

– Я, конечно, все понимаю, но это все равно слишком дорого, – настаивал Сева. – Я не готов заплатить более одной монеты, да и того считаю слишком много.

– Видите ли, – без смущения продолжал мастер Кхунь, – этот чай доставлен нам из самых отдаленных уголков планеты. Но – что особенно важно – та вода, которая была использована мною для приготовления этого чая, также привезена издалека. Это самая знаменитая вода для приготовления чая из всех, какие только проистекают на нашей планете. Она взята со второго переката великой и могучей реки Янцзы. С учетом всего этого я никак не могу сделать вам скидку более чем в восемьдесят девять процентов. Итого с вас – одиннадцать денег.

– Возможно, что ваша вода действительно такая уж замечательная, только вы не можете не учесть того факта, что я все-таки работаю на телетрансляторе, – Сева пустил в ход свой главный козырь. – Мои коллеги как раз собирались делать репортаж о вашей сети чайных лавочек, и я буду весьма огорчен, если мне придется сообщить им всю правду о той баснословной цене, которую вы дерете за свои незначительные угощения. Полторы монеты – и хватит на этом.

– Ну, раз вы так ставите вопрос, – спокойно парировал белобородый Кхунь, – я согласен. Я готов уступить вам эту дегустацию по минимальной себестоимости и предоставить вам скидку в девяносто пять процентов. Итого с вас – пять денег.

– Я предлагаю компромисс, – предложил Сева, – ведь с самого начала вы говорили о скидке в пятьдесят процентов, на которую я могу рассчитывать. Давайте-ка вот что, давайте применим ее к вашей, так сказать, себестоимости и сойдемся на двух с половиной монетах.

– С вашими доводами очень сложно не согласиться, достопочтеннейший. Но, чтобы не переходить к полумерам, я предлагаю все же такой вариант. Три деньги и подарок от заведения.

– Какой же это будет подарок? – Сева подозрительно посмотрел на Кхуня.

– Вот эта скромная чашечка, – мастер протянул Севе небольшую коробочку, в которой на подложке из красного шелка аккуратно красовалась маленькая пиалочка. – Ее замечательная особенность заключается в том, что она меняет прозрачность в зависимости от температуры налитого в нее чая. Ну, что вы на это скажете?

– Ну хорошо, уговорили, – согласился Сева и, достав из кармана три монетки, выложил их на стол перед мастером.

– О! – воскликнул мастер, взглянув на деньги. – Как замечательно вы положили эти три монетки! Посмотрите, вы положили их все три реверсом вверх! О! Это замечательный знак! Воистину, эта честнейшая из сделок, совершенных в этой досточтимой чайной лавке за сегодняшний день! Благодарю вас и надеюсь, что вы выберете себе еще что-нибудь? Нехорошо было бы, чтобы вы ушли от нас с одним-единственным приобретением…

Тут мастер Кхунь и Сева встали и принялись рассматривать предметы, расставленные в лабиринтах полочек вдоль бесконечных стен лавки. Они заходили в различные закутки и снова выходили в центральное пространство.

Постепенно Сева выбрал себе несколько сортов чая и всю необходимую для его употребления посуду. Он с удовольствием предавался этой замечательной игре в юго-восточную торговлю, начальный курс которой проходил еще в средней школе. А вся информация, предусмотрительно почерпнутая им из виртуального информационного чайного канала, оказалась очень кстати, чтобы выбрать именно то, что было ему в данный момент необходимо, чтобы уже без посторонней помощи и лишних затрат продолжить дегустацию чая в своем жилблоке.

После долгих препирательств с мастером Кхунем по поводу каждой отдельной вещи Сева уплатил пятьдесят денег и собрался наконец уходить. Мастер хлопнул в ладоши, снова появилась маленькая узкоглазая девушка, которая помогла Севе одеться и обуться и тщательно упаковала все его покупки. На прощание седой мастер в знак особой признательности сделал Севе еще один подарок от заведения – капсулу знаменитой воды из источника Небесного Дракона, особенно подходящей для утренних чаепитий. Все покупки были тут же погружены в шлюз доставки, и радостный Сева с облегчением выбрался наружу из бамбукового павильона через круглую дверь.

Пребывая в благостном настроении (после столь существенной чайной экономии), Сева медленно лавировал между стендов и полок со всякими ППНами. На некоторое время он приостановился в отделе бытовой техники и долго раздумывал над покупкой новой модели пищевой машины «Самоварка». Он уже давно изучал возможности этого агрегата и мысленно прикидывал свои ощущения от обладания им.

Вообще-то Сева любил готовить. Ему доставляло удовольствие повозиться на кухне и состряпать какое-нибудь блюдо из виртуальной книги рецептов или из полуфабрикатов. Но пищевая машина, конечно же, была удобна именно с точки зрения полной автономии. Необходимо было только засыпать в специальные отверстия некоторое количество специальных порошков, выбрать меню и задать время, и в результате можно было получить практически любое блюдо.

У одной из недавних Севиных подружек была такая «Самоварка», и та пользовалась ею вполне умело. Сева тогда прямо-таки изумился от неожиданности, когда утром она накормила его свежайшим кровавым бифштексом, не затратив на готовку ни минуты. Конечно, вкус восстановленной пищи несколько отличался от натуральной, но эффект был ошеломительный. Сева разглядывал современные модели таких машин, наиболее продвинутые из которых могли приготовить обед из четырех различных блюд одновременно в расчете на четыре персоны. Целый ресторан в одной машине!

Впрочем, тут были и свои «но». Конечно же, цена кусалась. Даже самая скромная машина тянула на почти что месячную Севину зарплату. Вдобавок к этому сами пищевые ингредиенты стоили тоже немало. В целом по даже самым скромным подсчетам выходило, что дешевле будет питаться целый год в ресторане, не говоря уже о том, чтобы готовить самостоятельно. Взвесив в уме все за и против, Сева благоразумно решил повременить с покупкой, пока в продаже не появятся новые, усовершенствованные модели, а цена не станет более доступной. Да, кроме того, все время питаться восстановленной пищей было не в его вкусе. Он еще раз окинул взглядом прилавок и, все время отмахиваясь от назойливых роботов-консультантов, так и норовивших всучить ему очередную скидку на какую-то потребительскую ерунду, отправился дальше, в направлении лифта на седьмой этаж, где находился якорный офис Клуба виртуальных генетиков.

Поднявшись наверх, Сева подивился переменам, произошедшим на этом уровне. В прошлый раз, когда он здесь был, все восемь якорных офисов, расположившихся на этом этаже, находились в отдельных помещениях, в которые вели восемь дверей из центрального зала. Теперь же все стены были ликвидированы и все пространства были соединены. Двери лифта открылись внутри ствола огромного баобаба, выйдя из которого Сева очутился в просторном саду, полном всяких диковинных растений и тварей. Пока он в нерешительности осматривался, к нему подлетел биомеханический голубь и, усевшись на плечо, заговорил:

– Приветствуем вас в объединенном виртуальном биосферном зале. Я – ваш персональный гид. Выберите интересующие вас экспонаты.

Не столько удивившись, сколько слегка смутившись от неожиданности, Сева поведал голубю о цели своего визита.

– Лиана «Костис Мутантис» – наше самое последнее приобретение, – похвастался биомеханический голубь, – прошу вас следовать за мной. – И он полетел вперед, указывая дорогу.

«Чего тут только нет!» – дивился Сева, не слишком торопясь поспевать за Б. Г. Некоторые из экспонатов были ему уже хорошо известны, но были тут и такие, которые прямо-таки поражали воображение. Севино внимание, например, привлек огромного размера гриб, шляпка которого была совершенно прозрачной и при этом формой и цветом напоминала радугу, а ножка была похожа на испещренную каким-то туземными письменами и татуировками статую, нежную и мягкую на ощупь, но при этом весьма прочную и упругую. Б.Г. пояснил, что это один из экспонатов с недавней биогенной выставки, разрабатывавшийся специально для оформления лужаек и скверов в качестве места отдыха и укрытия от дождя.

– К сожалению, – признался голубь, – данная модель не приспособлена к нашему климату – плохо переносит холода. Сейчас специалисты ведут ее доработку.

Рядком стояли экспонаты из давнишней, но все еще актуальной серии «Большие фрукты». Каждый из них представлял собой огромный, размером в человеческий рост, продукт: апельсин, яблоко, грушу и другие. В каждом был сделан маленький краник, из которого можно было получить порцию свежего сока. Удобство этих растений заключалось в том, что единственным средством, которое требовалось для их роста, была чистая вода. При этом взрослое растение могло давать до десяти литров свежего сока в сутки. Генетик, реализовавший эту серию, сумел здорово заработать, поскольку спрос на «Большие фрукты» до сих пор был потрясающий. Они стояли практически во всех офисах уважающих себя компаний.

Впрочем, подробно рассматривать все новинки у Севы просто не было ни сил, ни возможностей. Он решил посетить этот сад как-нибудь в виртуальном костюме и на всякий случай поинтересовался у Б.Г. об условиях подключения.

– Конфигурация вашего спецкостюма позволяет вам получить восьмидесятипроцентный виртуальный допуск в биосферный сад. С учетом проводящейся акции с девяностопроцентной скидкой на все информационные каналы ваша виртуальная конфигурация будет стоить вам всего триста шестьдесят пять денег в год. Оплата взимается ежедневно автоматически с вашего главного расчетного счета.

– Что-то дороговато, – пожаловался Сева. – А почему допуск восемьдесят процентов?

– Двадцать процентов представленных здесь экспонатов предназначено исключительно для ученых-специалистов. К сожалению, конфигурация вашего спецкостюма не позволяет вам получить доступ в эти области, в которых представлена узкоспециальная биогенетическая информация, не относящаяся к сфере компетенции ВКГ.

– Хорошо, – согласился Сева, – я подумаю…

– А вот и «Костис Мутантис», – гордо объявил Б.Г., усевшись на стеклянный бордюр, окружавший небольшие, торчавшие из земли побеги.

– А срез? – сразу поинтересовался Сева. – Самое интересное – это срез, форму я уже видел и в виртуане.

Б.Г. пискнул и куда-то улетел, а Сева принялся ощупывать и обнюхивать ростки лианы. Неожиданно позади него кто-то откашлялся. Сева оглянулся и увидел перед собой человека в темно-сером спецкостюме ученого, в очках и неожиданном головном уборе с козырьком. На вид ему было приблизительно столько же лет, как и Севе, хотя смотрелся он несколько более внушительно и солидно. Он был немного выше Севы, имел правильные и ровные черты лица, если не считать маленького шрама на скуле под левым глазом.

– Простите, если я вас потревожил, – начал было человек, замялся, снял очки и вдруг – сдержанно, но уверенно – протянул Севе руку. Сам не ожидая от себя такой фамильярности, Сева с готовностью пожал ее, посмотрев незнакомцу прямо в глаза. На короткий миг их взгляды встретились, и между ними проскочила искра взаимного признания и доверия, очевидно, совершенно неожиданно для обоих. Наступила неловкая пауза, они опустили глаза и разняли руки.

– Меня зовут Олег Прямов, – первым представился молодой человек. – А вы, кажется…

– Сева… стьян Спрыгин, – признался Сева.

– Я вижу, вы тоже интересуетесь этой новой лианой, – поинтересовался Олег. – Вы генной инженерией увлекаетесь?

– Да, в некотором роде, больше как любитель, знаете ли, – признался Сева, – состою в Виртуальном клубе, вот уже третий год…

Ребята разговорились. Оказалось, что Олег тоже является членом этого клуба. Он без лишней стеснительности поведал Севе, что работает ученым-историком в Институте всеобщей эволюции. Оказалось, что они когда-то учились в одной начальной школе, но были в параллельных потоках. Вскоре нашлись и общие знакомые, хотя и не очень близкие для обоих, но все же достаточно подходящие как повод для продолжения общения. В этот момент вернулся Б.Г. в сопровождении робота-демонстратора. Ребята принялись рассматривать и всячески исследовать привезенные им образцы срезов лианы, обмениваясь многозначительными комментариями и периодически обращаясь к Б.Г. за разъяснениями. Сева не без удовлетворения обнаружил, что Олег неплохо разбирается в бионике и генетике, он даже удивил Севу тем, что практически на глаз определил некоторые специфические коды отдельных участков ДНК лианы, отвечавших за наследственность и вегетативность.

– Так я и думал, – сказал он в конце концов, – это самый простой вариант, и тут нет ничего нового. Буквально из учебника. Стало быть, в результате все равно наступает вырождение, как ни крути. То есть обязательно должен происходить процесс нового посева для того, чтобы обеспечить регенерацию.

– А разве это так уж существенно? – поинтересовался Сева. – Ведь свойства сохраняются. Как раз наоборот, это замечательно, что автор предусмотрел размножение семенами…

– Разумеется, – согласился Олег, задумчиво поправляя очки на носу. – Однако я ожидал, что тут будет реализовано… Впрочем, не важно. Сам по себе экспонат определенно заслуживает внимания.

Ребята еще некоторое время дегустировали «Костис Мутантис» и шутили по поводу возможных комбинаций подкормки. Наконец, вдоволь наизучавшись, они отправились в сторону лифта. Было решено спуститься на первый уровень и посидеть немного в баре, чтобы продолжить так неожиданно, но столь интересно завязавшееся знакомство.

Поговорить было о чем. Сева, как работник телевидения, был знатоком массы различных шуток и сплетен, а Олег поражал своей исторической осведомленностью и эрудицией. Кроме того, между ними сразу же установилось какое-то глубокое притяжение друг к другу, как будто они были знакомы уже давным-давно и вот теперь наконец увиделись вновь после долгой разлуки.

Уютно устроившись за столиком на первом этаже ПЦ, они заказали по трехпроцентному розовому коктейлю и весело болтали о том и о сем. По просьбе Олега Сева подробно рассказал ему о своем очередном генетическом проекте и о надеждах, которые возлагал не него. Олег многозначительно кивал и о чем-то напряженно размышлял. Вдруг он неожиданно заявил:

– Вообще-то, я никому не рассказываю о своих генных разработках, но почему-то мне кажется, что тебе я не просто могу, но даже должен кое-что сообщить. – Сева даже не успел обратить внимания на то, с какой серьезностью Олег вдруг произнес эту фразу. Он беззаботно улыбнулся, как бы приглашая своего нового знакомого продолжать в том же духе, и тот продолжал: – Понимаешь, я работаю над выведением растения, основным свойством которого… которое будет, понимаешь… давать бессмертие…

Поначалу Сева не обратил на это заявление особого внимания, но в наступившей вдруг тишине его мысли забуксовали, и он несколько раз проговорил про себя это слово, прежде чем до него дошел действительный его смысл. После некоторой паузы он пронзительно взглянул на Олега и поинтересовался:

– То есть как это – бессмертие? Что это значит? То есть ты хочешь сказать…

– Я хочу сказать, что я хочу вывести такое растение – плод, а точнее, – он понизил голос, – гриб, съев который, любой человек сможет обрести настоящее бессмертие. То есть он не будет никогда умирать, смерть больше не будет иметь над ним власти. При помощи этого растения можно будет даже регулировать свой собственный возраст и оставаться физически бессмертным столько, сколько пожелаешь…

– Вот это да, – подивился Сева, – глобально! Но разве такое возможно? Разве такое в принципе возможно?

– А ты что, никогда не слышал об Эликсире? – удивился было Олег. – Видишь ли, в старину, сотни лет назад, были такие особые люди, которые занимались поиском Эликсира бессмертия. И, насколько я могу судить из источников, кое-кто из них достиг в этом деле определенного успеха. Но, кроме того, понимаешь… – Олег подозрительно оглянулся по сторонам и умолк. Он некоторое время пристально смотрел в свой бокал с остатками коктейля, а потом вдруг перешел на шепот: – Знаешь, тут лучше об этом не говорить. Пойдем отсюда, а? Поговорим по дороге…

– А в чем дело? – так же шепотом поинтересовался было Сева, хотя и сам уже хотел скорее выйти наружу.

– Расскажу потом, – отрезал Олег. Они расплатились и, застегивая по дороге свои спецкостюмы, спешно вышли на холодную улицу. Выяснилось, что живут они почти совсем рядом, в соседних корпусах на улице Нарциссов, и они решили отправиться домой пешком. Отойдя на некоторое расстояние от ЦП, Олег предложил Севе на некоторое время отключить сигнальную службу своего спецкостюма. Севе эта просьба показалась крайне подозрительной, но тем не менее он согласился и нажал в кармане несколько кнопок. И тогда Олег быстро и сбивчиво заговорил:

– Дело тут вот в чем. Со мной недавно произошло что-то странное. Я вдруг оказался в одном месте и до сих пор не могу понять, то ли я там действительно был, то ли мне все это причудилось. Я поначалу даже забыл про все про это, но потом вспомнил… Вернее, скажем так: мне напомнили… Так вот, место это называется…

– Клуб радикальных развлечений, – неожиданно для самого себя вспомнил Сева, – да?..

Олег остановился, снял очки и, внимательно оглядев Севу с головы до ног, молча кивнул.

– Значит, ты был там тоже? Ну конечно, я ведь сразу так и подумал, когда ты пожал мне руку. Я сразу понял, что ты тоже… из наших…

Тут Сева задумался и закрыл лицо руками. На него внезапно нахлынула волна воспоминаний. Его затрясло, когда он со всей очевидностью вдруг осознал, где и как он провел полтора часа перед заходом в ЦП. Многие детали все еще ускользали от него, но он отчетливо вспомнил беседу с двумя странными, как две капли воды похожими друг на друга людьми, имен которых он никак не мог восстановить в памяти, но очень четко видел перед собой их лица. Он помнил, что долго говорил с ними о чем-то, но не мог сфокусироваться, что-то как будто удерживало его, мешало; какой-то странный туман, завеса. Вдруг из этой пелены всплыло на поверхность одно слово: «свобода». Сева открыл глаза. Олег внимательно и изучающе наблюдал за ним, явно осознавая всю глубину охвативших Севу переживаний. Он молча надел очки и принялся рассказывать.

– Это произошло где-то полгода назад, летом. Я шел по этому самому бульвару и вдруг сам не знаю как оказался в странном кабинете. И там был человек, который представился мне Валентином Андреевичем. Он знал обо мне все. Он рассказал мне такие эпизоды обо мне самом, эпизоды из моей собственной жизни, на которые я сам себе боялся даже намекать. Он читал меня как книгу – в любом месте, где хотел. Но после этого он вдруг сказал мне странную вещь. Он сказал, что когда-то давно я сам просил его об этой встрече, потому что тогда, давным-давно, я сам принял решение стать бессмертным…

– Вот это да… – искренне изумился Сева. – Я сейчас не могу точно все вспомнить, но, насколько я понимаю, со мной тоже произошло нечто подобное. Только я помню двух человек, близнецов. И они тоже говорили мне, что по моей собственной просьбе они решили помочь мне стать… свободным. Да, точно, они все время говорили мне, что я должен стать свободным…

– Интересно, – присвистнул Олег, – свободным? Интересно…

– Слушай, скажи, а ты был там с тех пор, ты видел кого-нибудь из этого Клуба после того первого раза?

– Один раз. Хотя в самом Клубе я больше не был, я даже не помню точно, где он находится. Но даже если бы и помнил… Впрочем, это не важно. Понимаешь, важно, что было дальше. Сначала я все это совершенно забыл, но мне напомнили. Просто, когда возвращался домой, я вдруг встретил человека на улице, который спросил меня, правда ли, что я занимаюсь проблемой бессмертия. И, когда он это спросил, во мне вдруг что-то проснулось, и я стал вспоминать, и… вспомнил…

– А человек? – поинтересовался Сева.

– В том-то и дело. Человек этот был как призрак, но я все же уверен, что он как-то связан с Клубом. Он вдруг выплыл из толпы прямо перед моим носом, бородатый и совершенно нелепый, и как-то очень коряво спросил меня об этом… и когда я, вроде как ты только что, остолбенел от неожиданности, он исчез… Но мне что-то приоткрылось в тот момент, я стал вспоминать, и очень многое в памяти моей восстановилось. Я вспомнил, что тот самый Валентин Андреевич, из Клуба, что он дал мне пару очень странных намеков, смысл которых я поначалу совсем не понял. Он говорил со мной каким-то странным языком, все время употреблял какие-то непонятные, замысловатые термины… Но потом я вспомнил, что, кроме прочего, он дал мне названия некоторых книг, очень древних. Этих книг сейчас нигде нет, даже в ВБИ. Но они есть во внутренней библиотеке нашего института, понимаешь. И у меня есть доступ в эту библиотеку. Мне удалось отыскать там по крайней мере две книги, и я их прочел. Там все написано очень сложным языком, почти ничего не понятно. Язык глубокой древности! Да, кроме того, авторы пользовались тогда каким-то особым шифром, использовали привычные слова для обозначения чего-то совсем другого. Но кое-какие намеки я все-таки получил. Там, в этих книгах, есть формула, формула бессмертия. Понимаешь…

– Как это – бессмертия?.. Я не понимаю, что это значит. Ты что, хочешь жить вечно? Ты хочешь, чтобы твое тело никогда не умирало? – Сева ткнул Олега пальцем в грудь.

– Дело не только в теле, точнее, совсем не в нем. Проблема бессмертия гораздо глубже, чем просто вопрос бесконечной жизни тела. Понимаешь, ведь, если ты обретаешь бессмертие, ты становишься властелином собственной судьбы. Это значит, что ты имеешь возможность управлять своей жизнью в масштабе всей вселенной!

– Но разве души наши уже не бессмертны? – усомнился Сева.

– Во-первых, даже если и так, то все равно есть какая-то сила, которая имеет над ними власть. Мы называем ее судьбой и считаем, что эта власть от Бога, но так ли это? И потом, а что, если души тоже смертны. И со смертью тела умирает и душа? Ведь что такое душа? Это просто астральная компонента, если так уж рассуждать. Когда тело умирает и возвращается обратно в планету, душа тоже умирает и возвращается к солнцу.

– А что же остается? – Сева с недоумением посмотрел на товарища. Идея того, что душа может быть смертна, вдруг как-то очень сильно его обескуражила. Он никогда не думал об этом прежде.

– В том-то весь и вопрос. Остается ли что-то вообще? Я думаю, – Олег перешел на шепот, – что ничего не остается, если, конечно, ты… если ты не бессмертный. А значит, сам по себе поиск бессмертия есть уже сверхзадача… Я не знаю, как тебе это объяснить, я долго думал над всем этим. Да, я хочу создать грибы бессмертия, но на самом деле это лишь повод. Моя задача глубже, существеннее. Я ищу разгадку вечной жизни, понимаешь, и я теперь уже точно знаю, что именно ради этого поиска я и появился на свет…

– Ну, ясно, теперь вроде бы понимаю. Я тоже, видимо… только они… – Сева сделал неопределенный жест рукой и скосил глаза вправо, – они мне все время говорили о свободе… И знаешь еще что, они говорили мне, что все вокруг – это ложь и обман…

– Точно, помню, и мне тоже! – Олег возбужденно вцепился в воздух кулаками, – мне тоже говорили… Ложь и обман, именно так…

– Они говорили мне, что я могу стать свободным, что я давно уже выразил это свое намерение, но я никак не мог понять, да и сейчас не вполне понимаю, что это может значить. Ведь мы вроде бы и так… – Сева посмотрел на Олега, который, загадочно улыбаясь, уставился на него горящими глазами, – свободны?..

– Это то же самое! – с неистовым блеском в глазах вдруг принялся вещать Олег. – Это вечность, понимаешь, Сева, вечность. Быть свободным и быть бессмертным – это почти одно и тоже. Наверное, для твоего понимания более актуальна тема свободы. А для меня – бессмертие. Но по сути – это одно и то же. Сейчас мне это очевидно. Я очень рад, правда, честное слово, я очень рад, что встретил тебя. Это значит, что я не один, и мне это очень важно. Ты не представляешь себе, как тяжело мне было все время думать об этом и не иметь возможности с кем-то поговорить. Я пробовал на работе, но меня чуть не начали подозревать. Они решили, что я помешался…

– Еще бы, их можно понять, – Сева задумчиво почесал лоб. – Но что же нам делать-то теперь? Что мы теперь должны делать?

– Не знаю. Но думаю, мы должны отыскать снова этот Клуб, мы должны пойти туда, и там… Мне кажется, что только там мы сможем узнать…

– Но послушай, Олег, – Сева замялся, не зная, как выразить свое сомнение, – тебе не кажется, что все это похоже на… как бы это сказать… ведь мы сейчас выключили системы безопасности, так?.. Все это как-то не очень… законно… нас за это ведь могут и того… Ты не боишься?

– Разумеется, – гордо и уверенно распрямил грудь Олег, – но в этом-то все и дело. Понимаешь, если мне удастся создать грибы бессмертия, то ничто уже не сможет мне – нам! – угрожать. А пока… Пока что – да, лучше нам помалкивать обо всем об этом.

– Ну да, но я хочу сказать, – Сева огляделся по сторонам и перешел на шепот, – я хочу сказать, что это не только все против Закона, но это ведь как-то все против… – и он указал пальцем в небо.

– Друг мой, – уверенно и безапелляционно заявил Олег, – я не знаю, в какого Бога веришь ты, но мой Бог – бессмертен и абсолютно свободен. Значит, стремление к бессмертию и свободе не может быть против Бога. Наоборот. А про Закон… видишь ли, я занимаюсь историей. Я изучил некоторые материалы, особенно в последнее время… Знаешь ли ты, что наш Закон придуман одними людьми ради того, чтобы подчинить себе других людей?

– Не может быть, – растерялся Сева. – Мы же живем в развитом коммунизме, у нас все равны. Разве кто-то может нас себе подчинить? И потом… Закон – он же ведь от Бога. Если бы это было не так, он просто не был бы Законом, вот и все.

– Он им и не является, – Олег упрямо стоял на своем, но при этом он все же понизил голос и перешел на полушепот. – То, что мы называем Законом, – это никакой не закон. Это просто правила, регулирующие отношения в обществе. Их люди сами придумали, высшие. А божественный Закон – это другое, совсем другое…

– Не может быть такого, – чуть не взвизгнул Сева. – Я читал, я знаю… Ведь Бог – это деньги. Именно деньги – наивысшая сущность Бога! А стало быть, деньги – это и есть главный Закон!.. Деньги уравнивают всех людей в возможностях и гарантируют каждому право быть тем, кто он есть…

– Ну ты даешь, – Олег вдруг расхохотался. – Это ты, похоже, начитался всякой ерунды… Скорее всего, это «Главное и Второстепенное» так на тебя подействовало… Читал… Там есть интересные моменты, но в целом я тебе скажу вот что по этому поводу: эта книга написана двадцать пять лет назад и никакого отношения к древним рукописям не имеет. Ее полностью, от начала до конца, сочинили в СВБ. Настоящих ее авторов трое – все они верхние соратники, и писали они это все по заданию ВКУ с прицелом на всяких олухов, которые должны верить во весь этот бред… Это для тех написано, кому официальной религии мало и кто хочет знать больше положенного.

– Не может быть, – Сева изумленно вытаращил глаза, пытаясь осознать все только что сказанное Олегом, – не может быть такого. Это очень серьезный труд о глубинах, об основах… Я читал его много раз и много раз имел возможность убедиться в том, что все это… Что это все так и есть… Деньги правят миром… Деньги – это Бог…

– Деньги действительно правят миром, но только этим, нашим миром, да и то лишь на определенном уровне. Деньги – это просто инструмент управления, и чем больше людей верят в абсолютность и божественность этого инструмента, тем проще этими людьми управлять. Я сейчас не могу тебе все рассказать, но поверь мне, Бог – это вообще не про деньги. Бог – это Единый Бесконечный Источник жизни и света, Творец миров, коим несть числа; и человек создан по его образу и подобию. Мы с тобой – да вообще все люди – это дети Бога. Мы все свободны и бессмертны по замыслу! Когда-то давно эта религия была на земле самой главной, но после ВЭР власть захватили высшие жрецы, и они…

– Что это значит? Я не понимаю, этого не может быть, я просто не могу поверить, – растерянно бубнил Сева, – как же так, ведь я всю свою жизнь… я столько много раз… этого просто не может быть…

– Послушай меня, я тебе вот что скажу. Нам уже пора включаться. А то мы очень сильно рискуем попасть под подозрение СВБ. Я тебе потом все расскажу, я за последние полгода много чего узнал. У меня есть допуск в очень специальные книгохранилища, понимаешь. А после того, как я узнал код… Разве ты сам не понимаешь, что спасти нас может только бессмертие, настоящее, истинное? А пока мы с тобой смертны – они с нами могут сделать все, что им вздумается… Аннигилировать могут… Так вот. Сейчас мы включимся и разойдемся. Я пока что хочу дать тебе один совет. Никому ничего не говори ни про какую свободу. Даже не думай об этом, когда рядом кто-то есть. Иначе – это все действительно очень опасно. Давай держать связь. Раз уж мы нашли друг друга – это очень хорошо, но это явно только начало… Ты скоро сам все поймешь, поверь, сам все увидишь и поймешь… А пока – будь аккуратнее.

– Хорошо, – обреченно согласился Сева. Все его существо колебалось, хотя где-то в глубине он чувствовал глубокую правоту своего нового знакомого. Необходимость опять включать систему безопасности сейчас казалась для него тягостна, и ему пришлось сделать над собой усилие. Впервые в жизни он вдруг начал понимать, что система личной безопасности жестко обуславливает его, что она вовсе не служит для его защиты, а, наоборот, нужна лишь для того, чтобы осуществлять постоянный контроль за всеми его действиями. Это состояние полнейшей прозрачности его личной жизни вдруг сделалось ему ненавистно.

Олег как будто бы знал все, что происходило в эти мгновения в Севиной душе. Он вздохнул и одобрительно похлопал Севу по плечу.

– Ничего, – подбадривал он, – выход обязательно должен быть. Теперь нас двое. Значит, все это – не случайно. Вдвоем уже не так страшно. Ну…

Олег пошарил в кармане спецкостюма, прислушался и буквально изменился в лице. Он снова стал деловитым ученым и, важно поправив очки на носу, значительно посмотрел на Севу. Сева вздохнул и тоже включил спецкостюм. На этом они без дальнейших слов, молча пожав друг другу руки, разошлись.